Содержание

Выхожу один я на дорогу

Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,
И звезда с звездою говорит.

В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сияньи голубом…
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? жалею ли о чём?

Уж не жду от жизни ничего я,
И не жаль мне прошлого ничуть;
Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!

Но не тем холодным сном могилы…
Я б желал навеки так заснуть,
Чтоб в груди дремали жизни силы,
Чтоб дыша вздымалась тихо грудь;

Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,
Про любовь мне сладкий голос пел,
Надо мной чтоб вечно зеленея
Тёмный дуб склонялся и шумел.

Читать стих «Выхожу один я на дорогу…» Лермонтова Михаила Юрьевича нужно с пониманием того, что это одно из последних произведений автора. Главными мотивами являются одиночество, тоска и поиск родственной души, которые красной нитью проходят через творчество поэта.
Однако в нем нашли свое место и некая устремленность к положительным идеалам, и умиротворенность. Текст стихотворения Лермонтова «Выхожу один я на дорогу…» был полностью готов и увидел свет в 1841 году за несколько дней до дуэли, поставившей точку на жизненном пути поэта.

В начале стихотворения дается романтичное описание ночного пейзажа, полного гармонии. В противовес ему, в третьей строфе описываются и чувства лирического героя – беспокойство и отчаяние. Но в конце произведения гармония, представленная в начале, восстанавливается, так как лирический герой желает воссоединения с природой. В какой-то мере его можно назвать пророческим, так как в третьей строфе лирический герой говорит о том, что он хотел бы «забыться и уснуть», что можно сравнить со смертью. Но эта мысль не получает развития, как и в стихотворении «Сон» – здесь это означает покой и гармонию. Нашел ли их поэт? Этот вопрос останется неразгаданным для читателя. Но желания, указанные в произведении, были исполнены – в Тарханах, родном селе поэта, под листьями дуба перед входом в часовню покоится прах Михаила Юрьевича Лермонтова.

При написании стихотворения поэт использовал такие приемы, как метафора («звезда с звездою говорит»), олицетворение («пустыня внемлет»), восклицательное предложение («Я ищу свободы и покоя!», «Я б хотел забыться и уснуть!»), анафора («Чтоб в груди дремали жизни силы», «Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь»), ассонансы («но не тем холодным сном могилы») и аллитерации («слух лелея», «Про любовь мне сладкий голос пел», «Уж не жду от жизни ничего я», «И не жаль мне прошлого ничуть»). Тему одиночества можно проследить через риторические вопросы в последних строках второй строфы. Но, несмотря на это, в нем можно заметить некую задушевность, музыкальность и плавность. Эта цель достигается благодаря повторению шипящих звуков и перекрестной рифмовке. Данные качества позволили произведению стать основой для двух десятков романсов. На нашем сайте можно учить стихотворение онлайн, а при необходимости и скачать произведение. Представленный файл может быть использован как дополнительный учебный материал на уроке литературы в 10 классе.

Анализ стихотворения «Выхожу один я на дорогу», Лермонтов

Изучив биографию Лермонтова, мы можем сделать вывод о том, что в своей жизни он не был счастлив, может поэтому в его стихотворениях чувствуется постоянная грусть, где в каждой строчке звучит слово один или одинок.

Выхожу один я на дорогу Лермонтов

Ноты одиночества звучат и в произведении Лермонтова Выхожу один я на дорогу, что и проанализируем в нашем сочинении. Уже в первой строчке появляется слово один, ведь в эту ночь лирическому герою почему-то не спится. Он вышел на улицу. В то время, как звезды друг с другом говорили, а в небесах казалось все было торжественно и чудно, наш герой задается разными вопросами. Он хочет понять, почему ему так тревожно, почему не спится и так больно и трудно. Он размышляет о том, что может что-то не то сделал и теперь жалеет об этом. А может волнительно так на душе и тревожно, потому что он чего-то ждет.

Учитывая, что стихотворение автор пишет за три месяца до своей дуэли, которая завершилась смертью писателя, мы можем предположить, что Лермонтов просто чувствовал свою скорую кончину. Вот и создает поэт стих, анализ которого мы делаем в нашем сочинении. Здесь автор вспоминает о вечном сне. Он пишет, что герой с удовольствием бы уснул. Но не тем могильным холодным сном, когда о человеке тут же забывают. Лирический герой желает уйти, но так, чтобы жизненные силы продолжали бить, а грудь и дальше вздымалась при дыхании. Чтобы о любви пел сладкий голос, а дуб склонялся над могилой и шумел. Как мы видим, поэт спокойно рассуждает о смерти, он ее не страшится и единственное чего он желает, чтобы его не забыли, чтобы он продолжал жить и дышать в своем творчестве, которое бы с удовольствием изучали читатели.

В 1841 году, когда Лермонтов писал это философское стихотворение, оно было подобно другим. Но сегодня мы можем точно назвать его пророческим, ведь автор не только предвидел скорую смерть, но еще и остался, как и желал, в памяти людей.

Послушать романс Выхожу один я на дорогу. Поет Анна Герман

Может пригодиться для сочинений

Stream 460a « Михаил Лермонтов — Выхожу один я на дорогу.

.. » by Konradine published on

Последний период творчества Михаила Лермонтова связан с переосмыслением жизненных ценностей и подведением итогов. По воспоминаниям очевидцев, поэт предчувствовал свою гибель, поэтому пребывал в некоем отстраненном состоянии, считая, что бессмысленно спорить с судьбой. Более того, он пытался ее упредить и фактически искал свою смерть, считая, что достойным завершением жизни является гибель на поле брани. За несколько месяцев до роковой дуэли, которая произошла весной 1841 года, Лермонтов написал стихотворение «Выхожу один я на дорогу», которое, вопреки многим другим произведениям этого периода, наполнено не отчаянием, а светлой грустью и сожалением о том, что какие-то очень важные и знаковые события не оставили в душе поэта следа. Как и в юношестве, Лермонтов по-прежнему испытывает острое чувство одиночества, поэт изображает себя в этом произведении странником, который бредет по ночной дороге, не отдавая себе отчета в том, куда и зачем он держит путь.

Стихотворение «Выхожу один я на дорогу…» построено на контрасте. « Я б желал навеки так заснуть », — отмечает поэт, подразумевая пограничное состояние между жизнью и смертью. ❤ ¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*• ❤ Alone I set out on the road; The flinty path is sparkling in the mist; The night is still. The desert harks to God, And star with star converses. The vault is overwhelmed with solemn wonder The earth in cobalt aura sleeps. . . Why do I feel so pained and troubled? What do I harbor: hope, regrets? I see no hope in years to come, Have no regrets for things gone by. All that I seek is peace and freedom! To lose myself and sleep! But not the frozen slumber of the grave… I’d like eternal sleep to leave My life force dozing in my breast Gently with my breath to rise and fall; By night and day, my hearing would be soothed By voices sweet, singing to me of love. And over me, forever green, A dark oak tree would bend and rustle. 1841 ❤ ¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.
•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*• ❤ Выхожу один я на дорогу; Сквозь туман кремнистый путь блестит; Ночь тиха. Пустыня внемлет богу, И звезда с звездою говорит. В небесах торжественно и чудно! Спит земля в сиянье голубом… Что же мне так больно и так трудно? Жду ль чего? жалею ли о чём? Уж не жду от жизни ничего я, И не жаль мне прошлого ничуть; Я ищу свободы и покоя! Я б хотел забыться и заснуть! Но не тем холодным сном могилы… Я б желал навеки так заснуть, Чтоб в груди дремали жизни силы, Чтоб дыша вздымалась тихо грудь; Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея, Про любовь мне сладкий голос пел, Надо мной чтоб вечно зеленея Тёмный дуб склонялся и шумел. ❤ ¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*•♫♪¸¸.•*¨*• ❤

Genre
Lermontov
License: all-rights-reserved

Alone, to the open road I’m driven

Стихотворение на английском языке — Alone, to the open road I’m driven — Выхожу один я на дорогу

(by Mikhail Lermontov)

На английском

На русском

Alone, to the open road I’m driven,

A flinty path shines from afar.

The nightly desert heeds to Heaven,

And a star speaks to a star.

Сквозь туман кремнистый путь блестит;

Ночь тиха.

Пустыня внемлет богу,

И звезда с звездою говорит.

The skies are wonderful and solemn,

The Earth dreams in the bluish minaret…

Why then my heart feels so much sorrow?

Or do I wait for something? Or regret?

В небесах торжественно и чудно!

Спит земля в сияньи голубом…

Что же мне так больно и так трудно?

Жду ль чего? жалею ли о чем?

I wait no more from my endeavour,

And neither am regretful of the past,

I seek deliverance from labour,

I want oblivion to last.

Уж не жду от жизни ничего я,

И не жаль мне прошлого ничуть;

Я ищу свободы и покоя!

Я б хотел забыться и заснуть!

But not sepulchral sleep I’m after,

I wish I’d had eternal blissful rest,

With living forces ever after

Still breathing lightly in my breast,

Но не тем холодным сном могилы . ..

Я б желал навеки так заснуть,

Чтоб в груди дремали жизни силы,

Чтоб дыша вздымалась тихо грудь;

I wish a sweet voice, never ending,

Would sing for me about delight,

And dark-green oak, forever rustling,

Would bow o’er me all day and night.

Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,

Про любовь мне сладкий голос пел,

Надо мной чтоб вечно зеленея

Темный дуб склонялся и шумел.

