Содержание

Южная Европа 2019–2024

Итальянскую Республику, третью по величине экономику ЕС, одно из государств-основателей Европейского союза, в 2018 г. всё чаще называли «слабым звеном» или «ахиллесовой пятой» европейской интеграции [1]. И действительно, на примере итальянской политической и экономической динамики текущего года и опыта ее взаимодействия с Брюсселем можно проследить развитие всех кризисных явлений, которые наблюдаются сегодня в Европейском союзе. Это и кризис легитимности, и кризис еврозоны, и миграционный кризис, и негативная социально-демографическая динамика, характеризующаяся старением населения и высокой долей безработицы среди молодежи, и кризис идентичности, связанный как с восприятием роли Италии в ЕС, так и с восприятием роли ЕС в глобальном контексте.

В 2018 г. политический ландшафт Итальянской Республики радикально изменился — к власти пришел союз правых и левых популистов, называющих себя «правительством перемен» и ставящих целью полностью пересмотреть отношения Италии с ЕС под лозунгом «prima gli italiani» (аналог известной фразы Д. Трампа «America first»). От того, как будут развиваться отношения Италии и ЕС в самом ближайшем будущем, удастся ли Риму и Брюсселю совместными усилиями преодолеть накопившиеся кризисные явления, очевидно, будет во многом зависеть и судьба Евросоюза в целом. Для России Италия, безусловно, ключевой партнер в ЕС, с которым связывает многовековая история политического, экономического и гуманитарного сотрудничества. Несмотря на то, что введенным в 2014 г. в отношении России санкциям ЕС удалось нанести существенный ущерб двусторонним экономическим связям, изменить исторически позитивные политические отношения и доверие в сфере экономики, к счастью, не удалось. Новое итальянское правительство настаивает на необходимости отмены санкций против России и обещает активно продвигать эту позицию среди своих европейских партнеров [2].

Внутренние вызовы и возможности Итальянской Республики

В 2018 г. Итальянская Республика вступила с багажом серьезных социальных, экономических и политических вызовов. Среди основных можно назвать необходимость решения проблемы внешнего долга и стимулирования экономического развития, чрезвычайно высокий уровень безработицы среди молодежи, старение населения, рост евроскептицизма и антиглобалистских настроений, всплеск ксенофобии, затянувшийся период политической турбулентности. Рассмотрим каждый из них подробнее.

Несмотря на значительный объем итальянской экономики и ее долю в экономике ЕС (третье место после Германии и Франции), страна уже около 10 лет демонстрирует более чем скромные показатели роста. В частности, в 2017 г. экономика Италии показала наихудшие темпы роста среди европейских стран. При этом рост был максимальным за последние семь лет и составил 1,4 %. Последний раз этот показатель превышал отметку в 1% ещё в 2010 г., после чего стал сокращаться на фоне долгового кризиса в ЕС [3]. Даже Греции, которая еще в 2016 г. демонстрировала отрицательный рост, в 2017 г. удалось обойти Италию. Кроме того, согласно прогнозу итальянского ЦБ, уже в 2019 и 2020 гг. экономика страны вновь начнёт замедляться и вырастет лишь на 1,2% [4].

В рейтинге «Ведение бизнеса» Всемирного банка в 2018 г. Италия оказалась на 46-м месте (Австрия — на 22-м, Германия — на 20-м, для сравнения, Беларусь — на 38-м, Армения — на 47-м, Венгрия — на 48-м, Россия — на 35-м) [5]. С 2012 г. года Италия потеряла кредитный рейтинг А и получила оценку ВВВ (ВВА2 в рейтинге Moody’s) [6], причем прогноз в последнее время стабильно негативный.

Итальянский суверенный долг достиг в 2017–2018 гг. рекордного показателя в 132% ВВП. Списание этого долга или хотя бы существенной его части, на которое рассчитывает итальянское правительство, по мнению ряда экономистов, невозможно, поскольку спровоцирует «эффект домино» и подорвет всю финансовую систему ЕС. Объем так называемых «плохих долгов» итальянских банков по-прежнему превышает средний по ЕС.

Одним из самых высоких в ЕС остается уровень безработицы в Италии, хотя в 2018 г. наметилась некоторая тенденция к исправлению ситуации [7]. Согласно ISTAT, в августе 2018 г. показатель безработицы составил 10,4% (средний показатель по ЕС — 6,8%) и 30,8% среди молодежи. Таким образом, по уровню безработицы в ЕС Италия уступает только Греции и Испании.

В октябре 2018 г. итальянское правительство вынесло на обсуждение в ЕС план бюджета на 2019 г., в котором предполагается ряд конкретных мер по преодолению экономического кризиса в стране. В частности, предлагается увеличение дефицита бюджета с 2% до 2,4%, введение гарантированного минимального дохода гражданина, снижение налогового бремени, пересмотр закона Форнеро и снижение пенсионного возраста, проведение долговой амнистии. По мнению правительства Италии, предложенный экономический «маневр» поможет стимулировать экономический рост, и Брюссель должен дать руководству страны возможность реализовать задуманное. В Еврокомиссии, однако, считают иначе: при огромном государственном долге в более чем 130% ВВП недопустимо увеличивать дефицит бюджета, а налоговые послабления и социальные выплаты, обещанные населению, неминуемо будут способствовать наращиванию долга. Итальянское правительство намерено твердо отстаивать свои позиции, ставя тем самым Еврокомиссию в крайне щекотливое положение: с одной стороны, допущение ослабления бюджетной дисциплины может стать опасным прецедентом для других стран ЕС, с другой — проявление жесткости неминуемо будет способствовать росту рейтинга популистов внутри страны, чего в Брюсселе явно не хотели бы.

Очевидно, что последствия решения итальянского «бюджетного вопроса» мы сможем наблюдать уже только в 2019 г. Необходимо отметить, что и в самом итальянском политическом истэблишменте и экспертном сообществе нет единства по поводу возможных результатов «экономического маневра» нового правительства (если, конечно, ЕС допустит его реализацию). Есть мнения, что вместо перераспределения бюджетных расходов итальянскому правительству правильнее было бы всерьез озаботиться мерами по повышению производительности труда, которые, в отличие от озвученных предложений, в долгосрочной перспективе действительно смогли бы обеспечить рост экономики [8]. Кроме того, ожидается, что в 2019 г. свой пост покинет нынешний глава ЕЦБ итальянец Марио Драги, и политика нового главы в отношении итальянского государственного долга может быть не столь благоприятной.

В среднесрочной перспективе, вероятно, будущее итальянской экономики и рынка труда будет зависеть от способности руководства страны запустить внутренние механизмы повышения производительности труда и поиска модели встраивания итальянского «семейного» бизнеса в глобальные рынки. Вместе с тем совершенно очевидно, что итальянский популизм имеет под собой абсолютно объективные основания в виде потребности граждан Италии в социальной и экономической защищенности в условиях растущей турбулентности мировых рынков и глобализирующегося капитала. Пришедшие к власти итальянские политики очень тонко чувствуют эту потребность. Удастся ли итальянским популистам научиться управлять факторами, не имеющими национальных границ, можно будет убедиться в течение ближайших 5–7 лет.

Возможности и угрозы для страны, обусловленные внешней средой

Можно выделить три ключевых внешних контекста, которые в течение 2018 г. оказывали влияние на экономическую и политическую динамику Итальянской Республики и, с большой долей вероятности, будут оказывать влияние и в 2019 г., и в среднесрочной перспективе. Первым и наиболее существенным контекстом являются отношения Италии с Европейским союзом. Вторым значимым контекстом можно назвать ситуацию в регионе Ближнего Востока и Северной Африки, а третьим — отношения с ключевыми глобальными игроками, прежде всего с США и Россией. Рассмотрим подробнее каждый из контекстов.

Отношения Италии с Европейским союзом в настоящее время выстраиваются в рамках дискурса о суверенитете, отстаиваемого итальянским правительством в двух основных сферах — экономической и сфере безопасности границ. Процесс переговоров с Еврокомиссией по вопросу бюджета на 2019 г. станет лакмусовой бумажкой, которая в среднесрочной перспективе обозначит тенденцию отношений Рима и Брюсселя в сторону большего суверенитета национальных государств, либо в сторону укрепления европейской интеграции. Однако необходимо отметить, что итальянское руководство не ставит перед собой цели реализации «italexit» [9] и исключило из «правительственного контракта» пункт о выходе Италии из зоны евро. И несмотря на то, что по данным социологических опросов только 44% итальянцев хотели бы остаться в ЕС, тем не менее 65% положительно относятся к евро и только 24% хотели бы пойти путем Brexit [10].

Второй вызов для отношений Италии с ЕС — «популистская» природа пришедшего к власти правительства и его, с точки зрения Брюсселя, потенциально дестабилизирующая роль для всей Европы. В планах «Лиги» на 2019 г. — совместное с французским «Национальным фронтом» участие в выборах в Европейский Парламент. В случае серьезных успехов популистов на общеевропейских выборах, очевидно, еще больше обвинений в подрыве общеевропейской солидарности будет адресовано Брюсселем в сторону Рима.

Третий экзистенциально значимый сюжет в отношениях с Брюсселем связан с проблемой миграции. Суть обвинений Италии в адрес Евросоюза сводится к отсутствию эффективной системы распределения уже прибывших мигрантов по всему Евросоюзу. Из-за этого, по мнению итальянских властей, большая часть финансового бремени по обеспечению прибывших ложится на страны первого въезда — Италию, Грецию и Испанию. Накануне саммита ЕС 29 июня 2018 г. итальянское руководство предъявило Брюсселю ультиматум с конкретными предложениями по реформированию системы приема беженцев в ЕС [11]. На сегодняшний день, несмотря на наличие базовой договоренности, достигнутой на саммите, четкие контуры новой системы до сих пор не ясны. В частности, большая роль в деле сокращения потоков беженцев отводится сотрудничеству со странами региона и странами исхода. Однако договороспособность и способность контролировать соблюдение достигнутых договоренностей (например, по Ливии) весьма сомнительна. Создание центров по приему беженцев в государствах ЕС также было зафиксировано как мера добровольного характера, осуществляемая по инициативе самих государств-членов ЕС. Поэтому несмотря на то, что по итогам саммита Джузеппе Конте объявил, что «Италия больше не одна», до практического воплощения эффективной системы приема беженцев Европейскому союзу еще очень далеко. И хотя в 2018 г. Италии удалось почти на 80% сократить приток беженцев, очевидно, что эта проблема общей европейской «ответственности» за судьбу беженцев будет сохранять свою актуальность и в 2019 г. , и в среднесрочной перспективе.

Кроме того, в итальянском общественном сознании проблема миграции тесно связана с проблемой безопасности. Так, по данным исследований, с 30% до 66% с 2013 по 2017 гг. возросла доля итальянцев, которые определяют в качестве главного национального интереса обеспечение безопасности национальных границ и контроля над миграционными потоками. А количество случаев депортации по подозрению в экстремизме возросло с 2 в 2002 г. до 106 в 2018 г. (по данным на октябрь 2018 г.). Причем пятикратный рост случился лишь за год — с 2014 по 2015 гг. [12]

В этой связи для Италии будет иметь большое значение процесс мирного урегулирования в регионе Ближнего Востока и Северной Африки, а также сотрудничество ЕС с Турцией и Россией как наиболее активными внешними игроками в регионе. В частности, Италия довольно активно вовлечена в процесс ливийского урегулирования и позиционирует себя как площадку для широкой дискуссии всех заинтересованных акторов, организовав 12–13 ноября в г. Палермо международную конференцию по Ливии. Россию Италия видит в качестве ключевого партнера в сфере безопасности.

Говоря о глобальном контексте и рисках для Италии, необходимо отметить стремление нового итальянского руководства выстраивать более самостоятельную — если не сказать «суверенную» — внешнюю политику и отношения с глобальными игроками, в частности. Данное стремление опирается на широкий общественный консенсус и фрустрацию, сформировавшуюся за предыдущий период. Так, по данным опросов, 82% итальянцев считают, что Италия не оказывает никакого влияния на международные отношения и европейскую политику. И это несмотря на то, что еще в 1990-х годах в ту пору министр иностранных дел Джованни де Микелис объявил, что Италия должна стать «мировым протагонистом» и проводить более самостоятельную внешнюю политику. С 35 до 62% (с 2012 по 2017 год) возросло число тех, кто считает, что Италии и государствам ЕС необходимо вырабатывать более независимую внешнюю политику и политику безопасности, оставаясь при этом в рамках НАТО.

Усиливающийся франко-германский тандем, выступающий за углубление евроинтеграции, возросшая с приходом Дональда Трампа неопределенность во внешней политике США и показное игнорирование Вашингтоном мнений европейских государств в решении мировых проблем (в частности, Италия негативно относится к выходу США из «ядерной сделки» с Ираном, а также к выходу США из ДРСМД [13]), подливают воду на мельницу комплекса «ограниченного суверенитета», прочно укоренившегося в итальянском сознании.

Все больше раздражает итальянцев и стремление формирующегося тандема Германии и Франции говорить от имени всего ЕС, будь то вопросы миграции, финансовой дисциплины внутри ЕС или отношений с США и Россией.

Не поддерживает новое итальянское правительство и политику санкций в отношении России, общие потери из-за которых составили 7 млрд евро [14]. Однако Италия ни разу не проголосовала против продления санкций, и это дает повод думать, что другие вопросы, в решении она которых зависит от взаимодействия с ЕС (проблемы долга и миграции, в частности) имеют в настоящее время больший приоритет, чем отмена санкций в отношении России. Тем не менее очевидно, что Италия будет и далее развивать и максимально наращивать сотрудничество с Россией, поскольку это соответствует ее национальным интересам, а также стремлению к реализации более самостоятельной внешней политики.

Лидеры стран Южной Европы выступили за укрепление европейского единства | Европа и европейцы: новости и аналитика | DW

Лидеры Греции, Испании, Италии, Кипра, Мальты, Португалии и Франции, собравшиеся в Мадриде 10 апреля, видят решение проблем, возникающих в их странах в связи с Brexit и другими вызовами современности, в укреплении европейского единства. Речь идет о третьей неофициальной встрече в верхах южно-европейских стран ЕС. На ней обсуждались две основные темы: предстоящий выход Великобритании из Евросоюза и будущее этой организации. Участники саммита  приняли декларацию. По оценке наблюдателей, это своеобразное послание приверженности идеалам европейского единства. В документе утверждается, что процветание государств и народов Южной Европы может обеспечить лишь их «дальнейшая интеграция в едином и сильном Евросоюзе». В декларации также нашло место осуждение применения химического оружия в Сирии. 

Тревоги европейского юга

Участники встречи, в первую очередь, констатировали, что страны, которые они представляют, беспокоит ряд общих проблем, связанных с Brexit. Для их решения, как было отмечено, следует объединить усилия и выработать «сбалансированную  политику» в преддверии переговоров с Великобританией. Среди этих проблем фигурирует, к примеру, тема туризма и отдыха британцев в Южной Европе, вероятное введение таможенных барьеров и пограничного контроля.

Эти темы страны Южной Европы волнуют, возможно, больше, чем их партнеров из других государств ЕС, пояснил DW профессор экономики Мадридского университета Висенте Гутьеррес Ромеро. По его словам, из-за спровоцированного Brexit неустойчивого курса фунта по отношению к евро, а также из-за вероятного введения пограничного контроля и визового режима, могут сократиться поездки англичан на отдых в страны Южной Европы и покупка там недвижимости.

Туризм и отдых британцев до сих пор играли важную роль в соответствующей отрасли практически всех странах Южной Европы, продолжил эксперт. Только Испанию ежегодно посещают 15 миллионов граждан Великобритании. Кроме того, в последние десятилетия они же были самыми активными покупателями квартир и коттеджей для летнего отдыха на испанском побережье. Проблема сокращения британского туризма помимо Испании особо волнует Португалию и Грецию.

Опасения участников мадридской встречи, как отметил профессор Гутьеррес Ромеро, связаны и с тем, что из-за возможного введения таможенных сборов, товары их стран, в основном продовольственные, могут оказаться неконкурентоспособными на британском рынке. Потери могут быть крупными, учитывая, что объем взаимной торговли только Испании с Великобританией до сих пор составлял 55 миллиардов евро в год. Ну а граждане стран Южной Европы, живущие и работающие в Великобритании — там их сотни тысяч — могут столкнуться с массой проблем бюрократического характера, связанных с оформлением вида на жительства и разрешения на работу.

 

Европейское единство — путь к решению проблем 

Как отмечалось на саммите, обсуждение специфичных для юга Европы проблем непременно должно войти в повестку дня будущих переговоров Евросоюза с Великобританией. Решаться они должны с учетом интересов всех сторон, включая интересы британцев, которые должны «остаться ближайшими союзниками Евросоюза». Свою точку зрения лидеры стран Южной Европы намерены донести до участников Европейского Совета, заседание которого, посвященное Brexit, пройдет 29 апреля с участием всех стран-членов ЕС.

Для участников саммита у «общеевропейского проекта нет альтернативы», заявил в беседе с DW еще один эксперт — сотрудник мадридского Центра политических исследований Грегорио Серрано Мартинес. Он процитировал слова испанского премьера Мариано Рахоя, прозвучавшие на встрече. Для него Евросоюз «являет наиболее успешным примером интеграции за всю историю человечества, способным обеспечить народам мир, безопасность и экономическое процветание».

Более того, отметил эксперт, политики, принявшие участие во встрече, считают, что Евросоюз должен «консолидировать свой интеграционный проект». Речь идет, в частности, о том, чтобы более активно добиваться экономического роста и создавать рабочие места, в первую очередь, для молодежи. Последнее, по словам Серрано Мартинеса, страны Южной Европы, где высок процент безработицы, волнует особо. 

