Есенин осень гнилая давно уж настала читать — Есенин

Стихи Сергея Есенина с матом

Осень гнилая давно уж настала

Осень гнилая давно уж настала

Птицы говно начинают клювать.

На старом заборе ворона насрала

Ну и погода, итить твою мать

Не смотри, что рассеян в россыпь

Не смотри, что рассеян в россыпь,

что ломаю и мну себя.

Я раздел эту девку — Осень,

и забылся, ее ебя.

Ах ты сука! Такое тело

меж блядьми мне не сыскать!

Сладкой влагой плодов вспотела,

кольца ягод в твоих сосках.

Распахнула! О алый бархат

губ и губ! сумасшедший визг!

Не могу. позовите Баха!

он напишет “сонату пизд”.

Ах пора ты моя живая!

Голова — голова — минет.

Разрывает меня, сжигает,

я кончаю…простите мне.

Не тужи, дорогой, и не ахай

Не тужи, дорогой, и не ахай,

Жизнь держи, как коня, за узду,

Посылай всех и каждого на хуй,

Чтоб тебя не послали в пизду!

Ветер веет с юга и луна взошла

Ветер веет с юга

Что же ты, блядюга,

Ночью не пришла?

Не явилась днем.

Думаешь, мы дрочим?

Нет! Других ебём!

Пой же, пой! В роковом размахе

Пой же, пой! В роковом размахе

Этих рук роковая беда.

Только знаешь, пошли их на хую

Не умру я, мой друг, никогда.

Да! Теперь — решено без возврата

Да! Теперь — решено без возврата

Я покинул родные края,

Уж не будут листвою крылатой

Надо мною звенеть тополя.

Низкий дом мой давно ссутулился,

Старый пёс мой давно издох,

На московских изогнутых улицах

Помереть, знать, судил мне Бог.

А я люблю этот город вязевый,

Пусть обрюзг он и пусть одрях.

Золотая дремотная Азия опочила на куполах.

А когда ночью светит месяц…

Когда светит чёрт знает как!

Я иду, головою свесясь,

Переулком в знакомый кабак;

Шум и гам в этом логове жутком,

Но всю ночь напролёт до зари,

Я читаю стихи проституткам

И с бандюгами жарю спирт.

Сердце бьётся всё чаще и чаще,

И уж я говорю невпопад:

«Я такой же, как вы, пропащий,

Мне теперь не уйти назад.»

Назкий дом без меня ссутулился,

Старый пёс мой давно издох,

На московских изогнутых улицах,

Умереть, знать, судил мне Бог.

Как же быть, как же быть теперь нам

На измызганных ляжках дорог?

Не хотите ль пососать у мерина?

Любо ль, не любо ль, знай бери.

Хорошо, когда сумерки дразнятся

И всыпают вам в толстые задницы

Окровавленный веник зари.

Тот поселок и эти луга.

Никуда вам не скрыться от гибели,

Никуда не уйти от врага.

Тянет к глоткам равнин пятерню,

Водит старая мельница ухом,

Навострив мукомольный нюх.

И дворовый молчальник бык,

Что весь мозг свой на телок пролил,

Вытирая о прясло язык,

Почуял беду над полем.

Так плачет жалостно гармоника:

Висит над белым подоконником.

И желтый ветер осенницы

Не потому ль, синь рябью тронув,

Как будто бы с коней скребницей,

Очесывает листья с кленов.

Идет, идет он, страшный вестник,

Пятой громоздкой чащи ломит.

И все сильней тоскуют песни

Под лягушиный писк в соломе.

О, электрический восход,

Ремней и труб глухая хватка,

Се изб древенчатый живот

Трясет стальная лихорадка!

Как бежит по степям,

В туманах озерных кроясь,

Железной ноздрей храпя,

На лапах чугунных поезд?

По большой траве,

Как на празднике отчаянных гонок,

Тонкие ноги закидывая к голове,

Скачет красногривый жеребенок?

Ну куда он, куда он гонится?

Неужель он не знает, что живых коней

Победила стальная конница?

Неужель он не знает, что в полях бессиянных

esenin-s.ru

Есенин – матерные стихи | Дом-страница Виталия Юрченко

Уже, наверное, для многих не секрет, что великие поэты писали матерные стихи. Некоторые говорят, что не может быть такого, ведь это впринцыпе недоказуемо, потому что их нигде не публиковали, а некоторые утверждают, что они были обычными людьми и почему бы и нет? А Есенин бухарик еще тот был, вот по пьяной дыне и написал.

