Содержание

Кому на Руси жить хорошо (Некрасов)/Часть четвёртая. Пир на весь мир — Викитека

В конце села Валахчина,
Где житель — пахарь исстари
И частью — смолокур,
Под старой-старой ивою,
Свидетельницей скромною
Всей жизни вахлаков,
Где праздники справляются,
Где сходки собираются,
Где днем секут, а вечером
Целуются, милуются, —
Шел пир, великий пир!
Орудовать по-питерски
Привыкший дело всякое,
Знакомец наш Клим Яковлич,
Видавший благородные
Пиры с речами, спичами,
Затейщик пира был.
На бревна, тут лежавшие,
На сруб избы застроенной
Уселись мужики;
Тут тоже наши странники
Сидели с Власом-старостой
(Им дело до всего).
Как только пить надумали,
Влас сыну-малолеточку
Вскричал: «Беги за Трифоном!»
С дьячком приходским Трифоном,
Гулякой, кумом старосты,
Пришли его сыны,
Семинаристы: Саввушка
И Гриша; было старшему
Ух девятнадцать лет;
Теперь же протодьяконом
Смотрел, а у Григория
Лицо худое, бледное
И волос тонкий, вьющийся,
С оттенком красноты.
Простые парни, добрые,
Косили, жали, сеяли
И пили водку в праздники
С крестьянством наравне.

Тотчас же за селением
Шла Волга, а за Волгою
Был город небольшой
(Сказать точнее, города
В ту пору тени не было,
А были головни:
Пожар всё снес третьеводни).
Так люди мимоезжие,
Знакомцы вахлаков,
Тут тоже становилися,
Парома поджидаючи,
Кормили лошадей.
Сюда брели и нищие,
И тараторка-странница,
И тихий богомол.

В день смерти князя старого
Крестьяне не предвидели,
Что не луга поемные,
А тяжбу наживут.
И, выпив по стаканчику,
Первей всего заспорили:
Как им с лугами быть?
Не вся ты, Русь, обмеряна
Землицей: попадаются
Углы благословенные,
Где ладно обошлось.
Какой-нибудь случайностью —
Неведеньем помещика,
Живущего вдали,
Ошибкою посредника,
А чаще изворотами
Крестьян-руководителей —
В надел крестьянам изредка
Попало и леску.
Там горд мужик, попробуй-ка
В окошко стукнуть староста
За податью — осердится!
Один ответ до времени:
«А ты леску продай!»
И вахлаки надумали
Свои луга поемные
Сдать старосте — на подати:
Всё взвешено, рассчитано,
Как раз — оброк и подати,
С залишком. «Так ли, Влас?»

«А коли подать справлена,
Я никому не здравствую!
Охота есть — работаю,
Не то — валяюсь с бабою,
Не то — иду в кабак!»

«Так!» — вся орда вахлацкая
На слово Клима Лавина
Откликнулась,- на подати!
Согласен, дядя Влас?"

«У Клима речь короткая
И ясная, как вывеска,
Зовущая в кабак, —
Сказал шутливо староста. —
Начнет Климаха бабою,
А кончит — кабаком!»
— «А чем же! Не острогом же
Кончать-ту? Дело верное,
Не каркай, пореши!»

Но Власу не до карканья.
Влас был душа добрейшая,
Болел за всю вахлачину —
Не за одну семью.
Служа при строгом барине,
Нес тяготу на совести
Невольного участника
Жестокостей его.
Как молод был, ждал лучшего,
Да вечно так случалося,
Что лучшее кончалося
Ничем или бедой.
И стал бояться нового,
Богатого посулами,
Неверующий Влас.
Не столько в Белокаменной
По мостовой проехано,
Как по душе крестьянина
Прошло обид… до смеху ли?..
Влас вечно был угрюм.
А тут — сплошал старинушка!
Дурачество вахлацкое
Коснулось и его!
Ему невольно думалось:
«Без барщины… без подати…
Без палки… правда ль, господи?»

И улыбнулся Влас.
Та

ru.wikisource.org

Кому на Руси жить хорошо

Произведение русской литературы 19 века не теряет своей актуальности. Поиск счастливого можно продолжить. Немного изменилось в нравах современной России. Краткое содержание поэмы Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» по главам и частям поможет найти нужный эпизод и разобраться в сюжете.

1 часть

Пролог


Семь мужиков с разных деревень собрались на дороге и стали спорить, кому живется на Руси весело и вольготно. Место встречи и название деревень выбраны автором со смыслом. Уезд – Терпигорев (горе терпим), волость – Пустопорожняя (пустая или порожняя). Деревни с передающими основные характеристики жизни крестьян названиями:

  • одежда из заплат – Заплатово;
  • дырявые вещи – Дырявино;
  • без обуви – Разутово;
  • знобит от болезней и страха– Знобишино;
  • горелые дома – Горелово;
  • нет еды – Неелово;
  • постоянные неурожаи – Неурожайка.

Кто встретился на дороге, как будут звать героем поэмы: Роман, Демьян, Лука, Иван, Митродор, Пахом, Пров. Каждый из них выдвигает свою версию, но к единому мнению мужики не приходят. Кто может жить весело на Руси:

  • помещик;
  • чиновник;
  • поп;
  • купец;
  • боярин;
  • министр;
  • царь.

Мужики так спорят, как может только русский человек. Они каждый шли по своим делам, но забыли о цели. За спором не заметили, как закончился день, наступила ночь. Старик Пахом предложил остановиться и дождаться следующего дня, чтобы продолжить путь. Мужики уселись вокруг костра, сбегали за водкой, сделали стаканы из бересты и продолжили спор. Крики перешли в драку, напугавшую весь лес. Филины, корова, ворон, лисица, кукушка любуются побоищем. Птенчик пеночки выпал из гнезда и подобрался к костру. Пахом разговаривает с птенцом, объясняя его слабость и силу. Может рука раздавить беспомощного птенчика, но нет у крестьян крыльев, чтобы облететь всю Русь. Другие попутчики стали мечтать о своем: водке, огурцах, квасе и горячем чае. Пеночка-мать кружилась и слушала речи спорщиков. Пичуга пообещала помочь и рассказала, где найти скатерть самобранку. Узнав о мудрости птицы, крестьяне стали просить сделать так, чтобы рубахи не изнашивались, лапти не вытирались, вошь не заводилась.

«Все будет делать скатерть»

- обещала пеночка. Птица предупредила, что нельзя у скатерти просить еды больше, чем выдержит живот, а водки только по 1 ведру. Если эти условия не исполнять, на 3 раз желание приведет к беде. Нашли мужики скатерть, устроили пир. Решили, что узнают, кому живется счастливо на русской земле, только потом вернутся домой.

1 глава. Поп

Крестьяне продолжили путь. Они встречали множество людей, но ни у кого не интересовались о жизни. Все странники были им близки: лапотник, мастеровой, нищий, ямщик. Не мог быть счастлив солдат. Он бреется шилом, греется дымом. Ближе к ночи им встретился поп. Крестьяне встали в ряд и поклонились святому человеку. Лука стал расспрашивать попа, вольготно ли ему живется. Священник задумался и стал рассказывать. О годах учебы он просто умолчал. Нет у попа покоя. Его вызывают к больному, умирающему. Сердце ноет и болит за сирот и людей, уходящих в иной мир. Нет у попа и почета. Его обзывают обидными словами, сторонятся на пути, сочиняют сказки. Не любят ни дочь поповскую, ни попадью. Не в почете поп у всех сословий. Откуда у попа богатство? Раньше на Руси было множество дворян. В усадьбах рождались дети, игрались свадьбы. Все шли к попам, богатство росло и преумножалось. Сейчас на Руси все изменилось. Помещики рассеялись по чужеземщине, оставив на родине только загубленные владения. Поп жалуется на появившихся раскольников, которые живут среди православных. Жизнь попов становится все труднее, доход дают только бедные крестьяне. А что они могут дать? Только гривенник да пирог к празднику. Священник закончил тоскливый рассказ и тронулся дальше. Мужики набросились на Луку, который утверждал, что попы живут вольготно.