Осуждение применения химического оружия в Сирии

Среди прочих «вызовов современности» участники встречи обсуждали рост в ряде стран популизма и национализма, представляющих угрозу европейской интеграции. Они подчеркнули необходимость борьбы с этими явлениями — последовательно отстаивать свободу, демократию, правовое государство, права человека — основные ценности западной цивилизации. К приоритетным вопросам, по словам Серрано Мартинеса, беспокоящим страны Южной Европы, относятся также проблема беженцев и нелегальных иммигрантов. Учитывая географическое положение, эти страны особо остро испытывают на себе последствия этих проблем.

 

Обсуждалась на встрече в качестве приоритетной и проблема борьбы с терроризмом — общая для всех стран Евросоюза, — а также ситуация в Сирии. В итоговой декларации  резко осуждается факт применения в Сирии 4 апреля химического оружия. Хотя в ней не называется сторона, применившая это оружие, участники саммита отметили, что «с пониманием» относятся к решению США нанести удар по сирийской авиабазе. Вместе с тем, в документе говорится, что у сирийского конфликта не может быть военного решения, и содержится призыв продолжить  переговоры по Сирии в Женеве под эгидой ООН.

Смотрите также: 

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Андалузская идиллия

    6,5 квадратных километров площади, много пляжей и скала высотой 426 метров — у Гибралтара есть все, что нужно туристам. Полуостров граничит с испанской областью Андалузия. И ничто бы не нарушало покой этого рая на земле, если бы не Утрехтский мирный договор 1713 года и не стратегическое положение Гибралтара, позволяющее контролировать одноименный пролив, соединяющий Средиземное море с океаном.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Гибралтарская скала

    Утрехтский мирный договор положил конец войне за испанское наследство. По его условиям Испания вынуждена была отказаться от части своих владений, из которых Гибралтар и остров Минорка отошли Великобритании. И по сей день Гибралтар находится под суверенитетом Великобритании и является одной из ее заморских территорий. Что, впрочем, не мешает Испании тоже претендовать на него.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Символ — обезьяны

    Гибралтар является единственным местром в Европе, где в естественных условиях дикой природы живут обезьяны — маготы. По местному поверью, Гибралтар будет британским до тех пор, пока жива хоть одна обезьяна. Когда в ходе Второй мировой войны их число резко сократилось, британский премьер Уинстон Черчилль лично распорядился привезти новых животных из Марокко для восстановления поголовья.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Как проехать на заморскую территорию?

    Проще всего добраться до Гибралтара с испанской территории пешком. Въехать на машине потребует намного больше времени, так как многие испанцы ездят на полуостров заправляться. На Гибралтре нет налога на добавленную стоимость (НДС), поэтому бензин там дешевый. Автомобилисты довольны, владельцы АЗС в Андалузии — нет.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Пешком по взлетному полю

    Но как ни въезжай в Гибралтар — и пешеходам, и водителям приходится пересекать взлетное поле местного аэропорта. Ничего подобного нет нигде в мире. В сутки аэропорт обслуживает 10 взлетов и посадок самолетов — и в эти моменты взлетная полоса закрывается для прочего движения. У всех самолетов маршрут один — Великобритания.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Под тремя флагами

    О статусе полуострова говорят развевающиеся здесь три флага: британский «Юнион Джек», введенный в 1982 году флаг Гибралтара с изображенными на нем крепостью и золотым ключом и флаг ЕС. Последний спустят 29 марта 2019 года — к большому сожалению жителей полуострова. На референдуме по Brexit 96 процентов из них проголосовали за то, чтобы остаться в Евросоюзе.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Одно из самых густонаселенных мест в мире

    На Гибралтаре живут около 33 тысяч человек. Это одна из самых густонаселенных территорий в мире. Жители полуострова автоматически получают британский паспорт в дополнение к своему первоначальному гражданству. Единственный государственный язык на полуострове — английский. А вот уличное движение, в отличие от Великобритании, правостороннее.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Атмосфера Великобритании и Андалузии

    Все вывески и даже мусорные контейнеры на Гибралтаре подписаны преимущественно на английском, а британский флаг можно увидеть повсюду. Однако солнце и близость к морю создают ощущение полной погруженности в испанский стиль жизни.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Фиш энд чипс вместо тапаса и паэльи

    Кухня на Гибралтаре — тоже британская. На улицах столицы Гибралтара, которая носит такое же название, выстроились в ряд традиционные английские пабы. И даже если в меню вы найдете что-нибудь, напоминающее испанскую кухню, платить лучше всего в фунтах стерлингов. Кроме тех случаев, когда мириться с нелепой наценкой совершенно невозможно.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Рай для инвесторов…

    Кстати о ценах. Гибралтар считается настоящим налоговым раем. Чрезвычайно низкие налоговые ставки привлекают сюда инвесторов со всего мира, что, впрочем, сильно огорчает испанцев. Власти в Мадриде опасаются, что испанские граждане используют Гибралтар для отмывания денег.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    … и покупателей

    На Гибралтаре найдутся сувениры на любой вкус и кошелек. Например, вездесущие магниты на холодильник. Однако будущая привлекательность полуострова в плане торговли под вопросом, ведь в ЕС четко заявили, что Испании придется поддержать торговое соглашение между Лондоном и Брюсселем.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Туманные перспективы

    Власти Гибралтара сильно обеспокоены предстоящим выходом Великобритании из ЕС. Глава гибралтарского правительства Фабиан Пикардо уверяет, что полуостров не станет разменной монетой или жертвой в процессе Brexit. У британцев нервы тоже напряжены до предела: бывший лидер консерваторов Майкл Говард даже говорил о возможной войне.

  • Гибралтар — яблоко раздора между Великобританией и Испанией

    Спокойствие, только спокойствие!

    Но даже при всей неясности политического будущего Гибралтар остается прекрасным солнечным уголком с великолепными пляжами, где через пролив можно увидеть Африку. С такими пейзажами все заботы можно отложить на потом.

    Автор: Ирина Филатова


 

Южная Европа объединилась против политики Брюсселя и Берлина | Статьи

Страны Южной Европы выработали общую стратегию, с которой и поедут на саммит ЕС в Братиславу 16 сентября. По информации «Известий», они попросят Брюссель изменить экономическую политику, в частности пересмотреть стратегию жесткой экономии еврозоны, позволить им проводить самостоятельную торговую политику, а также поднимут вопрос с невыполнением рядом стран Евросоюза плана по распределению беженцев.

— Южный регион Европы страдает больше других от проблем, которые касаются всего объединения. Очевидно, что необходимо менять структуру ЕС, которая бы исключала социальное и политическое неравенство. Греции необходимо провести реструктуризацию своего долга, поскольку другого выхода из затяжного кризиса у нас нет, Италии — рекапитализацию всей финансовой системы, другим странам предстоит обозначить свои позиции в экономике, поскольку практически все южноевропейские страны имеют огромный долг по отношению к ВВП. При этом во многом наши проблемы остаются неразрешенными из-за бюрократической системы, которая говорит, что правилам надо следовать, то есть самостоятельно регулировать и принимать меры поддержки мы не можем. Одновременно с этим другие страны не идут нам навстречу по части миграционного кризиса, для разрешения которого мы часто действуем самостоятельно. Конечно, очень многие недовольны сложившейся ситуацией, — рассказали «Известиям» в офисе европарламентария от правящей греческой партии «Сириза» Костаса Крисогоноса.

Для обсуждения этих вопросов и выработки общей стратегии премьер-министр Греции Алексис Ципрас на прошлой неделе в Афинах собрал лидеров средиземноморских стран ЕС — Франции, Италии, Испании, Кипра и Мальты. Он заявил, в частности, что страны Южной Европы также должны вносить «общий конструктивный вклад в диалог о будущем Евросоюза», обозначив тем самым, что не только центральный регион во главе с Германией вправе это делать. Греческий премьер подчеркнул, что независимо от политических позиций стран существует достаточно общих оснований для совместных действий. Это касается в первую очередь необходимости придания нового импульса для роста южноевропейского региона, решения важнейших проблем социального и регионального неравенства, укрепления мира и стабильности и выработки единой гуманной и эффективной стратегии в решении кризисной ситуации с беженцами.

Известно, что встреча блока стран перед общеевропейским саммитом была воспринята Брюсселем как вызов. Несмотря на заверения греческого премьера о том, что страны действуют в интересах ЕС, очевидно, что Южная Европа стремится противостоять политике, которая диктуется из Брюсселя и Берлина. А участие во встрече Франции и Италии, основных оплотов объединения, говорит об общем желании противостоять «германизации» Евросоюза.

Одной из возможностей для экономического роста средиземноморского региона ЕС является экспорт. Примечательно, что практически все южноевропейские страны высказывались против продления антироссийских санкций, подчеркивая не только их неэффективность, но даже невыгоду для национальных экономик. Так, обе палаты парламента Франции приняли резолюции, призывающие к отмене ограничительных мер против России. Подобный документ был также принят парламентом Кипра и региональными парламентами северных областей Италии.

В условиях невозможности самостоятельно регулировать фискальную политику основной мерой поддержки экономики остается торговля с зарубежными партнерами. Приостановка же торгово-экономических отношений с Россией, огромным экспортным рынком, стала для южных европейцев серьезной потерей. Об этом «Известиям» рассказал президент Ассоциации итальянской промышленности в России Эрнесто Ферленги. 

— Сегодняшние реалии глобального мира подталкивают нас к необходимости всё чаще думать о новых моделях экономической интеграции, которые бы распространялись далеко за пределы географических границ наших стран. Экспорт товаров и услуг для многих стран становится более важным элементом, нежели внутренний рынок. В Италии существующая дефляция и промышленный рост немногим выше нуля стали препятствовать росту инвестиций в страну. Итальянский экспорт был основополагающим элементом развития национальной экономики даже в годы слабого промышленного роста. К 2013 году итальянский экспорт в Россию вырос до €10 млрд, что было восходящим трендом, который прервался с кризисом на нефтяном рынке и введением санкций. Показатели экспорта упали практически на 70%, что стало сильнейшим ударом по итальянским и европейским компаниям, — подчеркнул Ферленги. 

Южная Европа — 2018: итоги года и прогнозы

Александр Дунаев, к.и.н., внештатный сотрудник Центра проблем безопасности и развития, эксперт РСМД

Латинские страны Южной Европы

В уходящем 2018 г. в двух латинских странах Южной Европы произошла смена правительств. В Италии на парламентских выборах, состоявшихся 4 марта, победу одержало «Движение пяти звезд», а в рамках правоцентристской коалиции наилучший результат неожиданно показала не берлускониевская партия «Вперед, Италия!», а Лига под руководством Маттео Сальвини.

После трех месяцев препирательств и взаимного поливания грязью «Пяти звездам» и Лиге удалось сформировать «желто-зеленую» коалицию, которая вызвала оторопь в Брюсселе и Берлине и заставила многих наблюдателей говорить о наступлении популизма и правого радикализма в Европе.

Такие суждения оказались отчасти оправданы. Новое итальянское правительство заняло жесткую позицию по вопросу о мигрантах — буквально через 10 дней после формирования кабинета Сальвини, ставший министром внутренних дел, не пустил в итальянские порты судно «Аквариус» с шестью сотнями африканских мигрантов на борту[1], а в конце июня Италия добилась некоторых изменений в миграционной политике ЕС[2].

В Испании вынесение судебного решения по делу «Гюртель» нанесло тяжелый удар по правительству Народной партии, чем незамедлительно воспользовалась оппозиция, инициировавшая вотум недоверия кабинету Мариано Рахоя, который ушел в отставку 1 июня. К власти пришли социалисты, которые располагают лишь 84 мандатами из 350 в Кортесах[3].

Тем не менее новый премьер Педро Санчес намерен оставаться в должности до следующих выборов, которые должны состояться в 2020 г.[4]

В наследство от предшественника П. Санчесу достался целый ряд нерешенных проблем, самая трудная из которых — каталонская. После ареста политиков, провозгласивших независимость Каталонии в конце 2017 г., в Барселоне пришло к власти новое руководство, настроенное не менее радикально, чем прежнее. Нынешний глава Женералитат Жоаким Торра требует проведения нового референдума о независимости[5], и Педро Санчесу приходится проявлять недюжинные дипломатические способности в попытках найти точки соприкосновения. Одной из таких точек может стать вопрос о перезахоронении Франко — в сентябре испанский парламент принял решение о выносе тела диктатора из монументального комплекса «Долина павших»[6]. У каталонцев, как и у басков, о Франко остались нелучшие воспоминания, поэтому они восприняли эту новость с явным удовлетворением.

Успех популистских движений в Италии, рост популярности левых партий — социалистов и «Подемос» — в Испании, относительная стабильность социалистического правительства в Португалии в значительной степени обусловлены социально-экономическими причинами. С одной стороны, в латинских странах Южной Европы происходит постепенное восстановление экономики после долгих лет рецессии и бюджетной экономии. ВВП растет, бюджетный дефицит находится в приемлемых, с точки зрения Брюсселя, рамках, а государственный долг, хотя и остается высоким, все же не увеличивается относительно ВВП[7].

Однако при более детальном рассмотрении ситуация выглядит не столь оптимистично. Ведь важно не только наличие экономического роста, но и то, как распределяются его плоды среди различных групп населения. Статистические данные показывают, что в выигрыше оказались наиболее состоятельные категории граждан, тогда как на положении беднейших слоев населения рост никак не сказался[8].

В последние месяцы намерения южноевропейских правительств смягчить социальные последствия многолетнего применения мер бюджетной экономии привели к обострению отношений стран с Брюсселем, что проявилось в вопросе о рассмотрении проектов национальных бюджетов на 2019 г. Италия, Испания и Португалия хотят отойти от неолиберальных догм, господствующих в Европе в последние годы, и собираются увеличить расходы на социальные нужды. Испанское правительство предполагает покрыть их за счет повышения налогов на богатых[9]. Брюссель от таких планов не в восторге, но может с этим смириться. Случай Италии сложнее — инициативы желто-зеленого кабинета приведут к увеличению бюджетного дефицита до 2,4% ВВП[10], что, с точки зрения ЕК, недопустимо при нынешних размерах итальянского госдолга, составляющего 131% от ВВП. Рим настаивает, что только стимулирование экономики позволит сократить соотношение госдолга и ВВП, Брюссель же утверждает, что сначала нужно сократить долг, поэтому бюджетный дефицит должен быть сведен к минимуму. Результатом этого противостояния стало вынесение предупреждения трем латинским странам Южной Европы о несоблюдении параметров бюджетного дефицита[11] и открытый конфликт между Римом и Брюсселем.

Балканы: Греция, Болгария, Македония

На Балканах 2018 г. оказался достаточно спокойным в том, что касается экономики — впрочем, спокойно не всегда означает хорошо. В августе завершилась программа выделения финансовой помощи Греции и был отменен контроль над движением капиталов, но макроэкономические показатели страны оставляют желать лучшего — ВВП, сократившийся на четверть по сравнению с 2007 г.  [12], едва начал расти, государственный долг превышает 180% ВВП, каждый пятый житель страны не имеет работы, а каждый третий живет за чертой бедности.

Экономическое положение Болгарии остается стабильным — в последние годы ВВП растет темпами, превышающими средние по ЕС[13], государственный долг находится на низком уровне, составляя лишь 25% ВВП. В то же время по уровню доходов на душу населения страна находится на последнем месте в ЕС[14], а само население неуклонно сокращается — в июне 2018 г. его численность упала ниже планки в 7 млн человек[15], сократившись почти на два миллиона по сравнению с показателями тридцатилетней давности.

В политической сфере одной из самых горячих тем 2018 г. стал вопрос о переименовании Македонии и возможном вступлении этой страны в ЕС и НАТО. Правительство Зорана Заева приложило немало усилий для решения этого вопроса. В августе 2017 г. был подписан договор о дружбе и добрососедстве с Болгарией[16], который позволил устранить противоречия, отравлявшие двусторонние отношения на протяжении последней четверти века. В июне 2018 г. З. Заев и греческий премьер А.Ципрас заключили так называемые Преспанские соглашения[17], которые предусматривали смену названия бывшей югославской республики — отныне она должна была называться Северной Македонией. Хотя соглашения с Грецией не предусматривали проведения референдума, З.Заев решил заручиться народной поддержкой, но расчет его оказался неверным. Хотя более 90% македонцев, принявших участие в референдуме, проголосовали «за», явка составила всего 36%[18], что свидетельствует о том, что, несмотря на сильное давление со стороны Брюсселя и соседних стран, макендонцы в большинстве своем скептически относятся к евроатлантической перспективе.

Тренды

Исходя из текущей динамики, мы можем выделить несколько тенденций, носящих долгосрочный характер. Во-первых, в ближайшие годы в Южной Европе сохранится и, скорее всего, усилится социальная напряженность. Выход из кризиса, который вырисовывается на основании макроэкономических показателей, может создать обманчивое впечатление стабилизации социально-экономической и политической обстановки. В действительности же итогом затяжной рецессии стало перераспределение национального богатства в пользу наиболее состоятельных граждан, что не могло не привести к нарастанию противоречий между различными слоями населения. Возвращение к кейнсианству, которое просматривается в проектах бюджетов на 2018 г., призвано ослабить эту напряженность, но есть сомнения относительно того, удастся ли это сделать.

В немалой степени эти сомнения обусловлены тем, что национальным правительствам необходимо считаться с давлением не только со стороны электората, но и со стороны Брюсселя — европейские чиновники не зависят от итогов выборов и потому не настроены (во всяком случае пока) отказываться от неолиберальных представлений. Здесь мы можем определить вторую важную тенденцию в развитии южноевропейских стран — нарастание конфликтности в отношениях с властями ЕС. Представляется, что Брюсселю придется идти на компромисс с южноевропейскими столицами, однако масштабы уступок предугадать пока сложно.