Кто боится слово &laquoХуй&raquo и считает что это некрасиво &ndash пошли нахуй тем не стоит заходить под кат.

«Ветер веет с юга»
И луна взошла,
Что же ты, блядюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.

Думаешь, мы дрочим?
Нет! Других ебём!

***

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на ***,
Чтоб тебя не послали в пизду!

* * *

Шибче, шибче, ветер, дуй,
Хлеще, хлеще, дождь, иди.
Кажет баба небу ***
На советской площади.

Жизнь, как коня, держи за узду,
Не охай и не ахай,
Если тебя посылают в пизду,
Посылай всех на ***!

* * *

Осень гнилая давно уж настала
Птицы говно начинают клювать.
На старом заборе ворона насрала
Ну и погода, итить твою мать

* * *

Не смотри, что рассеян в россыпь,
что ломаю и мну себя.
Я раздел эту девку — Осень,
и забылся, ее ебя.
Ах ты сука! Такое тело
меж ***ми мне не сыскать!
Сладкой влагой плодов вспотела,
кольца ягод в твоих сосках.
Распахнула! О алый бархат
губ и губ! сумасшедший визг!
Не могу!!! позовите Баха!
он напишет &ldquoсонату пизд&rdquo.
Ах пора ты моя живая!
Голова — голова — минет.
Разрывает меня, сжигает,
я кончаю&hellipпростите мне.

* * *

Сыпь, гармоника. Скука…Скука
Гармонист пальцы льёт волной.

Пей со мной паршивая сука
Пей со мной.

Излюбили тебя, измызгали-
Невтерпёж.
Чтож ты смотришь так синими брызгами?
Иль в морду хошь?

В огород бы тебя на чучело,
Пугать ворон.
До печёнок меня замучила
Со всех сторон.

Сыпь, гармоника. Сыпь моя частая.
Пей, выдра, пей.
Мне бы лучше вон ту, сисястую,-
Она глупей.

Я средь женщин тебя не первую…
Не мало вас,
Но с такой вот, как ты, со стервою
Лишь в первый раз.

Чем больнее, тем звонче,
То здесь, то там.
Я с собой не покончу,
Иди к чертям.

К вашей своре собачей
Пора простыть.
Дорогая, я плачу,
«Прости…прости…«

yuvit.ru

КЛАССИКИ БЕЗ ЦЕНЗУРЫ… 18+

Недавно вспоминал легендарную Фаину Раневскую и ее саркастический юмор. Известно, что Фаина Георгиевна при всех своих талантах была остра на язык, а книги с ее афоризмами и цитатами, в которых зачастую присутствует ненормативная лексика продаются огромными тиражами. Ну любит у нас народ все бранное и матершинное, так еще из уст знаменитостей… И в этом фривольном поведении есть своя изюминка. Наверное, этому есть одно объяснение:

«лучше быть хорошим человеком, ругающимся матом, чем тихой, воспитанной тварью.» (Фаина Раневская)

Люблю крепкое, русское слово. Употребляю. Грешен. Сочетание воспитания и отборного русского матахеще никого не портило. Главное — дозировать.

Ругаюсь я редко, а публично и вовсе стараюсь быть сдержанным, чего не скажешь о юном поколении в моем дворе — лютые сапожники. Причем, возраст юных матершинников — от 7 до 15 лет… Бесполезное поколение. Дети, которые изо дня в день, с утра до вечера играют в футбол, кроют друга друга матом и абсолютно неспособные на изучение литературы, прозы и поэзии. А зря, ведь искусство, так сказать, бывает разным. И иногда даже самые великие гении русской литературы не пренебрегали в своем творчестве ненормативной лексикой…

Ведь писатели и поэты как все обычные люди — со своими слабостями, пороками и страстями. Итак, разберем на примере русских классиков… Лермонтов, Пушкин, Маяковский, Есенин — все эти гениальные товарищи любили развлекать публику творчеством весьма скабрезного содержания.

Вместо вступления, — вспоминаем байку времен советского союза:

Выходит Маяковский из кабака, окруженный стайкой девиц. Девицы начинают его охаживать:
— Владимир! А это правда, что Вы можете сочинить стихотворение прямо с ходу, на месте?
— Конечно! — говорит подвыпивший поэт революции, — Давайте тему!
— Ну, вот видите, в канаве — пьяница валяется.
Маяковский, гордо выпрямившись, громогласно начинает:

Лежит
Безжизненное
Тело
На нашем
Жизненном
Пути.