2 глава. Сельская ярмонка

Товарищи отправляются дальше и попадают на ярмарку в село Кузьминское. Они надеются встретить там того, кто по-настоящему счастлив. Село богатое торговое и грязное. В Кузьминском есть все, что встречается на Руси.

  • Грязная гостиница с красивой вывеской и подносчика с посудой.
  • Две церкви: православная и старообрядская.
  • Училище.
  • Фельдшерская изба, где больным пускают кровь.

Странники пришли на площадь. Там стояло множество палаток с разными товарами. Мужики гуляют среди торговых рядов, удивляются, смеются, рассматривают встречных. Кто-то торгует поделками, другой проверяет обод и получает по лбу. Бабы ругают французские ткани. Один пропился и не знает, как купить обещанный подарок внучке. Ему помогает Павлуша Веретенников, человек без звания. Он купил ботинки для внучки. Крестьяне ушли из села, так и не встретив того, кого искали. На пригорке им показалось, что Кузьминское шатается вместе с церковью.

3 глава. Пьяная ночь

Мужики двигались по дороге, встречая пьяных. Они

«ползли, лежали, ехали, барахтались».

Трезвые странники шли, поглядывая по сторонам и слушая речи. Некоторые были настолько дурны, что становится жутко, как спивается русский народ. В канаве спорят бабы, кому тяжелее живется. Одна идет как на каторгу, другую бьют зятья.

Странники слышат знакомый голос Павлуши Веретенникова. Он хвалит умный русский народ за пословицы и песни, но огорчается из-за пьянки до одурения. Но ему не дает записать мысль мужик. Он стал доказывать, что крестьяне пьют по времени. В страду народ в поле, кто работает и кормит всю страну? На семью пьющую - непьющая семья. А беда приходит ко всем одинаково. Некрасивые хмельные мужики не страшнее тех, кого поела мошка, изъели болотные гады. Одним из пьяных стал Яким Нагой. Труженик решил потягаться с купцом и попал в тюрьму. Яким любил картины, из-за них чуть не сгорел во время пожара. Снимая картины, не успел вытащить целковые. Они слились в комок, потеряли ценность. Решили мужики, что не одолеть хмелю русского человека.

4 глава. Счастливые

Странники ищут счастливого в праздничной толпе на базаре. Но все доводы встречных им кажутся нелепыми. Истинно счастливых нет. Мужицкое счастье не впечатляет странников. Их направляют к Ермилу Гирину. Он собрал деньги с людей за час. Все крестьяне скинулись и помогли Ермилу выкупить мельницу, противостоять купцу Алтынникову. Через неделю Ермил вернул все до гроша, никто не потребовал с него лишнего, не осталось обиженных. Один рубль не взял кто-то с Гирина, он отдал его слепым. Решили мужики узнать, каким колдовством владеет Ермил. Гирин честно служил старостой. Но не смог отправить брата в армию, заменил его на крестьянина. Поступок измотал Ермилу душу. Он вернул крестьянина домой, а брата послал на службу. Ушел с поста старосты и взял мельницу в аренду. Судьба все равно отыгралась на мужике, его посадили в острог. Странники идут дальше, понимая, что это не самый счастливый человек на Руси.

5 глава. Помещик

Странники встречают помещика. Румяному помещику было 60 лет. И здесь автор постарался. Он выбрал герою особую фамилию – Оболт-Оболдуев Гаврила Афанасьевич. Помещик решил, что его собираются грабить. Он выхватил пистолет, но мужики его успокоили и объяснили суть своего спора. Гаврила Афанасьевич развеселился от вопроса крестьян. Он нахохотался досыта и стал рассказывать о своей жизни. Он начал с генеалогического древа. Мужики быстро поняли, о чем шла речь. Предком помещика был Оболдуй, которому уже более 2 с половиной веков. Он тешил государыню игрою со зверями. С другой стороны, род берет начало от князя, пытавшегося поджечь Москву и казненного за это. Славился помещик, чем древо древнее, тем именитее род. Богатство семьи было таким, что казалось, можно не думать о будущем. Леса полны зайцев, реки – рыбы, пашня заливается хлебным колосом. Дома строились с оранжереями, беседками и парками. Помещики праздновали и гуляли. Любимым развлечением была охота. Но постепенно вместе с ней уходит и сила русского помещика. Крестьяне если барину гостинцы со всех концов огромной страны. Быстро кончилась раздольная жизнь. Дома разобрались по кирпичикам, все начало приходить в упадок. Осталась земля, на которой нужно трудиться. Помещик не умеет работать, он всю жизнь

«жил чужим трудом».

Крестьяне поняли – помещик не тот, кого они ищут.

2 часть. Последыш

Глава 1

Странники добрались до Волги. Вокруг шла веселая косьба. Странники увидели, как чудный старик куражился над крестьянами. Он заставил разметать богатырский стог. Ему показалось, что сено не досохло. Это оказался князь Утятин. Удивились странники, почему так ведут себя крестьяне, если им давно уже дана вольная и вотчина принадлежит не князю, а им. Влас объясняет товарищам, в чем дело.

Глава 2

Помещик был очень богат и важен. Он не поверил, что отменили крепостное право. Его хватил удар. Приехали дети, их жены. Все думали, что старик помрет, а он выздоровел. Испугались наследники отцовского гнева. Одна из барынь сказала, что крепостное право вернули. Пришлось уговорить крепостных продолжать вести себя как раньше, до вольной. Пообещали заплатить за все причуды родителя. Приказы князя были настолько смешны, насколько нелепы. Один из стариков не выдержал и высказал князю. Его было приказано наказать. Уговорили Агапа пить и кричать так, как будто его бьют. Напоили до смерти старика, к утру умер.

Глава 3

Крестьяне, веря в обещания наследников, ведут себя как крепостные. Князь Последыш умирает. Но обещания никто не выполняет, земли, обещанные, не переходят к крестьянам. Идет судебная тяжба.



3 часть. Крестьянка

Мужики решили поискать счастливых людей среди баб. Им посоветовали найти Матрену Тимофееву Корчагину. Странники идут полями, любуясь рожью. Пшеница их не радует, она кормит не всех. Дошли до нужного селения – Клин. Крестьяне удивлялись на каждом шагу. Странная нелепая работа шла по всему селу. Вокруг все рушили, ломали или портили. Наконец, они увидели жнецов и жниц. Красивые девушки изменили обстановку. Среди них была и Матрена Тимофеевна, прозванная в народе губернаторшей. Лет женщине было примерно 37 - 38. Внешность женщины привлекает красотой:

  • большие строгие глаза;
  • широкая плотная осанка;
  • богатые ресницы;
  • смуглая кожа.

Матрена аккуратна в одежде: белая рубаха и коротенький сарафан. На вопрос странников женщина не смогла сразу ответить. Она задумалась, укорила мужиков, не то время они выбрали для разговоров. Но крестьяне предложили свою помощь взамен на рассказ. «Губернаторша» согласилась. Скатерть самобраная накормила и напоила мужиков. Хозяйка согласилась открыть душу.