Третья тенденция, которая наблюдается в последние годы и, на наш взгляд, сохранится в обозримом будущем — это дальнейшая эрозия существующих партийно-политических систем. В Испании двухпартийная система уступила место многопартийной; можно предположить, что нынешнее правительство социалистов — последнее однопартийное правительство, за которым последуют коалиционные кабинеты. В Италии ушла в прошлое система больших право- и левоцентристских коалиций, сменявших друг друга у руля управления страной — вероятность формирования нынешнего желто-зеленого кабинета еще год назад было невозможно представить. В Греции после фактического краха социалистической партии также произошел переход к многопартийности, в рамках которой сохраняет прочные позиции правоцентристская «Новая демократия», при этом резко возросло значение крайне левых и крайне правых партий. Более стабильная ситуация наблюдается в Болгарии — нынешнему кабинету Бойко Борисова, вполне вероятно, удастся доработать до конца мандата, который истекает в        2021 г. — это будет неплохим достижением для страны, в которой парламентские выборы последние три раза проводились досрочно.

Особую тревогу у национальных элит должна вызывать четвертая тенденция, которая прослеживается довольно давно и будет усиливаться в ближайшие годы — падение интереса граждан к политике, которое можно проследить по неуклонному снижению явки избирателей на выборах всех уровней. Это очевидное свидетельство общего снижения доверия населения к политической системе, неверия электората в то, что посредством участия в выборах можно что-то изменить. В таких условиях нельзя исключать усиления позиций крайних политических сил, которые будут выдвигать радикальные лозунги и добиваться все более значимых результатов на выборах.

Южная Европа и Россия

В целом отношения России со странами Южной Европы демонстрируют положительную динамику, а события 2018 г. способствуют их дальнейшему укреплению. Показательно, например, что в марте южноевропейские государства без особого энтузиазма отреагировали на призывы Лондона и Вашингтона наказать Россию за отравление Скрипалей — Испания и Италия выслали по два российских дипломата, Португалия и Болгария отозвали своих послов для консультаций, а Греция и вовсе отказалась предпринимать какие-либо действия[19].

Политические перемены в Испании и Италии — хорошая новость для России. Новое итальянское правительство не скрывает своих симпатий к Москве и периодически поднимает вопрос об отмене санкций[20]. Отношения Испании с Россией носят более ограниченный характер, однако социалисты неоднократно давали понять, что хотели бы улучшения отношений с Москвой, а партия «Подемос», чье значение в политической системе Испании резко возросло, открыто заявляла, что санкции должны быть сняты[21].

На Балканах ситуация также складывается довольно благоприятно. Результаты македонского референдума можно считать положительными для России; разумеется, они не означают, что эта страна никогда не присоединится к НАТО, но процесс вступления замедлится ввиду жесткого противостояния между премьером З.Заевым и оппозицией, которое может обернуться серьезным внутриполитическим кризисом.

Разница в подходах к македонской проблеме привела к тому, что в июле из Афин были высланы два российских дипломата — их обвинили в том, что они пытались подкупить греческих должностных лиц с целью не допустить урегулирования отношений между Грецией и Македонией[22]. Однако дипломатический скандал не оказал существенного негативного влияния на отношения России и Греции. Несмотря на разногласия по македонскому вопросу, Афины по-прежнему заинтересованы в укреплении связей с Москвой.

Болгарские власти явно настроены на улучшение двусторонних отношений — неслучайно в мае, когда Болгария председательствовала в Европейском союзе, в Москве побывали президент и премьер-министр страны. Возможно, это станет прологом к устранению явного противоречия между динамичностью экономических связей России и Болгарии и тем полузамороженным состоянием, в котором находились двусторонние политические отношения в последние годы.

Бесспорно, доброжелательные отношения с южноевропейскими странами можно записать в актив российской внешней политики. Вместе с тем переоценивать их значение не стоит — внешнеполитическая самостоятельность этих государств ограничена, и принимать решения, идущие вразрез с линией ЕС, они просто не могут. Это касается в первую очередь наиболее болезненного вопроса в отношениях России и ЕС — вопроса санкций и возможности их отмены или хотя бы ослабления. Страны Южной Европы предпочли бы, чтобы санкций не было, но контуры общеевропейской политики очерчиваются не в Афинах, Риме или Мадриде, а несколько севернее. Когда решение о пересмотре санкционной политики будет принято на широте Брюсселя и Берлина, южноевропейские кабинеты его охотно поддержат — большего от них ждать не стоит.

РСМД. 30.12.2018

Эксперт: Бюджетные проблемы в США грозят свести на нет все усилия стран Южной Европы по выходу из кризиса — Экономика и бизнес

БЕРЛИН, 7 октября. /Корр. ИТАР-ТАСС Вячеслав Филиппов/. Если американской администрации и республиканской оппозиции в Конгрессе США не удастся достигнуть договоренности по бюджету на новый финансовый год, это может иметь непредсказуемые последствия для глобальной конъюнктуры. С таким предостережением выступил руководитель гамбургского Института исследования мировой экономики /HWWI/ Томас Штраубхаар в опубликованном в понедельник интервью газете «Вельт».

«Это будет иметь драматические последствия для финансовых рынков, — отметил он. — В США тогда произойдет падение спроса, что затем распространится на всю мировую экономику». По его словам, последующий кризис может привести к тому, что стоимость обслуживания американского госдолга значительно вырастет. В свою очередь, на фоне растущих процентных ставок по гособлигациям США увеличится стоимость обслуживания госзадолженности и проблемных стран еврозоны, предостерег эксперт. «Это грозит сорвать все усилия по экономии в Южной Европе, — отметил Штраубхаар. — Возникнет большая опасность того, что кризис евро вернется обратно».

В то же время, не все экономисты разделяют его мнение. Как считает президент Немецкого института экономических исследований Марсель Фратцшер, в краткосрочной перспективе дебаты в Вашингтоне по поводу необходимости одобрения бюджета и повышения потолка госдолга не окажут заметного влияния на развитие глобальной конъюнктуры.

«Я ожидаю, что бюджетный спор в США не будет долго продолжаться и не повлияет на проценты по американским гособлигациям на продолжительный период», — отметил он. Подобные дебаты могут в крайнем случае лишь несколько ослабить американскую экономику, подчеркнул Фратцшер.

Клеменс Фюст, глава Центра европейских экономических исследований, со своей стороны, выразил уверенность в том, что пребывающие у власти в США демократы и находящиеся в оппозиции республиканцы достигнут взаимопонимания по бюджету прежде, чем их спор приведет «к значительным последствиям на финансовых рынках».

Макрон выразил готовность Южной Европы к «ответственному диалогу» с Турцией — Международная панорама

ПАРИЖ, 11 сентября. /ТАСС/. Участники саммита стран Южной Европы (MED 7) выразили поддержку Греции и Кипру в свете действий Турции в Средиземном море. Об этом заявил в четверг президент Франции Эмманюэль Макрон на пресс-конференции по итогам совещания представителей государств региона на Корсике, в котором по приглашению французской стороны приняли участие Греция, Испания, Италия, Кипр, Мальта и Португалия.

«Мы адресовали послание солидарности Греции и Кипру», — сказал Макрон, назвав незаконными действия Турции в Восточном Средиземноморье. Президент Франции отметил, что «участники саммита едины в своем намерении обеспечить соблюдение норм международного права».

Вместе с тем, как подчеркнул французский лидер, Франция намерена вступить в «ответственный диалог» с Турцией для снижения напряженности в Восточном Средиземноморье. «Наши страны выразили желание вновь начать ответственный диалог и найти пути к обеспечению баланса интересов», — сказал Макрон. При этом он подчеркнул, что в этой позиции «нет какой-либо наивности».

Ситуация в регионе Средиземноморья

Макрон выразил беспокойство ситуацией в регионе Средиземноморья, назвав его театром конфликтов.

«Наше Средиземноморье сегодня стало театром конфликтов, которые продолжаются в Сирии и в Ливии», — сказал французский лидер на пресс-конференции по итогам саммита стран Южной Европы (MED 7) на Корсике, который состоялся с участием Греции, Италии, Испании, Кипра, Мальты и Португалии.

По его мнению, «регион пытаются дестабилизировать исторические державы, руководствующиеся гегемонистскими мотивами». «Нас беспокоит в связи с этим роль Турции и России», — отметил Макрон.

«В этом контексте в сфере нашей ответственности, как стран региона, находятся поиск пути и средств к проведению конструктивной политики в Средиземноморье и установление стабильности в регионе», — сказал он. По словам Макрона, «это создаст основу для налаживания обмена мнениями при уважении суверенности».

Среди главных проблем региона Макрон выделил, в частности, «регулирование миграционных потоков». «И здесь я также хотел бы заверить в нашей солидарности Грецию», — сказал президент Франции. Он сообщил, что по договоренности с Германией Франция намерена принять на своей территории детей беженцев из лагеря Мориа, где 9 сентября произошел сильный пожар.

В коммюнике, которое Макрон и другие лидеры стран региона приняли по итогам саммита, они предупредили о составлении списка санкций в случае продолжения Турцией геологической разведки на морском шельфе. «Мы подтверждаем, что в случае отсутствия прогресса в диалоге с Турцией и продолжения ее односторонних действий Евросоюз готов разработать список дальнейших ограничительных мер, который может быть обсужден на саммите ЕС 24-25 сентября», — заявили участники саммита.

В июне турецкий фрегат у побережья Ливии отказался выполнить распоряжение о досмотре груза со стороны французского фрегата, принимающего участие в миссии ЕС по контролю за соблюдением эмбарго ООН на поставки оружия в эту страну. Уклоняясь от досмотра, турецкий корабль взял на прицел французский военный корабль с помощью радарной системы ракетного наведения, что во французском военном ведомстве расценили как «исключительно враждебные и агрессивные действия».

Франция с 26 по 28 августа совместно с Кипром, Грецией и Италией провела к югу от Кипра военные учения. Они являются первым этапом реализации инициативы укрепления четырехстороннего военно-морского и военно-воздушного присутствия в Восточном Средиземноморье. Учения начались после того, как Анкара направила свое исследовательское судно Oruc Reis в сопровождении группы военных кораблей для сейсмической разведки на греческом морском шельфе близ острова Кастелоризо. В ответ Греция привела вооруженные силы в боевую готовность и заявила, что будет отстаивать свои суверенные права.

Евросоюзу придется решить давно забытые проблемы

За полгода председательства Германии в Совете ЕС содружеству, несмотря на пандемию, удалось решить важнейшие проблемы — утвердить семилетний бюджет, достичь договоренностей об инвестиционной сделке с Китем, заключить торговое соглашение с Великобританией, а также утвердить амбициозный климатический план. Евросоюз уже приступил к вакцинации, а также разработал фонд восстановления экономики. Однако пандемия поставила перед содружеством давно забытые и нерешенные вопросы.

Европейский Союз встретил 2021-й год на карантине. Пандемия коронавируса застала содружество врасплох — саммиты, встречи и переговоры были переведены в онлайн-формат. Последние полгода ЕС занимался, преимущественно, борьбой с пандемией и ее экономическими последствиями.

Евросоюз уже приступил в вакцинации, разработал фонд восстановления экономики, и надеется, что пандемия отступит на второй план. Вместе с тем, именно вспышка коронавируса обнажила все те проблемы, которые, казалось, содружество уже решило, или же те, которые когда-то были попросту отложены. Теперь ему предстоит заняться ими. Тем временем, председательство Германии в Совете ЕС 1 января истекло и перешло к Хорватии.

Богатый север, бедный юг

Когда летом Евросоюз разрабатывал фонд восстановления экономики, ему пришлось вспомнить уроки кризиса еврозоны. Тогда было принято решение воспользоваться Европейским стабилизационным механизмом (ESM) — странам-получателям помощи выделялись кредиты в обмен на введение политики жесткой экономии.

Тогда условия ЕС, которые он выдвинул для спасения государств, пострадавших от долгового кризиса, были восприняты ими как слишком карательные, в основном, из-за жесткой экономии, требуемой Германией в качестве условия для оказания помощи. Этот опыт подорвал доверие к содружеству среди большинства стран Южной Европы и вызвал антигерманские настроения во многих кругах.

Теперь южные страны снова оказались в наиболее тяжелом положении, не только из-за того, что их экономика уступают более богатому северу, но и потому, что именно в таких странах как Италия и Испания пандемия разгорелась в большей степени.

На этот раз Берлин решил поступить иначе — канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Эммануэль Макрон сумели добиться создания фонда финансовой помощи объемом €750 млрд, из которых более половины средств (€390 млрд) будут выделены в форме грантов, а остальные €360 млрд — в виде кредитов.

Тот факт, что часть денег будут распределены в виде грантов наиболее нуждающимся странам, а не в виде займов, является серьезной уступкой со стороны северных стран, так называемой «скупой четверкой» — Австрией, Данией, Германией и Нидерландами. Вместе с тем, был смягчен и механизм контроля за использованием средств — по запросу любого государства ЕС Европейский совет начнет рассмотрение вопроса о нецелевом распределении средств.

Однако, так или иначе, разработанная Брюсселем стратегия не решает полностью проблему зависимости, в которую попадает пострадавший юг, рассказывал ранее в разговоре с «Газетой.Ru» замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов.

«Технически обязанность осуществлять контроль находится в руках ЕК, но политические права по контролю над расходованием этих средств принадлежат государствам-членам ЕС. И если страны-члены Европейского союза начнут этим пользоваться и заявлять на уровне Совета ЕС, что у них есть большие сомнения, что кто-то что-то неправильно делает, то это, конечно, приведет к новым конфликтам, к новым разногласиям, к ослаблению европейской солидарности, и к новым расколам внутри ЕС», — отмечал эксперт.

Верховенство права

«Новые расколы внутри ЕС» последовали уже через полгода, во время утверждения следующего семилетнего бюджета содружества, в котором предусматривался фонд восстановления экономики. Правда, в ходе декабрьского саммита, на котором обсуждался этот вопрос, всплыла уже другая проблема — противоречия между Брюсселем и Восточной Европой из-за состояния демократических прав и свобод, а также верховенства права. И здесь проблема также упирается в деньги.

Летом Евросоюз принял решение привязать к семилетнему бюджету механизм верховенства права. То есть выплаты странам-членам содружества будут зависеть от того, как власти соблюдают демократические принципы. Польша и Венгрия, в адрес которых постоянно звучит подобная критика из Брюсселя, угрожали наложить вето на проект бюджета, а затем решили обратиться в Европейский суд.

Поводов для противоречий между сторонами предостаточно. Консервативное руководство Польши (правящая партия «Право и справедливость» и ее председатель Ярослав Качиньски) и Венгрии («Фидес» и премьер-министр Виктор Орбан») имеют противоположные Брюсселю взгляды практически на все вопросы демократических прав и свобод. Варшава пытается фактически запретить аборты, объявляет в стране «зоны, свободные от ЛГБТ», Венгрия запрещает однополым парам усыновлять детей, а трансгендерам менять пол, указанный в свидетельстве о рождении. Оба правительства постоянно критикуются Евросоюзом за несоблюдении прав человека, ограничение свободы слова и посягательство на независимость судебной системы.

За последние восемь лет Еврокомиссия подала в Европейский суд три жалобы на Венгрию и четыре — на Польшу.

По большинству из них вердикт уже вынесен не в пользу этих республик, однако именно решения суда по делу о привязке механизма верховенства права к бюджету страны будут ожидать больше всего. В случае, если выделение средств будет зависеть от уровня демократии, Брюссель наконец получит в свои руки эффективный рычаг давления на консервативные правительства восточно-европейских стран. При этом лидеры ЕС настаивают, что правило о верховенстве закона будет применяться исключительно для того, чтобы обеспечить целевое расходование средств, а не для наказания стран за другие проступки.

Однако, как отмечал в разговоре с «Газетой.Ru» руководитель Центра исследований стран Восточной Европы МГИМО Даниил Чугунов, конфликт между ЕС и Венгрией и Польшей никуда не денется и, напротив, может перерасти в гораздо большую проблему.

«В дальнейшем те или иные государства и дальше будут стараться давить на Союз, а он, в свою очередь, — заявлять о своем более высоком статусе по сравнению с государствами, что, естественно, не увеличит шансы на появление целостной Европы», — указывал эксперт.

Миграционный кризис 2.0

В ночь на 9 сентября в крупнейшем в Европе лагере для беженцев «Мориа» на греческом острове Лесбос произошел пожар. Там проживали 12,8 тыс. человек — это в четыре раза больше, чем предполагаемая вместительность лагеря. Пожар произошел вскоре после того, как были выявлено 35 случаев заражения коронавирусом среди беженцев, проживающих в лагере.

Благодаря договоренностям с Турцией Евросоюз было забыл о своей крупнейшей проблеме за последние пять лет, но пандемия снова поставила перед ним этот вопрос.

Когда в 2015 году Ангела Меркель провозгласила «политику открытых дверей» она надеялась отстоять одни из главнейших европейских ценностей — равенство и уважение прав человека, включая права лиц, принадлежащих к меньшинствам. Содружество, однако, с потоком мигрантов не справилось, да и отстаивать эти ценности в ущерб себе далеко не все члены ЕС оказались готовы. Брюсселю пришлось идти на договоренности с Турцией, которая согласилась содержать у себя беженцев и, тем самым, служить заслоном от миграционного кризиса для ЕС. Взамен Брюссель предложил выделение средств на содержание мигрантов и запуск переговоров о членстве Анкары в содружестве.

Лидеры Евросоюза утверждали, что проблема решена, однако во время пандемии стало ясно, что этот вопрос был попросту отложен. Последовавший за вспышкой коронавируса экономический кризис еще больше ударил по странам, и без того ощущающих на себе последствия войн, в результате чего поток беженцев усилился. Евросоюз, на этот раз обеспокоенный пандемией, дал гораздо более жесткий ответ.

Многие мигранты погибли при попытке пересечь морские границы — сказывалось отсутствие необходимого уровня спасательных операций. Те, кому удалось добраться, помещались на карантин. Лагеря для беженцев оказались переполнены, многих попросту оставляли на кораблях, где отсутствовали приемлемые условия для двухнедельного проживания. Удар на себя снова взяли Греция и Италия — прибрежные страны, куда прибывали мигранты.

Содружество закрывало глаза до тех пор, пока не случился пожар в «Мориа». После трагедии Брюссель снова поднял вопрос о беженцах, но и здесь всплыли неразрешенные противоречия. Те страны, которые пять лет назад отказывались принимать мигрантов, не поменяли свою позицию.