Перевод — Виктор Постников

Красные Звезды — Выхожу один я на дорогу, аккорды для гитары

Intro: Am  Am
Am Am Am Dm Am Выхожу один я на дорогу, Dm E Am Сквозь туман кремнистый путь блестит, E F G C Ночь тиха, пустыня внемлет бо-о-огу, B Am E F Dm И звезда с звездою говорит, Am Dm E Am И звезда с звездою говорит. Am Dm Am В небесах торжественно и чудно, Dm E Am Спит луна в сиянье голубом, E F G C Что же мне так больно и так трудно, B Am E F Dm Жду ль чего, жалею ли о чём, Am Dm E Am Жду ль чего, жалею ли о чём. Am Dm Am Уж не жду от жизни ничего я, Dm E Am И не жаль мне прошлого ничуть,
E
F G C Я хочу свободы и покоя, B Am E F Dm Я б хотел забыться и заснуть, Am Dm E Am Я б хотел забыться и заснуть. Am Dm Am Но не тем спокойным сном могилы Dm E Am Я б желал навеки так заснуть, E F G C Чтоб в груди таились жизни силы, B Am E F Dm Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь, Am Dm E Am Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь. Am Dm Am Выхожу один я на дорогу, Dm E Am Сквозь туман кремнистый путь блестит, E F G C Ночь тиха-а-а-А-А-АА-ААА, пустыня внемлет бо-о-огу, B Am E
F
Dm И звезда с звездою говори-и-и-И-И-И-И-ИИ-ИИ-ИИИИИТ, Am Dm E Am И звезда с звездою говорит.

Михаил Юрьевич Лермонтов


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ

Михаил Юрьевич Лермонтов

Странник с «русскою душой»

Лермонтов Михаил Юрьевич (в ночь на 3[15]. 10. 1814—15[27].07.1841), поэт. Родился в Москве. По материнской линии происходил из известного в России и богатого дворянского рода Столыпиных. Бабушка поэта Елизавета Алексеевна (по мужу Арсеньева) — родная сестра Д. А. Столыпина, внук которого Председатель кабинета министров П. А. Столыпин приходился троюродным братом Михаилу Юрьевичу Лермонтову.

По мужской линии род Лермонтовых (отец поэта — Юрий Петрович Лермонтов, капитан в отставке из небогатых помещиков Тульской губ.) ведет свое начало от Георга Лермонта (Шотландия). Находясь на службе у польского короля, в 1613 Г. Лермонт перешел на сторону русских, сражался в чине офицера в отряде Д. Пожарского и за хорошую службу царю получил грамоту в 1621 на владение землей в Галическом у. Костромской губ. От него и пошли Лермонтовы, уже во втором колене, принявшие Православие. Поэт Лермонтов является восьмым коленом от прибывшего в Россию шотландского воина.

Детские годы будущего поэта, с марта 1815, прошли в с. Тарханы Чембарского у. Пензенской губ. в имении бабушки.

Тарханы. Усадьба. Ныне — Государственный музей-заповедник М.Ю.Лермонтова.

Прекрасная природа, заботливое отношение бабушки, хорошие условия домашнего образования способствовали пробуждению эмоционально-творческих сил мальчика, его высоких нравственно-религиозных чувств: «Моя душа, я помню с детских лет, // Чудесного искала…» Однако была и др. сторона в развитии будущего поэта.

Ранняя смерть матери (1817), размолвка Елизаветы Алексеевны, хозяйки Тархан, с Юрием Петровичем, вынужденный отъезд его в свое небольшое сельцо Кропотово Ефремовского у. Тульской губ. с целью сохранения за сыном права наследования Тархан (4081 десятин земельных угодий и 496 крестьянских душ) — все это омрачало детские годы поэта, породив ощущение дисгармонии своего внутреннего мира и окружающей среды. Создалась коллизия одиночества, неприметной для обычного взора отчужденности от внешних стихий жизни. Отсюда постоянный анализ своих раздумий и вывод, окончательно сложившийся после смерти отца (1831), о том, что оба они стали «жертвою страданий», осуждены «толпой» людей, «то злых, то благосклонных» («Ужасная судьба отца и сына…»).

Вместе с тем ранние стихотворения Лермонтова, значительная часть которых выходит за рамки литературного ученичества, убеждают в том, что личные страдания юный поэт осмыслял в широком духовно-мировоззренческом аспекте. Он глубоко воспринял наказ отца: «…ты одарен способностями ума, — не пренебрегай ими… это талант, в котором ты должен будешь некогда дать отчет Богу! …ты имеешь, мой сын, доброе сердце, — не ожесточай его даже и самою несправедливостью и неблагодарностью людей, ибо с ожесточением ты сам впадешь в презираемые тобою пороки. Верь, что истинная, нелицемерная любовь к Богу, к ближнему есть единственное средство жить и умереть спокойно».

Нелицемерная любовь к Богу и ближним, тяга к совершенному, прекрасному в человеческих отношениях определили главный «нерв» поэзии Лермонтова. Отклонение от такой любви в людях (а порою и в самом себе) порождали страдания у поэта в сочетании с протестом, последовательным и энергичным.

Но это нелегкая миссия — «любить необходимость мне!» Она и накладывала на поэзию Лермонтова отпечаток тоски и недовольства, мятежной страстности, то безутешной («И скучно и грустно»), то устремленной к высокому идеально-надземному, порою сверхчеловеческому («Звезды и люди»). Этим объясняется также и поразительное по своей точности и эстетико-философской значимости признание еще совсем юного поэта (1832):

Нет, я не Байрон, я другой,
Еще неведомый избранник.
Как он, гонимый миром странник,
Но только с русскою душой.

Странник с «русскою душой» означает образ человека, устремленного к Любви, Красоте, Истине, иначе — к Богу.

У Лермонтова были периоды ожесточения и сомнений в святости земного назначения человека («И скучно и грустно», 1840). Но всегда побеждала вера в справедливость Божьего решения, непреложность благих его промыслов («Выхожу один я на дорогу…», 1841). С учетом сказанного в произведениях Лермонтова следует видеть в качестве доминанты не отрицание (вульгарно-социологическая точка зрения марксистского литературоведения), а пафос пророчества и обновления. Пророчества беды в случае засилия злых инстинктов в человеке («Предсказание», 1830) и — обновления, если главные компоненты жизни (добро, совесть, социальная справедливость) будут соединены с любовью к Отчизне, с ее охранительным Верованием («Родина», 1841).

Творческий путь Лермонтова принято делить на два периода: ранний (1829—36) и зрелый (1837—41). Такое разграничение можно принять, имея в виду, что практически до появления в списках стихотворения «Смерть поэта» (отклик на гибель Пушкина в янв. 1837) имя Лермонтова было неизвестно. Но действительная эволюция поэта осуществлялась по фазам духовно-нравственного развития. Таких «фаз» в основном было три.

Первая связана с осмыслением поэтом своего внутреннего «я», личных отношений с окружающей средой и мирозданием (1828—34).

Этот период оказался насыщенным многими событиями в жизни поэта: приезд в Москву (1827), подготовка в Московском университетском благородном пансионе с последующим зачислением в университет на нравственно-политическое отделение (1830—32), увлечение Е. А. Сушковой, Н. Ф. Ивановой и В. А. Бахметьевой, тяжелые переживания по поводу смерти отца и огорчительные неудачи в любовных отношениях, разрыв с «московским» окружением, переезд в Петербург, неожиданное решение об определении в двухгодичную школу гвардейских подпрапорщиков (1832—34).

Можно предполагать, что именно эта фаза трудного поиска своего места в жизни и беспощадного самоанализа оказала решающее воздействие на развитие того поэтического феномена, о котором скажет впоследствии Л. Толстой применительно к Лермонтову: «власть имеющий». Власть — в сфере искусства и самооценки.

В отмеченные годы Лермонтов пытается уяснить тайну своего стремления к творчеству («Поэт», 1828, «Русская мелодия», «Молитва», 1829, «Песнь барда», 1830, «1831 июня 11 дня», «Нет, я не Байрон…», 1832, «Когда надежде недоступный», 1834 и др.). Уже в этот момент он осознает свою исключительность и высокое назначение как поэт («…Пыл страстей // Возвышенных я чувствую, но слов // Не нахожу…»). Жизнь меж тем бежит — «И все боюсь, что не успею я // Свершить чего-то!». Отсюда неодолимое желание «действовать», превышающее традиционные границы романтического порыва. Но часто «леденеет быстрый ум», и сам «предмет желаний мрачен». Эта внутренняя борьба «меж радостью и горем» вносит глубокий диссонанс в ощущения поэта. В такие минуты — «жизнь ненавистна, но и смерть страшна». Ясно, что перед нами не столько проба «пера», характерная для начинающих поэтов, сколько поиск своей духовной константы, необходимой для опоры в вечно меняющемся и противоречивом внешнем мире. Промежуточные итоги такого поиска определены в указанные годы поразительно емко:

 
Находишь корень мук в самом себе,
И небо обвинить нельзя ни в чем.
 
Отсюда и др. вывод, едва ли не гениальный по точности и масштабности заключенной в нем мысли:
 
В одном все чисто, а в другом все зло.
Лишь в человеке встретиться могло
Священное с порочным. Все его
Мученья происходят от того.
 