1 глава. До замужества

Матрена была счастлива в родительском доме. К ней все относились хорошо: отец, брат, матушка. Девчушка выросла трудолюбивой. Она помогала по хозяйству уже с 5 лет. Выросла добрая работница, любительница петь и плясать. Матрена не торопилась замуж. Но появился печник Филипп Корчагин. Девушка всю ночь продумала, проплакала, но присмотревшись к парню внимательнее, согласилась. Счастье было только в ночь сватовства, как сказала Матрена.

2 глава. Песни

Странники и женщина поют песни. В них рассказывается о тяжелой доле в чужом доме. Матрена продолжает рассказ о своей жизни. Девушка попала в большущую семью. Муж отправился на заработки, посоветовал жене молчать и терпеть. Матрена работала на старшую золовку, богомольную Марфу, приглядывала за свекром, ублажала свекровь. Матери Филиппа пришло в голову, что рожь уродиться лучше из краденых семян. Свекор отправился воровать, его поймали, избили и бросили в сарай полумертвого. Матрена хвалит мужа, а странники спрашивают, не колотил ли он ее. Женщина рассказывает. Филипп избил за нескорый ответ на вопрос, когда жена поднимала тяжелую корчагу и не могла говорить. Странники запели новую песню про мужнину плеть и родню. Матрена родила сына Демушку, когда муж снова ушел на заработки. Беда пришла вновь: женщина понравилась господскому управляющему – Абраму Гордеевичу Ситникову. Он не давал проходу. Из всей семьи жалел Матрену только дед Савелий. Она пошла к нему за советом.

3 глава. Савелий, богатырь святорусский

Дед Савелий был похож на медведя. Он не стригся лет 20, согнулся от прожитых лет. По документам деду было уже больше 100 лет. Он жил в углу - в особой горнице. Членов семьи не пускал к себе, они его недолюбливали. Даже родной сын ругал отца. Называли деда клейменым. Но Савелий не обижался:

«Клейменный, да не раб!».

Дед радовался неудачам семьи: ждали сватов – пришли под окна нищие, свекра поколотили в питейном кабаке. Дед собирает грибы и ягоды, ловит птиц. Зимой разговаривает сам с собой на печи. У старика множество поговорок и любимых изречений. Матрена с сыном уходили к старику. Дед рассказал женщине, почему его называли в семье клейменым. Он был каторжником, закопал живым в землю немца Фогеля. Савелий рассказывает женщине, как они жили. Времена для крестьян были благодатными. Барин не мог добраться до деревни, так как не было дорог. Тревожили жителей только медведи, но и с теми мужики справлялись легко без ружей:

«с ножом и рогатиной».

Дед рассказывает, когда испугался, от чего согнулась его спина. Он наступил на сонную медведицу, не испугался, вогнал в нее рогатину и поднял как цыпленка. Хрустнула от тяжести спина, в молодости чуть-чуть побаливала, а к старости согнулась. В неурожайный год до них добрался Шалашников. Помещик стал драть с крестьян «три шкуры». Когда Шалашников погиб, в деревню отправили немца, странного и тихого человека. Он заставлял работать, незаметно для себя крестьяне прорубили просеку к деревне, появилась дорога. С ней вместе пришла каторга. Хватка немецкая – пустить по миру. Терпели русские богатыри, не ломались. Мужицкие

«топоры лежали до поры».

Немец велел рыть колодец и пришел поругать за неторопливость. Голодные мужики стояли и слушали его нытье. Савелий тихонечко толкнул его плечом, остальные сделали то же. Аккуратно скинули немца в яму. Закричал, затребовал веревку и лестницу, но Савелий сказал:

«Наддай!».

Яму зарыли быстро, будто и не было. Следом пошли каторга, острог, порки. Шкура старика стала как выделанная, шутит дед, поэтому и носится «уже сто лет», что столько вынесла. Дед вернулся на родину, пока были деньги, его любили, затем стали ненавидеть.

Глава 4. Демушка

Матрена продолжает рассказ о своей жизни. Она любила сыночка Демушку, везде брала его с собой, но свекровь потребовала оставить ребенка с дедом. Женщина нагружала сжатые снопы ржи, когда увидела ползущего к ней Савелия. Старик ревел. Он уснул и не заметил, как свиньи съели ребенка. Матрена пережила страшное горе, но еще ужаснее были допросы станового. Он выяснял, ни сожительствовали Матрена с Савелием, не в сговоре ли убила сына, подсыпала мышьяка. Мать просила похоронить Демушку по христианскому обычаю, но ребенка начали резать, «терзать и пластовать». Чуть не сошла от злобы и горя женщина с ума, она прокляла Савелия. Помешавшись в уме, ушла в забытье, когда очнулась, увидела, что дед читает над маленьким гробиком молитву. Матрена стала гнать старика, а тот просил прощения и объяснял, что Демушка растопил окаменевшее сердце старика. Всю ночь Савелий читал над ребенком молитву, а мать держала в руках свечу.

Глава 5. Волчица

Прошло уже 20 лет, как умер сын, а женщина все еще жалеет о его судьбе. Матрена перестала работать, не боялась вожжей свекра. С дедом Савелием не могла больше обещаться. Старик просидел от горя в своей светелке 6 дней, ушел в лес. Он плакал так, что стонал вместе с ним весь лес. Осенью дед отправился в Песочный монастырь каяться за содеянное. Жизнь стала идти своим чередом: дети, работа. Умерли родители, Матрена пошла поплакать на могилу к Демушке. Там встретила Савелия. Он молился за Дему, русские страдания, за крестьянство, просил снять гнев с сердца матери. Матрена успокоила старика, сказав, что давно его простила. Савелий попросил посмотреть на него по-прежнему. Добрый взгляд женщины обрадовал деда. Умирал «богатырь» тяжело: 100 дней не ел и засыхал. Прожил 107 лет, попросил, чтобы его похоронили рядом с Демушкой. Просьбу выполнили. Матрена работала на всю семью. Сына отдали в 8 лет в подпаски. Он не уследил за овечкой, и ее унесла волчица. Не дала мать толпе выпороть сына. Федот рассказал, что преогромная волчица схватила овечку и побежала. Мальчик бросился за ней, смело отобрал у серой животное, но пожалел ее. Волчица была в крови, сосцы изрезаны травой. Завыла она так жалобно, как плачет мать. Мальчик отдал ей овцу, пришел в деревню и рассказал все по-честному. Староста велел простить подпаска, а женщину наказать розгами.

Глава 6. Трудный год

Пришел в деревню голодный год. Крестьяне искали причины в ближних, Матрену чуть не убили за чистую рубаху, одетую в рождество. Мужа забрали в армию, бедность стала практически невыносимой. Матрена посылает детей просить милостыню. Не выдерживает женщина и в ночь выходит из дома. Она поет странникам песню, которая ей очень нравится.

Глава 7. Губернаторша

Бежала ночью Матрена просить помощи в городе у губернатора. Всю ночь женщина шла, молясь про себя Богу. Утром добралась до соборной площади. Узнала, что швейцара зовут Макаром и стала ждать. Тот обещал пустить часа через два. Женщина пошла по городу, посмотрела на памятник Сусанину, который напомнил ей Савелия, испугалась крика селезня, попавшего под нож. В дом к губернатору вернулась рано, успела поговорить с Макаром. По лестнице спускалась барыня в собольей шубе, к ней в ноги бросилась Матрена. Она так просила, что начала рожать в доме губернатора. Барыня крестила мальчика, выбрала ему имя Лиодор. Елена Александровна (барыня) вернула Филиппа. Матрена желает барыне только радости и добра. Семья мужа благодарна невестке, с мужиком в доме голод не так страшен.

Глава 8. Бабья притча

Женщину ославили в округе, стали звать новым именем – губернаторша. У Матрены 5 сыновей, один уже в армии. Корчагина подытоживает свой рассказ:

«…Не дело – между бабами счастливую искать!...».