Еврокомиссия пыталась найти компромисс и в октябре она представила свой план. На этот раз она не стала предлагать обязательный прием беженцев каждым членом содружества. Согласно плану ЕК, страны могут либо принимать мигрантов, либо спонсировать их возвращение в страны происхождения, либо предлагать материальную помощь на местах в странах прибытия.

Если какие-либо члены находятся под сильным миграционным давлением, ЕК предложил обязывать правительства других членов ЕС принимать людей у себя или же отправлять их обратно. Если беженец не может быть депортирован в течение восьми месяцев, тот член ЕС, который отвечает за этот процесс, будет вынужден принять его у себя.

В целом, план выглядит компромиссным, однако именно такой компромисс не устроил полностью ни одну из сторон. Греция и Италия настаивали на справедливом перераспределении беженцев. Страны Восточной Европы и Австрия продолжают твердить, что меры по переселению беженцев возможны только на добровольной основе. В результате вопрос так и не был решен во время председательства Германии — страны, во многом ответственной за мигрантский кризис.

Интеграция ислама

Смягчить позиции противников «политики открытых дверей» оказалось еще сложнее, когда в Европе прокатилась волна терактов.

16 октября в пригороде Парижа был обезглавлен школьный учитель, который на уроках по свободе слова показывал ученикам карикатуры на пророка Мухаммеда. 29 октября 21-летний выходец из Туниса, вооруженный ножом, напал на прихожан собора Нотр-Дам в Ницце. В результате атаки погибли три человека, мужчина был задержан. В этот же день нападения произошли в Авиньоне и в саудовской Джидде, где злоумышленник атаковал охранника французского консульства. Еще одно нападение было совершено 31 октября на 52-летнего священника греческой церкви в Лионе.

2 ноября в центре Вены была совершена серия нападений со стрельбой, одним из объектов атаки стала синагога. Полиция застрелила нападавшего, ответственность за происходящее взяло на себя «Исламское государство» (ИГ, запрещено в РФ). В результате атаки погибли пять человек, в том числе сам террорист.

В результате Эммануэль Макрон и канцлер Австрии Себастьян Курц заявили о необходимости более жесткой борьбы с терроризмом на уровне всего ЕС. В частности, политики выступили с предложением реформировать шенгенскую зону.

Еврокомиссия вскоре разработала план по борьбе с терроризмом, однако столь радикальная мера не была в него включена. Зато в числе предложений есть внесудебное удаление террористического контента в интернете в течение одного часа с момента его выявления.

Эммануэль Макрон, впрочем, уже запустил во Франции свой процесс по борьбе с терроризмом. В начале декабря он обратился к правительству с просьбой поддержать «законопроект об укреплении республиканских ценностей». Там, в частности, прописаны запреты на использование «языка ненависти» в интернете, домашнее обучение детей (за исключением тех случаев, когда это обусловлено здоровьем ребенка), ограничение въезда зарубежных имамов и многие другие положения, угрожающие привычному укладу жизни мусульман.

Однако предложенные меры, во-первых, не решат проблему, а во-вторых, могут создать новые трудности для всего ЕС, считают эксперты.

«Германия и Нидерланды считают, что интеграция ислама обязательна, но она должна быть, в целом, добровольной, долговременной, непринудительной и максимально спокойной с политической точки зрения.

Иначе это чревато тем, что в Европе возникнут новые разделительные линии, новые линии противостояния, и Европа, которая и так выглядит не особо надежно, будет постоянно ломаться под натиском некоего противостояния, которое сейчас пытается придумать Макрон. Вместо того чтобы решать проблемы инклюзивной интеграции этих частей французского общества, Макрон ищет политический террористический и радикальный ислам»,

— подчеркивает эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер.

Да и в целом, по мнению политолога, предложения Еврокомиссии по борьбе с терроризмом также игнорируют важнейшую социальную составляющую.

«Проблема заключается в том, что европейские лидеры хотят «переплавить» мусульман, которых они сами пустили на свою территорию зачем-то в таком количестве. Но переплавить быстро не получается, потому что мусульман много и они сами не хотят этого. Когда в обществе есть эти люди, которые становятся террористами, они не то что голодают, они не от голода становятся террористами, они становятся террористами от того, что чувствуют себя униженными в той среде, в которой они существуют. И этот вопрос нельзя снять усилением мер безопасности, это вопрос гораздо более общий», — подчеркивает эксперт.

Последствия кризиса: почему Южная Европа?

Экономический кризис конца 2000-х изменил Европу. Ученые и политики согласны с давними экономическими, политическими и социальными последствиями этого кризиса. Финансовый кризис привел к сокращению традиционно крупных экономик и оставил некоторые из них на грани банкротства. В частности, юг Европы — один из регионов мира, где последствия кризиса стали наиболее заметными. Усилия правительства по преодолению кризиса привели к глубоким институциональным изменениям и историческим поворотным моментам для государства всеобщего благосостояния, демократического представительства, трудовых отношений и социальных протестов.Экономический кризис изменил структуру политического поля, позволив появиться новым политическим акторам и новым взглядам как по новым, так и по старым политическим вопросам. В разгар этих преобразований мы попытались собрать коллекцию научных анализов, направленных на изучение наиболее важных институциональных и социальных сдвигов, происходящих сегодня в Южной Европе.

Греция, Италия, Португалия и Испания пережили два параллельных кризиса разного типа — экономический и политический.Эти два кризиса нельзя рассматривать изолированно: институциональная реакция на первый спровоцировала второй. Эти экономические и политические кризисы носят как национальный, так и транснациональный характер. С 2009 года Европейский союз поощряет страны Южной Европы к осуществлению политики жесткой экономии в обмен на финансовую помощь. Эта политика сократила участие государства в экономике и, в свою очередь, увеличила уровень безработицы. Более того, денежно-кредитная политика была направлена ​​на поддержание высокого уровня евро – U.Паритет южноамериканского доллара особенно пагубно сказался на первичном и вторичном секторах Южной Европы. Низкая экономическая активность, высокий уровень безработицы, низкое потребление и снижение роли государства породили новый экономический сценарий с непредсказуемыми последствиями. Растущее неравенство, рост социальных волнений, ослабление государственных институтов и растущее политическое недовольство ставят под вопрос то, в какой степени южноевропейские демократии могут сохранять свою легитимность. В этом специальном выпуске мы пытаемся дать проницательный и критический анализ наиболее важных преобразований в Южной Европе сегодня.

Данные и знакомство с историческим значением долга центрального правительства. Мы наблюдаем, что некоторые страны Европейского Юга увеличили свой долг в два и три раза в период с 1980 по 2010 год. Относительный размер этого увеличения намного больше, чем у других европейских стран, таких как Швеция, но сравним с другими странами, такими как Германия. Долг Греции и Италии составлял более 100% их валового внутреннего продукта (ВВП) до 2000 года, что ставит под сомнение степень, в которой у этих стран есть инструменты, чтобы стать финансово платежеспособными в ближайшем будущем.За ними последовали Португалия и Испания, экономика которых характеризовалась несколько более низким уровнем долга, но они столкнулись с аналогичными трудностями в сокращении своей финансовой зависимости. В статьях этого специального выпуска долг центрального правительства рассматривается как одна из отправных точек для изучения текущих преобразований в сферах иммиграции и государственного управления, качества демократии, а также политических и институциональных мер реагирования на кризис.

Таблица 1

Долг центрального правительства (% от валового внутреннего продукта) в шести европейских странах, 1980–2010 годы.

9010ity3 9 была наиболее распространенной стратегией сокращения долга. иллюстрирует влияние этих правил на уровне домохозяйств. Больше всего пострадали греки, ирландцы и португальцы; в 2011 году меры жесткой экономии снизили средний доход домохозяйства в Греции на 14% и почти на 7% в Ирландии и Португалии.За ними последовали испанцы и итальянцы, у которых доходы домохозяйств сократились примерно на 5% и 3% соответственно. Политика жесткой экономии увеличивает разрыв между богатыми и бедными и порождает новые формы неравенства, которым ученые уделяют мало внимания. Индекс Джини в Европе вырос с 29 в 2000 году (15 стран) до 30,6 в 2012 году (25 стран), а внутри Европы мы знаем, что именно на юге Европы неравенство растет больше всего. Например, с 2000 по 2012 год индекс Джини в Греции упал с 33 до 34.3, в Испании с 32 до 35, а в Италии с 29 до 31.9. Португалия — единственная южноевропейская страна, которой удалось сократить общее неравенство, несмотря на кризис; В период с 2000 по 2012 год португальский индекс Джини вырос с 36 до 34,5. 1 Безработица — одна из важнейших причин растущего сегодня неравенства.

Таблица 2

Жесткая экономия в Европе, 2011 г.

1980 1990 2000 2010
Германия 13,0 19,7 38,4 44,4
Греция 97,6 a 108,9 147,8
Италия 52,7 92,8 103,6 109,0
Португалия 29. 2 51,7 52,1 88,0
Испания 14,3 36,5 49,9 51,7
Швеция 38,2 39,6 56,9 33,8
Пакет жесткой экономии на домохозяйство (€) Пакет жесткой экономии как% совокупного семейного дохода Повышение налогов и сборов жесткой экономии на семью (€) Пакет мер экономии в% ВВП на душу населения
Германия 283 0.7 134 0,4
Греция 5,647 13,7 2,898 11,1
Ирландия 3,602 6,7 840 3,8
Италия 1,131 900 2,7 468 1,8
Португалия 2166 6,7 NA 5,0
Испания 1,962 4. 8 506 3,1
Соединенное Королевство 1355 3,2 692 2,0

Исключительно высокий уровень безработицы наблюдается в Греции и Испании, за ними следуют Португалия и Италия (см. И). С макроэкономической точки зрения высокий уровень безработицы означает низкое потребление и меньшие доходы как для государственного, так и для частного секторов. Более того, безработица создает порочный экономический круг, ведущий к росту бедности, растущему неравенству, эмиграции и гражданским беспорядкам.Экономический кризис меняет традиционные представления о политических акторах и институтах. Граждане выражают растущее недовольство традиционной представительной демократией и, в свою очередь, поощряют рост альтернативных форм проведения политики. Греция Golden Dawn , Италия 5 звезд , Испания 15-M и Португалия Fuck Troika! представляют собой предварительные иллюстрации новых форм социального недовольства, которые возникли, чтобы выразить несогласие с институциональным управлением кризисом.Сокращение экономики стран Южной Европы и ослабление демократических институтов побуждают ученых и политиков оценить степень, в которой Юг Европы может столкнуться с беспрецедентным системным кризисом.

Таблица 3

2012
2013 г.
мар сен окт ноя дек янв фев мар
Еврозона (17) 11. 0 11,6 11,7 11,8 11,8 12,0 12,0 12,1
Европейский Союз (27) 10,3 10,6 10,7 10,7 10,7 10,9 10,9 10,9
Греция 21,5 a 25,9 25,9 26,5 25,7 27,2 NA NA
Испания 24. 1 25,7 26,0 26,2 26,2 26,4 26,5 26,7
Италия 10,4 10,9 11,2 11,2 11,2 11,7 11,5 11,5
Португалия 15,1 16,4 16,8 17,0 17,3 17,5 17,5 17,5
США 8. 2 7,8 7,9 7,8 7,8 7,9 7,7 7,6

Цель этого специального выпуска — представить некоторые из наиболее важных социально-экономических и политических преобразований, происходящих в мире. Южная Европа через аналитические линзы выдающихся южноевропейских ученых. Де Соуза, Магалхаес и Амарал (стр. 1517) использовали данные опроса, чтобы изучить, как португальские граждане отреагировали на политическое управление кризисом, и обнаружили беспрецедентно растущее недовольство молодой демократией Португалии.Эти данные согласуются со сравнительным анализом, проведенным Мариано Торкалем (стр. 1542). Торкаль использовал данные из Португалии и Испании, чтобы показать, в какой степени политическое управление экономическим кризисом усугубило растущее недоверие к политическим институтам. Это недоверие в основном основано на негативном восприятии функции реагирования институтов, которое, в случае Испании, умножается на восприятие коррупции среди политиков. Точно так же Себастьян Ройо (стр.1568) использовал экономический подход для объяснения экономического кризиса как результата процесса институционального вырождения, который произошел еще до начала кризиса.

Данные из Греции и Ирландии показывают, в какой степени граждане и правительство по-разному отреагировали на кризис. Как обсуждали Паппас и О’Мэлли (стр. 1592), в то время как Ирландия продемонстрировала высокий уровень принятия нового сценария, определенного кризисом, Греция стала свидетелем появления «политического луддизма», иногда насильственных коллективных действий, направленных против государственных субъектов. Объяснение кроется в том, что правительства Ирландии и Греции по-разному справлялись с кризисом и предоставляли гражданам общественные блага. В Греции и Италии, как показывает электронный опрос Триандафиллиду и Гропаса (стр. 1614), кризис привел к новым потокам эмиграции. Высококвалифицированные греки и итальянцы почувствовали себя обделенными и разочарованными ситуацией в своих странах и решили изучить новые профессиональные возможности за границей. Утечка мозгов — это не просто еще одно последствие экономического кризиса в странах Южной Европы, а новый демографический сдвиг с критическими долгосрочными последствиями.

В Италии Ди Мацио и Наталини (стр. 1634) показали, в какой степени правительство сократило социальные расходы при одновременном сокращении занятости в государственном секторе, а также последствия этих проблем для качества жизни граждан. Анализ показывает, что сокращенная рабочая сила была вынуждена предоставлять все больше государственных услуг при сокращении ресурсов. Морлино и Пиана (стр. 1657) представили дополнительный взгляд на это явление, проанализировав то, что они назвали «застойной демократией». Авторы представили свидетельства того, в какой степени в Италии политические представители пытались использовать старые ответы для решения проблемы неопределенности меняющейся политической и институциональной арены.Государственное управление кризисом еще раз побудило граждан усомниться в легитимности демократических институтов и политических представителей.

В этом специальном выпуске мы стремимся пролить свет на некоторые из наиболее важных преобразований, меняющих Южную Европу сегодня. Наша цель — представить новые гипотезы и идеи, чтобы понять структурные изменения, происходящие сегодня в Южной Европе. Из-за нехватки места сборник статей, включенный в этот специальный выпуск, представляет собой лишь предварительное введение в эти структурные преобразования.Авторы глубоко анализируют политическое недовольство, новые модели неравенства, снижение институциональной легитимности, жесткую экономию и сокращение масштабов государства всеобщего благосостояния, а также рост притока и оттока миграционных потоков. Эти основополагающие экзамены будут полезны настоящим и будущим ученым, интересующимся Южной Европой, поскольку они иллюстрируют причины и последствия социального Zeitgeist . Мы хотели бы поблагодарить Лауру Лори за ее энтузиазм, поддержку и интерес к этому проекту с момента его создания, а также всех участвующих авторов за их энтузиазм и приверженность этому коллективному проекту.Спасибо.