Голос из канавы:

Тебе, мудак, какое дело?
Иди бл*дей своих *би.

Маяковский: — Пойдемте, девушки, это Есенин.

***

Есенин С. А. — «Не тужи, дорогой, и не ахай»

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на *уй,
Чтоб тебя не послали в пи*ду!

***

Есенин С. А. — «Ветер веет с юга и луна взошла»

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, блядюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дрочим?

Нет! Других е*ём!

***

Есенин С. А. — «Сыпь, гармоника. Скука… Скука»

Сыпь, гармоника. Скука… Скука…
Гармонист пальцы льет волной.
Пей со мною, паршивая сука,
Пей со мной.

Излюбили тебя, измызгали —
Невтерпеж.
Что ж ты смотришь так синими брызгами?
Иль в морду хошь?

В огород бы тебя на чучело,
Пугать ворон.
До печенок меня замучила
Со всех сторон.

Сыпь, гармоника. Сыпь, моя частая.
Пей, выдра, пей.
Мне бы лучше вон ту, сисястую, —
Она глупей.

Я средь женщин тебя не первую…
Немало вас,
Но с такой вот, как ты, со стервою
Лишь в первый раз.

Чем вольнее, тем звонче,
То здесь, то там.
Я с собой не покончу,
Иди к чертям.

К вашей своре собачьей
Пора простыть.
Дорогая, я плачу,
Прости… прости…

***

Есенин С. А. — «Осень гнилая давно уж настала»

Осень гнилая давно уж настала
Птицы говно начинают клювать.
На старом заборе ворона насрала
Ну и погода, итить твою мать.

***

Мне бы женщину — белую, белую
Ну а впрочем какая разница
Я прижал бы ее с силой к дереву
И в задницу, в задницу, в задницу.

***

Маяковский В. В. «Вы любите розы? А я на них срал»

Вы любите розы?
а я на них срал!
стране нужны паровозы,
нам нужен металл!
товарищ!
не охай,
не ахай!
не дёргай узду!
коль выполнил план,
посылай всех
в пи*ду
не выполнил —
сам
иди
на
*уй.

***

Маяковский В. В. — «Гимн онанистов»

Мы,
онанисты,
ребята
плечисты!
Нас
не заманишь
титькой мясистой!
Не
совратишь нас
пи*довою
плевой!
Кончил
правой,
работай левой!!!

***

Маяковский В. В. — «Кто есть бляди»

Не те
бляди,
что хлеба
ради
спереди
и сзади
дают нам
е*ти,
Бог их прости!
А те бляди —
лгущие,
деньги
сосущие,
еть
не дающие —
вот бляди
сущие,
мать их ети!

***

Маяковский В. В. — «Лежу на чужой жене»

Лежу
на чужой
жене,
потолок
прилипает
к жопе,
но мы не ропщем —
делаем коммунистов,
назло
буржуазной
Европе!

Пусть *уй
мой
как мачта
топорщится!
Мне все равно,
кто подо мной —
жена министра
или уборщица!

***

Маяковский В. В. — «Эй, онанисты»

Эй, онанисты,
кричите «Ура!» —
машины е*ли
налажены,
к вашим услугам
любая дыра,
вплоть
до замочной
скважины!!!

Пушкин А. С. — «Телега жизни»

С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошёл! Е*ёна мать!

***

«От всенощной вечор…»

Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой пиз*е соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!

***

«Рефутация г-на Беранжера»

Ты помнишь ли, ах, ваше благородье,
Мусье француз, говенный капитан,
Как помнятся у нас в простонародье
Над нехристем победы россиян?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как за горы Суворов

Перешагнув, напал на вас врасплох?
Как наш старик трепал вас, живодеров,
И вас давил на ноготке, как блох?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как всю пригнал Европу
На нас одних ваш Бонапарт-буян?
Французов видели тогда мы многих жопу,
Да и твою, говенный капитан!
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как царь ваш от угара
Вдруг одурел, как бубен гол и лыс,
Как на огне московского пожара
Вы жарили московских наших крыс?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так. сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, фальшивый песнопевец,
Ты, наш мороз среди родных снегов
И батарей задорный подогревец,
Солдатской штык и петлю казаков?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как были мы в Париже,
Где наш казак иль полковой наш поп
Морочил вас, к винцу подсев поближе,
И ваших жен похваливал да е*?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

***

Михаил Лермонтов — «Он был в краю святом»

Он был в краю святом,
На холмах Палестины.
Стальной его шелом
Иссекли сарацины.