Странники пытаются узнать, все ли поведала о своей жизни женщина, но она им говорит только о бедах и горе:
  • Сибирская язва;
  • Работа вместо лошади;
  • Плеть и потеря первенца.

Не испытала женщина только «последнего стыда». Матрена говорит, что ключи от женского счастья потеряны богом. Она рассказывает притчу, услышанную от святой старицы. Бог забросил ключи, их искали, но решили, что заглотнула рыба. Ратники Господа прошли через весь божий мир, наконец, отыскали пропажу. По миру прошел вздох облегчения женщин. Но оказалось, что это были ключи от рабства. Никто до сих пор не знает, где гуляет эта рыбина.



4 часть. Пир на весь мир

Странники расположились в конце села под ивою. Они вспоминают барина – Последыша. Под пир начинают петь и делиться историями.

Песнь Веселая. Ее поют как плясовую попы и дворовые люди. Не пел только вахлак. Песня о тяжелой доле русского мужика.

«Славно жить народу на Руси святой»:

у него нет молока – увел барин корову на приплод, нет кур – съели судьи земской управы, детей забирают: царь – мальчишек, барин – дочерей.

Барщинная песня. Вторая песнь печальная и протяжная. Герой сказания – нечесаный Калинушка. Расписная у него только спина от розги и плетей. Горе топит Калинушка в кабаке, жену видит только в субботу, «аукнет» ей из барской конюшни.

Про холопа примерного – Якова Верного. Рассказ ведет дворовый Викентий Александрович. Главный герой рассказа – господин, жестокий и злой. За взятки он приобрел себе деревню и установил свой закон. Жестокость господина была по отношению не только к дворовым. Родную дочь выдал замуж, высек парня и «прогнал (детей) нагишом». У Поливанова был холоп – Яков. Он служил хозяину как верный пес. Заботился о барине холоп, ублажал, как мог. Старик начал болеть, отказывали ему ноги. Яков носил его на руках как ребенка. У Якова вырос племянник Гриша. Яков попросил разрешения женить на девушке Арише, но барину самому нравилась девчонка, отправил он Григория в рекруты. Холоп загоревал. 2 недели пил, почувствовал барин, каково ему без помощника. Яков вернулся и предано снова стал ухаживать за помещиком. Направились они проведать сестру. Беззаботно расположился помещик в карете, Яков повез его в лес. Барин испугался, когда увидел, что свернули они с дороги к оврагу. Испугался, решил, что ждет его смерть. Но зло смеялся холоп:

«Нашел душегуба!»,

не хотел Яков

«…руки убийством марать…».

Он сделал веревку и повесился на глазах у барина. Всю ночь пролежал в овраге, отгоняя птиц и волков. Наутро его нашел охотник. Понял господин, какой грех совершил по отношению к верному холопу.

Рассказ «О двух великих грешниках». Ионушка стал рассказывать историю отца Питирима из Соловков. Двенадцать разбойников с атаманом Кудеяром бесчинствовали на Руси. Неожиданно у разбойника Кудеяра проснулась совесть. Он стал спорить с ней, пытаясь одержать верх. Отрубил голову красавице, убил есаула. Но совесть победила. Распустил атаман шайку, ушел молиться. Долго он сидел под дубом, прося у Бога. Услышал господь грешника. Предложил ему спилить ножом вековое дерево. Атаман приступил к труду, но дуб ему не поддавался. Пришел к нему пан Глуховский. Он стал хвастаться, что легко убивает и спит спокойно, без угрызений совести. Не выдержал Кудеяр, вонзил нож пану в сердце. Дуб рухнул в ту же минуту. Одному грешнику отпустил Бог грехи, освободив мир от другого злодея.

Крестьянский грех. Аммирал-вдовец получил за службу от государыни 8 тысяч душ. Оставляет аммирал завещание старосте. В ларце спрятаны вольные. Родственник после смерти аммирала выведывает у Глеба, где хранится вольная и сжигает завещание. Крестьянский грех – это предательство среди своих. Он не прощается даже Богом.

Песня Голодная. Мужики поют ее хором, как чеканный марш, слова надвигаются тучей и затягивают душу. Песня о голоде, постоянном желании еды у мужика. Он готов съесть все один, мечтает о ватрушке с большой стол. Песня поется не голосом, а голодным нутром.

К странникам присоединяется Гриша Добросклонов. Он говорит мужикам, что главное для него добиться хорошей жизни крестьянам. Поют песню о доле народной и трудовой жизни. Мало чего просит народ у Бога – света и свободы.

Эпилог. Гриша Добросклонов

Григорий жил в семье бедного захудалого крестьянина. Он был сыном дьяка, который хвастался детьми, но не думал об их пропитании. Григорий помнил песню, которую пела ему мать. Песня «Соленая». Суть песни – мать сумела посолить кусок хлеба сына своими слезами. Парень рос с любовью к матери в сердце. Уже в 15 лет он знает, за кого отдаст жизнь. Перед человеком простираются две дороги:

  • Просторная, где бесчеловечно воюют между собой люди ради страстей и греха.
  • Тесная, где честные люди страдают и борются за угнетенных.

Добросклонов думает о родине, он идет своей дорогой. Встречает бурлаков, поет песни о великой и могучей стране. Григорий сочиняет песню «Русь». Он верит, песня поможет крестьянам, придаст оптимизма, заменит грустные сказания.

frigato.ru

КОМУ НА РУСИ ЖИТЬ ХОРОШО? (Главы 3 и 4)

 

 Глава 3.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ПУТИ

 

…Проснувшись, встали странники

и, позабыв о завтраке,

вчерашнее припомнив всё,

рванули напрямик

через густые заросли

подалее от города,

а то — избави, Господи! —

и дело тут пришьют.

 

Пол дня шагали дебрями,

не ев, не пив ни капельки,

пока к шоссе гудящему

опять не прибрели.

Тут малость покумекали,

чуток опять поспорили,

решая, как им дальше быть,

куда направить путь.

Как ни хотелось спорщикам

послать к чертям иль далее

свою затею глупую

найти ответ на спор,

кому живётся весело

в России пореформенной,

решили всё ж закончить свой

они эксперимент.

«Но будет нам полезнее, —

сказал Семён Семёнович

(а он в райкоме партии

когда-то восседал), —

когда быстрей от города

мы уберёмся этого,

чтоб часом не навесили

на нас убийство то».

И, выйдя на обочину,

голосовали странники

рукою, к небу вскинутой,

прося притормозить

автомобили мчащие…

Не многие откликнулись.

Но через час — последнего

увёз в себе КАМАЗ…

 

…К обеду, как условлено,

сошлись все вместе сызнова

у городка Разрухинска,

проехав 100 км.

Нашли в леске поляночку,

перекусили скромненько —

совсем не тронув водочку,

а выпив лишь пивка.

Потом пошли по улочкам,

здороваясь со встречными,

то с тем, то с тем беседуя

о жизни, о судьбе…

Идя одною улицей,

услышали стенания,

что за забором каменным

звучали на весь двор.

Там чудо-замок высился

с балконами и нимфами,

стояли за воротами

«Land Rover» и «SAAB».

 

«Какое горе, милые,

стряслось в дому богатом том, —

спросили братья Трубины,

прохожих повстречав. —

В таком дворце трёхъярусном

должно с избытком счастья быть,

и, словно дети барские,

там в шоколаде все…»

«Всё так и есть, родимые, —

им отвечали встречные, —

тут Мишки Хуторковского

родители живут,

не зная чувства голода,

не зная чувства холода,

диктуя всему городу

политику свою…

А началось всё с малого,

когда — ещё при Ельцине —

сын Хуторковских, Мишка-то,

все ваучеры здесь

скупил у нас задёшево,

потом ещё по области,

не зная сна и отдыха,

дней десять колесил

и их скупил три вороха

у деревенских жителей.