Встреча «священного» с «порочным» в человеке раскрывается Лермонтовым поначалу как личная психологическая коллизия. Центральным для творчества начинающего поэта становится образ романтически разочарованного юноши, рано испытавшего страдания, столкнувшегося с обманом и коварством безнравственной окружающей среды («Мой демон», «Монолог», 1829, автобиографические драмы «Menschen und leidenschaften», 1830, «Странный человек», 1831, стихотворение «Элегия», 1830, поэма «Исповедь», 1831 и др. ). Сомнения в возможности покоя и счастья на земле часто в этот период охватывают поэта («Я верю, обещаю верить…», «Чаша жизни» и др.). Этим (а не «космическим» происхождением поэта) объясняется его порыв в надземные сферы — туда, где «ясны далекие звезды, ясны, как счастье ребенка» («Небо и звезды», 1831) и где бескорыстная и чистая любовь «предстанет нам, как ангел нежный» («Когда б в покорности незнанья», 1831).

Однако по мере углубления в действительные причины утраты в человеке «священного» (нарушение законов Предвечного, ослабление духовно-нравственных приоритетов) творческая мысль поэта выходила за рамки субъективных ощущений. В центре внимания оказывается теперь не только личность, но и среда, все то порочное, что драматизирует общественное развитие человечества. Романтические краски при этом не приглушаются, но они получают новую функцию. С опорой на романтическую поэтику Лермонтов глубже и полнее раскрывает бедственное состояние общества, когда оно под напором «зла» оказывается во власти нескончаемых противоречий добра и ненависти, великодушия и эгоизма, искренности и лжи, прикрываемой маской благовоспитанности. Убедительное, почти безупречное с точки зрения высшей художественности постижение диссонансов жизни знаменует вторую «фазу в творческом развитии Лермонтова (1835—39).

В этот период Лермонтов работает напряженно, создавая яркие образцы почти во всех жанрах: драма «Маскарад» (1835), поэмы «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» (1837), «Мцыри» (закончена в 1839), большая часть романа «Герой нашего времени» (1840) и ряд выдающихся лирических шедевров, принесших поэту всеобщую известность («Смерть поэта», 1837, «Дума», «Поэт», 1838, «Три пальмы», «Молитва», 1839 и др.). В указанные годы поэт близок к завершению своего итогового грандиозного труда — философской поэмы «Демон», которая будет окончена уже в третьей, заключительной фазе творчества.

Личная жизнь поэта во второй фазе характеризуется дальнейшим обострением отношений с окружающей средой, в т. ч. с управленческой властью. В марте 1837 за распространение последних 16 строк стихотворения «Смерть поэта» Лермонтов был переведен из лейб-гвардии Гусарского полка (располагался в Царском Селе под Петербургом) на Кавказ в Нижегородский драгунский полк. В к. апр. 1838 возвращается в Петербург, восстанавливает светские связи, бывает в литературных салонах семьи Карамзиных, В. Одоевского, на балах Петербурга, на приемах многих аристократических фамилий (Валуевы, Репнины, Смирнова-Россет и др.). Т. н. высший свет становится ему «более чем несносным», потому что «нигде ведь нет столько низкого и смешного, как там» (из письма к М. А. Лопухиной, к. 1838). Все это порождало новые осложнения, избежать которые, не поступаясь своей честью, было порою невозможно. В февр. 1840 на балу у гр. де Лаваль поэт был втянут в конфликт с сыном французского посланника Э. де Барантом и после дуэли с ним вновь отправлен на Кавказ в боевые расположения Тенгинского полка. Т. о., нескончаемые превратности личной жизни поэта разбивали в прах его мечты о «счастье и покое». С др. стороны, они порождали в душе поэта и мощные, совершенно уникальные вспышки творческих импульсов («…на мысли, дышащие силой, как жемчуг, нижутся слова»). Однако ни личные страдания, ни бунтарство против пороков света не заслоняли в порывах поэта Божьей правды как единственной и самой высокой меры человечности на земле, а заодно и всего сущего в Мироздании. В этом и состоял нравственно-философский и эстетический смысл протестующих творений Лермонтова.

Долгое время в радикальном и марксистском литературоведении мотивы протеста в творчестве Лермонтова рассматривались преимущественно с политической стороны как прямые выпады против самодержавия, крепостного права, религиозных убеждений («с небом гордая вражда»). На самом деле его произведения имеют иной характер. Они обращены к очищению человека (в т. ч. изуродованного социальными обстоятельствами) от нравственной скверны. Лермонтов выступал в защиту совершенного и прекрасного, что идет от промыслительных заповедей Бога и что способствует приближению к красоте и истине. Тем самым Лермонтов полностью освобождает поэзию от гедонистически-эпикурейских элементов, что частично было свойственно даже произведениям Пушкина. Едва ли не эсхатологически — и в этом можно видеть проявление гениальности поэта — Лермонтов сосредоточился исключительно на анализах соотношений в человеке света и тьмы, благородной силы и слабости, идеально-высокого — с низменным и пошлым. Антитеза этих состояний определяет сюжетно-композиционный строй, своеобразие символов и метафор, лексико-слоговую организацию произведений Лермонтова второго этапа.

С наибольшей отчетливостью эти признаки поэтического мышления Лермонтова в указанную пору проявились в «Маскараде».

Обычно содержание «Маскарада» связывают с критикой аристократической среды, с осуждением «реакции», наступившей якобы в России после разгрома декабристов. Но это весьма поверхностные и, в сущности, неверные толкования.

Лермонтов не в восторге от морали высших светских кругов, где все есть «маскарад», порою и сама человеческая честь. И все же главный вопрос, освещаемый в драме, — вопрос о том, как жить. Жить ли по совести, оправдывая свое появление на свет добродеянием и трудом, или — за счет изощренности, «обгона» других, считая, что человеческая жизнь — «игра», ринг, где побеждает лишь «сильный» да «изворотливый», пренебрегая законами чести.

Обращаясь к теме «игры», «маскарадности», Лермонтов поднимал одну из самых злободневных социально-философских тем не только своего времени, но и последующих десятилетий, вплоть до наших дней. Перипетии пьесы убеждают читателя, что жизнь — отнюдь не игра. Но многие, однако, начинают и понимают ее, как игру, демонстрируя тем самым трагический смысл существования человека на земле, когда он расходится с законами Мироздания, нравственными принципами, данными свыше. В этом глубинная суть «Маскарада» и главная причина жизненного краха Арбенина. У него был выход из кризисной ситуации (ложные подозрения в неверности Нины). Но он отверг спасительный вариант (согласие с доводами супруги), т. к. считал, что все в жизни «игра». В игре же нет доверия, нет места «чувствам», хотя бы они и были искренни. На первом плане в игре («карточной» и наяву) — диктат «ума», «опытности», «силы». А чтобы «здесь выигрывать — Вам надо кинуть все: родных, знакомых, честь». Это философия эгоизма, дьявольских искусителей, отвергающих Божью справедливость. Доверившись такой философии, полагаясь на силу своего «гордого» ума, не принимающего даже клятвы именем Бога, Арбенин гибнет. «И этот гордый ум сегодня изнемог», — сказано в конце пьесы. Изнемог не только и не столько в борьбе с «коварствами» света, но в борьбе с самим собой, в усилиях обозначить посредством своей «гордыни» ложь как истину.

Конфликт сильной, но индивидуалистически настроенной личности (Кирибеевич) с общепринятыми на Руси нормами бытия раскрыт в поэме «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова». Эта поэма приблизила творческий дух поэта к подлинной народности вне «лубочного», равно как и официального ее восприятия.

Сюжетное ядро поэмы составляет поединок купца Калашникова с царским опричником Кирибеевичем.

Кирибеевич, будучи профессиональным воином, физически превосходил Степана Парамоновича. Но побеждает в кулачном бою Калашников. Побеждает морально, поскольку отстаивал не только честь своей жены, но и общенародную правду, нерушимость нравственных устоев, освещенных Православной верой.

Образ Калашникова выписан эпическими красками. Это цельная личность. В нем воплощены лучшие стороны народного характера. Он руководствовался высшим долгом христианина, устранив «басурмана-осквернителя».

И когда Грозный потребовал изложить причины неслыханной расправы над любимым опричником, Парамонович отказывается давать объяснения:

Я скажу тебе, православный царь:
Я убил его вольной волею.
А за что про что — не скажу тебе,
Скажу только Богу единому.
Прикажи меня казнить — и на плаху несть.
Мне головушку повинную […].

Правда, в защиту которой выступил Калашников, выше царского суда, вообще — выше любого «земного» суда. Поэтому Калашников не только не боится, но и желает предстать за свое «убийство» перед небесным судом.

Царь понимает, что ответ купца был дан по чести, по совести, и исполнил все, о чем просил Калашников, не забыв и его малых детушек. Схоронили удалого купца за Москвой-рекой, на «чистом поле промеж трех дорог»:

Пройдет стар человек — перекрестится,
Пройдет молодец — приосанится,
Пройдет девица — пригорюнится,
А пройдут гусляры — споют песенку.

Смерть за неоскверненность веры, за общенародные идеалы не стирается в людском сознании — она в ореоле святости. Такова подспудная мысль финала лермонтовской поэмы, где впервые в отечественной литературе XVIII—XIX вв. столь наглядно и убедительно раскрыта органическая связь духовной крепости и чистоты русского человека с Православной верой. В этом смысле поэма Лермонтова не знает себе равных и по сей день.