Понес он в край святой
Цветущие ланиты;
Вернулся он домой
Плешивый и избитый.

Неверных он громил
Обеими руками —
Ни жен их не щадил,
Ни малых с стариками.

Встречаясь с ним подчас,
Смущалися красотки;
Он пиздил их не раз,
Перебирая четки.

Вернулся он в свой дом
Без славы и без злата;
Глядит — детей содом,
Жена его брюхата.

Пришибло старика:
За что ж с врагами бился?
Он дрался там пока —
С женой другой скоблился.

Рекомендуем также:

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите левый Ctrl+Enter.

moiarussia.ru

Матерные стихи Есенина (18+): kozak_pravdorub — LiveJournal

Осень гнилая давно уж настала

Осень гнилая давно уж настала
Птицы говно начинают клювать.
На старом заборе ворона насрала
Ну и погода, итить твою мать

Сукин сын

Снова выплыли годы из мрака
И шумят, как ромашковый луг.
Мне припомнилась нынче собака,
Что была моей юности друг.

Нынче юность моя отшумела,
Как подгнивший под окнами клен,
Но припомнил я девушку в белом,
Для которой был пес почтальон.

Не у всякого есть свой близкий,
Но она мне как песня была,
Потому что мои записки
Из ошейника пса не брала.

Никогда она их не читала,
И мой почерк ей был незнаком,
Но о чем-то подолгу мечтала
У калины за желтым прудом.

Я страдал... Я хотел ответа...
Не дождался... уехал... И вот
Через годы... известным поэтом
Снова здесь, у родимых ворот.

Та собака давно околела,
Но в ту ж масть, что с отливом в синь,
С лаем ливисто ошалелым
Меня встрел молодой ее сын.

Мать честная! И как же схожи!
Снова выплыла боль души.
С этой болью я будто моложе,
И хоть снова записки пиши.

Рад послушать я песню былую,
Но не лай ты! Не лай! Не лай!
Хочешь, пес, я тебя поцелую
За пробуженный в сердце май?

Поцелую, прижмусь к тебе телом
И, как друга, введу тебя в дом...
Да, мне нравилась девушка в белом,
Но теперь я люблю в голубом.

Не смотри, что рассеян в россыпь

Не смотри, что рассеян в россыпь,
что ломаю и мну себя.
Я раздел эту девку - Осень,
и забылся, ее ебя.
Ах ты сука! Такое тело
меж блядьми мне не сыскать!
Сладкой влагой плодов вспотела,
кольца ягод в твоих сосках.
Распахнула! О алый бархат
губ и губ! сумасшедший визг!
Не могу!!! позовите Баха!
он напишет “сонату пизд”.
Ах пора ты моя живая!
Голова - голова - минет.
Разрывает меня, сжигает,
я кончаю…простите мне.

Не тужи, дорогой, и не ахай

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на хуй,
Чтоб тебя не послали в пизду!

Ветер веет с юга и луна взошла

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, блядюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дрочим?
Нет! Других ебём!

Пой же, пой! В роковом размахе

Пой же, пой! В роковом размахе
Этих рук роковая беда.
Только знаешь, пошли их на хую
Не умру я, мой друг, никогда.

Да! Теперь — решено без возврата

Да! Теперь — решено без возврата
Я покинул родные края,
Уж не будут листвою крылатой
Надо мною звенеть тополя.
Низкий дом мой давно ссутулился,
Старый пёс мой давно издох,
На московских изогнутых улицах
Помереть, знать, судил мне Бог.
А я люблю этот город вязевый,
Пусть обрюзг он и пусть одрях.
Золотая дремотная Азия опочила на куполах.
А когда ночью светит месяц…
Когда светит чёрт знает как!
Я иду, головою свесясь,
Переулком в знакомый кабак;
Шум и гам в этом логове жутком,
Но всю ночь напролёт до зари,
Я читаю стихи проституткам
И с бандюгами жарю спирт.
Сердце бьётся всё чаще и чаще,
И уж я говорю невпопад:
«Я такой же, как вы, пропащий,
Мне теперь не уйти назад.»
Назкий дом без меня ссутулился,
Старый пёс мой давно издох,
На московских изогнутых улицах,
Умереть, знать, судил мне Бог.

«Сорокоуст»

А. Мариенгофу
1

Трубит, трубит погибельный рог!
Как же быть, как же быть теперь нам
На измызганных ляжках дорог?