Ну, кто тогда в бумажках тех

какой-то видел прок?

А он собрал их тысячи,

вложив копейки сущие,

и поменял на акции

компаний нефтяных.

Так в олигархи выбился

за два счастливых месяца

наш Хуторковский Мишка-то —

о нём в журнале «Форбс»

была статья написана,

что двадцать миллиардов, мол,

американских долларов

теперь его доход!..»

«Но отчего же плач стоит

в дому его родителей? —

опять с недоумением

изрёк вопрос Тарас. —

Быть может, поцарапал кто

блестящий бок «Land Rovera»?

Или коту любимому

на лапу наступил?..»

«Всё много хуже, странники, —

ответили с улыбкою

ему на то прохожие. —

Тут дело не в коте.

Как доказало следствие,

контора Хуторковского

налоги миллиардные

таила от казны!

А чтоб за махинации

за те его не трогали —

лез Михаил в политику,

пытаясь подкупить

всех депутатов-думовцев

с Советом Федерации...

За то — попал в Бутырку он

и ждёт теперь суда».

 

«Ну, что ж! Бог шельму метит всё ж! —

вздохнули братья Трубины. —

Сегодня — в олигархах ты,

а завтра — станешь зэк,

если пути нечестные

себе к богатству выберешь.

А потому — будь бедный ты,

но честный человек!..»

 

…И снова — путь-дороженька

легла под ноги странникам,

давно бы обувь ветхая

разлезлась на клочки,

когда б коробка чудная,

пришельцами им данная,

не выдавала новые

для странствий башмаки.

Надев кроссовки лёгкие,

идут они обочиной,

вокруг — деревни русские

печальные стоят,

посёлки безголосые

с закрытыми заводами,

колхозы разорённые,

пустые городки.

Держава ль это Русская

иль туша прокажённая?

Вокруг — приметы гибели,

уныние и тлен.

Нигде ни смеха звонкого,

ни песни у околицы,

ни игрища весёлого,

ни криков детворы.

Где девушки игривые?

Где парни говорливые?

Где шестиструнки верные,

бренчащие в ночи?..

 

Идут, шагают странники.

Темнеет ночь над трассою.

Пора опять поляну им

для отдыха искать…

Вдруг слышат — смех девчоночий,

вдруг видят — точки светятся

малиново раскуренных

во мраке сигарет.

Подходят ближе путники…

И впрямь — толпа девчоночек!

Да все такие яркие,

похлеще суперзвёзд:

белеют ноги длинные,

алеют губы красные,

глаза у всех накрашены,

открыты декольте…

«Привет вам всем, красавицы! —

Олег погромче выкрикнул. —

Здесь что? Кино снимается?

Какой-то сериал?

Но что-то режиссёра я

не вижу с оператором.

И как вас в ночь родители

отправили одних?..»

«Ты, дядя, видно, слеп совсем

или деревня полная! —

захохотали девушки,

услышав те слова. —

Путаны мы дорожные

и здесь всю ночь работаем:

шофёрам дарим ласки мы,

себе — доход в семью».

«Так вы здесь все… торгуете

собою в целях прибыли?..»

«Ну что за проницательность! —

опять смешок в ответ. —

Найди в кармане денежку,

и сам получишь порцию

любви и наслаждения…

Желаешь или нет?..»

«Спаси вас Бог!» — в смущении

Олег за спины спрятался

широких братьев Трубиных

(те были ближе всех).

«Ужель другого дела вы

не отыскали, милые? —

спросил Семён Семёнович,

к путанам подходя. —

Вы умницы, красавицы,

ужель вам это нравится —

под шоферню немытую

ложиться что ни ночь?»

«А ты налей нам водочки,

и мы тебе поведаем,

насколько эти радости

нам вмочь или невмочь…»

 

Ну, слава Богу, с водочкой

проблемы нет у странников!

Сошли с асфальта в сторону,

костёрчик развели.

Заветную коробочку

тайком из сумки вынули:

«Попотчуй-ка ты странников!

Да сладких вин пошли

для гостий неожиданных…»

И, как по волшебству —

упала скатерть белая

под ноги их, в траву.

И встали на той скатерти

вина бутылки в ряд,

легли конфеты сладкие,

печенье, виноград…

 

«Прошу!» — Семён Семёнович

открыл вина шипучего,

высоко пробки прянули —

и пали в декольте!

Девчонки захихикали,

винца и водки выпили,

отведали закусочек…

«Ну что же, я начну, —

припомнив обещание,

одна Семён Семёнычу,

бокал отставив в сторону,

адресовала взор. —

Лет двадцать или более

тому назад, наверное

(так говорят родители —

нас не было тогда!),

здесь были сёла людные,

колхозы богатейшие,

посёлки населённые

счастливыми людьми.

В садах качались яблони,

поля густели колосом,

в ДК играла музыка,

в лугах паслись стада.

В посёлках были фабрики,

зарплату регулярную

все получали вовремя.

Учиться в города —

кто в институт, кто в техникум,

окончив школу, ехали,

назад — специалистами

стекались все потом.

Женились, свадьбы шумные

справляли всей деревнею.

Детей рожали. Думали —

так будет всё и впредь…

Но вот — промчалось двадцать лет.

Работы нет, зарплаты нет.

(Жизнь такова, что белый свет

не мил уж никому!..)

Колхозы все распущены,

давно закрыты фабрики,

природа вся отравлена

(могильники вокруг).

Попьёшь воды — отравишься,

съешь яблоко — подавишься,

корову в поле выведешь —

она не ест травы.

Достигнув возраста невест,

мы уезжать из этих мест

пытались в город, но и там

не улыбнулось счастье нам —

как куры на насест,

едва лишь вечер, спать спешат,

так вскоре каждая из нас

обратно ехала домой…

Когда б ещё — одна!

А то ведь там нас, сельских дур,

за километр распознав,

чуть не с вокзала — и в постель

втащили ловкачи.

Слова: «люблю», «навек», «женюсь» —

и по сей день в ушах звучат.

Но вместо счастья и мужей —

лишь дети на печи.

Чем их кормить — неведомо,

во что одеть — незнаемо,

работы нет, зарплаты нет,

и где найти ответ

на то, как жить, растя дитя

и честь последнюю блюдя?..

Налей-ка мне, сосед!» —

хватив стакан перцовочки,

девчонка закручинилась,

на грудь головку свесила,

и трёт глаза платком.

Её подружка выпила,

руками бюст поддёрнула

(так, что аж кофта треснула!)

и молвила во тьму:

«Когда бы не презренная

древнейшая профессия,

уже давно бы вымерла

округа вся как есть!

Мы станем вдоль обочины —

шофёрам ласки хочется —

они нам платят денежки,

и тем спасают нас:

и старикам достанется,

и на детей останется

того, что заработает

любая здесь за час…»

 

Молчали наши странники,

не шла им в горло водочка,

зато их гостьи шалые

насели на питьё —

глотали водку горькую,

вливали в рот шампанское,

откупорили красное

креплёное вино,

опять тянулись к водочке,

хмелея всей компанией,

запели песню пьяную

и повалились спать.

Собрали наши странники

конфеты шоколадные,

сложили девкам в сумочки —

пусть отнесут домой

детишкам в угощение,

гостинчик, так сказать.

Потом сидели хмурые

до самой поздней полночи,

пока их сном не выбило

один по одному.

 

Проснулись утром поздненько,

вокруг, конечно, пусто всё —

как будто пир с путанами

привиделся во сне.