Вызовы демократии в Южной Европе

Гражданское общество

Сравнительная политика

Демократия

Демократизация

Европейская политика

Участие в политической жизни

Религия

Социальные движения


Одобрено Постоянной группой ECPR по политике стран Южной Европы


Аннотация

Сказать, что демократический прогресс в Южной Европе шел неустойчивым путем, — значит ничего не сказать. С середины 20 века в регионе существовало множество режимов, включая жестокие диктатуры, военное правление и процветающие плюралистические многопартийные демократии. В 1970-е годы, от Испании и Португалии до Греции и Турции, по всему региону военно-авторитарные режимы, казалось, выдохлись. Произошел значительный всплеск демократической политики, когда старая гвардия отступила, и к власти пришли новые действующие лица с более космополитическими взглядами. В эту эпоху применялись различные формы демократического правления, в большинстве случаев как неотъемлемая часть процесса присоединения к Европейскому Союзу.Следующие два десятилетия в Южной Европе были отмечены европеизацией, которая привела к критическим социально-экономическим и политическим преобразованиям. В целом, наблюдался значительный рост экономического благосостояния, а также прогрессивное расширение политических прав и гражданских свобод. Даже для стран, которые не могли напрямую вступить в Союз, процесс вступления оказался решающим. В случае с Турцией более тесные связи с Европой означали интеграцию турецкой экономики с ЕС, поскольку Германия стала крупнейшим торговым партнером Турции.Процесс гармонизации турецкой политики с европейской правовой и нормативной базой принес ощутимые демократические результаты, такие как отмена смертной казни в Турции. Однако после затяжной рецессии 2008 года волна демократии, похоже, обратилась вспять. Когда Европа начала переживать серьезный экономический кризис, его последствия остро ощущались и в Южной Европе. Эти новые политические и социально-экономические вызовы обременительны даже для наиболее устоявшихся демократических режимов благосостояния.Растущая безработица и неполная занятость, растущее разочарование в традиционной политике и растущий успех на выборах антииммигрантских, антисистемных партий — все это тревожные сигналы, которые заставляют политологов работать. Панели в этом разделе пытаются рассмотреть некоторые нерешенные проблемы в регионе, которые бросают тень на демократическую политику в Южной Европе. Неполный список возможных тем для панелей может включать: 1. ДЕМОКРАТИЯ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СИЛЫ: Что мы подразумеваем под демократическими военно-гражданскими отношениями и демократической полицейской деятельностью в 21 веке? Документы, посвященные вопросам военно-гражданских отношений, демократического контроля над вооруженными силами, новых вызовов безопасности, охватывающих несколько областей (включая НАТО), полицейской деятельности, наблюдения и сбора разведывательной информации в открытых демократических обществах, а также новых проблем, которые они создают в странах Южной Европы. контекст может быть включен под этим подзаголовком.2. ДЕМОКРАТИЯ И РЫНКИ: Каковы последствия продолжительной рецессии 2008 года для южноевропейских демократий? Неужели государство всеобщего благосостояния, каким мы его знаем, сейчас мертво? Или могут быть устойчивые и творческие способы сделать это? Документы, посвященные последствиям кризиса еврозоны в Южной Европе, вызовам социальной политики, безработице и коррупции, очень хорошо подходят под этот подзаголовок. Также важно рассмотреть случаи, когда социальная политика используется / злоупотребляется и превратилась в системы неопатронажа.3. ДЕМОКРАТИЯ И ИЗБИРАТЕЛИ. Создает ли рост экстремистских политических взглядов и антисистемных партий пагубные проблемы для демократии в Южной Европе? Как опросы, так и выборы указывают на прогрессивно растущую привлекательность националистических, крайне правых, антииммигрантских и популистских партий среди электората. В рамках этой темы приветствуются ученые, которые работают над выборами, партийными системами, антисистемными партиями, поведением при голосовании и популизмом. 4. ДЕМОКРАТИЯ, ЗАКОННОСТЬ И РЕЛИГИЯ: Как институционально-правовая база учитывает недавние вызовы разделения церкви и государства? Как в странах с устоявшейся демократией в Южной Европе, так и в странах с демократизацией, таких как Турция, вопрос о государстве и религии становится все более спорным.Как можно примирить вопросы секуляризма и свободы религиозного выражения в тех случаях, когда мусульмане в большинстве своем, или когда мусульмане составляют меньшинство? В этом разделе приветствуются статьи, посвященные вопросам религиозности, секуляризма и демократических конституционных прав. 5. ДЕМОКРАТИЯ, ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО И СОЦИАЛЬНЫЕ ДВИЖЕНИЯ. Последние несколько лет также стали свидетелями всплеска гражданской активности во всем мире, а также в Южной Европе. Что нового в этом «новом» массовом активизме? Всегда ли силы, которые он мобилизует, прогрессивны? Как государство реагирует на эти новые и нетрадиционные формы гражданской активности? В этой части приветствуются статьи, посвященные этим вопросам.6. ДЕМОКРАТИЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА. Первая тема здесь сосредоточена на внутреннем воздействии, касающемся того, каким образом колеблющиеся процессы демократизации в регионе повлияли на формирование и содержание национальной внешней политики. Вторая тема касается внешних результатов в отношении «продвижения демократии», «образцовых стран» и международных факторов, влияющих на демократический прогресс. После «арабской весны» Южная Европа и особенно Турция часто упоминались как «модель» для стремящихся к арабской демократии.Так ли это до сих пор? Какую роль на самом деле сыграли страны Южной Европы в продвижении демократии в более широком регионе? В этом разделе приветствуются статьи, которые пытаются раскрыть международные аспекты демократии и демократического прогресса в нынешних условиях Южной Европы. Секция предлагает форум для новаторских эмпирических исследований и поддерживает ряд дисциплинарных перспектив и методологических подходов. Что касается географического охвата, Секция принимает тематические исследования по Италии, Греции, Испании, Португалии, Турции, Кипру и Мальте.Особенно приветствуются внутри-южноевропейские сравнительные исследования. Секция предлагается от имени Постоянной группы ECPR по южно-европейской политике и приветствует предложения по группам и документы от членов и нечленов Группы.

Код Название Детали
P043 Вызовы демократии и управления в Южной Европе Просмотр сведений о панели
P046 Меняющиеся партийные пейзажи и реакция народничества в эпоху кризиса Южная Европа Просмотр сведений о панели
P081 Демократия в тяжелые времена: экономические аспекты демократических вызовов в Южной Европе Просмотр сведений о панели
P222 Создание или нарушение греческой демократии Просмотр сведений о панели
P345 Раскачивая лодку: изменения в участии в политической жизни в эпоху кризиса Южная Европа Просмотр сведений о панели
P395 Терпимость, меньшинства и память в Южной Европе Просмотр сведений о панели

Социальные проблемы в Южной Европе

Дополнительная информация

Поскольку Европейский Союз продолжает бороться за выработку общей повестки дня по решению социальных проблем, эта увлекательная книга представляет собой набор сравнительных социологических исследований в странах Южной Европы, проведенных ведущими учеными, работающими в этом регионе.

Хотя политические и социологические дискуссии часто сосредоточены на северных государствах-членах ЕС, эта книга расширяет дискуссию, рассматривая ряд конкретных социальных проблем южной Европы. Авторы исследуют насущные социальные проблемы, такие как социальные волнения, исламофобия, потребности в детстве и образовании, деиндустриализация, безработица и ухудшение состояния окружающей среды, обращаясь не только к последствиям этих проблем, но и к их общественному восприятию и их влиянию на национальную и региональную идентичность.В главах освещаются общие тенденции и критические региональные различия, которые могут улучшить наше понимание социальных проблем в средиземноморских государствах всеобщего благосостояния.

Эта книга, в которой представлены ключевые исследования ведущих ученых в этой области, является важным чтением для ученых в области социологии и социальной политики, работающих в области социальных проблем, особенно тех, кто сосредоточен на южной Европе. Это также будет полезно для политиков, работающих в регионе, которые нуждаются в свежих эмпирических представлениях о социальной ткани южноевропейских обществ.

Признание критиков

«В этой книге собраны различные подходы, сфокусированные на широком спектре социальных проблем, с которыми сталкиваются южноевропейские общества. Студенты и ученые, заинтересованные в понимании меняющейся динамики образования, занятости, ухудшения состояния окружающей среды, кризиса политической легитимности и многого другого в регионе, сочтут эту книгу полезным справочником ».
— Пьеретта Хонданьу-Сотело, Университет Южной Калифорнии, США

Авторы

Авторы: Т.Альварес Лоренте, Х. Балдан, А. Баррос Кардосо, Ф. Баррос Родригес, Х. Ф. Бехарано Белла, И. Бенали Тахири, С. Бертолини, Ф. Дж. Кантон Корреа, П. Кардон, Ф. Ф. Кастаньо, Э. Домингес, Р. Дуке-Кальваш, Ф. Энтрена-Дюран, М. ду Насименто Эстевес Матеус, Р. Фахардо Фернандес, К. Фуэнтес-Лара, Н. Фустер, П. Галиндо Кальво, Дж. М. Гарсиа Морено, А. . Gentile, SMA Гоццо, Х. Иглесиас де Уссель, Э. Игорра Канильяс, Б. Хименес Роджер, Х. Лопес Доблас, Л.Ф. Лопес Гарсия, Б. Махмуд, Р. Манзанера Руис, К. Марчиано, А.Мартинес Лопес, Р. Мартинес Мартин, И. Паломарес-Линарес, Л. Пеллиццони, Т.Т. Родригес Молина, Ф. Садио Рамос, М. Санчес Мартинес, М.Дж. Сантьяго Сегура, Р. Сориано Мирас, Х.Л. Соуза Соарес де Оливейра Брага, Х. Сусино, Х.М. Торрадо, А. Торрес Родригес, А. Тринидад Рекена, Х.М. Вальдера-Гиль

Содержание

Содержание:

Введение. Взгляд на социальные проблемы Южной Европы с юга
Франсиско Энтрена-Дуран, Роза М. Сориано-Мирас и Рикардо Дуке-Кальваш

ЧАСТЬ I Предрассудки, дискриминация и идентичность
1.Социальные волнения в южноевропейских обществах: Испании, Португалии, Италии и Греции.
Хулио Иглесиас де Уссель, Хосе Мануэль Гарсиа Морено, Фернандо Садио Рамос
2. Доверие граждан к учреждениям в Южной Европе: примеры Испании, Греции, Италии и Португалии.
Эстер Игорра, Антонио Тринидад Рекена и Инам Бенали
3. Исламофобия в Южной Европе: примеры Греции, Испании, Италии и Португалии
Пабло Галиндо Кальво, Беатрис Хименес Роджер, Фансиско Хавьер Кантон Корреа и Мария ду Насименто Эстевес Матеус

II Социальные проблемы на жизненном пути
4.Детское ожирение как социальная проблема: политика профилактики в Испании и Португалии
Хуан Мигель Вальдера-Хиль, Франсиско Энтрена-Дуран и Филипп Кардон
5. Ранний уход из школы как социальная проблема в Испании, Италии и Греции
Феликс Фернандес Кастаньо, Мария Хесус Сантьяго Сегура, Алессандро Джентиле и Луис Фернандо Лопес Гарсия
6. Боязнь полета? Поздний уход из дома среди молодых людей на юге
Найла Фустер, Соня Бертолини и Рикардо Дуке-Кальваш
7. Одиночество среди пожилых людей: сравнительное исследование в четырех странах Южной Европы
Хуан Лопес Доблас, Изабель Паломарес-Линарес и Мариано Санчес

ЧАСТЬ III Пространственная, производственная и потребительская реконфигурация
8.Безработица как социальная проблема в южных странах Европейского союза: анализ Испании, Греции, Италии и Португалии
Рафаэль Мартинес Мартин, Тереза ​​Т. Родригес Молина и Антонио Мартинес Лопес
9. Деиндустриализация текстильной промышленности в Южной Европе: с точки зрения перспективы пола
Росио Фахардо Фернандес, Эдме Домингес и Кристина Фуэнтес Лара
10. Мир одним щелчком: цифровой разрыв, связанный с электронной коммерцией в Южной Европе
Роза М. Сориано-Мирас, Франсиско Баррос Родригес, Симона Гоццо и Басем Махмуд
11.Социальная проблема сельской депопуляции в Испании и Португалии
Тамара Альварес Лоренте, Хосе Луис Оливейра Брага и Антонио Баррос Кардосо
12. Создание места для «городской сегрегации» в четырех странах Южной Европы: обзор литературы
Изабель Паломарес-Линарес, Хенар Балдан, Хосе Мануэль Торрадо и Хоакин Сусино
13. Критический анализ экономики замкнутого цикла в Южной Европе: новаторское предложение для решения проблемы ухудшения состояния окружающей среды и обеспечения устойчивости жизни
Адольфо Торрес, Хуан Франсиско Бехарано, Розер Манзанера, Луиджи Пеллиццони и Клаудио Марчиано

Индекс

проблем — Европейское агентство по окружающей среде

27 Изменение климата

Рассматривает потенциальное воздействие на Европу усиление парникового эффекта, вызванное повышением уровня СО2 в атмосферы, которая уже на 50% больше, чем в доиндустриальные времена. В в главе обсуждаются причины проблемы, последствия (в терминах изменения климата, повышения уровня моря, влияния на гидрологию, угрозы экосистемам и деградации земель), а также международные стратегии, используемые для ограничения повышения температуры.

Эффект теплицы

  • эффективное удвоение концентрации CO2 теперь ожидается примерно к 2030 году, при этом ожидается расчетная температура подъем от 1,5 до 4,5 ° C
  • лучших догадки о последствиях Южного В Европе температура повышается на 2 _C зимой и на 2–3 ° C зимой. лето
  • Ожидается, что
  • более влажных зимы приведут к увеличению наводнение
  • международных стратегий еще не затрагивают предлагаемая устойчивая цель ограничения повышения температуры не более чем 0.1 C за декаду

28 Разрушение стратосферного озона

Анализирует проблему стратосферного озона. истощение, вызванное высвобождением химических веществ, известных как хлор- и бромфторуглероды, используемые в качестве хладагентов, промышленных очистителей, вспенивания агенты и огнетушители. Последствия включают возможные изменения в атмосферная циркуляция и повышенное УФ-В излучение на Земле поверхность, которая может привести к повышению уровня рака кожи, глаз катаракта и воздействие на экосистемы и материалы.Меры обсуждаются вопросы, необходимые для сведения к минимуму разрушения озонового слоя.


Изменения средних концентраций озона в Европе (ВМО)



Расчетные концентрации хлора в атмосфере
между 1950 и 1990 годами (RIVM)

  • концентрация озона снизилась на средние широты над Европой на 6-7% за последнее десятилетие
  • На долю Европы приходится около одной трети мирового годовые выбросы озоноразрушающих веществ
  • случая смерти от рака кожи из-за увеличения УФ-В ожидается, что к году уровень радиации достигнет двух на миллион жителей. 2030
  • , даже если Лондонский протокол к Венской Конвенция полностью реализована, до нее будет не менее 70 лет. разрушение озона останавливается

29 Утрата биоразнообразия

Обзор степени биологического разнообразия в Европа и причины ее упадка на континенте, где человечество влияние особенно распространено. В главе описывается ряд цели, которые должны привести к сохранению биоразнообразия и устойчивое использование биологических ресурсов и стратегии для достижения эти цели, включая выполнение Конвенции о Биоразнообразие.

  • Европейские экосистемы включают более 2 500 типы местообитаний и около 215 000 видов, из которых 90% беспозвоночные
  • Почти в каждой европейской стране есть эндемичные виды (нигде больше не встречаются)
  • европейских центра биоразнообразия включают Средиземноморский бассейн и Кавказские горы на юго-востоке окраина Европы
  • , поскольку экологические роли многих видов в значительной степени неизвестно, самый разумный курс — принять меры предосторожности принцип недопущения любых действий, которые без нужды уменьшают биоразнообразие
Представитель естественного европейского группы экосистем: совокупная общая площадь и территория, на которой осуществляется управление. проблемы и стресс. представляют потенциальную угрозу для биоразнообразие

30 Крупные аварии

Рассматривает экологические проблемы, вызванные авариями и внимание, которое было уделено попыткам установить приемлемые уровни риска, как для здоровья человека, так и для окружающей среды. Анализируется управление рисками, сосредоточение внимания на величине вероятности того, что это произойдет. В последствия аварии и необходимость оценки промышленности рисков и интегрированных систем управления безопасностью и инструментов аудита. обсуждали.Планы действий в чрезвычайных ситуациях и действий в чрезвычайных ситуациях обсуждаются в как национальные, так и трансграничные ситуации. Глава завершается специальный раздел о причинах ядерных аварий и стратегиях избегая их.

  • наличие статистики несчастных случаев ключевой фактор, повышающий способность снижать риски за счет безопасности менеджмент
  • постановка целей требует определения приемлемого уровни риска: например, в Нидерландах процессы, которые имеют вероятность вызвать десять смертей чаще, чем раз в 100 000 лет считаются неприемлемыми
  • специфические проблемы ядерной безопасности в Центральная и Восточная Европа решаются с помощью стратегии помощь 24 странами

31 Подкисление

При сжигании ископаемого топлива выделяются диоксиды серы и азота атмосфера, в которой газы превращаются в кислоты, которые после осаждения, приводят к ряду нежелательных изменений в земных и водные экосистемы. В этой главе основное внимание уделяется вредным химическим и химическим веществам. биологические эффекты, обнаруженные в озерах, почвах и лесах в результате осаждение подкисляющих веществ в количествах, превышающих критические нагрузки. Возможности сокращения выбросов за счет международных договоренности обсуждаются.

  • сильное закисление пресной воды происходит на больших территориях южной Скандинавии, вызывая широкое распространение рыба убивает
  • хвойных леса повреждены в Чешская Республика, Германия, Польша и Словацкая Республика, вероятно, как результат подкисления и высоких концентраций озона и серы диоксид в воздухе
  • ожидается уменьшение кислотного осаждения в Европа после сокращения выбросов, но более чем на половине территории, критические нагрузки все равно будут превышены


Относительное сравнение категорий источников с потенциальной кислотой осаждение, 1990 г. (РИВМ)

32 Тропосферный озон и другие фотохимические вещества окислители

Рассматривает сложные реакции, происходящие в нижних слоях атмосферы. производство окислителей, таких как озон, из основного прекурсора — азота оксиды, летучие органические соединения, метан и окись углерода.Уровни этих окислителей увеличивается, и они оказывают неблагоприятное воздействие на человеческое здоровье. Они также могут повлиять на такие материалы, как краска и пластмассы, урожай и, возможно, леса. Озон в северном полушарии ожидается, что концентрация будет продолжать расти на уровне 1% в год. Без ограничений цели еще не поставлены, а уже предпринятые действия не выполняются. считалось достаточным в Европе.

  • Рекомендации ВОЗ по качеству воздуха для озона: часто превышается в большинстве стран Европы

  • в атмосфере нет химикатов, где разница между фактическим и токсичным уровнями столь же незначительна, как и для озона

  • на уровне земли, фотохимические окислители включая озон, может вызвать преждевременное старение легких, глаз, носа и раздражение горла, дискомфорт в груди, кашель и головные боли

33 Управление пресной водой ресурсы


  • загрязнение воды и ухудшение водных сред обитания серьезно затрудняет использование вода для потребления человеком и дикой природой

  • потеряно много воды в системе распределения, и хотя потери оцениваются в 25-30% для Франция, Великобритания и Испания, цифра может достигать 50_N

  • относительно воды как экономическое благо может принести пользу управлению водными ресурсами за счет соответствующих цена

Потребность в воде в Европе, 1950 — 2000 гг.

Региональное распределение проблем, связанных с водой в Европе. ресурс — например, несбалансированность наличия и спроса на воду, разрушение водных местообитаний и загрязнение воды — выделено и обсуждались в связи с давлением, исходящим от человека. деятельность на водосборных территориях.Ряд устойчивых целей для было предложено управление водными ресурсами, а также средства достигнув их. Особое внимание уделяется необходимости международное сотрудничество по управлению трансграничными реками.

34 Деградация лесов

В этой главе рассматриваются две наиболее важные причины возникновения лесных деградация по всей Европе: загрязнение воздуха, которое серьезно угрожает устойчивость лесных ресурсов в Центральной, Восточной и, в меньшей степени, протяженность, Северная Европа; пожар, серьезная проблема в Южной Европе.Анализ ущерба проводится из крупномасштабных пространственных наблюдения общеевропейских опросов. Однако они не всегда позволяют выявить причинно-следственные связи. Детальный мониторинг может улучшить понимание. Причины пожаров часто связаны с социально-экономические факторы, которые усложняют контроль причин. поскольку они часто указывают на конфликты и напряженность в системе в целом землеустройства.