Вы, любители песенных блох,
Не хотите ль пососать у мерина?

Полно кротостью мордищ праздниться,
Любо ль, не любо ль, знай бери.
Хорошо, когда сумерки дразнятся
И всыпают вам в толстые задницы
Окровавленный веник зари.

Скоро заморозь известью выбелит
Тот поселок и эти луга.
Никуда вам не скрыться от гибели,
Никуда не уйти от врага.

Вот он, вот он с железным брюхом,
Тянет к глоткам равнин пятерню,
Водит старая мельница ухом,
Навострив мукомольный нюх.
И дворовый молчальник бык,
Что весь мозг свой на телок пролил,
Вытирая о прясло язык,
Почуял беду над полем.

2

Ах, не с того ли за селом
Так плачет жалостно гармоника:
Таля-ля-ля, тили-ли-гом
Висит над белым подоконником.
И желтый ветер осенницы
Не потому ль, синь рябью тронув,
Как будто бы с коней скребницей,
Очесывает листья с кленов.
Идет, идет он, страшный вестник,
Пятой громоздкой чащи ломит.
И все сильней тоскуют песни
Под лягушиный писк в соломе.
О, электрический восход,
Ремней и труб глухая хватка,
Се изб древенчатый живот
Трясет стальная лихорадка!

3

Видели ли вы,
Как бежит по степям,
В туманах озерных кроясь,
Железной ноздрей храпя,
На лапах чугунных поезд?

А за ним
По большой траве,
Как на празднике отчаянных гонок,
Тонкие ноги закидывая к голове,
Скачет красногривый жеребенок?

Милый, милый, смешной дуралей,
Ну куда он, куда он гонится?
Неужель он не знает, что живых коней
Победила стальная конница?
Неужель он не знает, что в полях бессиянных
Той поры не вернет его бег,
Когда пару красивых степных россиянок
Отдавал за коня печенег?
По-иному судьба на торгах перекрасила
Наш разбуженный скрежетом плес,
И за тысчи пудов конской кожи и мяса
Покупают теперь паровоз.

4

Черт бы взял тебя, скверный гость!
Наша песня с тобой не сживется.
Жаль, что в детстве тебя не пришлось
Утопить, как ведро в колодце.
Хорошо им стоять и смотреть,
Красить рты в жестяных поцелуях, —
Только мне, как псаломщику, петь
Над родимой страной «аллилуйя».
Оттого-то в сентябрьскую склень
На сухой и холодный суглинок,
Головой размозжась о плетень,
Облилась кровью ягод рябина.
Оттого-то вросла тужиль
В переборы тальянки звонкой.
И соломой пропахший мужик
Захлебнулся лихой самогонкой.

Август 1920

kozak-pravdorub.livejournal.com

Есенин узда стих — Есенин

Практически все стихи Есенина, содержащие табуированную лексику, датируются последним годом его жизни. Именно в этот период поэт испытывал сильную депрессию, так как утратил веру в любовь и потерял всякий смысл не только в творчестве, но и в собственном существовании. Поэтому неудивительно, что окружающий мир рисовался поэту исключительно в мрачных тонах.

К подобным произведениям, полным отчаянья и, в то же время, пьяной бравды, относится стихотворение «Сыпь гармоника. Скука… Скука», в котором автор в очередной раз пытается доказать всему миру и себе, в первую очередь, что его жизнь не была бессмысленной и напрасной. По косвенным признакам можно определить, что Есенин всерьез подумывает о самоубийстве, так как ему надоели постоянные пьянки, от которых мутится рассудок, и многочисленные дамы легкого поведения, которых Есенин меняет, как перчатки. От них он ждет душевного тепла и понимания, но знает, что проституток интересуют лишь деньги и дармовая выпивка. Однако у поэта еще все же есть надежда, что ему удастся вырваться из этого порочного омута. Поэтому он заявляет: «Я с собой не покончу, иди к чертям». И одновременно просит прощения у неизвестной собеседницы – одной из тех многочисленных женщин, которая все же сумела оставить след в его душе.

Стихотворение «Ветер веет с юга» выдержано в более жестком и агрессивном ключе. Его Есенин написал после того, как пригласил к себе в гости случайную знакомую, однако девушка, наслышанная о далеко не светских манерах поэта, отказалась дальнейшего продолжения знакомства. В результате автор выплеснул всю свою злобу и разочарование в двух коротких четверостишьях, смысл которых свелся к тому, что ему не составляет найти замену несговорчивой красавице и затащить в постель любую другую женщину.