Так что они друг с дружкою

слегка о том поспорили —

мол, было или не было

подобное вчера?

Но встало солнце ясное,

запели птицы русские,

на трассе гул послышался

в Москву идущих фур.

И, не забыв коробочку,

друзья шагнули из лесу.

Дорога — не закончена,

пока не дан ответ…

 

Глава 4.

ДОРОГА НА МОСКВУ

 

Лети, дорога быстрая!

Вези в столицу странников!

(Ребята-дальнобойщики,

спасибо, подвезли).

В кабине всё ж сподручнее

по свету путешествовать,

чем на своих двоих шагать

вдоль матушки-земли.

Ревёт машина грузная,

бегут колёса вёрткие,

делянка кукурузная

мелькает за окном,

потом поля пшеничные,

потом леса сосновые,

потом село широкое

и церковь на холме.

Красна ты, Русь привольная!

Смотрел, не отрываясь, бы

на наши нивы хлебные,

звериные леса,

на реки живописные,

холмы шлемоподобные,

на свечи-колоколенки,

стоящие вдали!

Вон промелькнуло озеро,

в котором утки плавают,

а вон коттеджи дачные

краснеют кирпичом —

там люди, знать, не бедные,

сумевшие устроиться

в России перестроечной —

им голод нипочём!

А вон над речкой мелкою,

как век назад и более

(рекламный «Тайд» не чествуя

и прочий порошок!),

стирают бабы русские,

стуча вальками скользкими,

встав на мосточки шаткие,

в речной воде бельё.

А там — мальчишки бегают,

по грязной сельской улице,

бредёт пастух с коровами,

пылит велосипед…

 

Летит дорога серая,

звучит беседа тихая,

водилы-дальнобойщики

ребятам жизнь свою

в кабинах исповедуют,

а жизнь такая, Господи —

с мученьями, с поборами,

где едешь — всем плати!

Везёшь арбузы, дыни ли,

иль упаковки с джинсами,

иль кофеварки с мебелью,

или другой товар,

на всех таможнях — взятку дай,

пост ГИБДД — опять давай,

перед Москвою — мафии

дорожной отстегни.

Но, и в Москву приехавши,

попробуй сдать свой груз ещё!

И там, как саранча в степи,

все лезут: дай да дай.

И платишь кровососам всем,

не то — дороже выльется:

ни к рынкам не подпустят ведь,

ни к базам… никуда…

 

…Всех подобрали странников

лихие дальнобойщики,

один Семён Семёнович

остался на шоссе.

Едва не час рукой махал,

но мимо пёр сплошной нахал —

никто попутчика с собой

забрать не захотел.

Мужик успел отчаяться,

мужик успел намаяться,

как вдруг «Москвич» — не нов уже —

вблизи притормозил,

и дверца приглашающе

открылась — мол, беги скорей! —

и сел Семён Семёнович

с водителем рядком.

Уж тот был — хоть на выставку:

вся в газырях черкесочка,

сапожки — как зеркальные —

аж бликами слепят!

А грудь — в крестах-«георгиях»:

знать, славно погеройствовал

в сражениях неведомых

лихой шофёр-казак!

«Видать, хлебнул немало ты

в боях с христопродавцами!» —

сказал Семён Семёнович

с почтеньем к казаку,

и бросил взгляд значительный

на грудь-иконостас.

«То получил мой прадед их

за Крымскую кампанию, —

казак смущённо вымолвил,

покручивая ус, —

а я ношу кресты его,

как носим мы фамилию,

что предками заслужена,

а нам досталась в дар.

Они меня от глупости

удержат и от трусости,

и лишь забуду совесть я —

они мне в сердце: звяк!

а ну-ка, друг, припомни-ка,

чьего ты роду-племени,

а ну, держи-ка марочку

да помни: ты — казак!..»

«…А что — теперь казачество

реальное сословие? —

спросил Семён Семёнович,

внимая усачу. —

Привыкли жёны с детками

к житью полувоенному?

В чём счастье быта древнего?

Ты чувствуешь его?»

«Ещё бы мне не чувствовать! —

вскричал шофёр восторженно. —

Лишь, прошагав полжизни, я

вдруг стал самим собой.

Не знаю счастья большего,

чем жить укладом отческим,

когда семья и Родина —

не порознь, а одно!..»

И он Семён Семёныча

рукою хлопнул радостно —

мол, верь мне, друг случайный мой,

я правду говорю!

Но в этот миг «Москвич» его,

прервал прекрасный спич его —

мотор всхрипел, как будто съел

железку или гвоздь.

Казак вскричал: «Едрёна вошь!

Меня так просто не возьмёшь!»

(Да, жаль, не высек клич его

ни искры, ни огня.)

Машина вдруг захрюкала,

завыла, заколдобилась,

и встала у обочины,

как бричка без коня.

Вздохнул Семён Семёнович:

осталась незаконченной

беседа о казачестве,

а был в ней некий шанс…

Увы, деваться некуда!

В дороге всё случается —

поломка и авария,

и прочая беда.

Но, слыша звон крестов о грудь,

казак на трассу вышел сам

и быстро фуру длинную

рукой остановил.

Потом Семён Семёныча,

как эстафету срочную,

сдал на руки водителю —

смотри, мол, довези.

И замелькали вновь в окне

берёзы, луг, закат в огне,

и мысль о русской стороне

проснулась вновь в груди.

 

...О, Русь! О, Родина! О, грусть

скажи: придёт ли час,

когда любовь к тебе, как груз,

не будет горбить нас?

           

Когда любовь к тебе, как вдох,

наполнит небом грудь.

О, Русь! О, Родина! О, Бог!

О, наш тернистый путь!

           

О, бесконечный крик: «Держись!» —

летящий сквозь года.

О, Русь! О, Родина! О, жизнь!

Одна — и навсегда...

           

...Перед Москвою — снова все

собрались прежней группою:

Роман, Иван, да плюс Степан,

Тарас и Святослав,

Олег, Семён Семёнович —

все семь недавних спорщиков,

все семь уставших странников,

семь грустных мужиков,

семь не трудоустроенных

Пустобюджетной области,

района Разворуйского,

заштатных городков:

Банкротовска, Дефолтовска,

Терактовска, Реформовска,

Бомжатовско-Бездомовска,

Невыплатова — тож.

Сошлись и спор продолжили

совсем как по Некрасову:

«Кому живётся весело,

вольготно на Руси?»

 

Роман сказал: «Я думаю,

что всё-таки — политику,

ну, кто ещё без всяких дел

так важен и богат?»

 

Иван вздохнул: «А я скажу,

что всё же — губернатору,

в его руках реальный край,

и недра, и бюджет».

 

Степан — молчал задумчиво,

припомнив джип Жабецкого.

Молчали братья Трубины,

Тарас и Святослав —

видать, про Хуторковского

припомнили брательники…

Олег стоял, потупившись,

и вспоминал путан.

 

«Ну что ж, всё это правильно, —

сказал Семён Семёнович,

(а он в райкоме партии

когда-то восседал!). —

Политик с губернатором

живут, наверно, весело,

но лучше всех живёт в стране

конечно, Президент!»

 

Мужик, что бык: втемяшится

в башку какая блажь —

колом её оттудова

не выбьешь: надоело уж

топтать им путь-дороженьку,

давно домой всем хочется,

не лезет в горло водка уж,

икра уж опротивела,

а воротиться стыдно всё,

не отыскав ответ.

И то ведь, если вдуматься:

Москва-то вон уж — рядышком,

ещё чуть-чуть, и выяснят,

кто счастлив на Руси!..