  • обзор 113 видов деревьев в 34 Европейские страны показали, что 24% деревьев были повреждены в этом регионе. дефолиация превысила 25%; 10% деревьев страдали от изменение цвета
  • целых 54% лесов Чехии Республика могла понести непоправимый ущерб
  • в среднем 700 000 га лесных угодий занимают ежегодно сгорает в 60000 пожаров в Европе


Среднегодовое количество лесных пожаров 1989-91 гг. Конференция Хельсинки)

35 Угрозы прибрежной зоны и управление

Подчеркивает важность прибрежных зон как буфера между суша и море, и исследует, как деятельность человека создает физические изменения береговой линии и выбросы загрязняющих веществ привели к ухудшению среды обитания и качества воды. Чтобы смягчить серьезные экологические проблемы, обнаруженные во многих прибрежных территорий, была разработана стратегия комплексного управления прибрежной зоной. предложенный. Эта стратегия учитывает важность побережья для благополучие человека и, в то же время, обеспечивает среду обитания, которая растения и животные требуют.

  • европейское побережье, что составляет не менее 148 000 км, около 200 миллионов человек живут в радиусе это
  • загрязнение морской прибрежной зоны является серьезная проблема во всех морях Европы
  • Отсутствие комплексного управления прибрежной зоной Схема пока существует для Европы

Прибрежная эволюция в ЕС (1991)

36 Производство и обращение с отходами

Анализирует все возрастающее серьезная проблема утилизации и переработки отходов, вызванная постоянным увеличивается как количество отходов, так и их токсичный компонент. Несмотря на повышенное внимание к предотвращению образования и переработке отходов, большинство Европейские отходы утилизируются путем захоронения и сжигания. Напрасно тратить варианты управления обсуждаются, указывая на то, что, несмотря на прогресс достигнуто большинство отходов все еще ускользает от контроля или избегает строгих правил трансграничным перемещением через европейские страны или в развивающиеся единицы. Стратегии минимизации образования отходов и обеспечения безопасности рассматриваются как решающие для перехода к устойчивым моделям производство и потребление.


Затраты на размещение отходов (в долл. США / тонну)


  • Европа производит более 250 миллионов тонн муниципальных отходов и более 850 млн тонн промышленных отходов ежегодно
  • в странах ОЭСР Европы насчитывается 10 000 ежегодных трансграничных перемещений на общую сумму 2 миллиона тонн опасные отходы
  • более 55 000 загрязненных участков были зарегистрировано всего в шести европейских странах, а общее количество зараженных площадь в Европе оценивается от 47 000 до 95 000 км2. в том числе 1000-3000 км2 загрязнения с полигона

37 Городской стресс

Городские районы Европы демонстрируют признаки роста экологического стресса, особенно в виде плохого качества воздуха, чрезмерный шум и заторы на дорогах.С другой стороны, города поглощают увеличивая количество ресурсов и производя увеличивающееся количество выбросы и отходы. В этой главе анализируются причины городского стресса. и их связь с быстрыми изменениями в образе жизни и моделях городской жизни. городское развитие, которое произошло в последние несколько десятилетий. Набор целей и средств достижения устойчивых городских моделей в Европе обсуждались, в том числе: улучшенное городское планирование; интегрированный транспорт управление; эффективное использование воды, энергии и материалов; настройка новых стандартов и улучшения информации.

  • Городское движение становится все более важным источник загрязнения воздуха, вызывающий большую часть летнего смога в Европе городов и превышающих нормы ВОЗ по качеству воздуха для озона, азота оксиды и оксид углерода
  • городского транспорта составляет около 30% общее энергопотребление в большинстве городов, и произошел сдвиг в сторону использование машины, которая выполняет более 80% общей механизированной транспорт
  • Хартия европейских городов и поселков на пути к Документ об устойчивом развитии был подписан 80 местными органами власти в мае 1994 г. Ольборг, Дания

38 Химическая промышленность риск

Несколько экологических проблем в Европе не могут можно проследить до некоторой формы чрезмерной химической нагрузки, и это в главе рассматриваются проблемы, которые это вызывает, и способы уменьшения Опасность.Цель состоит в том, чтобы снизить уровень химических веществ в окружающей среде до целевой уровень с низким уровнем риска, при котором происходит лишь незначительное вредное воздействие как население, так и окружающая среда. ЕС принял далеко идущая программа, направленная на снижение рисков, связанных с химическими веществами в окружающая обстановка.

  • более 10 миллионов химических соединений выявлено, из них около 100 000 произведены коммерчески
  • с июня 1993 г. по июнь 1994 г. программа ЕС завершили оценку 1 700 химических веществ, произведенных или импортированных в объемы более 1000 тонн в год
  • Постепенное достижение восстановленного химического вещества риск для окружающей среды (Министерство жилищного строительства, физического планирования Нидерландов) и окружающая среда)


Прогрессивное достижение сокращенного химический риск для окружающей среды (Министерство жилищного строительства Нидерландов, физическая Планирование и окружающая среда)

Южная Европа продолжает бороться после кризиса суверенного долга — европейский генеральный директор

Граффити против ЕС в Греции

Автор:
Джеймс Биллот

11 декабря 2019

Наследие Великой рецессии и последовавший за ней кризис суверенного долга бросает длинную тень на Европу. Экономике еврозоны потребовалось восемь лет, чтобы превзойти докризисный максимум, и еще три года, чтобы инвестиции в ЕС вернулись к уровням 2007 года. «Ветер снова в парусах Европы», — гудел тогдашний президент Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер в 2017 году. Но куда он плывет?

К концу 2018 года Европейский центральный банк (ЕЦБ) израсходовал 2,6 трлн евро в рамках своей программы количественного смягчения только для того, чтобы возобновить процесс в 2019 году. В условиях прибывающих экономических препятствий наиболее уязвимые страны сегодня остаются такими же. те, которые пострадали больше всего 10 лет назад.

Таковы опасения по поводу дальнейшей утечки мозгов в Южной Европе, что эмиграция считается большей угрозой, чем иммиграция

Эти страны, получившие название «СВИНЬИ» (Португалия, Италия, Греция и Испания), до сих пор несут на себе шрамы последнего кризиса. Сегодня ВВП на душу населения во всех четырех странах остается ниже докризисного уровня — население стареет, а рабочая сила сокращается. И хотя безработица падает, она остается высокой. Чистая миграция в регионе стала положительной, но будет ли это отклонением от нормы или частью долгосрочной тенденции, будет определяться политическими решениями отдельных стран и ЕС.

Масса Grexodus
Во время кризиса суверенного долга безработица в странах PIGS резко выросла. В период с 2007 по 2013 год уровень безработицы в Греции и Испании утроился до 27,8 процента и 26,3 процента соответственно. Хотя Италия и Португалия не испытали такого шока, уровень безработицы в обеих странах все же увеличился почти вдвое.

Однако с 2014 года безработица постепенно снижается. В Греции он упал ниже 20 процентов впервые за шесть лет в 2018 году, в то время как другие три страны медленно приблизились к среднему показателю по еврозоне, равному 7.5 процентов. Но падение безработицы — это лишь небольшая часть гораздо более широкой картины: в настоящее время страны Южной Европы все еще сталкиваются с тем, что доктор Теодорос Пападопулос, преподаватель сравнительной социальной политики в Университете Бата, называет «грандиозным исходом среднего класса».

«Одним из ключевых факторов этого снижения безработицы является то, что многие молодые люди уехали из стран Южной Европы в поисках работы в других местах», — сказал Пападопулос генеральному директору European . «Все, кто имел хорошее образование, покинули свои страны, что привело к утечке мозгов в регионе».

В Греции, где произошла самая большая «утечка мозгов», более 220 000 граждан, что эквивалентно примерно одному члену из каждых 18 семей, покинули свою родину в период с 2010 по первые четыре месяца 2015 года. Из этих эмигрантов 75 процентов имели высшее образование и, к середине 2016 года вернулись только 15 процентов. Согласно исследованию 2018 года, опубликованному Лондонской школой экономики, люди с высоким уровнем образования с наименьшей вероятностью вернутся.

Эта отрицательная корреляция отразилась в других частях Южной Европы, но нигде больше, чем в Италии: около 160 000 итальянцев уехали за границу в 2018 году (наибольшее число с 1981 года), в результате чего общее число молодых и наиболее квалифицированных итальянцев покинули страну с тех пор. 2008 примерно до двух миллионов.Согласно Financial Times , этот исход создал одностороннюю демографическую ситуацию: почти 23 процента населения в настоящее время в возрасте 65 лет и старше — вторая по величине доля людей старше 65 лет в мире после Японии. Этот растущий коэффициент иждивенчества неизбежно поставил под удар государственный кошелек Италии, при этом пенсионные расходы по отношению к ВВП занимают второе место среди 37 стран ОЭСР после Греции.

Таковы опасения по поводу дальнейшей утечки мозгов в Южной Европе, что эмиграция считается большей угрозой, чем иммиграция.Опрос общественного мнения, проведенный Европейским советом по международным отношениям перед европейскими парламентскими выборами 2019 года, показал, что поддержка запрета гражданам покидать свою страну на длительные периоды времени была самой высокой в ​​Испании (62 процента), Греции (59 процентов) и Италии (51 процент). . Для сравнения: в среднем по ЕС 32 процента. Хотя премьер-министр Венгрии Виктор Орбан предсказал, что выборы будут определяться иммиграцией, он не учел обратную сторону дебатов.

С детьми не все в порядке
Безработица среди молодежи в Южной Европе по-прежнему чрезвычайно высока.В Италии, Греции и Испании уровень безработицы среди молодежи упорно держится на уровне от 30 до 40 процентов. Когда последствия рецессии начали усиливаться, безработица среди молодежи резко возросла. В Греции этот показатель резко увеличился с 21,9 процента в начале 2008 года до 59,5 процента к началу 2013 года. Испания следовала аналогичной траектории, и, хотя и менее ярко, то же самое сделали Италия и Португалия.

Традиционная модель семейного благосостояния в Южной Европе потерпела крах, и не было обеспечено эффективных ответных мер на национальном или наднациональном уровне.

Это правда, что в период с 2013 по 2018 год безработица среди молодежи сокращалась быстрее, чем общая безработица в Греции и Италии.И хотя в Испании и Португалии наблюдается более заметное сохранение безработицы среди молодежи, это частично объясняется более быстрыми темпами снижения общей безработицы. Верно и то, что безработица среди молодежи в этих странах была высокой до 2008 года, но степень, в которой эти точки минимизируют серьезность более широкого кризиса безработицы среди молодежи в регионе, ничтожна.

В любом случае, в этот период произошло нечто гораздо более пагубное. В Южной Европе традиционная модель семейного благосостояния, согласно которой домохозяйство сосредоточено на кормильце, обычно на отце, начала распадаться.По словам Пападопулоса, безработица «ударила в самое ядро» рабочей силы, и кормилец оказался втянутым в нее. «[Раньше молодые] могли подождать, чтобы найти хорошую работу, и не испытывали такого же давления, чтобы покинуть дом… [как те] в Западной Европе», — сказал Пападопулос. «Но они больше не могли этого делать, когда их отцы остались без работы».

По мере снижения чистых доходов домохозяйств уровень бедности резко вырос. Сегодня, спустя более десяти лет после кризиса, в PIGS по-прежнему одни из самых высоких уровней бедности в Европе. По данным Евростата, уровень риска бедности составлял от 23 до 35 процентов от общей численности населения каждой страны в 2017 году. Кроме того, исследование Пападопулоса показывает, что количество детей в возрасте 17 лет и младше, проживающих в безработных семьях, почти удвоилось по всему миру. PIGS в период с 2010 по 2015 год, в то время как вынужденная неполная занятость (те, кто хочет найти работу на полный рабочий день, но не может) существенно увеличилась за тот же период.

Все эти факторы создали климат, который ранее был неизвестен Южной Европе: традиционная модель семейного благосостояния была разрушена, и не было обеспечено эффективных ответных мер на национальном или наднациональном уровне.

Один шаг вперед, два шага назад
Чтобы понять текущее состояние PIGS, важно помнить, что каждая страна оказалась втянутой в кризис по совершенно разным причинам. Крах строительной отрасли Испании в значительной степени стал причиной экономического спада страны, в то время как в Италии кризис укладывался в более длительное замедление темпов роста, которое уже шло полным ходом. Португалия вышла из кризиса наименее расстроенной, поскольку ее финансовые проблемы были не такими серьезными, как в Греции, экономика которой сократилась на четверть.

«Когда Греция вошла в еврозону в период с 1996 по 2000 год, [она] провела колоссальные реформы, чтобы соответствовать критериям входа», — сказал Александр Критикос, директор по исследованиям Немецкого института экономических исследований, европейскому генеральному директору . «После того, как они вошли, эта готовность участвовать в дальнейших реформах, таких как структурные реформы рынка труда, например, была снята, и деловой климат ухудшился».

Дела достигли апогея в 2009 году, когда бывший премьер-министр Греции Георгий Папандреу заявил, что дефицит бюджета страны вдвое превышает предыдущие оценки.«Когда он сломался в 2009 году, стало ясно, что Греция является полностью регулируемой страной с сильным государственным дефицитом», — добавил Критикос.

Хотя реакция PIGS на кризис была заметно иной, критики по сей день быстро исчерпывают знакомые стереотипы о раздутом государственном секторе, щедрых пособиях по безработице и неоптимальных рабочих привычках южноевропейцев. Эта школа мысли сохраняется, несмотря на тот факт, что каждая страна провела реформы вскоре после кризиса, сократив пособия по безработице, такие как выходное пособие и замораживание заработной платы, и отменила правила защиты занятости.

Страны Южной Европы, таким образом, сделали свои жесткие рынки труда более гибкими в надежде, что безработные граждане будут заинтересованы в поиске низкооплачиваемых рабочих мест и увеличении своей занятости. В свою очередь, считалось, что это окажет стимулирующее влияние на экономический рост и занятость, поскольку издержки производства снизятся. Но расслабление рынка труда не привело к падению безработицы: вместо этого снижение заработной платы только усугубилось общим падением спроса.

По мнению Критикоса, жесткость рынка труда не является основной проблемой.Скорее, он ссылается на византийские регулирующие системы, непредсказуемую налоговую среду и громоздкую бюрократию в качестве основных причин: «Чтобы обеспечить выполнение контракта, могут потребоваться годы, а подача заявки на лицензию может занять годы, если не десятилетия». Он добавил, что это проблемы, относящиеся, в частности, к Греции и Италии, поскольку их иберийские коллеги намного быстрее осуществили реформы в своей нормативно-правовой и трудовой среде.

Критикос считает, что это объясняет, почему Испания в настоящее время является более привлекательным местом для инвестиций, чем Италия.Согласно отчету о мировых инвестициях 2019, подготовленному Конференцией Организации Объединенных Наций по торговле и развитию, Испания стала девятым крупнейшим местом притока прямых иностранных инвестиций в мире в 2018 году, при этом объем инвестиций в страну достиг 44 млрд долларов (39,7 млрд евро). Италия, напротив, получила всего 24 миллиарда долларов (21,6 миллиарда евро) в 2018 году.

Привозить сов в Афины
Многие европейские страны имели огромные государственные долги, когда разразился кризис суверенного долга, но Греция оказалась в худшем положении. Его долг в процентах от ВВП составил 159.6 процентов в 2012 году вызвали жесткую реакцию со стороны ЕС, ЕЦБ и Международного валютного фонда (МВФ), известных под общим названием «европейская тройка». В обмен на три финансовых пакета на общую сумму 289 млрд евро Греция была вынуждена принять драконовские меры жесткой экономии, введенные тройкой. Эти меры включали в себя множество новых реформ, таких как сокращение пенсий, повышение налогов и замораживание заработной платы в государственном секторе.

Только в 2018 году Греция впервые за десятилетие перестала получать финансовую помощь.Сделка по облегчению долгового бремени, объявленная ЕС в том же году, дает Афинам больше времени для погашения кредитов на сумму 96,9 млрд евро, которые они задолжали блоку, и продлевает Греции льготный период, в течение которого она будет выплачивать небольшие проценты или вообще не платить. В свою очередь, страна должна иметь первичный профицит (до выплаты процентов) в размере 3,5 процента ВВП ежегодно до 2022 года и в среднем 2,2 процента до 2060 года.

Но с учетом того, что доля греческого долга в ВВП в настоящее время составляет 180 процентов, рост остается слабым, а объем производства почти на четверть ниже уровня 2007 года, эта сделка, возможно, не является «важным моментом», который бывший министр финансов Греции Евклид Цакалотос охарактеризовал как . Греция занимает 72-е место из 190 стран в отчете Всемирного банка Doing Business 2019: Training for Reform , а объем инвестиций в страну невелик.

Не дотянув до «Грексита», Греция имеет очень ограниченные возможности для маневра в качестве экономики еврозоны. Во-первых, нынешнее правоцентристское правительство хочет снизить налоги как средство стимулирования спроса, но это предложение рискует поставить под угрозу его первичную сделку по профициту с ЕС. В прошлом он мог также девальвировать свою валюту, чтобы сделать свой экспорт или индустрию туризма более привлекательными, но этого нельзя было достичь в рамках архитектуры ЕС.Пападопулос считает, что это основная проблема кризиса суверенного долга: «Если что-то не будет решено на европейском уровне, я не вижу, как [Греция] сможет полностью выздороветь».

С ЕС или без него
Демонизация ЕС приняла множество различных форм во время кризиса суверенного долга, но помимо уродливых пропагандистских кампаний, которые проводились по всему континенту, более зловещим разветвлением в Южной Европе стало снижение общественного доверия. По словам Пападопулоса, в период с 2008 по 2013 год доверие населения к парламентам, входящим в состав PIGS, упало как минимум на 15 процентов.У Испании было самое резкое падение — с 32 процентов до семи. Эти цифры несколько выросли с 2013 года, но очевидно, что кризис нанес долговременный ущерб сплоченности каждого общества.

Как и ее предшественница, новому президенту ЕЦБ Кристин Лагард нужно будет сделать все возможное, чтобы оживить оставшиеся позади страны на юге

В последние годы только одна средиземноморская экономика публично заигрывала с перспективой выхода из ЕС: Италия.На данный момент страна остыла от этой идеи, и в других местах общественные опросы показывают, что евроскептицизм во всех четырех странах относительно низок. «Это очень неопределенное будущее за пределами ЕС, и ни одна из стран не хочет идти на такой риск», — сказал Пападопулос европейскому генеральному директору . «Я думаю, что решение проблемы принадлежит ЕС, но с помощью другой экономической политики».

Чтобы стимулировать свою экономику, Греции и Италии придется работать в ногу с ЕС.Для начала, обеим странам следует начать оптимизировать существующие налоговые и нормативные условия и оптимизировать их. Эти структурные реформы, наряду с благоприятной для бизнеса бюрократией, сделают обе страны гораздо более привлекательными для инвестиций.

Между тем, ЕС также должен быть готов внести радикальные изменения в свои правила. Десятилетие жесткой экономии не смогло стимулировать ни одну из экономик, и, поскольку безработица по-прежнему высока, теперь требуется фискальный стимул — в первую очередь за счет государственных инвестиций.Учитывая среду со сверхнизкими процентными ставками, это благоприятное время для того, чтобы взять на себя обязательство тратить.

Как в статье Филиппа Хеймбергера Безработица в Европе: что делать? подчеркивает, что ЕС должен внести поправки в бюджетные правила, чтобы позволить распределять затраты на государственные инвестиции во времени (фискальные правила запрещают блоку создавать структурный дефицит). Исключая увеличение государственного капитала, финансируемое за счет дефицита, из расчета дефицита ЕС, блок может объединить государственные инвестиции в «капитальный бюджет», финансируемый за счет выпуска облигаций.Эта финансовая инъекция даст своевременный толчок двум многострадальным экономикам.

В 2012 году тогдашний президент ЕЦБ Марио Драги заявил, что сделает «все возможное», чтобы спасти евро. Он выполнил это обещание, но кризис еще предстоит полностью разрешить. Судьба экономик юга Европы теперь зависит — по крайней мере частично, — от руководства нового главы ЕЦБ Кристин Лагард. Как и ее предшественник, бывший директор МВФ должен будет сделать все возможное, чтобы оживить оставшиеся позади страны на юге.В конце концов, то, что осталось от доброй воли между северным центром ЕС и южной периферией, может не пережить еще одной финансовой катастрофы.

Сообщение навигации

Экономический кризис и структурные реформы в Южной Европе

Долговой кризис еврозоны был, по большей части, кризисом европейской периферии, в частности, европейского юга. Некоторым южноевропейским странам (Греции, Португалии и Кипру) пришлось прибегнуть к соглашениям о финансовой помощи, что повлекло за собой реализацию всеобъемлющих программ экономической перестройки; Испания договорилась о более ограниченном и целевом финансовом пакете для своего больного финансового сектора.Даже страны, которые не заключили соглашения о финансировании, такие как Италия, оказались под сильным давлением, заставившим их скорректировать свою экономику. Бюджетная консолидация и структурные реформы были двумя столпами стратегии еврозоны по преодолению кризиса в обмен на фонды финансовой помощи (Baldwin and Giavazzi, 2015).

В новой книге Экономический кризис и структурные реформы в Южной Европе: уроки политики мы объединяем материалы, полученные от академиков и экономистов-прикладников, которые охватывают недавний опыт стран Южной Европы в проведении структурных реформ в период наихудшей рецессии. со времен Второй мировой войны (Манассе и Кацикас, 2018). Различные главы охватывают широкий круг тем, от банковских реформ в конкретных странах, таких как Кипр и Испания, до реформ рынка труда в Испании и Португалии и до реформ товарного рынка в Греции. В других главах проводится сравнительный анализ, обсуждается влияние структурных реформ на функционирование рынка труда, банковской системы, счета текущих операций и политические вопросы, возникшие в ходе реформы.

Хотя основные составляющие политических предписаний, навязанных международными организациями, были довольно схожими в разных странах, они были введены в неоднородной экономической, политической и институциональной среде правительствами с разной степенью приверженности и компетентности и реализовывались администрациями с разным техническим потенциалом. .Наконец, они встречали разную степень сопротивления с точки зрения общественного мнения и организованных особых интересов. Несмотря на эту неоднородность, успех или неудача в реализации реформ, кажется, вращаются вокруг алхимии небольшого числа компонентов: задержки, собственности, внешних ограничений, сроков, последовательности, баланса реформ и бюджетной консолидации. В этой колонке последовательно рассматриваются каждый из этих ингредиентов.

Задержка

Экономические кризисы могут возникать в одночасье, но, как правило, они являются результатом многолетнего дисбаланса, который близорукие политики постоянно игнорируют.Примеров из Южной Европы предостаточно: застойный рост производительности в Португалии и Греции; устаревшие институты рынка труда в процедурах коллективных переговоров, найма и увольнения в Португалии, Греции и Испании; высокие входные барьеры на товарные рынки и бюрократические препятствия для открытия новых фирм в Греции и Португалии; неэффективный надзор, семейное корпоративное управление и политическое вмешательство в банковский сектор Кипра, Греции и Испании; раздутые правительственные секторы с высоким политическим вмешательством в Греции и Португалии.Чем дольше откладываются реформы, тем больше становится дисбаланс; чем больше диспропорции, тем больше социальные издержки, связанные с реформами, и тем труднее становится разделить их между заинтересованными сторонами, что приводит к дальнейшим задержкам.

Собственность

Задержка имеет дополнительный извращенный «культурный» подтекст — она ​​часто порождает в общественном мнении иллюзию того, что устаревшие институты, просуществовавшие десятилетиями, не представляют угрозы, и, что более важно, они не являются виновниками нынешних трудностей, а скорее что виноваты реформаторы.Фактически, одним из объяснений (относительного) успеха реформ в португальском банковском секторе и на рынках труда в Португалии и Испании было то, что правительства и общественное мнение в этих странах осознавали необходимость реформ. и в странах была история частичных реформ. В Греции, напротив, политическая поляризация и нестабильность помешали достижению консенсуса. На Кипре конфликт распространился на политические институты, при этом центральный банк и правительство открыто не соглашались с мерами по рекапитализации больного банковского сектора.Наконец, право собственности оказывается важным не только для реализации реформ, но и для их сохранения.

Внешнее ограничение

Возможности международных организаций проводить реформы непокорных правительств ограничены. Международные кредиторы могут серьезно угрожать отозвать или не возобновить кредитные линии и поддержку ликвидности, как это сделали ЕЦБ, Европейская комиссия и МВФ в Греции. Внешний козел отпущения может частично ослабить внутреннее политическое давление со стороны склонных к реформам правительств, как в случае Португалии и, в некоторой степени, Испании.Однако случай санации банков в Греции показывает, что существуют ограничения для внешнего вмешательства, особенно в том, что касается фазы реализации реформы. С другой стороны, случаи Кипра и Испании служат иллюстрацией пагубных последствий отсутствия внешних ограничений. Первоначально власти Кипра изучали альтернативные возможности финансирования (например, в России), которые, как они надеялись, не будут связаны с какими-либо условиями. Это только отсрочило банковское урегулирование и сделало требуемую корректировку более болезненной. Точно так же в Испании существенная реструктуризация произошла только тогда, когда европейские институты вынудили финансовый сектор оказать помощь.

Сроки реформ

Экономический кризис — катализатор реформ? Ответ на этот давний вопрос, который дают примеры, обсуждаемые в книге, — «это зависит от обстоятельств». Когда экономика существенно ухудшилась, достижение политического и социального консенсуса по реформам — а не отступление от них — становится практически невозможным.Пример Греции — яркий тому пример. Неспособность международных организаций решить проблему реструктуризации долга на раннем этапе, во время первого плана корректировки, потребовала жесткой программы бюджетной консолидации, которая в конечном итоге сыграла на руку антиреформаторам. В значительной степени международные институты не понимали или не желали учитывать важность внутренних политических ограничений, которые ограничивают осуществимость фискальной консолидации, а также структурных реформ.С другой стороны, примеры реформ рынка труда, проведенных в Португалии и Испании, предполагают, что надвигающийся кризис может на ранней стадии вызвать консенсус в отношении необходимости изменений, особенно если есть история публичных дебатов по реформам ( см. предыдущий пункт о «собственности»), и при условии, что экономика еще не сильно ухудшилась.

Баланс и сроки бюджетной консолидации и структурных реформ

В примерах, обсуждаемых в книге, призрак ужесточения налогово-бюджетной политики всегда витает над последствиями структурных реформ.Эмпирический анализ показывает, что реформы товарного рынка в Греции оказали положительное влияние на занятость и цены, но они проявились через некоторое время и ретроспективно были подавлены краткосрочными рецессионными эффектами сокращения расходов и инфляционными эффектами повышения налогов. Кроме того, есть убедительные доказательства того, что повышение конкурентоспособности рынков труда и товаров в зоне евро имеет долгосрочные выгоды и краткосрочные издержки — более конкурентоспособные рынки труда связаны с более низким уровнем безработицы и более быстрым восстановлением в долгосрочной перспективе, но большая гибкость также означает, что уровень безработицы становится более чувствительным к шокам выпуска в краткосрочной перспективе, так что потери рабочих мест возрастают во время рецессии. Следовательно, фискальную консолидацию следует вводить постепенно, чтобы гарантировать, что положительные эффекты структурных реформ не скомпрометированы и чтобы избежать политической реакции.

Последовательность реформ

Разумная последовательность реформ должна учитывать два внутриполитических ограничения. Во-первых, «политический капитал» — дефицитный ресурс для правительства. Его следует вложить в несколько важных реформ, которые выявят более «строгие» узкие места на пути экономического роста (Rodrik, 2016).Политический капитал быстро рассеивается, если он вкладывается в универсальные программы, а когда это происходит, реформы откатываются. Пример Португалии показывает, что власти успешно провели реформы, начав с реформ на рынке труда, положительные эффекты которых улучшили «собственность» и их устойчивость. Напротив, Греция отдала приоритет реформам, которые, по всей видимости, оказали наименьшее сопротивление, опять же реформам рынка труда, а не реформам на товарном рынке, которые были политически более трудными. Эта стратегия в конечном итоге дала обратный эффект. Второе политическое ограничение состоит в том, что последовательность экономических реформ должна минимизировать и предполагать «справедливое» распределение затрат на перестройку. В Греции фискальная консолидация и реформы рынка труда имели приоритет над реформами товарных рынков и приватизацией. В результате падение совокупного спроса усугубилось падением номинальной и реальной заработной платы (Manasse 2015). Рабочие и малые предприятия, испытывающие нехватку кредитов, несли полную стоимость перестройки, а затем взбунтовались, избрав партии, выступающие против реформ.Аналогичным образом, реформы, направленные на повышение совокупной факторной производительности, например, путем создания более низких барьеров на товарном рынке или путем улучшения переговоров по заработной плате, оказались очень эффективными в улучшении диспропорций текущего счета, хотя их влияние требует времени, чтобы проявиться. Следовательно, им следует отдавать приоритет.

Заключительные замечания

Таким образом, статьи, представленные в книге, показывают, что многие вопросы проектирования и озабоченности по поводу политической экономии, которые сопровождают программы структурных реформ, особенно во время кризиса, необходимо калибровать с учетом отличительных черт экономической, социальной и политической жизни отдельных стран. системы.Тем не менее, такие проблемы и озабоченности не являются уникальными для отдельных стран, но имеют тенденцию многократно проявляться в разных странах и во времени. В основном они включают различные комбинации небольшого набора важнейших компонентов, важность которых в каждом конкретном случае имеет решающее значение для определения успеха или провала реформ.

Список литературы

Болдуин, Р. Э. и Ф. Джавацци, ред., (2015), Кризис еврозоны: единый взгляд на причины и несколько возможных решений , VoxEU.

Манассе, П. (2015), «Что пошло не так в Греции и как это исправить», VoxEU, 12 июня.

Манассе, П. и Д. Кацикас (ред.) (2018), Экономический кризис и структурные реформы в Южной Европе: уроки политики , Рутледж

Родрик, Д. (2016), «Неуловимое обещание структурной реформы: недоразумение в триллион евро», Milken Institute Review 18 (2): 26-35.

Глава 30. Южная Европа

Глава 30. Южная Европа


Рисунок 30-1.Южная Европа: карта лесного покрова

15 стран [45], Этот субрегион составляют Албания, Андорра, Босния и Герцеговина, Болгария, Хорватия, Греция, Италия, Мальта, Португалия, Румыния, Сан-Марино, Словения, Испания, Бывшая югославская Республика Македония и Югославия (рис. 30-1). Большинство они граничат с северным и восточным краем Средиземного моря; двое из них, Болгария и Румыния расположены на западном побережье Черного моря; и Португалия имеет береговую линию вдоль Атлантического океана.На большей части субрегиона a Преобладает средиземноморский климат с жарким и сухим летом, хотя в некоторых областях, например, в северных частях Испании, Италии, Румынии и Словении, выпадает значительное количество осадков, что создает хорошие условия для роста лесов. Есть очень заметные различия между странами на стадии экономического развития. развития и уровня жизни, те, которые входят в Евросоюз (Греция, Италия, Португалия и Испания) более развиты, чем те, которые находятся в переход от централизованно планируемой к рыночной экономике (Албания, Босния и Герцеговина, Болгария, Хорватия, Румыния, Словения, Бывшая Югославская Республика Македонии и Югославии).Три страны, Испания, Италия и Румыния, на счету на почти две трети общей площади земель в 168 миллионов гектаров в субрегион; они также наиболее густонаселены. Три страны, Андорра, Мальта и Сан-Марино очень маленькие и не имеют большого значения для леса. экономика субрегиона.

ЛЕСНЫЕ РЕСУРСЫ

Леса в субрегионе занимали 52 миллиона гектаров в 2000 г. (Таблица 30-1), а другие покрытые лесом земли занимают еще 19 миллионов гектаров.Таким образом, на леса и другие покрытые лесной растительностью земли приходилось две пятых общей площади. площади, только лес на 30 процентов. В среднем на 1 гектар приходилось 0,3 га леса. жителя субрегиона, но между страны: от 0,6 га на душу населения в Боснии и Герцеговине и Словении до 0,2 га на душу населения в Италии.

С давних времен здесь ведется история леса. разрушение, чтобы освободить место для сельского хозяйства и других видов землепользования, а также деградация в результате чрезмерного использования и выпаса скота, особенно козами.Дальше опасность, особенно из-за климатических условий, была пожаром, в основном по вине человека по неосторожности или поджогу. Многие из оставшихся лесов поэтому в плохом состоянии или сведены к кустарникам и кустарникам с разбросанными деревья (прочие лесные угодья). Менее 700 000 га, или только около 1,5% площади лесные массивы классифицируются как нетронутые людьми, причем самые большие площади сообщили в Болгарии и Румынии. К 2000 году насаждений было около 4.3 миллиона гектаров, или более 8 процентов площади лесов, самые большие площади составляют сообщили в Испании, Болгарии и Португалии. Следует различать те плантации, созданные в основном для производства древесины, и те чья функция — стабилизация грунта и защита окружающей среды. Хотя данные недоступны для разделения этих категорий, большая часть насаждений в Болгарии и центральная и южная Испания попадают в последнюю, и в некоторых случаях ставка роста довольно скромный.Плантации в Португалии и вдоль северной прибрежные районы Испании в основном предназначены для производства древесины, многие из которых имеют высокие темпы роста, например сосны приморской ( Pinus pinaster ) и лучистой сосна ( Pinus radiata ) и Eucalyptus globulus . Естественный лес площадь более 47 млн ​​га (таблица 30-1) включает небольшую площадь лес, нетронутый людьми, упомянутый выше, но состоит в основном из того, что было определяется как «полуестественные» леса в лесных ресурсах умеренного и бореального пояса. Оценка 2000 (ОЛРУБЗ) (ЕЭК ООН / ФАО 2000).Это лес, который использовали людей в прошлом или используются, с привлечением или без управление.

Таблица 30-1. Южная Европа: лесные ресурсы и управление

Страна / район

Площадь земельного участка

Лесная площадь 2000

Изменение площади 1990-2000 гг. (Весь лес)

Объем и надземная биомасса (весь лес)

Лес в ведении

Естественный лес

Лесные плантации

Всего леса

000 га

000 га

000 га

000 га

%

га / чел

000 га / год

%

м 3 / га

т / га

000 га

%

Албания

2 740

889

102

991

36. 2

0,3

-8

-0,8

81

58

406

41

Андорра

45








0

0

п. а.

нет данных

Босния и Герцеговина

5 100

2 216

57

2 273

44,6

0.6

н.у.

н.у.

110


2 007

88

Болгария

11 055

2 722

969

3 690

33. 4

0,4

20

0,6

130

76

3 690

100

Хорватия

5 592

1 736

47

1 783

31. 9

0,4

2

0,1

201

107

1 531

86

Греция

12 890

3 479

120

3 599

27. 9

0,3

30

0,9

45

25

2 009

56

Италия

29 406

9 870

133

10 003

34. 0

0,2

30

0,3

145

74

1 117

11

Мальта

32

п.с.

0

н. у.

н.у.


н.у.

н.у.

232


п.с.

100

Португалия

9150

2 832

834

3 666

40,1

0. 4

57

1,7

82

33

1 201

33

Румыния

23034

6 357

91

6 448

28. 0

0,3

15

0,2

213

124

6 448

100

Сан-Марино

6








0

0

п. а.

нет данных

Словения

2 012

1 106

1

1 107

55,0

0.6

2

0,2

283

178

1 107

100

Испания

49 945

12 466

1 904

14 370

28. 8

0,4

86

0,6

44

24

11 694

81

Бывшая югославская Республика Македония

2 543

876

30

906

35. 6

0,5

н.у.

н.у.