К слову сказать, именно авторству Есенина принадлежит короткое четверостишие «Осень гнилая давно уж настала», которое он однажды прочитал своим друзьям, будучи изрядно подшофе. После этого крылатые строки пошли «гулять» в народ и даже претерпели некоторые изменения. Однако фразы «птицы говно перестали клевать» и «ну и погодка, е..т твою мать» были спонтанно придуманы этим великим русским поэтом. Подобных сиюминутных стихов у Есенина было довольно много. В частности, его авторству приписывают стихотворение «Не тужи дорогой, и не ахай», в котором поэт призывает своих врагов пойти по всем известному адресу, упреждая их желание послать самого Есенина куда подальше. Подобный же лейтмотив содержит и стихотворение «Пой же, пой. На проклятой гитаре», в котором поэт вновь затрагивает тему смерти. Обращаясь к неизвестному собеседнику, Есенин с некоторым сарказмом заявляет: «Только знаешь, пошли их на х..й. Не умру я, мой друг, никогда».

Ветер веет с юга

Что же ты, б*ядюга,

Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,

Не явилась днем.

Думаешь, мы дрочим?

Не тужи, дорогой, и не ахай,

Жизнь держи, как коня, за узду,

Посылай всех и каждого на х*й,

Чтоб тебя не послали в пиз*у!

Мне бы женщину — белую, белую

Ну а впрочем какая разница

Я прижал бы ее с силой к дереву

И в задницу, в задницу, в задницу.

Не смотри, что рассеян в россыпь,

что ломаю и мну себя.

Я раздел эту девку — Осень,

и забылся, ее еб@.

Ах ты с..ка! Такое тело

меж бл. дьми мне не сыскать!

Сладкой влагой плодов вспотела,

кольца ягод в твоих сосках.

Распахнула! О алый бархат

губ и губ! сумасшедший визг!

Не могу!! ! позовите Баха!

он напишет “сонату пизд”.

Ах пора ты моя живая!

Голова — голова — минет.

Разрывает меня, сжигает,

я кончаю… простите мне.

Осень гнилая давно уж настала

Осень гнилая давно уж настала

Птицы говно начинают клювать.

На старом заборе ворона насрала

Ну и погода, итить твою мать

И шумят, как ромашковый луг.

Мне припомнилась нынче собака,

Что была моей юности друг.

Как подгнивший под окнами клен,

Но припомнил я девушку в белом,

Для которой был пес почтальон.

Но она мне как песня была,

Потому что мои записки

Из ошейника пса не брала.

И мой почерк ей был незнаком,

Но о чем-то подолгу мечтала

У калины за желтым прудом.

Не дождался. уехал. И вот

Через годы. известным поэтом

Снова здесь, у родимых ворот.

Но в ту ж масть, что с отливом в синь,

С лаем ливисто ошалелым

Меня встрел молодой ее сын.

Снова выплыла боль души.

С этой болью я будто моложе,

И хоть снова записки пиши.

Но не лай ты! Не лай! Не лай!

Хочешь, пес, я тебя поцелую

За пробуженный в сердце май?

И, как друга, введу тебя в дом.

Да, мне нравилась девушка в белом,

Но теперь я люблю в голубом.

Пой же, пой! В роковом размахе

esenin-s.ru

Матерные стихи про есенина — Есенин

Практически все стихи Есенина, содержащие табуированную лексику, датируются последним годом его жизни. Именно в этот период поэт испытывал сильную депрессию, так как утратил веру в любовь и потерял всякий смысл не только в творчестве, но и в собственном существовании. Поэтому неудивительно, что окружающий мир рисовался поэту исключительно в мрачных тонах.

К подобным произведениям, полным отчаянья и, в то же время, пьяной бравды, относится стихотворение «Сыпь гармоника. Скука… Скука», в котором автор в очередной раз пытается доказать всему миру и себе, в первую очередь, что его жизнь не была бессмысленной и напрасной. По косвенным признакам можно определить, что Есенин всерьез подумывает о самоубийстве, так как ему надоели постоянные пьянки, от которых мутится рассудок, и многочисленные дамы легкого поведения, которых Есенин меняет, как перчатки. От них он ждет душевного тепла и понимания, но знает, что проституток интересуют лишь деньги и дармовая выпивка. Однако у поэта еще все же есть надежда, что ему удастся вырваться из этого порочного омута. Поэтому он заявляет: «Я с собой не покончу, иди к чертям». И одновременно просит прощения у неизвестной собеседницы – одной из тех многочисленных женщин, которая все же сумела оставить след в его душе.