…………………………

…………………………

 

lit-studio.ru

"Кому на Руси жить хорошо"


Поэма Николая Алексеевича Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» имеет свою уникальную особенность. Все названия деревень и имена героев ярко отражают сущность происходящего. В первой главе читатель может познакомиться с семью мужиками из сел «Заплатово», «Дыряево», «Разутово», «Знобишино», «Горелово», «Неелово», «Неурожайко», которые спорят, кому на Руси хорошо живется, и никак не могут прийти к согласию. Никто даже не собирается уступать другому… Так необычно начинается произведение, которое Николай Некрасов задумал для того, чтобы, как он пишет, «изложить в связном рассказе всё, что знает о народе, всё, что привелось услыхать из уст его…»

Это, по замыслу автора, «эпопея современной крестьянской жизни». Но чтобы понять её глубже, нужно ознакомиться с историей создания.

Содержание статьи

История создания поэмы

Над своим произведением Николай Некрасов начал работать в начале 1860 годов и закончил первую часть через пять лет. Пролог напечатали в январской книжке журнала «Современник» за 1866 год. Затем начался кропотливый труд над второй частью, которая называлась «Последыш» и была издана в 1972 году. Третья часть под названием «Крестьянка» увидела свет в 1973 году, а четвертая «Пир – на весь мир» – осенью 1976, то есть через три года. Жаль, автору легендарной эпопеи так и не удалось полностью окончить задуманное – написание поэмы прервала безвременная кончина – в 1877 году. Однако, и спустя 140 лет это произведение остается важным для людей, его читают и изучают как дети, так и взрослые. Поэма «Кому на Руси жить хорошо» входит в обязательную школьную программу.

Часть 1. Пролог: кто на Руси самый счастливый

Итак, пролог рассказывает, как семеро мужиков встречаются на столбовой дороге, а затем отправляются в путешествие, чтобы найти счастливого человека. Кому на Руси живется вольно, счастливо и весело – вот главный вопрос любопытных путников. Каждый, споря с другим, считает, что именно он прав. Роман кричит, что самая хорошая жизнь у помещика, Демьян утверждает, что замечательно живется чиновнику, Лука доказывает, что все-таки попу, остальные тоже выражают свое мнение: «вельможному боярину», «купчине толстопузому», «министру государеву» или же царю.

Такое разногласие приводит к нелепой драке, которую наблюдают птицы и животные. Интересно читать, как автор отображает их удивление происходящим. Даже корова «пришла к костру, уставила глаза на мужиков, шальных речей послушала и начала, сердечная, мычать, мычать, мычать!..»

Наконец, намяв друг другу бока, мужики образумились. Они увидели крохотного птенчика пеночки, подлетевшего к костру, и Пахом взял его в руки. Путники начали завидовать маленькой пичужке, которая может полететь куда захочет. Рассуждали о том, чего хочется каждому, как вдруг… птица заговорила человеческим голосом, прося отпустить на свободу птенчика и обещая за него большой выкуп.

Птичка показала мужикам дорогу туда, где закопана настоящая скатерть-самобранка. Вот это да! Теперь уж точно можно жить-не тужить. Но сообразительные странники попросили еще и о том, чтобы на них не снашивалась одежда. «И это сделает самобранная скатерть» –сказала пеночка. И выполнила свое обещание.

Началась у мужиков жизнь сытая и веселая. Вот только главный вопрос они пока не разрешили: кому же все-таки хорошо живется на Руси. И решили друзья не возвращаться к семьям, пока не отыщут ответ на него.

Глава 1. Поп

По дороге мужики встретили священника и, поклонившись низко, попросили ответить «по совести, без смеху и без хитрости», действительно хорошо ли ему живется на Руси. То, что рассказал поп, развеяло представления семерых любопытных о его счастливой жизни. Как бы суровы ни были обстоятельства – глухая осенняя ночь, или лютый мороз, или вешнее половодье – приходится батюшке идти туда, куда его зовут, не споря и не прекословя. Работа не из легких, к тому же стоны отходящих в мир иной людей, плач сирот и рыдание вдов совершенно расстраивают покой души священника. И только внешне кажется, что поп в почете. На самом деле нередко он – мишень для насмешек простого народа.

Глава 2. Сельская ярмонка

Дальше дорога ведет целеустремленных странников в другие деревни, которые почему-то оказываются пустыми. Причина в том, что весь народ на ярмарке, в селе Кузьминское. И решено отправиться туда, чтобы расспросить людей о счастье.

Быт села вызвал у мужиков не очень приятные чувства: вокруг много пьяных, везде грязно, уныло, неуютно. На ярмарке торгуют и книгами, но низкопробными, Белинского и Гоголя здесь не найти.

К вечеру все становятся настолько пьяными, что, кажется, шатается даже церковь с колокольней.

Глава 3. Пьяная ночь

Ночью мужики снова в пути. Они слышат разговоры пьяных людей. Вдруг внимание привлекает Павлуша Веретенников, который делает записи в блокноте. Он собирает крестьянские песни и поговорки, а также их истории. После того, как все, сказанное запечатлено на бумаге, Веретенников начинает упрекать собравшийся народ за пьянство, на что слышит возражения: «пьет крестьянин в основном потому что у него горе, и поэтому нельзя, даже грех упрекать за это.

Глава 4. Счастливые

Мужики не отступают от своей цели – во что бы то ни стало найти счастливого человека. Они обещают наградить ведром водки того, кто расскажет, что именно ему вольготно и весело живется на Руси. На такое «заманчивое» предложение клюют любители выпить. Но как ни стараются красочно расписать хмурые житейские будни желающие напиться даром, ничего у них не выходит. Истории старухи, у которой уродилось до тысячи реп, дьячка, радующегося, когда ему нальют косушечку; разбитого параличом бывший дворового, сорок лет лизавшего у барина тарелки с лучшим французским трюфелем, отнюдь не впечатляют упорных искателей счастливого на Русской земле.

Глава 5. Помещик.

Может, здесь им улыбнется удача – предполагали искатели счастливого русского человека, встретив на дороге помещика  Гаврилу Афанасьича Оболта-Оболдуева. Сначала он испугался, думая, что увидел разбойников, но узнав о необычном желании семерых мужиков, преградивших ему дорогу, успокоился, засмеялся и поведал свою историю.

Может, прежде помещик и считал себя счастливым, но только не теперь. Ведь в былые времена Гавриил Афанасьевич был владельцем всей округи, целого полка прислуги и устраивал праздники с театральными представлениями и танцами. Даже крестьян молиться в барский дом по праздникам не гнушался приглашать. Теперь же все изменилось: родовое поместье Оболта-Оболдуева продано за долги, ведь, оставшись без умеющих обрабатывать землю крестьян не привыкший трудиться помещик терпел большие убытки, что и привело к плачевному исходу.

Часть 2. Последыш

На следующий день путешественники вышли на берег Волги, где увидели большой сенокосный луг. Не успели они разговориться с местными жителями, как заметили у причала три лодки. Оказывается, это дворянская семья: два барина с женами, их дети, прислуга и седой старичок-барин по фамилии Утятин. Все в этой семье, к удивлению путников, происходит по такому сценарию, будто бы и не было отмены крепостного права. Оказывается, Утятин сильно рассердился, когда узнал, что крестьянам дали волю и слег с ударом, пригрозив лишить сыновей наследства.  Чтобы этого не случилось, они придумали хитрый план: подговорили крестьян, чтобы те подыграли помещику, выдавая себя за крепостных. В награду же пообещали после смерти барина лучшие луга.