Незаурядность поэмы сказывается также в певучести ее языка, где воедино слились литературные и фольклорные стихии, в композиции, отличающейся динамизмом и стройностью, в рельефной обрисовке характеров и человеческих страстей. Историческая конкретика угадывается в верной передаче духа прошедших времен, в поэтическом изображении (преимущественно реалистического плана) бытовых и психологических примет ушедшей эпохи.

В 1839 Лермонтов создает еще одну крупномасштабную поэму — «Мцыри», также отличающуюся красотами стиха, ярким описанием природы Кавказа (место действия поэмы), тонкой передачей психологического состояния главного персонажа. Поэма написана в форме исповеди 15-летнего отрока Мцыри, пытавшегося покинуть монастырь, приютивший его, чтобы отыскать дорогу в отчий дом, «прижать» свою «пылающую грудь» к «груди другой, хоть незнакомой, но родной».

В поэме ощущается противоречивость центрального мотива романтического повествования. С одной стороны, Мцыри стремится обрести гармонию, утвердить в себе «священное», т. е. вернуться на родину, стать свободным. С др. стороны, он действует как бунтарь-индивидуалист, отвергая помощь других и волю Провидения. Мало того, он готов променять и «рай и вечность» за «несколько минут / Между крутых и темных скал», где он в «ребячестве играл». Ясна поэтическая условность данного выражения, его символическая окраска. «Крутые» и «темные скалы», где герой в ребячестве играл — это символ отчизны, память о которой священна для любого живущего на земле. Рай и вечность — тоже можно рассматривать как символ благополучия, которого не хочет получать юноша (как и всякий верующий человек) без необходимых для того труда и усилий. Но все-таки «рай и вечность» — категория всеобщего, связанная с промыслительной сущностью Провидения. Замена одного («рая и вечности») другим (мгновения «свободы») не равноценна. Неравноценна и в том случае, если учесть, что она выговаривается отроком с воспаленным перед смертью сознанием. Лермонтов здесь чрезмерно «передоверился» герою, прибегнул к символике, романтическому гиперболизму не совсем точного значения.

При всем том в «Мцыри», конечно же, ощущается страстный порыв к идеалу, прекрасному, не приниженному человеческой заурядностью. Этот мотив связан с прославлением стойкости Мцыри, его мужества (поединок с барсом) в борьбе за то, что крепнущему духу кажется «священным».

Многообразно и последовательно преодолевает Лермонтов прагматизм и порочность современного ему мира в лирических жанрах 1834—39.

Взрывным по тону и силе отрицания «палачей» человеческого гения явилось стихотворение «Смерть поэта», за которое Лермонтов подвергся опале и был переведен на Кавказ. Между тем в стихотворении нет и намека на «возмущение» против политической системы, существовавшей в стране. Поэт клеймит позором тех, кто прибывает в Россию «на ловлю счастья и чинов», кто презирает «земли чужой язык и нравы», кому ненавистна честь России и кто «жадною толпой» теснится у трона, дабы любой ценой, в т. ч. злословия и предательства, обрести земное благополучие. Глубоко патриотический пафос стихотворения не был понят аристократическими верхами. Не было принято во внимание и то, что Лермонтов взывает не к «революции», как утверждали доносчики, а к «Божьему суду» с тем, чтобы поразить «наперсников разврата».

Через год Лермонтов окончательно приходит к мысли о том, что напоминание о Божьей каре не может устрашить тех, кто отпал от Бога и поклоняется лишь «звону злата». Лермонтов как никто до него в планетарных масштабах осознает страшные последствия безверия — состояния, парализующего не только волю отдельного человека, но и процессы исторического развития («Дума»):

Печально я гляжу на наше поколенье,
Его грядущее иль пусто иль темно.
Meж тем под бременем познанья и сомненья
В бездействии состарится оно […]

Осуждается не само «познание», а познание, ставшее орудием сомнения (сомнение в идеалах прекрасного, по Лермонтову, есть безверие). Оттого — «и ненавидим мы, и любим мы случайно», т. е. не согласуя свои чувства с нравственными принципами. Неверие, по Лермонтову, стало психологическим оправданием собственной бесплодности. Им уже бравируют и — что еще ужаснее — прикрывают свои «надежды лучшие и голос благородный», если таковые где-либо и проявляются. Субъективные ощущения поэта смыкались в данном случае с правдой действительных противоречий, с объективной характеристикой порочности общества.

В этих условиях перед Лермонтовым вставал вопрос о собственной позиции как художника и гражданина. Поиск оказался нелегким.

Союза с обществом, все подвергавшим сомнению и отрицанию, ставшим «игрушкой» низменных страстей, быть не могло, хотя во внешних отношениях Лермонтов ничем не отделял себя от окружающей среды.

Большое место и в жизни, и в лирике поэта занимала природа. Это отразилось во всех его произведениях ранней и более поздней поры. Природа не только сглаживала страдания Лермонтова — она, напоминая ему о вечности, способна была навеять сладостный «сон» души, в котором на какой-то миг сглаживались противоречия мира. Именно в такие минуты лирический герой Лермонтова полнее, чем всегда, мог ощутить присутствие Бога:

Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе, —
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу Бога.

(«Когда волнуется желтеющая нива…», 1837)

Однако природа не все могла дать поэту, и умиротворение наступало ненадолго. Оставались еще творчество и женская любовь.

Лермонтов не сомневался в высоком назначении поэзии и верил, что были времена, когда стих поэта

…как Божий дух, носился над толпой,
И, отзыв мыслей благородных,
Звучал, как колокол на башне вечевой
Во дни торжеств и бед народных.

Но время Лермонтова — другое. И в «век изнеженный» поэт, подобно «заржавевшему» кинжалу, «свое утратил назначенье» («Поэт», 1939). Отсюда: «Не верь, не верь себе, мечтатель молодой // Как язвы, бойся вдохновенья…» (1839).

К пониманию того, что истинный поэт — это «пророк», убежденный в высокости своей миссии, Лермонтов придет лишь незадолго до гибели, в третьей фазе своего творчества.

Одним из самых впечатляющих и ярких мотивов творчества Лермонтова следует считать мотив любви, интимных отношений с женщинами. Но как раз в этих отношениях Лермонтов так и не отыскал желаемого успокоения. Да и не могло этого случиться, потому что Лермонтов максималистски рассматривал любовь как «союз» двух сердец, устремленных к высшим, духовно значимым целям. Отсюда уподобление души возлюбленной «вечному храму» (ранняя вариация темы любви, оставшаяся в сознании поэта на все годы), от которого можно и должно ждать «спасенья своего». Между тем реальная жизнь, жизнь в обществе, где не только «ненавидят», но и любят «случайно» (т. е. «на срок», без всяких нравственных убеждений), безжалостно развеивала иллюзорные надежды. Этим объясняется постоянно углублявшееся неверие поэта в возможность обретения счастья в любви. Предельной силы такое неверие достигает в стихотворении «И скучно и грустно», написанном в 1840. С этого момента начинается третья и последняя фаза в развитии Лермонтова, длившаяся всего полтора года.

Суть перемены — в полном осуждении мира порочности и зла, где бы это ни проявляло себя: в роскошных ли аристократических залах («Как часто пестрою толпою окружен…», 1840) или в местах обитания провинциальных армейских романтиков и авантюристов («Герой нашего времени», 1840). С др. стороны, наблюдается как бы и отрешение от этого мира, погружение в самого себя, поиск действительных путей к духовному спасению вконец измученной и в чем-то уже раздробленной души («И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, — такая пустая и глупая шутка»).

Эти процессы нерасчленимы в творческом сознании поэта и его художественной практике. Однако их центральные линии ясно просматриваются почти в каждом произведении последних лет.

В стихотворении «Как часто пестрою толпою окружен» Лермонтов говорит о своей полной чужеродности бездушному светскому обществу. При «шуме музыки и пляски // При диком шепоте затверженных речей» мелькают перед ним «приличьем стянутые маски». Здесь нет живых лиц, здесь — «образы бездушные людей». Естественно, душа поэта порывается в др. мир — мир своего детства (Тарханы). Там и осеняет его вольная «мечта» о гармонии и «ладе», где нет фальши, жизнь не имитируется, а предстает во всей своей полноте. Контраст мечты и действительности, столь характерный для ранней лирики, приобретает еще более наглядное изображение. Но мечта теперь получает свою «прописку», свой адрес: это родина, Россия. На ее дорогах, в ее судьбах надо искать обновления. Таков объективный смысл знаменитого стихотворения Лермонтова.

Как бы в «перевернутой» конструкции этот смысл сказался и в центральной идее романа «Герой нашего времени».

Печорин «гоним» своим обществом и презирает его, находя в нем бездушие и пошлость. Душа его, терзаемая противоречиями, также жаждет обновления («…не мелькнет ли… желанный парус»). Но Печорин не Лермонтов. Выученик абстрактного философизма по западному образцу (отсюда его постоянная тяга к рефлексии и сама эгоцентрическая сущность), Печорин лишен чувства отчизны, чувства России. Оторвавшись от «ветки родимой», от отечественных традиций (в этом смысл скрытой антитезы: Печорин — Максим Максимыч), герой не знает, что делать с собой. Действительная жизнь, которую он понимал в чем-то глубже окружающих его людей, нравственные ценности русского народа, воспитанного в лоне Православия, — все это не затронуло героя, не вошло в плоть и кровь его деяний, чувств. По возвращении из Персии — многозначительная деталь: знак чужбины! — Печорин умирает.