Стихотворение «Ветер веет с юга» выдержано в более жестком и агрессивном ключе. Его Есенин написал после того, как пригласил к себе в гости случайную знакомую, однако девушка, наслышанная о далеко не светских манерах поэта, отказалась дальнейшего продолжения знакомства. В результате автор выплеснул всю свою злобу и разочарование в двух коротких четверостишьях, смысл которых свелся к тому, что ему не составляет найти замену несговорчивой красавице и затащить в постель любую другую женщину.

К слову сказать, именно авторству Есенина принадлежит короткое четверостишие «Осень гнилая давно уж настала», которое он однажды прочитал своим друзьям, будучи изрядно подшофе. После этого крылатые строки пошли «гулять» в народ и даже претерпели некоторые изменения. Однако фразы «птицы говно перестали клевать» и «ну и погодка, е..т твою мать» были спонтанно придуманы этим великим русским поэтом. Подобных сиюминутных стихов у Есенина было довольно много. В частности, его авторству приписывают стихотворение «Не тужи дорогой, и не ахай», в котором поэт призывает своих врагов пойти по всем известному адресу, упреждая их желание послать самого Есенина куда подальше. Подобный же лейтмотив содержит и стихотворение «Пой же, пой. На проклятой гитаре», в котором поэт вновь затрагивает тему смерти. Обращаясь к неизвестному собеседнику, Есенин с некоторым сарказмом заявляет: «Только знаешь, пошли их на х..й. Не умру я, мой друг, никогда».

Ветер веет с юга

Что же ты, б*ядюга,

Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,

Не явилась днем.

Думаешь, мы дрочим?

Не тужи, дорогой, и не ахай,

Жизнь держи, как коня, за узду,

Посылай всех и каждого на х*й,

Чтоб тебя не послали в пиз*у!

Мне бы женщину — белую, белую

Ну а впрочем какая разница

Я прижал бы ее с силой к дереву

И в задницу, в задницу, в задницу.

Не смотри, что рассеян в россыпь,

что ломаю и мну себя.

Я раздел эту девку — Осень,

и забылся, ее еб@.

Ах ты с..ка! Такое тело

меж бл. дьми мне не сыскать!

Сладкой влагой плодов вспотела,

кольца ягод в твоих сосках.

Распахнула! О алый бархат

губ и губ! сумасшедший визг!

Не могу!! ! позовите Баха!

он напишет “сонату пизд”.

Ах пора ты моя живая!

Голова — голова — минет.

Разрывает меня, сжигает,

я кончаю… простите мне.

Осень гнилая давно уж настала

Осень гнилая давно уж настала

Птицы говно начинают клювать.

На старом заборе ворона насрала

Ну и погода, итить твою мать

И шумят, как ромашковый луг.

Мне припомнилась нынче собака,

Что была моей юности друг.

Как подгнивший под окнами клен,

Но припомнил я девушку в белом,

Для которой был пес почтальон.

Но она мне как песня была,

Потому что мои записки

Из ошейника пса не брала.

И мой почерк ей был незнаком,

Но о чем-то подолгу мечтала

У калины за желтым прудом.

Не дождался. уехал. И вот

Через годы. известным поэтом

Снова здесь, у родимых ворот.

Но в ту ж масть, что с отливом в синь,

С лаем ливисто ошалелым

Меня встрел молодой ее сын.

Снова выплыла боль души.

С этой болью я будто моложе,

И хоть снова записки пиши.

Но не лай ты! Не лай! Не лай!

Хочешь, пес, я тебя поцелую

За пробуженный в сердце май?

И, как друга, введу тебя в дом.

Да, мне нравилась девушка в белом,

Но теперь я люблю в голубом.

Пой же, пой! В роковом размахе

esenin-s.ru

Сергей есенин про гнилых людей со смыслом — Есенин

Практически все стихи Есенина, содержащие табуированную лексику, датируются последним годом его жизни. Именно в этот период поэт испытывал сильную депрессию, так как утратил веру в любовь и потерял всякий смысл не только в творчестве, но и в собственном существовании. Поэтому неудивительно, что окружающий мир рисовался поэту исключительно в мрачных тонах.