Утятин, услышав, что крестьяне остаются при нем, воспрянул духом, и началась комедия. Некоторым даже понравилась роль крепостных, а вот Агап Петров не смог смириться с позорной участью и высказал помещику все в лицо. За это князь приговорил его к порке. Крестьяне и здесь сыграли роль: повели «непокорного» в конюшню, поставили перед ним вино и попросили кричать громче, для видимости. Увы, Агап не вынес такого унижения, сильно напился и в ту же ночь умер.

Далее Последыш (князь Утятин) устраивает пир, где, едва шевеля языком, произносит речь о преимуществах и пользе крепостного права. После этого он ложится в лодку и испускает дух. Все рады, что наконец-то избавились от старика-тирана, однако, наследники даже не собираются выполнять свое обещание, данное тем, кто играл роль крепостных. Надежды крестьян не оправдались: лугов им никто так и не подарил.

Часть 3. Крестьянка.

Уже не надеясь найти счастливого человека среди мужчин, странники решили спросить женщин. И из уст крестьянки по имени Корчагина Матрена Тимофеевна слышат очень грустную и, можно сказать, страшную историю. Только в родительском доме она была счастлива, а дальше, когда вышла замуж за Филиппа, румяного и сильного парня, началась тяжелая жизнь. Любовь длилась недолго, потому что муж уехал на заработки, оставив молодую жену со своей семьей. Матрена работает не покладая рук и не видит поддержки ни от кого, кроме старика Савелия, который доживает век после каторги, длившейся двадцать лет. Только одна радость появляется в её нелегкой судьбе – сын Демушка. Но вдруг на женщину обрушилась страшная беда: невозможно даже представить, что случилось с ребенком по причине того, что свекровь не разрешила невестке брать его с собой в поле. По недосмотру деда мальчика съедают свиньи. Какое горе матери! Она все время оплакивает Демушку, хотя в семье родились и другие дети. Ради них женщина жертвует собой, например, принимает на себя наказание, когда сына Федота хотят выпороть за овцу, которую унесли волки. Когда Матрена носила во чреве еще одного сына, Лидора, её мужа несправедливо забрали в солдаты, и жене пришлось ехать в город, искать правды. Хорошо, что ей помогла тогда губернаторша, Елена Александровна. Кстати, в приемной Матрена и родила сыночка.

Да, нелегкой была жизнь у той, которую в деревне прозвали «счастливицей»: ей постоянно приходилось бороться и за себя, и за детей, и за мужа.

Часть 4. Пир на весь мир.

В конце села Валахчина проходил пир, куда были собраны все: и мужики-странники, и Влас-староста, и Клим Яковлевич. Среди празднующих – два семинариста, простые, добрые парни – Саввушка и Гриша Добросклонов. Они поют веселые песни и рассказывают различные истории. Делают это потому, что так просят простые люди. С пятнадцати лет Гриша твердо знает, что посвятит жизнь счастью русского народа. Он поет песню о великой и могучей стране под названием Русь. Не это ли тот счастливец, которого так упорно искали путники? Ведь он ясно видит цель своей жизни – в служении обездоленному народу. К сожалению, Николай Алексеевич Некрасов безвременно скончался, не успев дописать поэму до конца (по замыслу автора мужики должны были отправиться в Петербург). Но размышления семи странников совпадают с мыслью Добросклонова, думающем о том, чтобы вольготно и весело на Руси жилось каждому крестьянину. В этом и был главный замысел автора.

Поэма Николая Алексеевича Некрасова стала легендарной, символом борьбы за счастливые будни простых людей, а также итогом размышлений автора о судьбах крестьянства.

“Кому на Руси жить хорошо” – краткое содержание поэмы Н.А. Некрасова

4 (80%) 5 votes

r-book.club

«Кому на Руси жить хорошо» — Глава 4 Демушка — Всемирное наследие литературы, истории, живописи

 

Матрена родила сына, но свекровь недовольна тем, что сноха из-за ребенка стала мало работать, настояла на том, чтобы Матрена оставила сына у дедушки. «Запугана, заругана, перечить не посмела я, оставила дитя». Пока сын у деда, Матрена жнет вместе со всеми рожь. Внезапно появляется дед, просит у нее прощения и говорит, что не доглядел за ребенком: «Заснул старик на солнышке, скормил свиньям Демидушку придурковатый дед!» Матрена в горе плачет, обвиняет деда. Но беда этим не кончилась: Господь прогневался, Наслал гостей непрошеных, Неправедных судей1 В деревню приезжают становой, доктор, полиция, обвиняют Матрену в том, что она намеренно вместе с бывшим каторжником дедом Савелием убила ребенка. Лекарь делает вскрытие, несмотря на мольбы Матрены «без поругания честному погребению ребеночка предать».

Матрена плачет, умоляет не делать этого, ее объявляют сумасшедшей. Дед Савелий говорит, что ее сумасшедствие состоит в том, что ... к начальству кликнули, Пошла... а ни целковика, Ни новины (домотканый холст), Пропащая, С собой и не взяла! Демушку хоронят в закрытом гробу. Матрена в отчаянии, дед Савелий ее утешает, говорит, что ее сын теперь в раю.

На восклицание Матрены, почему за них ни бог, ни царь не вступится, Савелий отвечает: «Высоко бог, далеко царь» — призывает ее терпеть. Глава 5 Волчица После смерти Демушки Матрена была «сама не своя», не могла работать. Свекор надумал «поучить» ее вожжами, Матрена поклонилась ему в ноги и попросила: «Убей!» Свекор отступил. Матрена день и ночь находилась на могиле сына.

К зиме приехал муж. Дед Савелий после смерти Демушки «шесть дней лежал безвыходно, потом ушел в леса. Так пел и плакал дедушка, что лес стонал! А осенью ушел на покаяние в Песочный монастырь». У Матрены каждый год рождается по ребенку. Но через три года опять пошли беды: у Матрены умерли родители. Она идет на могилку сына — поплакать, там встречает деда Савелия, который пришел из монастыря помолиться за «Дему бедного, за все страдное русское крестьянство».

 

Недолго прожил дедушка. По осени у старого Какая-то глубокая На шее рана сделалась, Он трудно умирал... Перед смертью дед подтрунивал над домашними, говорил: Мужчинам три дороженьки: Кабак, острог да каторга, А бабам на Руси Три петли: шелку белого, Вторая — шелку красного, А третья — шелку черного, Любую выбирай! Минуло четыре года. Матрена со всем смирилась: За всех, про всех работаю, — С свекрови, с свекра пьяного, С золовушки бракованной Снимаю сапоги... Однажды в село приходит странница-богомолка, она говорит речи о спасении души, будит селян по праздникам к заутрени, а потом требует от матерей, чтобы они не кормили грудных младенцев по постным дням.

Младенцы кричат, матери слезами заливаются — так ребенка жалко, но божеского наказания боятся. Матрена Тимофеевна не послушалась богомолки. «Да, видно, бог прогневался», — замечает Матрена Тимофеевна.

Когда ее сыну Федоту исполнилось восемь лет, его послали стеречь овец. Однажды приводят Федота и говорят, что он «скормил» овцу волку. Федот рассказывает, что он сидел на пригорке, как вдруг появилась огромная отощавшая волчица. По набрякшим кровоточащим сосцам было видно, что у нее где-то в логове щенки. Она схватила овцу и побежала прочь.

Федот стал ее преследовать. В конце концов нагнал, вырвал овцу, но та уже была мертвая. Волчица посмотрела жалостно в глаза Федоту и завыла. Он сжалился и отда|л ей мертвую овцу. Пытаясь спасти сына от порки, Матрена отталкивает старосту, бросается просить милости у помещика, который как раз возвращается с охоты. Помещик рассудил «подпаска малолетнего по младости, по глупости простить...

а бабу дерзкую примерно наказать».

 

www.nitpa.org

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о