70


906

100

Югославия

10 200

2 848

39

2 887

28. 3

0,3

–1

-0,1

111

23

2 723

94

Всего Южная Европа

163750

47 397

4 327

51723

31. 6

0,3

233

0,5

112

60

34 839

67

Всего по Европе

2 259 957

1 007 236

32015

1 039 251

46. 0

1,4

881

0,1

112

59

954 707

92

ВСЕГО МИРА

13 063 900

3 682 722

186733

3 869 455

29. 6

0,6

-9 391

-0,2

100

109



Источник: Приложение 3, Таблицы 3, 4, 6, 7 и 9.
В течение 1990-х годов площадь лесов на юге Европы увеличивались в среднем примерно на 230 000 га в год. В порядке важности рост произошел в Испании, Португалии, Италии, Греции и Болгарии. Часть расширение было результатом восстановления леса на других участках земли, покрытых лесом. В остальное произошло за счет повторного заселения искусственными (посадочными) или естественными способами на нелесные земли, в основном заброшенные сельскохозяйственные земли. Невозможно определить, какая часть облесения и лесовозобновления была произведена за счет посадки и сколько их произошло естественным путем, но, вероятно, больше всего было за счет посадки.Как показано на Рисунке 30-2, во всех странах субрегиона была получена чистая прибыль. за исключением Албании, одной из немногих стран Европы, где леса сократилось.

По лесному покрову преобладают широколиственные породы. юг Европы, особенно в восточной части субрегиона. Общий, преимущественно широколиственные леса составляют более трех пятых площади лесов, с еще 10% смешанными широколиственными / хвойными. Потому что в некоторых стран средний запас древостоя на гектар в хвойных насаждениях составляет больше, чем в лиственных древостоях, хвойные деревья составляют половину или более общий запас древостоя в Боснии и Герцеговине, Греции, Португалии и Испании, а также почти половина в Словении. Дуб ( Quercus spp.), Как листопадный, так и вечнозеленые виды, являются наиболее распространенными видами широколиственных на всей территории подобласти, бук ( Fagus spp.) также обычен на больших высотах, в то время как другие виды включают каштан, тополь и эвкалипт, последние два в основном в плантации. Имеются обширные участки широколиственной подросли и подросли с стандартов, особенно в Италии, Греции, Испании, Болгарии и Югославии. В целом около четверти площади лесов в субрегионе составляют поросль и поросль со стандартами.Среди хвойных пород сосны, особенно Алеппо. ( Pinus halepensis ), шотландский ( Pinus sylvestris ), морской и radiata, наиболее распространены с елью ( Picea spp.), пихтой ( Abies spp.) И лиственницы ( Larix spp.) Также встречаются в некоторых населенные пункты.

Испания, занимающая большую часть Пиренейского полуострова, имеет самую большую площадь лесов в субрегионе — 14,4 млн га или более чем одна четверть от общей суммы. Еще 12,5 млн га других покрытая лесом земля, так что на лес и другие покрытые деревьями земли приходится около половины площадь страны. В результате значительно увеличилась площадь лесов. посадки и преобразования других лесных угодий в леса, несмотря на неудачи из-за к лесным пожарам. Более двух пятых площади лесов преимущественно хвойные, на одной пятой — смешанные хвойно-широколиственные. В самый сильный рост наблюдается в насаждениях сосны приморской и лучевой, а также эвкалипта. в северной части Испании, где большая часть производства древесины также занимает место.В другом месте лес выполняет важную функцию защиты почвы. О четверть площади лесов недоступна для поставки древесины, в основном для причины сохранения и защиты. Португалия, занимающая западную часть на Пиренейском полуострове, где произрастают обширные площади пробкового дуба, и который является мировым ведущий производитель и экспортер изделий из пробки. Это также важная сеть экспортер изделий из дерева на базе своих лесов из приморской сосны и эвкалипт.

Из-за его протяженности с севера на юг и диапазона высотах, Италия обладает большим разнообразием типов лесов, флоры и фауна.Его площадь составляет 10 миллионов гектаров, и это самая большая площадь лесов в мире. субрегион после Испании и почти 1 миллион гектаров других лесных угодий. Преимущественно широколиственные насаждения составляют более 70% площади леса. площадь, из которых примерно половина — под поросль и под перелеск со стандартами. Как и везде в В районе Средиземного моря лесные пожары представляют собой ежегодную опасность. 0,2 га на на душу населения, в Италии самая низкая площадь лесов на душу населения среди стран субрегиона и является крупным нетто-импортером первичных древесных товаров (хотя крупный экспортер мебели).

Рисунок 30-2. Южная Европа: площади естественных лесов и лесных насаждений в 2000 г. и чистые изменения площади 1990-2000

Страны, ранее входившие в состав Югославии, а именно Босния и Герцеговина, Хорватия, Словения, Бывшая Югославская Республика Македония и Югославия, между ними около 9 миллионов гектаров леса. и 1,5 миллиона гектаров других лесных угодий. На большей части этой территории в основном преобладают широколиственные насаждения, как и в Греции и Албании, а также на Балканском полуострове.Условия выращивания в этих странах с за исключением Словении, во многих местах бедны, с деградированными почвами и лесами. часты пожары.

Болгария и Румыния — две самые восточные страны субрегион. Между ними им принадлежит более 10 миллионов гектаров леса, в из которых преобладают широколиственные насаждения, а преобладают бук и дуб. самый распространенный вид. Структура лесов Румынии ориентирована на средние классы и прирост, значительно превышающий вырубки. маржа выше среднего по Европе в расчете на гектар.Это тоже случай за его гектарный объем древостоя. В Болгарии есть активная программа облесения и улучшения лесов, больше для почвы причины защиты, чем для производства древесины; рост заметно превышает нынешние уровни резания.

Из-за больших площадей холмов и гор хрупкие почвы, сложные климатические условия и опасность лесных пожаров, Защитная роль лесов важна во многих частях южной Европы. О четверть площади лесов недоступна для поставки древесины, в основном для по причинам сохранения и защиты, но в некоторых местах также по экономическим причинам. причины, то есть недоступность. Наибольшие площади леса не доступные для поставки древесины находятся в Италии, Испании, Португалии и Боснии и Герцеговина. Вывоз круглого леса составил около 54 млн куб. коры в год в конце 1990-х годов на лесах, доступных для поставки древесины, где произошла большая часть от общего количества удалений.После добавления процента коры на срубленные деревья и невосстановленные объемы, вырубки (вывозки плюс невосстановленные лесозаготовительные потери) на лесах, доступных для заготовки древесины, составили более 65 миллионов кубических метров над корой, наибольшие объемы зафиксированы в Румынии, Португалия, Испания и Италия. Этот объем едва ли составляет половину объема нетто годовой прирост, что означает, что объем древостоя растет довольно сильно в субрегионе. Степень, в которой чистый годовой прирост (NAI) превышение вырубок значительно варьируется от страны к стране. Срубки в NAI коэффициенты особенно низкие в Боснии и Герцеговине, Словении и Испании. Вырубки почти равны NAI в Португалии, где наблюдается заметный расширение мощностей по переработке древесины в последние десятилетия, а в бывшем Югославская Республика Македония. В некоторых странах низкие вырубки до NAI объясняется ориентацией классовой структуры на молодежь. и средневозрастные насаждения.

Существует также широкий диапазон объемов NAI на гектар между стран, а также внутри стран, отражая различия в росте условия.В Румынии и Словении средний показатель NAI составляет более 5 м 3 на гектар, что выше, чем в среднем по Европе. В Португалии и Испании в среднем 6,8 и 2,7 м 3 на гектар соответственно, но немного сосны и плантации эвкалипта в этих странах являются одними из самых быстрорастущих в Европа. Быстрорастущие плантации встречаются и в других странах, например тополя в Италии. В Албании, Греции и бывшей югославской республике Македония, NAI, по имеющимся данным, составляет всего около 1 м 3 на га.

УПРАВЛЕНИЕ ЛЕСАМИ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ

В южной Европе в целом более половины площади лесов находится в государственной собственности и менее половины находится в частных руках. Это скрывает, однако существуют большие различия в структурах собственности между странами. В албании и Болгарии, весь лес находится в государственной собственности, и это соотношение примерно три четверти в Боснии и Герцеговине, Хорватии и бывшей Югославии Республика Македония и более 90 процентов в Румынии.В Италии, Португалии и Испании, государство владеет относительно небольшими участками леса, в то время как другие формы государственная собственность, в основном муниципалитетами и коммунами, более важна. В в этих трех странах собственность частных лиц на сегодняшний день является важная категория собственности, с более чем тремя четвертями всего леса в Португалия и Испания и две трети в Италии. В частности, в Испании и Италии средний размер владений очень мал, а количество частных собственников соответственно большой. Владение лесными предприятиями очень важно в Португалия, с 10 процентами от общего числа, с меньшими территориями в этой категории также в Италии и Испании. Другие формы частной собственности, например кооперативы существуют в Испании и Греции.

В некоторых странах, ранее имевших плановую экономику, но переходя к формам рыночной экономики, приватизации или реституции некоторых лесных массивов. Особенно быстро это продвигается в Словения, где три четверти леса сейчас принадлежат частным частные лица, и в меньшей степени в Боснии и Герцеговине, Хорватии, Румынии и бывшая югославская Республика Македония.В Словении частные леса были не национализирован, а управляется только государством.

За исключением Андорры и Сан-Марино, все страны южной Европы предоставили информацию о лесах на национальном уровне. управляемой площади (Таблица 30-1), применяя определение, используемое промышленно развитыми страны лесов, управляемых в соответствии с формальным или неформальным планом применяется регулярно в течение достаточно длительного периода (пять лет и более) и включая области, где было принято решение не брать на себя управление вмешательства. Степень управления лесами в странах варьируется. значительно. Болгария, Румыния и бывшая югославская Республика Македония сообщают, что все их леса находятся в ведении. Напротив, относительно низкий о пропорциях сообщают Албания, Греция и Португалия, и особенно Италия. В Италии только 11 процентов показаны как управляемые, как только формальные были включены планы управления, которые в основном применялись к лесам в общественных местах. право собственности. Значительные различия, о которых сообщают страны, в степени управление их лесами может частично отражать трудности в применении определение «управляемых лесов», используемое для ОЛРУБЗ в национальных условиях или в получение исчерпывающих данных.Определение включает лес как в формальные и неформальные планы управления; может быть трудно определить области под неформальные планы, особенно в частном секторе. Всего около 35 миллионов гектаров, или 67 процентов от общей площади лесов в южной Европе, были зарегистрированы как управляемые в соответствии с формальными или неофициальными план.

Дикие животные и охота признаны соответствующая практика в этом субрегионе.

ВЫВОДЫ И ПРОБЛЕМЫ

Типы и качество леса, растущие в южной Европе.Из-за длительного исторического нагрузка на лес из-за чрезмерной эксплуатации и часто затрудненного выращивания условий, было бы верно сказать, что многие из «естественных» лесов имеют относительно плохого качества. Это представляет собой серьезную проблему для менеджеров, которые часто не хватает ресурсов, человеческих и финансовых, чтобы применить более интенсивные лесоводство в эти леса. С другой стороны, есть важные области плантаций, управляемых для производства древесины, где уровни управления и лесоводство очень высоки.Как и везде в Европе, растет понимание со стороны общественности и политиков о важности лесов в обеспечивая экологические и социальные выгоды, а также древесину, и это отражается в растущем интересе к тому, как леса всех типов, как естественные и насаждения, находятся в ведении. Определенные методы, такие как использование экзотические виды, такие как эвкалипт на плантациях и замена существующих широколиственные кусты сосен, иногда ставятся под сомнение.

Многолетняя проблема лесных пожаров остается острой в большинстве страны южной Европы. Большая часть всех пожаров ежегодно в Европа происходит в этих странах, и основная причина — люди. Многие из них началось случайно или по неосторожности, например, из-за начавшегося пожара на сельскохозяйственных угодьях, переходящих в лес, но также установлено большое количество намеренно по разным социальным, экономическим или политическим причинам. В деградация экосистем из-за чрезмерного выпаса скота также сделала их уязвимы для пожаров по вине человека.Плотность местного населения снизилась с урбанизация, поэтому пожары не обнаруживаются и тушатся так быстро, как могли бы будь, если бы сельские районы были более густонаселенными.

Увеличение числа посетителей лесов также создает дополнительная пожарная угроза. Демографические изменения часто приводили к сокращению лесоводственные и лесозаготовительные работы и меньшее количество пастбищных животных, заходящих в лес, что приводит к накоплению количества топлива и большему риску любого вспыхивающий огонь имеет большую интенсивность.Перед лесниками стоит серьезная задача — не только в борьбе с лесными пожарами, но и в просвещении населения об их профилактика.

Климатические условия в субрегионе, особенно жаркие засушливое лето — главный фактор, повышающий риск возникновения пожара. Связано с возможным изменения глобального климата, в некоторых частях мира также растет беспокойство. субрегиона, например юга Пиренейского полуострова и юга Италии, об угрозе опустынивания. Это подчеркнуло необходимость лесных меры защиты и, при необходимости, облесение почвы сохранение.

С ростом индустриализации и постепенным сдвигом населения из сельской местности в города, проблема сохранения жизнеспособности сельские сообщества становятся все более острыми в большинстве стран субрегиона, где в прошлом сельское хозяйство было основным видом деятельности. Значительные площади маргинальных сельскохозяйственных земель заброшены. Пока лесное хозяйство во многих случаях может показаться решением, экономическим и социальным Проблемы с этим как подходящей альтернативой землепользования значительны, не в последнюю очередь финансирование проектов облесения и лесовозобновления, а также организационные меры, необходимые для обеспечения надлежащего обслуживания и возможного использования новых лесные и омоложенные участки.Поэтому остается неясным, как быстро и как рост площади лесов, произошедший в последние десятилетия, существенно повлияет на продолжить в субрегионе.

Объем ежегодных рубок в южной Европе составляет всего около половина чистого годового прироста, в некоторых странах даже меньше. Это приводит к увеличение объема древостоя и способствование связыванию углерода, и в большинстве стран является следствием относительно молодой возрастной группы структура лесов.Однако возникает вопрос: рано или поздно позже следует более широко использовать потенциал производства древесины субрегионе, не только для того, чтобы леса могли вносить больший вклад в экономическое благополучие общества, а также по экологическим и противопожарным причинам. Это не означает, что вырубки могут быть удвоены, чтобы сравняться с нынешним NAI, но, несомненно, есть возможности для некоторого расширения без ущерба для каких-либо способ устойчивости лесного ресурса.Это потребует развития мощностей по переработке древесины в некоторых странах, за исключением Португалия, где она уже расширилась до такой степени, что практически все имеющиеся запасы древесины полностью задействованы. Италия и Испания являются крупными сетями импортеры изделий из древесины, и в эти и некоторые другие страны. Модернизация его производств могла бы также позволяют Румынии восстановить свои позиции в качестве крупного экспортера древесины. продукты.

Румыния, Болгария, Албания и страны бывшего Югославия находится в процессе трансформации в сторону форм рыночной экономики и повышения уровня жизни своего народа в сторону В среднем по Европе. Во всех из них потребление изделий из дерева по-прежнему достаточно низкое. низкий и будет реагировать на стимулирование экономической активности, особенно в строительный сектор; предоставление большего количества и лучшего жилья, вероятно, будет одним из свои приоритеты.Это длительный процесс и предполагает замену или модернизация своих производств, в том числе деревообрабатывающих, которые, как правило, устарели или недокапитализированы, и развитие их инфраструктуры. Это также включает приватизацию отдельных секторов экономики и привлечение иностранной помощи, в том числе прямых иностранных инвестиций. Учитывая долгосрочный потенциал увеличения предложения древесины в большинстве этих стран, Албания, являющаяся исключением, древесина и изделия из нее могут играть все большую роль. роль в укреплении своей экономики.

Особые проблемы у стран бывшей Югославии. возникшие в результате конфликтов и беспорядков, которые произошли во время распад на настоящие пять отдельных стран. Был нанесен значительный ущерб. сделано для промышленности и инфраструктуры этих стран, а также для леса в некоторых районах. Похоже, что только Словения была относительно пощадила. В возможности восстановления и укрепления лесной и лесной промышленности в этих странах во многом зависят от стабилизации политической ситуация, которая будет способствовать повышению их привлекательности для иностранных инвесторы.

Главное препятствие на пути к более полному использованию леса ресурсы в субрегионе, будь то поставка древесины, экология или социальные цели, является владение значительной частью лесной площади очень большое количество мелких частных собственников. Маломасштабные лесохозяйственные операции редко бывает так прибыльно, как более крупные, и добиться этого труднее эффективное управление и планирование. По политическим причинам консолидация собственности в более крупные единицы, частные или государственные, как правило, неприемлемо, и, следовательно, необходимо найти другие решения.Среди этих может быть объединение собственности в управляющие или маркетинговые кооперативы, как это было сделано в ряде случаев. Прежде чем вмешиваться в стоимость и усилия таких инициатив, однако необходимо определить, что реальный и потенциальный вклад малых лесных хозяйств в общее лесное хозяйство, особенно за счет производства и продажи круглого леса. В в настоящее время вероятно, что это намного меньше, чем их доля в лесной площади, и необходимо будет определить, может ли их вклад быть значительно улучшается совместными действиями.Если будет трудно оправдать действия по экономическим соображениям, все равно необходимо рассмотреть вопрос о том, если оставить все как есть, будут долгосрочные негативные последствия что касается экологических и социальных функций, повышенный риск лесных пожаров являясь одним из примеров.

Учитывая нестабильную экологическую ситуацию и развивающуюся социальную условий в некоторых частях южной Европы, действительно может быть сильная аргументы в пользу повышения роли лесного хозяйства.Это все еще оставляет открытым сложный вопрос, как организовать такую ​​поддержку и кто должен платить для этого.

БИБЛИОГРАФИЯ

ЕЭК ООН / ФАО. 2000. Лесные ресурсы Европы, СНГ, Северная Америка, Австралия, Япония и Новая Зеландия: вклад в мировую Оценка лесных ресурсов 2000 г. Женевские исследования по лесоматериалам и лесам 17. Нью-Йорк и Женева, Организация Объединенных Наций.
www.unece.org/trade/timber/fra/pdf/contents.htm


[45] Для получения более подробной информации по странам см.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.