Для подтверждения того, как глубоко и верно уяснилась Лермонтовым в последний период творчества неразрывность идей Отчизны и Бога, важно обратить внимание не только на стихотворение «Родина» (1841), но и на «Казачью колыбельную песню» (1840).

Знаменательно, что «Казачья колыбельная песня» была написана в год завершения работы над романом «Герой нашего времени». С учетом этого обстоятельства «Песню» можно рассматривать как своеобразный комментарий к вопросу, который задает себе Печорин и который можно отнести к каждому человеку, живущему среди своего народа, независимо от занимаемой ступеньки на общественной лестнице. Печорин спрашивает себя: «Зачем я жил? Для какой цели я родился? А верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое… Но я не угадал этого назначения». Действительно, не угадал. Но истинно высокую цель жизни и не угадывают, по Лермонтову, ею — живут. Живут так, как персонажи «Казачьей колыбельной песни». Живут полнокровно и праведно, любя Бога, отца, мать, Отчизну.

С трогательной простотой поэт раскрывает в гениально найденных образах-символах спасительную нить поколений, когда их жизнь проходит в честном, хотя и суровом, служении Богу и Отчизне. Младенец еще в зыбке, но он охраняем любовью и лаской матери, мужеством отца, закаленного в «боях» за общее дело. Получит благословение родителей на такое дело и их подрастающий первенец:

Сам узнаешь, будет время,
Бранное житье;
Смело вденешь ногу в стремя
И возьмешь ружье…

Здесь не обязательно подразумевать лишь «ратное» деяние, хотя речь идет в первую очередь о нем. Однако важно учесть, как относится сама мать к исполнению сыном своего долга, во всех случаях нелегкого:

Я сидельце боевое
Шелком разошью. ..

Это не бравада, а сознание необходимости всем и вместе защищать благополучие родной земли:

Богатырь ты будешь с виду
И казак душой (т. е. отважный и честный),
Провожать тебя я выйду,
Ты махнешь рукой…
Сколько горьких слез украдкой
Я в ту ночь пролью!

Есть ли надежда на успех и где залог благополучного исхода праведного служения? По смыслу колыбельной песни, а значит, и по убеждению автора, такой залог есть:

Дам тебе я на дорогу
Образок святой,
Ты его, моляся Богу,
Ставь перед собой.

Иначе: не отклоняйся от долга и заветов Православной веры!

Да готовясь в бой опасный,
Помни мать свою…
Спи младенец, мой прекрасный,
Баюшки-баю.

В русской литературе нет произведения, где бы столь же органично и художественно, без назидательности и дидактизма были сведены воедино три самые фундаментальные основы жизни русского человека: Бог, Отчизна, дом родной. В этом следует видеть также и высшую точку духовного подъема самого Лермонтова как поэта. Его последние произведения («Выхожу один я на дорогу…», «Пророк» и «Демон») подтверждают данное заключение.

В поэме «Демон», имеющей восемь авторских редакций (последняя завершена в 1840, но, видимо, дорабатывалась до самой кончины поэта), необходимо учитывать три слоя романтико-аллегорического повествования: философский, социально-исторический и психологический. Уяснить содержание поэмы, масштабность ее замысла и исполнения можно только с учетом сложного взаимодействия всех трех линий как в композиционном, так и в идейно-смысловом плане.

Демон — противник Бога, сатана. Он же в поэме Лермонтова и «царь познанья», и в то же время — «сеятель зла». Столь противоречивые свойства образа вполне объяснимы, если принять во внимание, что «познания», сопровождаемые «сомнением», Лермонтов считал тяжелейшим бременем своего поколения и даже злом, поскольку такое познание осуществлялось вне веры и идеала.

Демон, однако, тяготится своей миссией («и зло наскучило ему»). Он ищет гармонии, любви и даже с «небом примиренья»: «Хочу любить, хочу молиться, // Хочу я веровать добру».

Но душа, убитая ядом безверия и отрицания, возродиться не может. Прикосновение Демона к Тамаре оказалось смертельным для нее, потому что в любви, «как в злобе», искуситель был и «неизменен и велик». Любовь адского духа к чему бы то ни было есть, по логике сюжета, та же «злоба», только большей силы. И все же душа Тамары спасена: «она страдала и любила // И рай открылся для любви».

В борьбе за душу Тамары, в схватке с Ангелом (посланником Бога) Демон не одолел благого защитника:

И проклял Демон побежденный
Мечты безумные свои,
И вновь остался он надменный,
Один, как прежде, во вселенной
Без упованья и любви!..

Любовь в поэтике последних лермонтовских произведений становится знаком, условием достижения подлинной гармонии как самого качественного состояния мира и человека. Но это уже не только и не столько интимное чувство, порождаемое духовно-физиологическим влечением к женщине. Это любовь к Добру, Истине, Богу.

Именно к такой любви окончательно приходит Лермонтов в последней фазе своего творчества, полностью признав Бога как изначальный источник всех благих и прекрасных побуждений на земле. В стихотворении «Выхожу один я на дорогу…», написанном за две недели до гибели на дуэли с отставным майором Н. С. Мартыновым, Лермонтов выражает желание «забыться и заснуть», т. е. дистанцироваться от противоречий и тщеты суетного мира, который дал ему лишь «трудности» и «боли» («Что же мне так больно и так трудно?»). Но преодолеть невзгоды суетного мира не означало у Лермонтова заснуть «холодным сном могилы». Напротив:

Я б желал навеки так заснуть,
Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь;
Чтоб всю ночь, весь день, мой слух лелея,
Про любовь мне сладкий голос пел.

О какой любви мечтает здесь поэт? О той, которая врачует душевные раны, которая может стать залогом беззлобия и силы, постоянной сутью человеческих отношений, устремленных к гармонии и к Богу.

Все это означает, что поэзия Лермонтова и все его творчество последних лет не только крик отчаяния, но и мудрый наказ русскому человеку: во что бы то ни стало воспрянуть духом, стремиться к добру и милосердию. Лермонтов хотел, чтобы человек обновился, чтобы вечная борьба священного с порочным, которая проходит в душе каждого из нас и определяет глубинную суть человеческой жизни, завершалась если не абсолютной победой, то перевесом священного.

Щеблыкин И.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа — http://www.rusinst.ru

Вернуться на главную страницу М. Ю. Лермонтова

 

Русские писатели и поэты :: Стихотворения М.

Ю. Лермонтова

В море царевич купает коня;
Слышит: «Царевич! взгляни на меня!» 

Фыркает конь и ушами прядет,
Брызжет и плещет и дале плывет. 

Слышит царевич: «Я царская дочь!
Хочешь провесть ты с царевною ночь?»

Вот показалась рука из воды,
Ловит за кисти шелковой узды. 

Вышла младая потом голова,
В косу вплелася морская трава. 

Синие очи любовью горят;
Брызги на шее, как жемчуг, дрожат. 

Мыслит царевич: «Добро же! постой!»
За косу ловко схватил он рукой. 

Держит, рука боевая сильна:
Плачет и молит и бьется она.  

К берегу витязь отважно плывет;
Выплыл; товарищей громко зовет: 

«Эй, вы! сходитесь, лихие друзья!
Гляньте, как бьется добыча моя… 

Что ж вы стоите смущенной толпой?
Али красы не видали такой?» 

Вот оглянулся царевич назад:
Ахнул! померк торжествующий взгляд. 

Видит, лежит на песке золотом
Чудо морское с зеленым хвостом. 

Хвост чешуею змеиной покрыт,
Весь замирая, свиваясь, дрожит. 

Пена струями сбегает с чела,
Очи одела смертельная мгла. 

Бледные руки хватают песок;
Шепчут уста непонятный упрек. .. 

Едет царевич задумчиво прочь.
Будет он помнить про царскую дочь! 

(1841)

Выхожу один на дорогу;Тр… (Михаил Юрьевич Лермонтов)

Я выхожу один на дорогу; Сквозь туман кремнистый путь сияет; Тихая ночь. Пустыня внемлет Богу, И звезда со звездой говорит. На небе торжественная и чудная! Спит земля в сиянье голубом… Что мне так больно и так тяжело? Эх, чего ждать? жалеете ли вы об этом?Я ничего не жду от жизни Я совсем не жалею о прошлом;Я ищу свободы и покоя!Хотелось бы расслабиться и заснуть!Но только не этот холодный сон могилы… Я так хотел заснуть навсегда, Чтоб в груди дремала жизненная сила, Дышала Так тихо вздымалась грудь, Чтоб всю ночь, весь день слух мой лелея, О любви мне сладкий голос пел мне, Чтоб всегда очерчивал дуб ухоженный и шумный.

Там за добро, добро и кровь за кровь, и ненависть безмерная, как любовь.

Маскарад1) Все хотят тебя иметь, а не в жертву знать; Людей без гордыни и сердца презирают, И игрушку тех людей. 2) — Ты человек или демон?— Я? — Игрок! 3) — Но всевидящий Бог, Прости ее, благослови. — Но я не Бог и не прощаю! 4) Плачь! Плачь — ну что же, Нина, Что слезы женские? Вода! Ну что я плакала? Я, мужчина! Злоба, ревность, тоска, и СТАДА плакала — Да! в этот миг оно еще не пришло:Смерть в его руках — и ад в груди————Жизнь вечна, смерть лишь миг!

ПРОРЕКС с тех пор, как вечный Сугияма дал всеведение пророка, В глазах людей читал странности злобы и нечестия.Провозглашая я любовь чистую истину учения: Мне все ближние дико угрюмы камни. Посыпанный пеплом I Глава города Я бежал без гроша в кармане, И здесь в пустыне я живу, Как птицы, Божий дар в пищу; Вечный Завет хранит Меня смиренное существо земное там; И звёзды слушают меня, Лучи радостно играя. Когда употребит шумный Гради путь скорей, То старшие детям говорят с гордою улыбкой: Смотри: вот пример тебе! Гордился, не стал ладите с нами: Дурак, хотел уверить нас, Что Бог говорит своими устами! Посмотрите же, дети, на него, Как он угрюм, и тощ, и бледен! Глядите на него голого и бедного, Как презирающего все это!

Преступление это пилюля не только с умершим человеком может проглотить; некоторые предварительно проглатывают, разжевывая; делает пилюлю еще более горькой.

(Из Шиллера) Поделись со мной тем, что знаешь; И я буду благодарен. Но ты мне подскажи: зачем я дьяволу твою душу

Есть очень странные люди, которые приходят с друзьями как одеваться: пока привыкают, пока не изнашиваются, а там кидают.


«Дружелюбный человек, с которым легче обращаться, чем с собакой»: мастер-класс Вернера Херцога в Visions du Réel

Вернер Херцог в Встреча с Горбачевым

Фигура такого масштаба, как Михаил Горбачев, неуместна для документального фильма Вернера Херцога, режиссера, чья научно-популярная работа в основном сосредоточена на выдающихся личностях и событиях, исключенных из книг по истории.Таким образом, в целом неудивительно, что его последний фильм « Встреча с Горбачевым » (режиссёром которого является его частый продюсер Андре Сингер) должен быть парализован своим героем, человеком, который выдержал невообразимое политическое давление и пристальный взгляд СМИ, когда он двигался, если не оркестровка, одна из самых важных глав 20-го века.

Как объяснил Герцог на мастер-классе, проведенном во время 50-го фестиваля документального кино Visions du Réel в Ньоне, Швейцария, Горбачев сопротивлялся его попыткам выйти за пределы обычного портрета: с ним в его деревне, или я бы сделал некоторые вещи с хореографией движений.Вместо этого их заперли в его кабинете для трех отдельных встреч с двумя фиксированными камерами, направленными на физически неполноценного, но интеллектуально ясного Горбачева, который по большей части повторял ответы, которые он уже давал бессчетное количество раз.

Когда Герцог попытался обсудить, почему человечество оказалось не в состоянии избавиться от ядерного оружия, надеясь исследовать «странное внутреннее качество насильственных оружейных систем», приведя анекдот о самураях 17-го века, добровольно отказавшихся от огнестрельного оружия в пользу фехтования, Горбачев не согласился с его философской инициативой.Все, что осталось от этого обмена мнениями в фильме, — это заезженное заявление об ответственности ООН в отношении ядерного разоружения, которое, как признает Херцог, «ничего не объясняет». Единственный момент в Встреча с Горбачевым , который ближе всего к воплощению фирменной «экстатической правды» Герцога, — это финал. Режиссер сказал, что обманул Горбачева, попросив его прочесть стихотворение Пушкина, зная, что тот откажется. Вместо этого Горбачев предложил один из Лермонтова, и фильм заканчивается тем, что он полностью цитирует скорбное «Я выхожу в дорогу один», давая более сильное выражение того, как он пережил неудачу своих усилий, чем во всех предыдущих ответах вместе взятых.Здесь, по словам Герцога, «мне казалось, что я смотрю в самую душу России».

Превосходный пример экстатической правды был представлен позже, в клипе из Lessons of Darkness (1992), поэтического документа Герцога о последствиях войны в Персидском заливе. Образы адских пейзажей и людей, пытающихся перекрыть хлынувшую нефтяную трубу, ядовитая черная жижа, разбрызгивающаяся по ним, скользят мимо в предельно замедленной съемке под восторженные мелодии «Notturno» Шуберта, подчеркивая ужасающую абсурдность ситуации и изображая рабочих как мифические герои. Обсуждая клип, страсть Херцога была ощутима: «Посмотрев его снова, я понял, как сильно я люблю мужчин на работе». Обращаясь к кинематографистам в зале, он умолял их снять « настоящих человека и настоящих работы». Вы никогда не ошибетесь». Когда позже кто-то спросил его, в какой степени интуитивная прозорливость сыграла роль в создании его фильмов, он ответил, что «всегда держит двери открытыми для чудесного входа», и привел пример со съемок фильма «Плохой лейтенант : порт захода». Орлеан (2009): однажды он увидел игуану рядом со съемочной площадкой и спонтанно придумал снять ее крупным планом, чтобы визуализировать одурманенную наркотиками субъективность главного героя, таким образом случайно наткнувшись на один из самых вдохновляющих образов фильма.

И все же, касаясь цифровых камер, практичность которых он превозносил, Герцог предостерег от соблазнительной возможности накапливания массы отснятого материала. Для полнометражного фильма, который он недавно закончил снимать в Японии, у него было всего 360 минут рывков, что является для него типичным соотношением съемок. «Не держите камеру включенной, вы никогда не поймаете ничего особенного. Вы ловите только посредственное, и это продолжается сотни часов. Мы не сборщики мусора, мы формируем и формируем пленки.Вы должны принимать решения во время съемки. Вы не можете исправить что-то на этапе постпродакшна, это иллюзия». Соответственно, на монтаж он тратит очень мало времени. Хотя он пытается забыть о своих первоначальных намерениях во время редактирования, чтобы позволить материалу «развить свою собственную жизнь, свою собственную динамику, свою собственную форму», в конечном итоге «отличные кадры всегда подходят друг другу». «Человек гризли » (2005 г.), в значительной степени состоящий из найденных кадров, на монтаж ушло девять дней, а « В бездну » (2011 г.) , документальный фильм, который он снял в камере смертников, пять или шесть.

В монтажной комнате Херцог придумывает бесконечно цитируемый голос за кадром для своих документальных фильмов; он никогда не думает о повествовании во время съемки и не меняет его после завершения чернового монтажа. Работая над сценой со своим редактором, он просматривает отснятый материал и одновременно записывает комментарий, который затем сразу же записывает и продолжает уточнять, пока он не подойдет. Он также поделился, что знаменитая великолепие его речи — это не просто идиосинкразия, она очень рассчитана на то, чтобы привить «необходимую серьезность, а иногда и необходимую легкость».В качестве иллюстрации он процитировал отрывок из своего документального фильма о вулканах Into the Inferno (2016) — «Природа монументально безразлична к снующим тараканам, умственно отсталым рептилиям и бессодержательным людям», — утверждая, что важно «найти форму, которая сочетает в себе содержание, образ и стилизация голоса».

Эти голоса за кадром, конечно же, в значительной степени ответственны за неудачную мемификацию личности Герцога, которая произошла за последнее десятилетие или около того, угрожая затмить его огромный вклад в историю кино.Он отверг предположение модератора о том, что его различные роли в кино, от тиранического отца в Julien Donkey-Boy (1999) до злодея в Jack Reacher (2012), являются стилизованными версиями самого себя, утверждая, что он «в основном дружелюбный человек, с которым легче справиться, чем с собакой». Он с радостью признал, что ему нравилось играть — и в большинстве случаев писать в соавторстве — своих ироничных персонажей, а в случае с мейнстримными постановками — тот факт, что «за них хорошо платят.Он просто проигнорировал бесчисленные пародии на Youtube и поддельные аккаунты в Facebook. «Я живу в этом восприятии, и мне все равно. Я не хочу заниматься самоанализом. Это не имеет значения». Указав на экран кинотеатра позади себя, он добавил: «Единственное, что имеет значение, это то, что вы здесь видите».

| Тутт’Арт@ | Питтура • Скульптура • Поэзия • Музыка

Архив марта 2022 г. (10)февраль 2022 г. (19)женнай 2022 г. (22)декабрь 2021 г. (25)ноябрь 2021 г. (11)октябрь 2021 г. (13)сентябрь 2021 г. (16)август 2021 г. (32)август 2021 г. (46)июнь 2021 г. (47) март 2021 (29)апрель 2021 (30)март 2021 (41)февраль 2021 (30)женнай 2021 (36)декабрь 2020 (45)ноябрь 2020 (32)октябрь 2020 (44)сентябрь 2020 (41)август 2020 (68) июнь 2020 (52)июнь 2020 (36)маджо 2020 (56)апрель 2020 (66)марцо 2020 (83)февраль 2020 (56)женнайо 2020 (74)декабрь 2019 (84)ноябрь 2019 (79)октябрь 2019 (49) сентября 2019 г. (58)августа 2019 г. (69)июня 2019 г. (76)июня 2019 г. (68)маджо 2019 г. (54)апрель 2019 г. (89)март 2019 г. (95)февраль 2019 г. (90)женнайо 2019 г. (70)декабрь 2018 г. (67) ноябрь 2018 г. (76)октябрь 2018 г. (92)сентябрь 2018 г. (28)август 2018 г. (25)август 2018 г. (39)июнь 2018 г. (45)март 2018 г. (19)апрель 2018 г. (30)март 2018 г. (59)февраль 2018 г. (58) gennaio 2018 (53)декабрь 2017 (63)ноябрь 2017 (51)октябрь 2017 (51)сентябрь 2017 (20)август 2017 (43)лет 2017 (37)июнь 2017 (25)маджо 2017 (2) 3)апрель 2017 г. (28)март 2017 г. (39)февраль 2017 г. (48)женнай 2017 г. (38)декабрь 2016 г. (35)ноябрь 2016 г. (39)октябрь 2016 г. (41)сентябрь 2016 г. (48)август 2016 г. (31)август 2016 г. ( 41)июнь 2016 г. (42)маджо 2016 г. (52)апрель 2016 г. (59)марцо 2016 г. (60)февраль 2016 г. (69)женнай 2016 г. (44)декабрь 2015 г. (39)ноябрь 2015 г. (55)октябрь 2015 г. (47)сентябрь 2015 г. ( 41)август 2015 г. (55)август 2015 г. (36)июнь 2015 г. (30)маджо 2015 г. (16)апрель 2015 г. (20)март 2015 г. (22)февраль 2015 г. (23)послание 2015 г. (20)декабрь 2014 г. (13)ноябрь 2014 г. ( 28)октябрь 2014 г. (11)сентябрь 2014 г. (5)август 2014 г. (12)август 2014 г. (17)июнь 2014 г. (18)маджо 2014 г. (25)апрель 2014 г. (16)март 2014 г. (23)февраль 2014 г. (52)женнайо 2014 г. ( 32)декабрь 2013 г. (37)ноябрь 2013 г. (41)октябрь 2013 г. (21)сентябрь 2013 г. (19)август 2013 г. (30)август 2013 г. (19)июнь 2013 г. (17)маджо 2013 г. (34)апрель 2013 г. (12)март 2013 г. ( 61)февраль 2013 г. (38)женнай 2013 г. (27)декабрь 2012 г. (35)ноябрь 2012 г. (39)октябрь 2012 г. (38)сентябрь 2012 г. (46)август 2012 г. (41)август 2012 г. (42)июнь 2012 г. (24)магги o 2012 (24)апрель 2012 (53)март 2012 (32)февраль 2012 (35)женнай 2012 (38)декабрь 2011 (41)ноябрь 2011 (37)октябрь 2011 (62)сентябрь 2011 (32)август 2011 (15) июнь 2011 г. (26)июнь 2011 г. (11)маджо 2011 г. (14)апрель 2011 г. (24)марцо 2011 г. (19)февраль 2011 г. (12)женнайо 2011 г. (12)декабрь 2010 г. (1)ноябрь 2010 г. (1)октябрь 2010 г. (4) сентября 2010 г. (3)

«Полет серпа и молота» из Нью-Йорка в Ленинград На добром корабле «Лермонтов»

Если это известие и казалось излишне жутким, то оно резко контрастировало с лермонтовскими вечерними гуляниями, которые не выказывали признаков того, что когда-либо выдыхались, что с всю команду, на которую можно привлечь в дополнение к обычным артистам. Когда мы не занимались своими прическами (любимое развлечение), члены нашей команды репетировали поразительное разнообразие представлений, начиная от серьезных оперных концертов и заканчивая балетом в костюмах. В репертуаре также современный балет в сопровождении электронной музыки; несколько номеров типа Rockette; пение очень хорошим баритоном; несколько сольных выступлений на арфе (!), и очень банальное ревю с изображением деревянных солдатиков под названием «Хромой генерал», которое настолько разозлило публику, что чуть не вызвало демонстрацию протеста.

Мы участвовали в различных мероприятиях, в том числе в конкурсе «Мисс Лермонтова» (выиграла американка), викторине и костюмированном параде. Трансатлантические пассажиры, в отличие от пассажиров круизов, не очень любят милые уловки участия, но было довольно легко игнорировать эти действия и выходить только на шведский стол, подаваемый в барах каждый вечер в 11 часов. несомненно, воротит нос от лермонтовского буфета, но он был совсем неплох, состоял из простых открытых бутербродов с семгой, огурцом, салями и помидором на отличном свежем хлебе.

На демонстрацию «Секреты русской кухни», которую вели повар в белом колпаке и старшая стюардесса-переводчица, пришло немного зрителей. Первым «секретом» был борщ. Каждый ингредиент объявлялся шеф-поваром, который держал блюдо с ним. лук; все смотрели на блюдо с нарезанным луком, и российские телекамеры приближались. Свекла; мы любовались свеклой, солью — и так далее. Маленькие чашки борща раздавали официанты, одетые по этому случаю в традиционные русские костюмы.Операторы перелезали через пассажиров и сиденья, свет телевизоров падал на пол, шеф-повар моргал и хмурился, а стюардесса улыбалась и задавала вопросы.

Ближе к концу путешествия у аниматоров появилось несколько коммерческих идей. Они взяли половину персонала столовой и провели их по танцполу в одежде или с вещами из корабельного магазина беспошлинной торговли. Восторженные аплодисменты во главе с коммодором Огановым подбодрили застенчивых моделей, которые демонстрировали вышитые платки, шубы и шапки, лакированные шкатулки, самовары и бижутерию, а ведущий зачитывал цену каждой вещи в долларах.

Услужливая команда

Когда я и мой знакомый решили устроить вечеринку с шампанским, канцелярия была рада бесплатно распечатать приглашения, персонал столовой приготовил несколько закусок коктейлей, а бармен отвязал часть гостиной. Цель, помимо укрепления советско-американских отношений, состояла в том, чтобы собрать вместе несколько дипломатов, журналистов и случайных путешественников. Костюмы 30 или около того гостей переходили из одной крайности (русские в темных костюмах, женщины в коктейльных платьях 1950-х годов) в другую (американцы в одежде для стирки или яркой контркультурной одежде), с вкраплением всего в между.Русские предложили тост за дружбу, а американец предложил тост за Балтийское пароходство, владельцев «Лермонтова». Тосты были выпиты в сухом российском шампанском под названием «Игристое», которое продавалось на борту по цене 4,50 доллара за бутылку по сравнению с примерно 8 долларами в ресторанах.

В корабельных барах персонал всегда был готов рассказать о подленинградской местности или о гастрономических удовольствиях и образе жизни Грузинской и Молдавской республик. Они также любили корабельные сплетни так же, как и все мы, и, когда их требовали, рассказывали о зверствах, помнящихся с военных лет.Весь экипаж выражал восхищение Родиной и отвращение к войне и насилию. Некоторые говорили о визите мэра Линдсея в Москву и о его похвале городской системе общественного транспорта. «Нам в России машины не нужны». сказал один бармен. «Мы думаем, что поезда и метро лучше. У нас в Ленинграде пробок нет, воздух чистый». Однажды я пожаловался на односторонний обмен валюты в Советском Союзе, указав, что путешественник не может поменять ненужные рубли обратно на доллары, отправляясь домой.«Почему мы должны помогать капитализму?» был ответ. «Мы должны сделать все возможное, чтобы помочь себе». Другому пассажиру сказали, что его представление о том, что каждый член экипажа «Лермонтова» должен принадлежать к коммунистической партии, не соответствует действительности.

Хотя чаевые не требовались, я дал чаевые персоналу, который был особенно вежлив, и они любезно приняли деньги. Однако терпеливая и вдумчивая главная стюардесса в столовой отказалась принять чаевые. Я дал ей книгу.«Книга — лучший подарок, который вы можете сделать русскому», — сказала она. «Пожалуйста, подождите несколько секунд.» Через минуту она вернулась с подарком взамен: крошечной сувенирной куклой.

Михаил Лермонтов — Страница 4 из 5

Здесь нет опасных течений или быстрых приливов, а холмы, окружающие вас с трех сторон, защищают вас от непогоды, которая в противном случае могла бы сорвать ваши погружения. Во время нашей экспедиции два дня подряд в этом районе дул шторм, принеся с собой постоянные ветры, скорость которых временами достигала почти 60 миль в час.В любом другом месте нас бы либо побили, либо мы вернулись бы к причалу, проклиная погоду, но благодаря небольшому размеру залива и тем нависшим с трех сторон холмам ветер не мог создавать волны, которые мешали бы нам нырять.

Температура воды здесь в октябре составляет 55 градусов сверху донизу без заметного термоклина, и хотя один член нашей команды выдержал испытание в гидрокостюме, сухой костюм — это действительно то, что нужно здесь, особенно если вы хотите максимизировать свои ягодицы. время.Когда вы впервые засунете голову под поверхность, необъятность этого 578-футового (155-метрового) затонувшего корабля станет очевидной. Наш швартовный трос был удобно расположен посередине затонувшего корабля, и у нас была видимость от сорока до шестидесяти футов (14-20 метров). Прямо из-под дайв-бота можно было легко увидеть огромный корпус корабля с рядами иллюминаторов, исчезающих вдали как в носовой, так и в кормовой части.

Поскольку корпус и верхняя палуба не повреждены, на ней легко ориентироваться, и есть много больших открытых площадок для исследования, таких как закрытый бассейн, верхняя шлюпочная и прогулочная палубы предлагают множество возможностей для исследования.Удивительно видеть, что деревянные палубы и перила целы, когда вы плывете под изогнутыми шлюпбалками спасательных шлюпок, которые торчат к поверхности. Единственная огромная воронка с двумя большими стабилизирующими плавниками удивительно похожа на боевую рубку гигантской подводной лодки, лежащей на боку. Проплывая дальше вперед, мачта, купол радара и радиопеленгатор все еще на месте. Стальные части затонувшего корабля покрыты холодной водяной губкой, мидиями и анемонами, но кое-где есть небольшой участок корпуса, лишенный растительности, и оригинальная белая краска Лермонтова , теперь вздутая и отслаивающаяся, мелькает и проглядывает.Вездесущие на обломках большие голубые трески, которые следуют за вами, как щенки, глядя вам прямо в глаза, натыкаясь на вашу маску и выпрашивая угощения. Если схватить и разбить одну из тысяч больших мидий, украшающих корпус корабля, эти невероятно доверчивые и напористые рыбки будут есть прямо с вашей руки, но будьте готовы, теперь она будет следовать за вами до конца погружения, трясясь Вы вниз для больше! Большие осьминоги живут в тенистых местах затонувшего корабля, и однажды я посветил фонариком в угол, и большой осьминог пролетел мимо, меняя цвет на бегу и стреляя чернилами, чтобы скрыть свое бегство.Честно говоря, я не могу сказать, кто больше испугался, он или я.

Для тех, у кого есть подготовка, оборудование и желание, внутреннее пространство корабля требует изучения. На мостике машинные телеграфы, пост управления и радиолокационное оборудование все на месте, а радиоаппаратура покрыта мягкими губками на скамьях в радиорубке прямо в корме. Открытые двери и заполненные илом коридоры ведут к лестницам, которые вьются глубоко в чаши корабля, стеклянные и латунные перила спиралевидно уходят в сторону, когда вы штопором пробираетесь вглубь корабля.Проплывите через двойные двери (верхняя все еще качается!), которые ведут в ресторан «Ленинград», изогнутая стеклянная перегородка в столовой действует как зеркало и отражает ваш свет обратно на вас. Столы торчат из пола (теперь из стены), а в кухонной зоне полки из нержавеющей стали, раковины и столы для приготовления пищи все еще просвечивают сквозь скопившийся ил.

Доходный дом, улица Лермонтова, (ок. 1930), Якутск, Россия — оригинал

Библиотека Конгресса не владеет правами на материалы в своих коллекциях. Поэтому он не лицензирует и не взимает плату за разрешение на использование такого материала и не может предоставлять или отказывать в разрешении на публикацию или иное распространение материала.

В конечном счете, исследователь обязан оценить авторские права или другие ограничения на использование и получить разрешение от третьих лиц, когда это необходимо, прежде чем публиковать или иным образом распространять материалы, найденные в коллекциях Библиотеки.

Информацию о воспроизведении, публикации и цитировании материалов из этой коллекции, а также о доступе к исходным материалам см.: William C.Коллекция фотографий Брамфилда — информация о правах и ограничениях

  • Консультант по правам : Нет известных ограничений на публикацию. Для получения информации см. «Коллекцию фотографий Брумфилда» https://hdl.loc.gov/loc.pnp/res.273.brum.
  • Репродукция номер : LC-DIG-ppmsca-05280 (цифровой файл с оригинала)
  • Номер телефона : ЛК-В05-01074
  • Информация о доступе : [u’Пожалуйста, используйте цифровое изображение: исходный слайд хранится в холодильнике для сохранения. ‘]

Получение копий

Если отображается изображение, вы можете загрузить его самостоятельно. (Некоторые изображения отображаются только в виде эскизов за пределами Библиотеке Конгресса из соображений прав, но у вас есть доступ к изображениям большего размера на сайт.)

Кроме того, вы можете приобрести копии различных типов через Услуги тиражирования Библиотеки Конгресса.

  1. Если отображается цифровое изображение: Качество цифрового изображения частично зависит от того, был ли он сделан из оригинала или промежуточного звена, такого как копия негатива или прозрачность.Если поле «Репродукционный номер» выше включает репродукционный номер, начинающийся с LC-DIG…, то есть цифровое изображение, которое было сделано непосредственно с оригинала и имеет достаточное разрешение для большинства целей публикации.
  2. Если есть информация, указанная в поле Номер репродукции выше: Вы можете использовать репродукционный номер для покупки копии в Duplication Services. Это будет сделано из источника, указанного в скобках после номера.

    Если в списке указаны только черно-белые («ч/б») источники и вам нужна копия, показывающая цвета или оттенка (при условии, что они есть у оригинала), обычно можно приобрести качественную копию оригинал в цвете, указав номер телефона, указанный выше, включая каталог запись («Об этом элементе») с вашим запросом.

  3. Если в поле Номер репродукции выше нет информации: Как правило, вы можете приобрести качественную копию через Duplication Services.Назовите номер телефона перечисленных выше, и включите запись каталога («Об этом элементе») в свой запрос.

Прайс-листы, контактная информация и формы заказа доступны на Веб-сайт службы дублирования.

Доступ к оригиналам

Выполните следующие действия, чтобы определить, нужно ли вам заполнять бланк вызова в разделе «Печать». и читальный зал фотографий, чтобы просмотреть исходные предметы. В некоторых случаях используется суррогатное изображение (замещающее изображение). доступны, часто в виде цифрового изображения, копии или микрофильма.

  1. Элемент оцифрован? (Эскиз (маленькое) изображение будет видно слева.)

    • Да, элемент оцифрован. Пожалуйста, используйте цифровое изображение вместо того, чтобы запрашивать оригинал. Все изображения могут быть просматривать в большом размере, когда вы находитесь в любом читальном зале Библиотеки Конгресса. В некоторых случаях доступны только эскизы (маленьких) изображений, когда вы находитесь вне Библиотеки Конгресс, потому что права на предмет ограничены или не были оценены на предмет прав ограничения.
      В качестве меры по сохранности мы обычно не обслуживаем оригинальный товар, когда цифровое изображение доступен. Если у вас есть веская причина посмотреть оригинал, проконсультируйтесь со ссылкой библиотекарь. (Иногда оригинал просто слишком хрупок, чтобы служить. Например, стекло и пленочные фотонегативы особенно подвержены повреждениям. Их также легче увидеть онлайн, где они представлены в виде положительных изображений.)
    • Нет, элемент не оцифрован. Перейдите к #2.
  2. Указывает ли вышеприведенные поля Access Advisory или Call Number, что существует нецифровой суррогат, например, микрофильмы или копии?

    • Да, другой суррогат существует. Справочный персонал может направить вас к этому суррогат.
    • Нет, другого суррогата не существует. Перейдите к #3.
  3. Если вы не видите уменьшенное изображение или ссылку на другой суррогат, пожалуйста, заполните бланк вызова в читальный зал эстампов и фотографий. Во многих случаях оригиналы могут быть доставлены в течение нескольких минут. Другие материалы требуют назначения на более позднее время в тот же день или в будущем. Справочный персонал может проконсультировать вас как по заполнению бланка заказа, так и по срокам подачи товара.

Чтобы связаться со справочным персоналом в читальном зале эстампов и фотографий, воспользуйтесь нашим Спросите библиотекаря или позвоните в читальный зал между 8:30 и 5:00 по номеру 202-707-6394 и нажмите 3.

Лермонтовские экскурсии | Go Dive Pacific

Однодневные поездки: Однодневные поездки могут быть организованы по запросу, однако для лучшего общего впечатления рекомендуется вариант с ночевкой.

Бронирование: мы рекомендуем вам бронировать заранее, поездки отправляются регулярно в течение каждой недели летнего периода, Go Dive ограничивает количество дайверов в каждой 24-часовой поездке до 8.Депозит в размере 30% гарантирует ваше бронирование с полной оплатой до поездки.
Минимальный рейтинг опыта: погружение в открытой воде с ориентацией на окружающую среду в холодной воде. Расширенный сертификат O/W или подтверждение погружения Wreck Adventure от признанного учебного агентства, необходимого для погружений с ограниченным проникновением. Примечание: ограничения глубины сертификации строго соблюдаются.
Тур включает: проживание с постельным бельем и полотенцем, питание, дайвинг, баллоны, воздушные и грузовые пояса. Аренда снаряжения при необходимости оплачивается дополнительно
Количество погружений: Два погружения в день, любой продолжительности.
Что взять с собой: Бортовой журнал, свидетельство о сертификации, теплую одежду, головной убор, солнцезащитный крем.

Диетические требования: Если у вас есть какие-либо диетические требования, сообщите нам об этом во время бронирования. Может взиматься дополнительная плата.

Максимальное количество дайверов за рейс: 8

Рекомендации/требования: Если вы не привыкли нырять в 7-мм гидрокостюме, сухом костюме или в умеренных водах, мы рекомендуем вам совершить погружение с ориентацией в умеренной воде перед погружением на Лермонтов. Это можно сделать перед поездкой в ​​Пиктон или перед первым погружением в поездке в Порт-Гор.

Tech Diving: Техническая поддержка дайвинга предоставляется по запросу с баллонами Nitrox, Trimix, O2 и 3 л Dil и O2 для ребризеров, 12-литровыми твинами, 6-литровыми стропами и системами бокового крепления, доступными по предварительной договоренности. Все сотрудники Go Dive обучены декомпрессионным процедурам и продвинутому курсу затонувших кораблей и любят объединяться с теми, кто имеет подходящую квалификацию для некоторых из более продвинутых погружений.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.