К подобным произведениям, полным отчаянья и, в то же время, пьяной бравды, относится стихотворение «Сыпь гармоника. Скука… Скука», в котором автор в очередной раз пытается доказать всему миру и себе, в первую очередь, что его жизнь не была бессмысленной и напрасной. По косвенным признакам можно определить, что Есенин всерьез подумывает о самоубийстве, так как ему надоели постоянные пьянки, от которых мутится рассудок, и многочисленные дамы легкого поведения, которых Есенин меняет, как перчатки. От них он ждет душевного тепла и понимания, но знает, что проституток интересуют лишь деньги и дармовая выпивка. Однако у поэта еще все же есть надежда, что ему удастся вырваться из этого порочного омута. Поэтому он заявляет: «Я с собой не покончу, иди к чертям». И одновременно просит прощения у неизвестной собеседницы – одной из тех многочисленных женщин, которая все же сумела оставить след в его душе.

Стихотворение «Ветер веет с юга» выдержано в более жестком и агрессивном ключе. Его Есенин написал после того, как пригласил к себе в гости случайную знакомую, однако девушка, наслышанная о далеко не светских манерах поэта, отказалась дальнейшего продолжения знакомства. В результате автор выплеснул всю свою злобу и разочарование в двух коротких четверостишьях, смысл которых свелся к тому, что ему не составляет найти замену несговорчивой красавице и затащить в постель любую другую женщину.

К слову сказать, именно авторству Есенина принадлежит короткое четверостишие «Осень гнилая давно уж настала», которое он однажды прочитал своим друзьям, будучи изрядно подшофе. После этого крылатые строки пошли «гулять» в народ и даже претерпели некоторые изменения. Однако фразы «птицы говно перестали клевать» и «ну и погодка, е..т твою мать» были спонтанно придуманы этим великим русским поэтом. Подобных сиюминутных стихов у Есенина было довольно много. В частности, его авторству приписывают стихотворение «Не тужи дорогой, и не ахай», в котором поэт призывает своих врагов пойти по всем известному адресу, упреждая их желание послать самого Есенина куда подальше. Подобный же лейтмотив содержит и стихотворение «Пой же, пой. На проклятой гитаре», в котором поэт вновь затрагивает тему смерти. Обращаясь к неизвестному собеседнику, Есенин с некоторым сарказмом заявляет: «Только знаешь, пошли их на х..й. Не умру я, мой друг, никогда».

Ветер веет с юга

Что же ты, б*ядюга,

Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,

Не явилась днем.

Думаешь, мы дрочим?

Не тужи, дорогой, и не ахай,

Жизнь держи, как коня, за узду,

Посылай всех и каждого на х*й,

Чтоб тебя не послали в пиз*у!

Мне бы женщину — белую, белую

Ну а впрочем какая разница

Я прижал бы ее с силой к дереву

И в задницу, в задницу, в задницу.

Не смотри, что рассеян в россыпь,

что ломаю и мну себя.

Я раздел эту девку — Осень,

и забылся, ее еб@.

Ах ты с..ка! Такое тело

меж бл. дьми мне не сыскать!

Сладкой влагой плодов вспотела,

кольца ягод в твоих сосках.

Распахнула! О алый бархат

губ и губ! сумасшедший визг!

Не могу!! ! позовите Баха!

он напишет “сонату пизд”.

Ах пора ты моя живая!

Голова — голова — минет.

Разрывает меня, сжигает,

я кончаю… простите мне.

Осень гнилая давно уж настала

Осень гнилая давно уж настала

Птицы говно начинают клювать.

На старом заборе ворона насрала

Ну и погода, итить твою мать

И шумят, как ромашковый луг.

Мне припомнилась нынче собака,

Что была моей юности друг.

Как подгнивший под окнами клен,

Но припомнил я девушку в белом,

Для которой был пес почтальон.

Но она мне как песня была,

Потому что мои записки

Из ошейника пса не брала.

И мой почерк ей был незнаком,

Но о чем-то подолгу мечтала

У калины за желтым прудом.

Не дождался. уехал. И вот

Через годы. известным поэтом

Снова здесь, у родимых ворот.

Но в ту ж масть, что с отливом в синь,

С лаем ливисто ошалелым

Меня встрел молодой ее сын.

Снова выплыла боль души.

С этой болью я будто моложе,

И хоть снова записки пиши.

Но не лай ты! Не лай! Не лай!

Хочешь, пес, я тебя поцелую

За пробуженный в сердце май?

И, как друга, введу тебя в дом.

Да, мне нравилась девушка в белом,

Но теперь я люблю в голубом.

Пой же, пой! В роковом размахе

esenin-s.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *