Содержание

И.П. Павлов

И.П. Павлов - великий русский физиолог, Нобелевский лауреат

14 сентября по старому стилю, 26 сентября по новому стилю 1849 года у супругов Павловых родился первенец Иван, названный в честь дедушки со стороны матери. Он был здоровый, веселый мальчик, проводил время в играх с меньшими братьями.

Как-то приехал к ним в гости его крестный - игумен Троицкого монастыря. Велико было влияние этого старика на детскую душу. Образованный крестный своими рассказами и чтением любознательному ребенку пробудил любовь к книге и умственным занятиям.

Увлекшись естественными науками, И.П.Павлов в 1870 году поступил в Петербургский университет. Занимаясь на естественном отделении физико-математического факультета, он работал в лаборатории под руководством известного физиолога И. Ф. Циона, где выполнил несколько научных исследований. А в 1875 году Совет университета наградил его золотой медалью за работу "О нервах, заведующих работой в поджелудочной железе".

По окончании университета Иван Петрович поступил на третий курс Медико-хирургической академии, одновременно работая в лаборатории профессора физиологии К. Н. Устимовича. За время прохождения курса в академии Павлов провел ряд экспериментальных работ, за совокупность которых был награжден золотой медалью. Тогда же, по приглашению выдающегося хирурга С.П. Боткина, он начал работать в физиологической лаборатории при его Клинике. Защитив в 1883 году диссертацию на степень доктора медицины, И.П. Павлов получил звание приват-доцента Военно-медицинской академии. Проработав 45 лет в стенах этого института, он провёл исследования по физиологии пищеварения, разработал учение об условных рефлексах. В 1897 году И. П. Павлов опубликовал свой знаменитый труд «Лекции о работе главных пищеварительных желез», ставший настольным руководством физиологов всего мира.

За этот труд в 1904 году ему была присуждена Нобелевская премия. В 1935 году на 15 Международном конгрессе физиологов Иван Петрович был увенчан почетным званием «Старейшины физиологов мира». Ни до, ни после него, ни один биолог не удостаивался такой чести. В своей научной деятельности Иван Петрович Павлов разрабатывал три основные ветви физиологии: физиология высшей нервной деятельности, физиология сердечно-сосудистой системы (кровообращения) и физиология пищеварения.

Иван Петрович Павлов - краткая биография учёного и его вклад в науку

Главное

Иван Петрович Павлов (1849-1936) – выдающийся ученый, физиолог, основатель физиологической школы, первый россиянин, удостоенный Нобелевской премии. Его главные достижения - открытие условного рефлекса и создание науки о высшей нервной деятельности. В течение своей многолетней научной деятельности совершил открытия в области физиологии кровообращения, пищеварения и высшей нервной деятельности.

«Это звезда, которая освещает мир, проливая свет на еще не изведанные пути», - говорил о нем Герберт Уэллс. Он был человеком, беззаветно преданным науке, патриотом своей родины и всегда открыто высказывал свои убеждения.

Павлов – уроженец Рязани, а его научная деятельность протекала в основном в Петербурге (Ленинграде).

История

Иван Петрович Павлов – выпускник Петербургского университета и Медико-хирургической академии. Многолетний профессор, заведующий кафедрами фармакологии, а затем физиологии Военно-медицинской академии. С 1890 года - заведующий физиологической лабораторией при Институте экспериментальной медицины. С 1925 года до конца жизни – директор Института физиологии Академии наук. Нобелевский лауреат, академик, почетный член Московского университета, почетный доктор Кембриджского университета, член Французской академии наук, Ирландской королевской академии, Германской академии естествоиспытателей «Леопольдина» и многих других научных обществ. В 1935 году был признан «старейшиной физиологов мира» на XV Международном конгрессе физиологов.

Занимаясь экспериментами с условными рефлексами, доказал физиологическую основу психики. Автор учения о темпераментах, разработанного на основе свойств нервной системы.

Состояние

Еще при жизни академика Павлова, к его 85-летию со дня рождения, Курганская улица Рязани в 1934 году была переименована в улицу Павлова. Однако в 1964 году эта улица была переименована еще раз – в улицу Маяковского. Имя же Павлова получила улица Карла Маркса, бывшая Никольская, на которой стоит его родной дом, превращенный в музей.

Решение о создании музея Павлова на его родине было принято Совнаркомом в 1944 году. 6 марта 1946 года, к десятилетию со дня кончины ученого, музей был открыт. Первоначально он располагался только в мемориальном доме. На первом его этаже находятся гостиная, столовая, кабинет отца Иван Петровича, комната матери, кухня и кладовка, на втором этаже - комнаты Иван Петровича, его сестры и братьев. В музее немало подлинных личных вещей членов павловской семьи, посетители могут составить впечатление и о первых двух десятилетиях жизни будущего нобелевского лауреата, и о быте провинциальной просвещенной семьи, глава которой смог дать своим сыновьям хорошее образование.

В 1968 году музею был передан второй усадебный дом, построенный отцом Ивана Петровича уже после отъезда того из Рязани. В нем в 1974 году открылась экспозиция, повествующая о вкладе академика Павлова в мировую науку – и здание получило название Дом науки (экспозиция обновлена в 2010-м). В 2007 году в состав музея вошло административное здание музея, где работает Научный центр по сохранению и пропаганде Павловского наследия, в нем проходят научные конференции, семинары, мероприятия. Экскурсанты посещают и усадебную территорию, где находятся фруктовый сад, летний дом, баня, надворные постройки. В 1993 году музей получил. название «Мемориальный музей-усадьба академика И. П. Павлова.

Впечатления

Детство и юность Ивана Петровича Павлова тесно связаны с Рязанью. Он родился в ней в 1849 году. Его отцом был священнослужитель Петр Дмитриевич Павлов (1823—1899), служивший в Николо-Высоковской церкви, матерью – Варвара Ивановна, урожденная Успенская. Ранее настоятелем этого храма был тесть Петра, протоиерей Иван Иванович Успенский, который и построил дом, где родился Иван (потом владельцем дома стал Петр Дмитриевич, образованный священник, бывший позднее членом Рязанской духовной консистории и благочинным). «Домик-крошка с мезонином в три окошка» - так Павлов называл свой родной дом. В нем была большая библиотека, и Иван под влиянием отца рано пристрастился к чтению. Кроме того, он много работал в большом саду и огороде, расположенных вокруг дома Павловых, там же занимался гимнастикой.

В Рязани Иван Петрович учился вначале в духовном училище, а затем в духовной семинарии. Был одним из лучших семинаристов, но выбрал служение науке, за несколько месяцев до окончания семинарии отправившись из Рязани в Петербург учиться в университете. С тех пор бывал в городе лишь время от времени. В Николо-Высоковской церкви Иван Петрович венчался в 1881 году – его женой стала Серафима Васильевна Карчевская. В последний раз посетил Рязань незадолго до кончины, в августе 1935 года. Посетил могилу родителей на Лазаревском кладбище, заказал по ним панихиду в кладбищенском храме, настоятелем которой после служения в Николо-Высоковской церкви был его отец. В том же году Лазаревский храм был закрыт, а впоследствии разрушен.

В Рязани родились и другие дети семьи Павловых – всего их было девять, но до взрослого возраста дожили пятеро: Иван, Дмитрий (профессор химии), Петр (зоолог, погиб в результате несчастного случая на охоте), Сергей (священник) и Лидия.

 

{{objectCandidate.short_description}}

Привязан к брендам:

 

Адрес: {{objectCandidate.address ? objectCandidate.address : 'нет'}}

Автор описания:

{{objectCandidate.author}}

Сайт:

{{objectCandidate.site}}

Координаты:

{{(objectCandidate.coords || []).lat}} {{(objectCandidate.coords || []).lon}}

Объекты

Краткая биография Ивана Павлова

Павлов Иван Петрович (1849—1936), физиолог, автор учения об условных рефлексах.

Родился 26 сентября 1849 г. в Рязани в семье приходского священника.

В 1860— 1869 гг. Павлов учился в Рязанском духовном училище, затем в семинарии.

Под впечатлением от книги И. М. Сеченова «Рефлексы головного мозга» он добился у отца позволения сдавать экзамены в Петербургский университет и в 1870 г. поступил на естественное отделение физико-математического факультета. В 1875 г. удостоился золотой медали за работу «О нервах, заведующих работою в поджелудочной железе».

Получив степень кандидата естественных наук, поступил на третий курс Медико-хирургической академии и окончил её с отличием. В 1883 г. защитил диссертацию «Центробежные нервы сердца» (одна из нервных ветвей, идущая к сердцу, ныне усиливающий нерв Павлова).

Став в 1888 г. профессором, Павлов получил собственную лабораторию. Это позволило ему без помех заняться исследованиями нервной регуляции при выделении желудочного сока. В 1891 г. Павлов возглавил физиологический отдел в новом Институте экспериментальной медицины.

В 1895 г. он сделал доклад о деятельности слюнных желёз собаки. «Лекции о работе главных пищеварительных желёз» вскоре были переведены на немецкий, французский и английский языки и опубликованы в Европе. Труд принёс Павлову большую известность.

Впервые понятие «условный рефлекс» учёный ввёл в докладе на Конгрессе естествоиспытателей и врачей стран Северной Европы в Гельсингфорсе (ныне Хельсинки) в 1901 г. В 1904 г. за работы по пищеварению и кровообращению Павлов получил Нобелевскую премию.

В 1907 г. Иван Петрович стал академиком. Он начал исследовать роль различных отделов головного мозга в условно-рефлекторной деятельности. В 1910 г. увидел свет его труд «Естествознание и мозг».

Революционные потрясения 1917 г. Павлов пережил очень тяжело. В наступившей разрухе силы его уходили на сохранение дела всей жизни. В 1920 г. физиолог направил в Совнарком письмо «О свободном оставлении России ввиду невозможности вести научную работу и неприятия производимого в стране социального эксперимента». Совет народных комиссаров принял постановление за подписью В. И. Ленина — «в кратчайший срок создать наиболее благоприятные условия для обеспечения научной работы академика Павлова и его сотрудников».

В 1923 г. после выхода в свет знаменитого труда «Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности (поведения) животных» Павлов предпринял длительную заграничную поездку. Он посетил научные центры Англии, Франции и США.

В 1925 г. основанная им в посёлке Колтуши Физиологическая лаборатория при Институте экспериментальной медицины АН СССР была преобразована в Институт физиологии. Павлов до конца жизни оставался его директором.

Зимой 1936 г., возвращаясь из Колтушей, учёный заболел воспалением бронхов.

Умер 27 февраля в Ленинграде.

Еще по теме:

Популярно:

Комментарии:

Павлов Иван Петрович

Иван Петрович родился 14 (26) сентября 1849 года в городе Рязани. Предки Павлова по отцовской и материнской линиям были служителями церкви. Отец Пётр Дмитриевич Павлов (1823—1899), мать — Варвара Ивановна (урождённая Успенская) (1826—-1890).

Окончив в 1864 рязанское духовное училище, Павлов поступает в рязанскую духовную семинарию, о которой впоследствии вспоминал с большой теплотой. На последнем курсе семинарии он прочитал небольшую книгу «Рефлексы головного мозга» профессора И. М. Сеченова, которая перевернула всю его жизнь. В 1870 поступил на юридический факультет (семинаристы были ограничены в выборе университетских специальностей), но через 17 дней после поступления перешёл на естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета (специализировался по физиологии животных у И. Ф. Циона и Ф. В. Овсянникова). Павлов, как последователь Сеченова, много занимался нервной регуляцией. Сеченову из-за интриг пришлось переехать из Петербурга в Одессу, где он некоторое время работал в университете. Его кафедру в Медико-хирургической академии занял Илья Фаддеевич Цион, и Павлов перенял у Циона виртуозную оперативную технику. Павлов более 10 лет посвятил тому, чтобы получить фистулу (отверстие) желудочно-кишечного тракта. Сделать такую операцию было чрезвычайно трудно, так как изливавшийся из кишечника сок переваривал кишечник и брюшную стенку. И. П. Павлов так сшивал кожу и слизистую, вставлял металлические трубки и закрывал их пробками, что никаких эрозий не было, и он мог получать чистый пищеварительный сок на протяжении всего желудочно-кишечного тракта — от слюнной железы до толстого кишечника, что и было сделано им на сотнях экспериментальных животных. Проводил опыты с мнимым кормлением (перерезание пищевода так, чтобы пища не попадала в желудок), таким образом сделав ряд открытий в области рефлексов выделения желудочного сока. За 10 лет Павлов, по существу, заново создал современную физиологию пищеварения. В 1903 году 54-летний Павлов сделал доклад на XIV Международном медицинском конгрессе в Мадриде. И в следующем, 1904 году, Нобелевская премия за исследование функций главных пищеварительных желез была вручена И. П. Павлову, — он стал первым российским Нобелевским лауреатом.

В Мадридском докладе, сделанном на русском языке, И. П. Павлов впервые сформулировал принципы физиологии высшей нервной деятельности, которой он и посвятил последующие 35 лет своей жизни. Такие понятия как подкрепление (reinforcement), безусловный и условный рефлексы (не совсем удачно переведённые на английский язык как unconditioned and conditioned reflexes, вместо conditional) стали основными понятиями науки о поведении, см. также classical conditioning (англ.).

В 1919—1920 годах, в период разрухи, Павлов, терпя нищету, отсутствие финансирования научных исследований, отказался от приглашения Шведской Академии наук переехать в Швецию, где ему обещали создать самые благоприятные условия для жизни и научных исследований, причём в окрестностях Стокгольма планировалось построить по желанию Павлова такой институт, какой он захочет. Павлов ответил, что из России он никуда не уедет. Затем последовало соответствующее постановление Советского правительства, и Павлову построили великолепный институт в Колтушах, под Ленинградом, где он и проработал до 1936 года.

Воспитал целую плеяду выдающихся учёных: Б. П. Бабкин, А. И. Смирнов, В. Н. Болдырев и др.

После смерти Павлов был превращён в символ советской науки. Под лозунгом «защиты павловского наследия» была проведена в 1950 г. так называемая «Павловская сессия» АН и АМН СССР (организаторы — К. М. Быков, А. Г. Иванов-Смоленский), где подверглись гонениям ведущие физиологи страны.

Такая политика, однако, находилась в резком противоречии с собственными взглядами Павлова

Этапы жизни

  • В 1875 Павлов поступает на 3-й курс Медико-хирургической академии (ныне Военно-медицинская академия), одновременно (1876—1878) работает в физиологической лаборатории К. Н. Устимовича; по окончании ВМА (1879) был оставлен заведующим физиологической лабораторией при клинике С. П. Боткина.

  • 1883 — Павлов защитил докторскую диссертацию «О центробежных нервах сердца».

  • 1884—1886 — был командирован для совершенствования знаний за границу в Бреслау и Лейпциг, где работал в лабораториях у Р. Гейденгайна и К. Людвига.

  • 1890 — избран профессором и заведующим кафедрой фармакологии ВМА, а в 1896 — заведующим кафедрой физиологии, которой руководил до 1924. Одновременно (с 1890) Павлов — заведующий физиологической лабораторией при организованном тогда институте экспериментальной медицины.

  • 1901 — Павлов был избран членом-корреспондентом, а в 1907 действительным членом Петербургской Академии наук.

  • 1904 — Павлову присуждается Нобелевская премия за многолетние исследования механизмов пищеварения

  • 1925 — до конца жизни Павлов руководил Институтом физиологии АН СССР.

  • 1936 — 27 февраля Павлов умирает от пневмонии. Похоронен на «Литераторских мостках» Волкова кладбища в Санкт-Петербурге

концепции, открытия, идеи, творчество: VIKENT.RU

«Если нет в голове идей, то не увидишь и фактов».

Павлов И.П., Избранные труды, М., АПН РСФСР, 1951 г., с. 594.

 

 

Русский психо-физиолог, создатель науки о высшей нервной деятельности.

Лауреат Нобелевской премии по медицине и физиологии 1904 года: «За работу по физиологии пищеварения, благодаря которой было сформировано более ясное понимание жизненно важных аспектов этого вопроса».

«В 1921 он обратился к Ленину за разрешением перевести свою работу за границу, но ему было отказано - Ленин хотел, чтобы известный учёный оставался в России. Тем не менее, Совет народных комиссаров распорядился улучшить условия его работы. С 1925 до 1936 он работал, в основном, в трёх лабораториях: в Институте физиологии Советской академии наук, в Институте экспериментальной медицины и в биологической лаборатории в Колтушах (ныне Павлове) под Ленинградом. В последние годы жизни Павлов продолжал работать над изучением условных рефлексов, включив в своё поле зрения поведение и решение задач у человекообразных обезьян».

Психология: биографический библиографический словарь / Под ред. Н. Шихи, Э. Дж. Чепмана, У.А. Конроя, СПб, «Евразия», 1999 г., с. 475.

 

«Он любил и уважал труд. Первый вопрос новому сотруднику, желавшему попасть в его лаборатории, был таким: «Сколько времени можете работать? Что может отвлечь? Семья? Жилищные трудности?» Это можно толковать как заботу о человеке, но гораздо больше здесь заботы о деле - своём деле и деле своего молодого товарища».

Голованов Я.К., Этюды об учёных, М., «Молодая гвардия», 1976 г., с. 248.

 

Постэндшпиль: «Академик И.П. Павлов (при приблизительных подсчётах) удостаивался присуждению учёных степеней, избрания в члены, в почётные члены академии, университетов и научных обществ, награждений золотыми медалями и других почестей более 125 раз. Цифру эту можно назвать астрономической. На Родине всегда высоко ценили труд И.П. Павлова, хотя в советское время его учение идеологически «откорректировали». В 1949 г. в связи со 100-летним юбилеем учёного прошли «Павловские сессии», изданы его труды, но надолго его учение было задогматизировано, что принесло вред.
И только в 1980-1990-е годы многие его работы впервые увидели свет, особенно в связи с 150-летием со дня рождения и 100-летнем присуждения И. П. Павлову Нобелевской премии».

Бякина В.П., Качалова В.Г., И.П. Павлов: «Что ни делаю, постоянно думаю, что служу этим… прежде всего моему отечеству», в Сб.: Знаменитые универсанты6 очерки о питомцах Санкт-Петербургского университета, Том III, СПб, «Знаменитые универсанты», 2005 г., с. 43.

 

«Незадолго до смерти Павлов просил Петра Капицу, которому не разрешили вернуться в Англию, насильно оставили в России: «Знаете, Пётр Леонидович, ведь я только один здесь говорю, что думаю, а вот я умру, Вы должны это делать, ведь это так нужно для нашей родины». Капица его завещание добросовестно выполнял, писал и писал Сталину…»

Гранин Д.А., Причуды моей памяти, М., «ОЛМА Медиа Групп», 2011 г., с.112.

 

«Наблюдать - значит работать, то есть жить». Слова эти он приказал выбить на главном здании биологической станции в Колтушах. Они были его девизом до конца дней.
За несколько часов до смерти он почувствовал, что теряет контроль над своими мыслями, и попросил, чтобы пришёл невропатолог. Получив от врача разъяснение, остался доволен, - успокоился, заснул. Через несколько часов он умер.
Существует версия, согласно которой умирающий академик подробно описывал до последних своих минут угасание отдельных органов своего организма окружавшим его ученикам.
И ещё великому физиологу приписывают следующие предсмертные слова. На просьбу принять посетителей больной ответил: «Академик Павлов занят. Он умирает».

Степанян В.Н., Жизнь и смерть знаменитых людей, М., «Аст»; «Зебра», 2007 г., с. 442.

 

«Физиолог А.Ф. Самойлов в своих воспоминаниях об Иване Петровиче Павлове отмечал: «Дар его интуиции, дар нащупывания, отгадывания истин в области сложных реакций и соотношений организма совершенно исключителен и единственен в своем роде - кажется, что сама истина идёт ему навстречу. Мы встречаемся здесь с даром непосредственного, как бы поэтического откровения... Пользуясь авторитетом Гельмгольца, поставившего одного из величайших физиков, каких знал мир, Фарадея, рядом с поэтом Гёте как пример поэтического откровения, поэтической интуиции отыскания истины со стороны учёного, я позволю себе включить в эту группу Ивана Петровича Павлова. Его непосредственное чутьё истины в сфере физиологических функций животного организма представляется действительно каким-то чудом, откровением поэта».

Мозжухин А.С., Самойлов В.О., И.П. Павлов в Петербурге – Ленинграде, Л., «Лениздат», 1977 г., с. 148.

 

Иван Петрович Павлов писал: «При хорошем методе и не очень талантливый человек может сделать много. А при плохом методе и гениальный человек будет работать впустую».

Павлов И.П., Лекции по физиологии 1912-1913 годов / Полное собрание сочинений, Том 5, М.,  Издательство Академии Наук СССР, 1952 г. с. 26.

 

И.П. Павлов - последователь И.М. Сеченова, кроме этого, он формировался как исследователь, работая в лаборатории С.П. Боткина.

Открытия

Ученый России, физиолог, психолог, создатель науки о высшей нервной деятельности и представлений о процессах регуляции пищеварения; основатель крупнейшей российской физиологической школы; лауреат Нобелевской премии в области медицины и физиологии 1904 года «за работу по физиологии пищеварения».

Более 10 лет посвятил тому, чтобы получить фистулу (отверстие) желудочно-кишечного тракта. Павлов так сшивал кожу и слизистую, вставлял металлические трубки и закрывал их пробками, что никаких эрозий не было, и он мог получать чистый пищеварительный сок на протяжении всего желудочно-кишечного тракта — от слюнной железы до толстого кишечника, что и было сделано им на сотнях экспериментальных животных. Проводил опыты с мнимым кормлением (перерезание пищевода так, чтобы пища не попадала в желудок), таким образом сделав ряд открытий в области рефлексов выделения желудочного сока. За 10 лет Павлов, по существу, заново создал современную физиологию пищеварения.

Одно из первых научных исследований Павлова было посвящено изучению роли нервной системы в регуляции кровообращения. Ученый установил, что перерезка блуждающих нервов, иннервирующих внутренние органы, приводит к глубоким нарушениям способности организма регулировать уровень артериального давления. В результате был сделан вывод, что значительные колебания давления улавливаются чувствительными нервными окончаниями в сосудистой сети, которые посылают импульсы, сигнализирующие об изменениях, в соответствующий центр мозга. Эти импульсы порождают рефлексы, направленные на изменение работы сердца и состояния сосудистого русла, и артериальное давление быстро возвращается к наиболее благоприятному уровню.

1883г. — Павлов защитил докторскую диссертацию «О центробежных нервах сердца». В Мадридском докладе, сделанном на русском языке, И. П. Павлов впервые сформулировал принципы физиологии высшей нервной деятельности, которой он и посвятил последующие 35 лет своей жизни. Такие понятия как подкрепление (reinforcement), безусловный и условный рефлексы (не совсем удачно переведённые на английский язык как unconditioned and conditioned reflexes, вместо conditional) стали основными понятиями. Создал науку о высшей нервной деятельности и представление о процессах регуляции пищеварения.

Вслед за изучением хода нервов, ускоряющих работу сердца, П. исследовал регуляцию пищеварительной деятельности поджелудочной железы, предположив наличие в ней двойной иннервации. В 1876—78 установил, что между сосудами кожи и внутренних органов существуют антагонистические прессорно-депрессорные отношения, обеспечивающие поддержание в организме кровяного давления на постоянном уровне. В лаборатории при клинике Боткина П. сделал крупное открытие, положенное им в основу докторской диссертации: деятельность сердца регулируется четырьмя центробежными нервами — замедляющим и ускоряющим, ослабляющим и усиливающим.

Затем Павлов перешёл к исследованию нервной регуляции пищеварения и иннервации желёз желудка. Выдающиеся успехи Павлова в этой области опираются как на разработку им основ хирургического эксперимента, так и на творческое восприятие развиваемой Сеченовым и Боткиным идеи нервизма, утверждающей регуляторную роль нервной системы в осуществлении функций организма как в норме, так и при патологических состояниях.

Научное творчество Павлова оказало революционизирующее влияние на представления того времени о кровообращении и особенно о пищеварении, а его учение об условных рефлексах послужило фундаментом для последовательно материалистического подхода к изучению высших функций мозга животных и человека.

Ученые и изобретатели России - Павлов Иван Петрович

всего голосов

490


День рождения: 26 сентября 1849 г.

День смерти: 27 февраля 1936 г.

Место рождения: Рязань

Семейное положение: женат на Серафиме Васильевне Карчевской (1881—1936)

Деятельность и интересы: физиология животных, нервная регуляция, физиология высшей нервной деятельности и пищеварения

Был убежденным атеистом: «Естествоиспытатель не может не быть атеистом, естествознание и религия несовместимы». Весьма отрицательно относился к грубой антирелигиозной пропаганде и политике, призывая заменить религию просвещением, чтобы не отнимать у необразованных людей моральную опору. Вместе с тем, говорил: «Допустим что Бог существует и что он является творцом вселенной. А кто же тогда является творцом Бога?» Еще факты

Образование, степени и звания

1860-1869, Духовная семинария

1907, Санкт-Петербургская Академия наук, Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 5: : академик

Работа

1875-1924, Медико-хирургическая академия (затем Военно-медицинская академия), Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, д. 6: : заведующий кафедрой фармакологии, 1890—1896, заведующий кафедрой физиологии, 1896—1924

1925-1936, Институт физиологии АН СССР, Ленинградская обл., г. Колтуши: : директор

Открытия

Основал крупнейшую школу физиологов с приверженцами по всему миру.

Ввел «хронический метод» экспериментирования над животными, позволяющий исследовать физиологию здоровой особи в ее естественном состоянии, что снижало вероятность искажения результатов.

Исследовал роль нервной системы в регуляции кровообращения. Доказал наличие «тройного нервного контроля» на сердце.

Биография

Русский физиолог, основатель крупнейшей российской физиологической школы, четвертый лауреат Нобелевской премии (1904) по физиологии и медицине («за работу по физиологии пищеварения»), автор учения о высшей нервной деятельности. Во время учебы работал ассистентом на кафедре физиологии Медико-хирургической академии у И.Ф. Циона, затем у К.Н. Устимовича на кафедре физиологии ветеринарного отделения Медико-хирургической академии и в клинике Боткина, где руководил физиологической лабораторией. В 1890 году был избран профессором и заведующим кафедрой фармакологии Военно-медицинской академии (бывшей МХА), а в 1896-м — заведующим кафедрой физиологии, которой руководил до 1924 года. С 1890 года заведовал физиологической лабораторией при Институте экспериментальной медицины.

Павлов первым из физиологов стал использовать «хронический метод», при котором эксперимент проводится на практически здоровом животном, что позволило исследовать физиологические процессы в неискаженном виде. В 1904 году первым из русских ученых был удостоен Нобелевской премии за работу в области физиологии пищеварения. Получившие высшее международное признание работы Павлова по физиологии пищеварения послужили толчком для развития нового направления в физиологии — физиологии высшей нервной деятельности. Этому направлению исследований Павлов посвятил 35 лет своей деятельности, создав теорию условных рефлексов.

Был избран членом и почетным членом многих зарубежных академий, университетов и обществ. В 1935 году на 15-м Международном конгрессе физиологов Павлову за многолетнюю научную работу был присвоен почетный титул старейшины физиологов мира.

Исследование собак Павлова и объяснение по Павловскому кондиционированию

  1. Бихевиоризм
  2. Классическое кондиционирование
  3. Иван Павлов

Собаки Павлова

Автор доктор Саул МакЛеод, обновленный 2018


Как и многие великие научные достижения классическая обусловленность) была обнаружена случайно.

В 1890-х годах русский физиолог Иван Павлов исследовал слюноотделение у собак в ответ на кормление.Он вставил маленькую пробирку в щеку каждой собаки, чтобы измерить слюну, когда собак кормили (с порошком из мяса).

Павлов предсказал, что у собак будет выделяться слюна в ответ на корм, помещенный перед ними, но он заметил, что у его собак начнется слюноотделение всякий раз, когда они услышат шаги его помощника, который приносил им еду.

Когда Павлов обнаружил, что любой объект или событие, которое собаки научились ассоциировать с едой (например, лаборант), вызывает такую ​​же реакцию, он понял, что сделал важное научное открытие.Соответственно, он посвятил остаток своей карьеры изучению этого типа обучения.


Павловское кондиционирование

Павловское кондиционирование

Павлов (1902) исходил из идеи, что есть некоторые вещи, которым собаке не нужно учиться. Например, собаки не учатся выделять слюну всякий раз, когда видят еду. Этот рефлекс «встроен» в собаку.

С точки зрения бихевиоризма, еда - безусловный стимул. а слюноотделение - безусловная реакция. (то есть связь "стимул-ответ", не требующая обучения).

Безусловный стимул (Пища)> Безусловный ответ (Слюна)

В своем эксперименте Павлов использовал метроном в качестве нейтрального стимула. Сам по себе метроном не дал ответа от собак.

Нейтральный стимул (Метроном)> Нет условного ответа

Затем Павлов начал процедуру кондиционирования, при которой щелкающий метроном был введен непосредственно перед тем, как он дал пищу своим собакам. После ряда повторений (попыток) этой процедуры он сам представил метроном.

Как и следовало ожидать, звук щелчка метронома сам по себе теперь вызывал усиление слюноотделения.

Условный стимул (метроном)> Условный ответ (слюноотделение)

Итак, собака усвоила связь между метрономом и едой, и у нее появилось новое поведение. Поскольку эта реакция была усвоенной (или условной), она называется условной реакцией (также известна как реакция Павлова). Нейтральный раздражитель стал условным раздражителем.

Павлов обнаружил, что для создания ассоциаций два стимула должны быть представлены близко друг к другу по времени (например, звонок). Он назвал это законом временной смежности. Если время между условным раздражителем (звонком) и безусловным раздражителем (пищей) слишком велико, то обучение не произойдет.

Павлов и его исследования классической обусловленности стали известными после его ранних работ между 1890-1930 гг. Классическое кондиционирование является «классическим» в том смысле, что это первое систематическое изучение основных законов обучения / кондиционирования.


Резюме

Резюме

Подводя итог, классическое обусловливание (позднее разработанное Уотсоном, 1913) включает в себя обучение связывать безусловный стимул, который уже вызывает конкретную реакцию (т. Е. Рефлекс), с новым (условным) стимулом, так что новый стимул вызывает такую ​​же реакцию.

Павлов разработал довольно недружественные технические термины для описания этого процесса. Безусловный стимул (или ПСК) - это объект или событие, которые изначально вызывают рефлексивную / естественную реакцию.

Ответ на это называется безусловным ответом (или UCR). Нейтральный стимул (NS) - это новый стимул, не вызывающий реакции.

Как только нейтральный стимул стал ассоциироваться с безусловным стимулом, он становится условным стимулом (CS). Условный ответ (УС) - это ответ на условный раздражитель.

Как сослаться на эту статью:
Как сослаться на эту статью:

McLeod, S.А. (2018, 08 октября). Собаки Павлова . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/pavlov.html

Ссылки на стиль APA

Павлов И.П. (1897/1902). Работа пищеварительных желез. Лондон: Гриффин.

Павлов И.П. (1928). Лекции по условным рефлексам . (Перевод W.H. Gantt) Лондон: Аллен и Анвин.

Павлов И.П. (1927). Условные рефлексы: исследование физиологической активности коры головного мозга .Переведено и отредактировано Анрепом, Г.В. (Издательство Оксфордского университета, Лондон, 1927).

Павлов И. П. (1955). Избранные произведения . Москва: Издательство иностранных языков.

Уотсон, Дж. Б. (1913). Психология с точки зрения бихевиориста. Психологический обзор, 20 , 158-177.

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S. A. (2018, 8 октября). Собаки Павлова . Просто психология.https://www.simplypsychology.org/pavlov.html

сообщить об этом объявлении

Классическое кондиционирование | Просто психология

  1. Перспективы
  2. Бихевиоризм
  3. Оперантное обусловливание

Классическое обусловливание

Доктор Сол МакЛеод, обновлено 2018


Классическое обусловливание (также известное как Павловское или респондентное обусловливание) - это обучение через ассоциации и открыл Павлов, русский физиолог. Проще говоря, два стимула связаны друг с другом, чтобы вызвать новую усвоенную реакцию у человека или животного.

Самым известным примером классической обусловленности был эксперимент Павлова с собаками, у которых выделялась слюна в ответ на звонок. Павлов показал, что когда звонили в колокольчик каждый раз, когда собаку кормили, собака училась связывать звук с подачей еды.

Джон Ватсон предположил, что процесс классической обусловленности (основанный на наблюдениях Павлова) может объяснить все аспекты человеческой психологии.

Все, от речи до эмоциональных реакций, было просто образцами стимулов и реакций.Ватсон полностью отрицал существование разума или сознания. Уотсон считал, что все индивидуальные различия в поведении связаны с разным опытом обучения. Он сказал знаменитую фразу:

«Дайте мне дюжину здоровых младенцев, хорошо сложенных, и мой собственный заданный мир, чтобы вырастить их, и я гарантирую, что возьму любого наугад и обучу его, чтобы он стал специалистом любого типа, которого я смогу. выберите - врач, юрист, художник, вождь купца и, да, даже нищий и вор, независимо от его талантов, склонностей, склонностей, способностей, призвания и расы его предков »(Watson, 1924, p.104).

Примеры классического кондиционирования

Примеры классического кондиционирования

Есть три стадии классического кондиционирования. На каждом этапе стимулам и ответам присваиваются специальные научные термины:

Этап 1: до кондиционирования:

Этап 1: до кондиционирования:

На этом этапе безусловный стимул (UCS) вызывает безусловный ответ ( UCR) в организме.

В общих чертах это означает, что стимул в окружающей среде вызвал поведение / реакцию, которой не научились (т.е., безусловный) и, следовательно, является естественной реакцией, которой не учили. В этом отношении нового поведения пока не изучено.

Например, желудочный вирус (UCS) вызовет реакцию тошноты (UCR). В другом примере духи (UCS) могут вызывать реакцию счастья или желания (UCR).

Эта стадия также включает другой стимул, который не действует на человека и называется нейтральным стимулом (NS). НС может быть человеком, предметом, местом и т. Д.

Нейтральный стимул в классическом обусловливании не вызывает реакции, пока он не соединен с безусловным стимулом.

Этап 2: Во время кондиционирования:

Этап 2: Во время кондиционирования:

На этом этапе стимул, который не вызывает реакции (т.е. нейтральный), связан с безусловным стимулом, и в этот момент он становится известным. как условный раздражитель (КС).

Например, желудочный вирус (UCS) может быть связан с употреблением определенной пищи, такой как шоколад (CS). Кроме того, духи (UCS) могут быть связаны с конкретным человеком (CS).

Чтобы классическое кондиционирование было эффективным, условный раздражитель должен возникать до безусловного раздражителя, а не после него или в то же время.Таким образом, условный раздражитель действует как тип сигнала или реплики для безусловного раздражителя.

Часто на этом этапе UCS должна быть связана с CS в ряде случаев или при испытаниях, чтобы обучение могло иметь место. Тем не менее, обучение по одному следу может происходить в определенных случаях, когда нет необходимости в укреплении ассоциации с течением времени (например, при заболевании после пищевого отравления или употреблении слишком большого количества алкоголя).

Этап 3: После кондиционирования:

Этап 3: После кондиционирования:

Теперь условный стимул (CS) был связан с безусловным стимулом (UCS), чтобы создать новый условный ответ (CR).

Например, человек (CS), который был связан с хорошими духами (UCS), теперь считается привлекательным (CR). Кроме того, шоколад (CS), который ели до того, как человек заболел вирусом (UCS), теперь вызывает тошноту (CR).


Классическое кондиционирование в классе

Классическое кондиционирование в классе

Последствия классического кондиционирования в классе менее важны, чем последствия оперантного кондиционирования, но учителя по-прежнему должны стараться, чтобы ученики ассоциировались положительные эмоциональные переживания при обучении.

Если ученик связывает отрицательные эмоциональные переживания со школой, то это, очевидно, может иметь плохие результаты, например, вызвать школьную фобию.

Например, если ученик подвергается издевательствам в школе, он может научиться ассоциировать школу со страхом. Это также может объяснить, почему некоторые студенты проявляют особую неприязнь к определенным предметам, которая сохраняется на протяжении всей их академической карьеры. Это может произойти, если учитель унижает или наказывает ученика в классе.


Критическая оценка

Критическая оценка

Классическое кондиционирование подчеркивает важность извлечения уроков из окружающей среды и поддерживает воспитание над природой.Однако описание поведения исключительно с точки зрения природы или воспитания ограничено, и попытки сделать это недооценивают сложность человеческого поведения. Более вероятно, что поведение является результатом взаимодействия между природой (биологией) и воспитанием (окружающей средой).

Сила классической теории обусловливания в том, что она научна. Это потому, что он основан на эмпирических данных, проведенных в контролируемых экспериментах. Например, Павлов (1902) показал, как можно использовать классическое кондиционирование, чтобы заставить собаку слюноотделить при звуке колокольчика.

Классическая обусловленность также является редукционистским объяснением поведения. Это связано с тем, что сложное поведение разбивается на более мелкие единицы поведения "стимул-реакция".

Сторонники редукционистского подхода говорят, что он научен. Разбивка сложного поведения на мелкие части означает, что они могут быть проверены с научной точки зрения. Однако некоторые утверждают, что редукционистская точка зрения не имеет силы. Таким образом, хотя редукционизм полезен, он может привести к неполным объяснениям.

Последняя критика классической теории обусловливания состоит в ее детерминированности. Это означает, что он не допускает какой-либо степени свободы воли у человека. Соответственно, человек не может контролировать реакции, которые он усвоил в результате классической обусловленности, например фобию.

Детерминистский подход также имеет важное значение для психологии как науки. Ученые заинтересованы в открытии законов, которые затем можно использовать для предсказания событий. Однако, создавая общие законы поведения, детерминистская психология недооценивает уникальность людей и их свободу выбирать свою судьбу.

Ключевые термины

Нейтральный стимул

В классическом кондиционировании нейтральный стимул (NS) - это стимул, который изначально не вызывает реакции пока он не будет соединен с безусловным стимулом. Например, в эксперименте Павлова звонок был нейтральным стимулом и вызывал реакцию только тогда, когда он сочетался с едой.

Безусловный стимул

В классическом кондиционировании безусловный стимул - это свойство окружающей среды, которое вызывает естественную и автоматическую безусловную реакцию.В кабинете Павлова безусловным раздражителем была еда.

Необусловленный ответ

В классическом кондиционировании безусловный ответ - это неизученный ответ, который возникает автоматически при предъявлении безусловного стимула. Павлов показал существование безусловной реакции, подав собаке миску с едой и измерив ее слюнную секрецию

Условный стимул

В классическом кондиционировании условный стимул (CS) является замещающим стимулом, который вызывает такую ​​же реакцию в организме. как безусловный раздражитель.Проще говоря, условный раздражитель заставляет организм реагировать на что-то, потому что это связано с чем-то другим. Например, собака Павлова научилась выделять слюну при звуке колокольчика.

Условный ответ

В классическом обучении условный ответ (CR) - это выученный ответ на ранее нейтральный стимул. В экспериментах Ивана Павлова с классической кондиционированием слюноотделение собаки было условной реакцией. под звон колокольчика.

Приобретение

В начальный период обучения приобретение описывает, когда организм учится связывать нейтральный раздражитель и безусловный раздражитель.

Вымирание

В психологии вымирание означает постепенное ослабление условного ответа путем разрыва связи между условным и безусловным раздражителями.

Например, когда звонили в колокольчик и не подавали еды, у собаки Павлова постепенно прекращалось выделение слюны при звуке звонка.

Спонтанное выздоровление

Спонтанное выздоровление - это феномен Павловской обусловленности, который относится к возвращению условной реакции (в более слабой форме) через определенный период времени после исчезновения.Например, когда Павлов выждал несколько дней после гашения условной реакции, а затем снова позвонил в колокольчик, у собаки снова пошла слюна.

Обобщение

В психологии обобщение - это тенденция одинаково реагировать на раздражители, похожие, но не идентичные условному раздражителю. Например, в эксперименте Павлова, если собака приучена выделять слюноотделение на звук колокольчика, то позже она может выделять слюноотделение на звук колокольчика более высокого тона.

Дискриминация

Классическая обусловленность, дискриминация это процесс, посредством которого люди учатся различать похожие стимулы и соответствующим образом реагировать на каждый из них.

Например, в конце концов собака Павлова узнает разницу между звуком двух колокольчиков и больше не выделяет слюну при звуке непищевого колокольчика.

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S. A. (2018, 21 августа). Классический кондиционер . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/classical-conditioning.html

Ссылки на стили APA

Павлов И.П. (1897/1902). Работа пищеварительных желез . Лондон: Гриффин.

Уотсон, Дж. Б. (1913). Психология с точки зрения бихевиориста. Психологическое обозрение, 20 , 158–177.

Уотсон, Дж. Б. (1913). Психология с точки зрения бихевиориста. Психологический обзор, 20 , 158-177.

Уотсон, Дж. Б. (1924). Бихевиоризм . Нью-Йорк: Издательская компания Народного института.

Как сослаться на эту статью:
Как сослаться на эту статью:

McLeod, S.А. (2018, 21 августа). Классический кондиционер . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/classical-conditioning.html

сообщить об этом объявлении

Иван Павлов - обзор

Психологические механизмы и теоретические соображения

Вскоре после того, как Иван Павлов опубликовал свою основополагающую работу по ассоциативной обусловленности, многие исследователи попытались изучать условный страх и его нервную основу с помощью протоколов АА. Однако АА оказалась сложной парадигмой для анализа и объяснения механизмов обучения.Во-первых, обучение происходит в испытаниях, в которых животное успешно избегает шока, и было трудно объяснить, как отсутствие УЗИ может усилить реакцию. Во-вторых, исследователи поняли, что избегание на самом деле было сложным процессом обучения, когда животные сначала узнавали, что тон предсказывает шок, а затем учились избегать тона и предотвращать нанесение шока. Двухфакторная теория была первоначально предложена О. Маурер и Н. Миллер выдвигает гипотезу о том, что обусловливание избегания включает в себя как условное обусловливание страха по Павлову, так и обусловливание инструментальных реакций.За почти 80 лет, прошедших с момента появления теории двух факторов, исследователи горячо обсуждали содержание (S – S, SR или R – S), условия (Павловские операции, Инструментальные операции или и то, и другое) и механизмы (побуждения, ожидания, восприятия). ) кондиционирования АА. Однако одна идея была предложена рано и остается возможной сегодня: бегство от страха (EFF).

Обучение EFF было предложено для объяснения того, как обусловливание Павлова и инструментальное обусловливание взаимодействуют для опосредования АА. Основная идея состоит в том, что условные рефлексы Павлова сначала устанавливают страх перед CS.Затем в более поздних испытаниях активная реакция подкрепляется уменьшением страха, связанным с прекращением CS. Еще один способ сказать это: реакция играет важную роль в обеспечении подкрепления: уменьшение страха. Формально такое обучение называется условным негативным подкреплением ассоциации стимула и реакции. Согласно этим двухфакторным теориям «страха», субъекты избегают страха, и предотвращение США является случайным. Важно отметить, что выражение обучения EFF / AA также считается мотивированным страхом.По мере продвижения обучения реакция побега мотивируется страхом перед CS и подкрепляется CS-завершением.

Несмотря на перспективность и простоту EFF как механизма AA, на протяжении многих лет он был предметом значительных споров. Основная причина заключается в том, что у некоторых исследователей возникли проблемы с надежным воспроизведением обучения EFF (независимо от условий избегания) в лаборатории. Многие сообщили об успешном обучении EFF, но и неудачи в получении обучения EFF также являются обычным явлением. Кроме того, некоторые утверждают, что теория EFF предсказывает, что CS, вызывающие больший страх, должны вызывать более сильное инструментальное обучение, поскольку гипотетическое подкрепление, уменьшение страха, должно быть больше, когда эти CS прекращаются.Однако эта взаимосвязь между степенью страха CS и силой приобретения инструментальной реакции, по-видимому, не подтверждается доступными данными (вместо этого реакции страха уменьшаются с обучением AA). Эти и другие проблемы препятствуют широкому принятию EFF как важного механизма обучения АА.

Мы провели обширное поведенческое исследование EFF, используя вскармливание в качестве реакции побега, чтобы устранить причины разногласий и предложить улучшения в процедурах.Для обучения EFF крысам предъявляли вызывающие страх вымирающие CS (без ударов ног). Подъем на задние лапы во время CS немедленно прекращал его. Мы обнаружили, что обучение EFF привело к двукратному увеличению количества вскармливаний, вызванных CS, по сравнению с контрольными животными, запряженными в ярмо (рис. 1A и B). Это обучение было длительным (24 часа) и зависело от реакции (не было увеличения количества других видов поведения без подкрепления). Интересно, что успешное обучение EFF предотвратило возвращение CS-страха; крысы, которые узнали ответ EFF, не показали спонтанного восстановления замораживания после подавления CS-презентаций, используемых для обучения EFF (рис.1D). Важно отметить, что выражение EFF-обучения также было мотивировано страхом перед CS; животные, которые прошли обучение EFF, не выращивали иначе, чем контрольные животные, запряженные в ярмо, до тех пор, пока не был представлен CS. Таким образом, наши данные предполагают, что инструментальные реакции побега могут быть подкреплены CS-прекращением и мотивированы страхом.

Рис. 1. Обучение избавлению от страха представляет собой инструментальное обучение, которое мотивируется страхом и подкрепляется уменьшением страха. Через день после установления пар тонового шока по Павлову крысам представили 25 презентаций только по тону в новом контексте (обучение EFF, осталось ).Для крыс с парным EFF вставание на дыбы во время предъявления тона приводило к его немедленному прекращению (спаривание ответ-подкрепление). Крысы с парными ярдами получали идентичный тон независимо от их поведения. Через день после обучения EFF крысам давали однократное непрерывное 10-минутное представление тона для оценки долговременной EFF-памяти (тест EFF, справа, ). Выращивание и замораживание оценивались на обоих этапах. Крысы с парными EFF показали двукратное увеличение реакции побега EFF (вставание на дыбы) во время сеанса обучения и тестирования по сравнению с крысами с парными Yoked (A и B, обратите внимание на изменение шкалы между обучением и тестированием).Крысы с непарными EFF не боялись CS и не получали ответ EFF (усиленное выращивание). Успешное приобретение этой реакции активного бегства также было связано с менее спонтанным восстановлением пассивного замирания до тона (D). На вставке в D показано поминутное замораживание во время заключительного теста EFF для групп с парными EFF и парными ярмами. Дальнейший анализ показал, что обучение EFF было специфичным для ответа, а производительность была мотивирована страхом (никакой разницы в воспитании в отсутствие CS; данные не показаны).

По материалам Cain, C.K., LeDoux, J.E., 2007. Побег из страха: подробный поведенческий анализ двух атипичных реакций, усиленных CS-прекращением. J. Exp. Psychol. Anim. Behav. Процесс. 33 (4), 451–463.

Хотя обучение EFF, вероятно, в значительной степени способствует приобретению АА, также вероятно, что другие психологические факторы играют важную роль. Как упоминалось ранее, стимулы обратной связи могут сыграть важную роль в обучении АА. Любой стимул, который отмечает успешное завершение AR и успешное избегание США, может служить стимулом обратной связи.Обратная связь может быть явным стимулом, доставляемым экспериментальным протоколом, или может быть просто проприоцептивным или пространственным стимулом, связанным с последовательностью ответа. Поскольку стимулы обратной связи отрицательно коррелируют как с вызывающим страх КС, так и с болезненным УЗИ, они, вероятно, станут условными ингибиторами (сигналами безопасности) во время кондиционирования АА. Таким образом, AR могут также быть ответами подхода к безопасности, когда AR подкрепляется условным положительным подкреплением (предъявлением стимула обратной связи).

Непредвиденный случай уклонения от сделки в США, вероятно, также играет важную роль в приобретении AA. То есть, независимо от EFF или подхода к безопасности, животное может зарегистрировать неподачу шока US и усилить реакцию AA. Также вероятно, что инструментальные ассоциации более когнитивны, чем первоначально предполагалось теоретиками двух факторов; животные могут сначала узнать о взаимосвязи между AR и результатом (прекращение CS и / или пропуск шока), однако с перетренированием AR могут стать более рефлексивными или привычными реакциями, которые зависят от ассоциаций SR, как это видно в некоторых парадигмах кондиционирования аппетита. .Наконец, некоторые считают, что АР полностью опосредуются павловскими процессами (т. Е. Условными реакциями полета). По общему признанию, трудно разделить эти отдельные влияния на поведение АА, однако нейробиологические исследования могут помочь разрешить некоторые из этих старых споров.

Иван Павлов | Биография, теория, кондиционирование, собака и факты

Иван Павлов , полностью Иван Петрович Павлов , (родился 14 сентября [26 сентября по новому стилю] 1849 года, Рязань, Россия - умер 27 февраля 1936 года, Ленинград [ныне С.Петербург]), русский физиолог, известный прежде всего разработкой концепции условного рефлекса. В ставшем уже классическим эксперименте он обучил голодную собаку выделять слюну при звуке метронома или зуммера, который раньше ассоциировался с видом еды. Он разработал аналогичный концептуальный подход, подчеркивая важность обусловливания, в своих новаторских исследованиях, связывающих поведение человека с нервной системой. Он был удостоен Нобелевской премии по физиологии и медицине в 1904 году за работу по пищеварительной секреции.

Популярные вопросы

Что изучал Иван Павлов?

Чем был известен Иван Павлов?

Иван Павлов разработал эксперимент, проверяющий понятие условного рефлекса. Он приучал голодную собаку выделять слюну при звуке метронома или зуммера, который раньше ассоциировался с видом еды. Позже он разработал подход, подчеркивающий важность обусловливания в исследованиях, связанных с поведением человека и нервной системой.

Что сделал Иван Павлов?

В дополнение к своей работе по кондиционированию, Иван Павлов разработал операцию по подготовке миниатюрного желудка, который был изолирован от проглоченной пищи, но сохранил кровоснабжение блуждающего нерва.Процедура позволила ему изучить желудочно-кишечные выделения у животных. За свои усилия он получил Нобелевскую премию по физиологии и медицине в 1904 году.

Какой была первая работа Ивана Павлова?

Работая с Карлом Людвигом, Иван Павлов провел первое независимое исследование физиологии кровеносной системы. С 1888 по 1890 год в Петербурге он исследовал физиологию сердца и регуляцию артериального давления. Он стал настолько искусным хирургом, что мог почти безболезненно ввести катетер в бедренную артерию собаки.

Жизнь

Павлов, первый сын священника и внук дворника, провел молодость в Рязани в средней полосе России. Там он посещал церковную школу и духовную семинарию, где учителя семинарии поразили его своей преданностью передаче знаний. В 1870 году он отказался от богословских занятий и поступил в Петербургский университет, где изучал химию и физиологию. После получения степени доктора медицины в Императорской медицинской академии в Санкт-Петербурге (выпуск в 1879 г. и завершение диссертации в 1883 г.) он учился в 1884–86 в Германии под руководством физиолога сердечно-сосудистой системы Карла Людвига (в Лейпциге) и физиолога желудочно-кишечного тракта. Рудольф Хайденхайн (в Бреслау).

Работая с Людвигом, Павлов первым независимым исследователем был посвящен физиологии кровеносной системы. С 1888 по 1890 год в лаборатории Боткина в Петербурге он исследовал физиологию сердца и регуляцию кровяного давления.

Он стал настолько искусным хирургом, что смог практически безболезненно без анестезии ввести катетер в бедренную артерию собаки и зафиксировать влияние на артериальное давление различных фармакологических и эмоциональных раздражителей.Тщательно рассекая тонкие сердечные нервы, он смог продемонстрировать контроль силы сердцебиения с помощью нервов, выходящих из сердечного сплетения; стимулируя перерезанные концы шейных нервов, он показал влияние правого и левого блуждающих нервов на сердце.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Павлов женился в 1881 году на педагоге, друге писателя Федора Достоевского, но он был настолько беден, что сначала им пришлось жить отдельно.Он приписал большую часть своего возможного успеха своей жене, домашней, религиозной и литературной женщине, которая посвятила свою жизнь его комфорту и работе. В 1890 году он стал профессором физиологии в Императорской медицинской академии, где он оставался до своей отставки в 1924 году. В недавно основанном Институте экспериментальной медицины он инициировал точные хирургические процедуры для животных, уделяя особое внимание послеоперационному уходу за ними и оборудованию для них. поддержание своего здоровья.

В частности, в 1890–1900 гг. И в меньшей степени примерно до 1930 г. Павлов изучал секреторную активность пищеварения.Работая с Хайденхайном, он разработал операцию по подготовке миниатюрного желудка или мешочка; он изолировал желудок от съеденной пищи, сохранив при этом кровоснабжение блуждающего нерва. Хирургическая процедура позволила ему изучить желудочно-кишечные выделения у нормального животного на протяжении всей его жизни. Кульминацией этой работы стала его книга « Лекции о работе пищеварительных желез » в 1897 году.

Наблюдая за нарушениями секреции у нормальных животных без анестезии, Павлов был вынужден сформулировать законы условного рефлекса - предмет, который занимал его внимание. примерно с 1898 по 1930 гг.Он использовал секрецию слюны как количественную меру психической или субъективной активности животного, чтобы подчеркнуть преимущество объективных, физиологических показателей психических явлений и высшей нервной деятельности. Он искал аналогии между условным (часто неправильно переводимым как «условный») рефлексом и спинальным рефлексом.

Иван Павлов

Русский физиолог Иван Павлов.

Предоставлено Национальной медицинской библиотекой

По словам английского физиолога сэра Чарльза Шеррингтона, спинномозговой рефлекс состоит из интегрированных действий нервной системы, включающих такие сложные компоненты, как возбуждение и торможение многих нервов, индукция (т.е., усиление или уменьшение торможения, вызванного предыдущим возбуждением), и облучение нервными импульсами многих нервных центров. К этим компонентам Павлов добавил корковые и подкорковые влияния, мозаичное действие мозга, влияние сна на распространение торможения и происхождение невротических расстройств, главным образом, в результате столкновения или конфликта между корковым возбуждением и торможением.

Примерно с 1930 года Павлов пытался применить свои законы для объяснения психозов человека.Он предположил, что чрезмерное торможение, характерное для психотического человека, было защитным механизмом, закрывающим внешний мир, в том смысле, что он исключал повреждающие стимулы, которые ранее вызывали крайнее возбуждение. В России эта идея стала основой для лечения психиатрических больных в спокойной и нестимулирующей внешней среде. В этот период Павлов провозгласил важный принцип языковой функции человека, основанный на длинных цепочках условных рефлексов на слова.Он считал, что функция языка включает не только слова, но и разработку обобщений, невозможных у животных ниже, чем у людей.

Влияние Ивана Павлова на психологию

Иван Павлов был российским физиологом, наиболее известным в психологии своим открытием классической обусловленности. Во время своих исследований пищеварительной системы собак Павлов отметил, что у животных выделялась слюна естественным образом при предъявлении пищи.

Однако он также отметил, что у животных начиналось выделение слюны всякий раз, когда они видели белый лабораторный халат ассистента-экспериментатора.Именно благодаря этому наблюдению Павлов обнаружил, что, связывая представление пищи с лаборантом, возникает условная реакция.

Обзор

Это открытие оказало сильное влияние на психологию. Павлов также смог продемонстрировать, что животные могут быть приучены выделять слюну и на звук тона. Открытие Павлова оказало большое влияние на других мыслителей, включая Джона Б. Уотсона, и внесло значительный вклад в развитие школы мысли, известной как бихевиоризм.

Познакомьтесь с жизнью и творчеством Ивана Павлова в этой краткой биографии.

Иван Павлов наиболее известен:

Его ранние годы

Иван Петрович Павлов родился 14 сентября 1849 года в селе Рязань, Россия, где его отец был сельским священником. Его ранние исследования были сосредоточены на богословии, но чтение книги Чарльза Дарвина О происхождении видов оказало сильное влияние на его будущие интересы.

Вскоре он отказался от религиоведения и посвятил себя изучению науки.В 1870 году он начал изучать естественные науки в Петербургском университете.

Карьера Павлова

Основными интересами Павлова было изучение физиологии и естественных наук. Он помог основать отделение физиологии в Институте экспериментальной медицины и продолжал курировать программу в течение следующих 45 лет.

«Наука требует от человека всю его жизнь. Если бы у вас было две жизни, этого бы вам не хватило. Будьте увлечены своей работой и поисками, », - однажды предложил Павлов.

Итак, как его работа в области физиологии привела к открытию классической обусловленности?

Открытие классического кондиционирования

Изучая пищеварительную функцию собак, он отметил, что у его испытуемых выделялась слюна перед доставкой пищи. В серии хорошо известных экспериментов он предъявлял различные стимулы перед подачей пищи, в конечном итоге обнаружив, что после повторной ассоциации , у собаки будет выделяться слюна при наличии какого-либо раздражителя, кроме еды.

Павлов назвал эту реакцию условным рефлексом . Павлов также обнаружил, что эти рефлексы возникают в коре больших полушарий головного мозга.

Павлов получил широкое признание за свою работу, в том числе назначение в 1901 г. в Российскую академию наук и Нобелевскую премию по физиологии 1904 г. Советское правительство также оказало существенную поддержку работе Павлова, и Советский Союз вскоре стал ведущим центром. физиологических исследований.

Он умер 27 февраля 1936 года.

Вклад в психологию

Многие, не занимающиеся психологией, могут быть удивлены, узнав, что Павлов вообще не был психологом. Он не только не был психологом; По сообщениям, он вообще скептически относился к развивающейся области психологии.

Однако его работа оказала большое влияние на эту область, особенно на развитие бихевиоризма. Его открытие и исследования рефлексов повлияли на растущее бихевиористское движение, и его работы часто цитировались в книге Джона Б.Сочинения Ватсона.

Другие исследователи использовали работу Павлова при изучении обусловливания как формы обучения. Его исследования также продемонстрировали методы изучения реакций на окружающую среду объективным научным методом.

Избранные публикации

Одной из первых публикаций Павлова был его текст 1897 года Работа пищеварительных желез , в котором основное внимание уделялось его исследованиям в области физиологии.

Более поздние работы, посвященные его открытию классической обусловленности, включают его книгу 1927 года Условные рефлексы: исследование физиологической активности коры головного мозга и Лекции об условных рефлексах: Двадцать пять лет объективного изучения высокой нервной деятельности (поведение ) of Animals , который был опубликован годом позже.

Слово Verywell

Иван Павлов, возможно, не намеревался изменить лицо психологии, но его работа оказала глубокое и прочное влияние на науку о разуме и поведении. Его открытие классической обусловленности помогло основать школу мысли, известную как бихевиоризм.

Благодаря работе таких мыслителей, как Уотсон и Скиннер, бихевиоризм стал доминирующей силой в психологии в первой половине двадцатого века.

(PDF) Классические истоки обусловливания Павлова

Примечания

1. «Павлов» - это немецкое написание Павлова и условное обозначение, используемое Йерксом и Моргулисом (1909).

2. В 1974 году Дэвид А. Грант был редактором журнала «Экспериментальная психология» и опубликовал докторскую диссертацию Майера в Twit-

, которая была опубликована посмертно, через 74 года после того, как она была впервые опубликована частным образом в

1902.

3. Согласно Куну (1982), Твитмайер объяснил отсутствие ответа после его презентации

«из-за того, что Уильям Джеймс почувствовал скуку или голод в полдень и закрыл встречу без разрешения -

для обсуждения статьи» ( п.258).

4. Стефан Миллер был одним из первых сотрудников Ежи Конорского. К сожалению, Миллер не пережил

начала Второй мировой войны. Он и его жена покончили жизнь самоубийством во время истребления евреев нацистами

(Конорский, 1974).

Каталожные номера

Bolles, R.C. (1993). Рассказ о психологии: Тематическая история. Пасифик Гроув, Калифорния: Brooks / Cole Pub. Co.

Christian, K.M. И Томпсон, Р.Ф. (2003). Нейронные субстраты кондиционирования моргания: получение и удержание-

.Обучение и память, 11, 427–455.

Кун, Д.Дж. (1982). Эпонимия, безвестность, Твитмайер и Павлов. Журнал истории поведенческих наук -

ences, 18, 255–262.

Гормезано И., Проси У. Ф. и Томпсон Р. Ф. (1987). Классическое кондиционирование. Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум

Associates.

Hilgard, E.R. (1974). Эрнест Ропике Хилгард, В истории психологии в томе VI автобиографии. (Ред.

Gardner Lindzey), Нью-Джерси: Prentice-Hall, Inc.

Hilgard, E.R. & Marquis, D.G. (1940). Кондиционирование и обучение, Нью-Йорк: D. Appleton-Century Company.

Ирвин, Ф.В. (1943). Эдвин Беркет Твитмайер: 1873–1943. Американский журнал психологии, 56, 451–453.

Конорски Дж. (1968). Условные рефлексы и нейронная организация. Перевод с польского Стивена

Гарри. Нью-Йорк: Hafner Pub. Co.

Конорски Дж. (1974). Ежи Конорски. В истории психологии в томе автобиографии VI.(Ed. Gardner

Lindzey) Нью-Джерси: Prentice-Hall, Inc.

Konorski, J. & Miller, S. (1937). О двух типах условного рефлекса. Journal of General Psychology, 16, 264–

272.

Lashley, J.S. (1916). Слюнный рефлекс человека и его использование в психологии. Психологическое обозрение, 23, 446–464.

Матир, Ф. (1918). Детское поведение, критическое и экспериментальное изучение детей раннего возраста методом условных рефлексов. Бостон, Барсук.

Morgan, C.L. Введение в сравнительную психологию. Лондон, Скотт, 1894.

Павлов И.П. (1906). Научное исследование психических способностей или процессов у высших животных.

Наука, 24, 613–619.

Павлов И.П. (1927). Условные рефлексы; исследование физиологической активности коры головного мозга.

(Перевод и редакция Г.В.Анрепа) Oxford U.P., Humphrey.

Павлов И.П. (1951). Опыты доктора Глинского о функции слюнных желез.В I.P. Павлов, Полное

Собрание сочинений. Москва, Ленинград: Издательство Академии Наук СССР.

Разран, Г. (1955). Оперант против классического обусловливания, Американский журнал психологии, 68, 489–490.

Скиннер, Б.Ф. (1935). Два типа условного рефлекса и псевдотип. Журнал общей психологии, 12,

66–77.

Смит С. и Гатри Э. Р. (1921). Общая психология с точки зрения поведения. Нью-Йорк, Эпплтон.

Торндайк, Э.Л. (1898). Животный интеллект. Экспериментальное изучение ассоциативных процессов у животных.

Психологические монографии, 2, 109.

Толочинов И.Е. (1912). Начальная разработка метода условных рефлексов и формулировка термина

«условный рефлекс». Русский Врач, 31, 1277–1282.

CLARK 293

Прогнозирование и подготовка: Павловское значение исследований животных, дискриминирующих людей | Журнал ILAR

Аннотация

Все больше данных свидетельствует о том, что животные разных видов могут различать людей, с которыми они регулярно контактируют.Эта способность различения имеет большое значение для исследований. Поскольку животный мир носит гедонистический характер, у животных-субъектов есть сильный стимул предсказывать события, которые приносят им удовольствие и боль. Многие исследовательские учреждения пытаются предоставить гедонистические стимулы в строго регулируемых условиях без официального предупреждения. Тем не менее, остается возможность того, что присутствие конкретного человека может сигнализировать о важном событии, что позволяет животному подготовиться к его возникновению.Говоря языком Павлова, люди становятся «условными стимулами при ходьбе», вызывая измеримые условные реакции у животных. Эти подготовительные реакции могут принимать поведенческие, физиологические и / или мотивационные формы и модулировать эффекты исследуемых переменных. Обсуждение касается практических последствий знания того, что дискриминация людей со стороны животных может повлиять на повестку дня исследований.

Никого не должно удивлять, что животные могут различать хорошее и плохое, а также приятные и болезненные события в своей жизни.Более того, независимо от того, где они существуют на филогенетической шкале, все формы животной жизни являются гедонистами; все они созданы, чтобы искать удовольствия и избегать боли.

Гедонистический статус животных подразумевает побочную потребность в прогнозировании. Недостаточно знать, что вам нравится, а что плохо; нужно предвидеть такие вещи. Животные могут различать и действительно различают главные предсказатели гедонистических событий в своей жизни и соответственно реагируют на эти предсказатели. Выживание и способность к размножению требуют от них тщательного наблюдения за теми стимулами, которые предшествуют жизнеобеспечивающим или опасным для жизни событиям.

Чтобы объяснить описанные выше условия более техническим способом, каждая форма животной жизни на этой планете запрограммирована на Павловскую обусловленность (Domjan 1998). Все и вся, от моллюсков до ядерных физиков, от медуз до нейрохирургов, в этом отношении одинаковы: их нервные системы не хотят сюрпризов. Естественный отбор прекрасно подчеркнул адаптивную ценность предсказания, которая является основой Павловской обусловленности. Это почти идеальный случай, когда Дарвин и Павлов работают вместе для достижения общей цели - не позволить организму удивиться необъявленному гедонистическому событию.Позвольте организму обнаружить раздражители, которые обычно предшествуют событию, и отреагировать на них. Павлов назвал такие предикторы условными раздражителями (КС 1). Они существуют для очень простой цели - позволить организму подготовиться к следующему гедонистическому событию.

Стоимость препарата

Адаптивное значение препарата понять нетрудно. Когда кто-то знает заранее, что хорошие вещи могут произойти, он получает выгоду от подготовки, потому что она делает их лучше.Вкусная еда становится еще более привлекательной, когда ее готовят медленно, с выделением слюнных соков. Точно так же, если не повторять аналогию, сексу не зря предшествует прелюдия. Павлов - частый гость и в столовой, и в спальне. Точно так же плохие вещи будут менее неприятными, когда можно будет подготовиться. Наши тела созданы, чтобы мобилизовать свои ресурсы против надвигающихся оскорблений. Чтобы подготовиться, им нужно предупреждение. Таким образом, надежные предикторы всегда чрезвычайно ценны.

Классическая павловская литература построена на хорошо известных примерах: у собак выделяется слюна при наличии метронома, который надежно предшествует еде. У них нет намерения есть метроном, но, выделяя слюну в его присутствии, они хорошо подготовлены к тому, чтобы получить полную пользу от пищи, которая, вероятно, последует. Отрицательная сторона этого уравнения интуитивно очевидна: когда крыса стоит на решетчатом полу, который периодически наносит болезненный электрический шок, крыса отмечает стимулы, предшествующие нанесению шока.Крысе не нужно «думать» или хорошо разбираться в теории Павлова, чтобы извлечь максимальную пользу из плохой ситуации. Условные раздражители приводят к условным ответам (CR 1), которые носят подготовительный характер. Хотя мысль возможна, необязательно, чтобы этот процесс работал точно так, как он был задуман.

Подготовительные меры могут принимать разные формы в зависимости от вида и обстоятельств. Подготовка может быть физической или психологической. Помимо общего состояния страха, физические реакции на отталкивающие раздражители, особенно у большинства лабораторных животных, включают бегство или замерзание (Bolles 1970).Есть даже задокументированный пример, когда крыса использовала предупреждающий стимул в качестве сигнала, чтобы перевернуться на свою пушистую и хорошо изолированную спину, оставив подушечки босых ног надежно направленными к потолку (Azrin and Holz 1966).

Животные не одинаково умны и подвижны. Некоторые прибегают исключительно к психологической подготовке, когда предупреждающие стимулы предъявляются перед неприятными событиями. Невозможно войти в ментальный мир крысы или любого другого животного, кроме человека, и знать, какую форму принимает психологическая подготовка к опасности.Однако люди сообщают о различных ментальных стратегиях, когда они сталкиваются с обозначенными отвращающими ситуациями. Например, маленький ребенок в раздираемой войной стране может научиться закрывать глаза и «притворяться, что ее нет», когда сирена воздушного налета (идеальная CS) сигнализирует о предстоящем взрыве бомбы. Такая стратегия не защитит ее тело от шрапнели, но может привести к переключению внимания, что минимизирует ее страх. Клиническая литература предлагает множество примеров изменений в сознании или восприятии, связанных с повторяющимися моделями жестокого обращения в детстве.В любом случае обширная литература указывает на то, что лабораторные животные, как и люди, активно предпочитают и будут искать предикторы неблагоприятных событий, даже если этих событий невозможно избежать (Badia et al., 1979; Lockard, 1963).

Люди как предсказатели

Какие стимулы лучше всего предсказывают гедонистические события? В лабораторных условиях ученые редко обращались к этому вопросу напрямую и вместо этого использовали узкий диапазон событий, таких как свет, звуковые сигналы и зуммеры.Эти стимулы совершенно адекватны задаче, и действительно существуют тысячи экспериментов, подтверждающих, насколько легко такие стимулы служат в качестве Павловских КС (Domjan 1998). Тем не менее, в реальном мире - и даже в лаборатории - лучшими предсказателями гедонистических событий могут быть не световые сигналы и звуки, а скорее люди, которые их представляют. При нормальном ходе человеческих событий, включая взаимодействия человека и животного, контакт с конкретным человеком может быть лучшим предиктором того, что ждет животное впереди.Суть этого взгляда выражена в народной поговорке: «Животные не кусают ту руку, которая их кормит». Любой, кто тесно сотрудничал с животными, будь то дома, в сельскохозяйственных или исследовательских учреждениях, знает, что большинство животных узнает людей вокруг себя, приветствуя тех, кто их кормит или хорошо обращается с ними, и опасаясь тех, кто может причинить им вред.

Учел ли Павлов такую ​​возможность, или он был зациклен на гудках и метрономах? К его чести, Павлов задокументировал появление обусловленности, обусловленной человеком, и даже предупредил о том, как ее эффекты могут вмешиваться, часто незаметно, в лабораторные условия.У. Хорсли Гант, ученый, который работал с Павловым в России, позже основал свою лабораторию в Северной Америке и продвинул работы Павлова. Термин, который они использовали для процедуры «Человек как CS», весьма показателен (Gantt et al. 1966). Это ясно дает понять, что и Гант, и Павлов были озабочены влиянием конкретного человека, а не «людей» в целом. Но разве это может быть?

Могут ли животные достаточно хорошо различать нас, чтобы использовать одного из нас в качестве CS или предсказателя предстоящего гедонистического события? Я считаю, что ответ на оба эти вопроса положительный.Да, они могут различать нас или между нами; и да, они могут использовать и используют нас в качестве предсказателей Павлова. В книге «Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными» «» Дайан Бальфур и я (Дэвис и Бальфур, 1992) конкретно документируем, как такие павловские эффекты человеческого распознавания могут влиять на исследовательские ситуации с более чем 20 различными видами. Мы имеем дело не только с очевидными примерами так называемых «высших животных», таких как псовые и приматы. Мы также приводим данные о менее очевидных животных, таких как игуаны и осьминоги, когнитивные способности которых часто недооцениваются (например,g., Bowers and Burghardt 1992; Mather 1992).

Сообщения о дискриминации со стороны животных

С момента публикации Неизбежная связь: изучение взаимодействий ученого и животных , мои студенты и я еще глубже вернулись к основам, систематически исследуя, какие существа способны различать людей. Как только такая дискриминация будет официально задокументирована, будет коротким логическим шагом утверждать, что человеческие стимулы могут служить павловскими или, если на то пошло, оперантными сигналами.Короче говоря, любой, кто работает с этими животными, должен знать, что их собственное присутствие может отрицательно повлиять на условия исследования.

Одна из причин, по которой люди являются такими мощными источниками прогнозов и контроля в исследовательских учреждениях, заключается в том, что большинство лабораторий являются рассадником непреднамеренных условий Павлова. Во-первых, лабораторные процедуры богаты как положительными (например, предоставление еды), так и отрицательными (например, индукция боли) гедонистическими стимулами. Во-вторых, лаборатория - это, как правило, мир регулярности.Ученые и / или технические специалисты часто являются частью этих закономерностей, таким образом, служа идеальными предикторами событий, которые в противном случае могли бы оставаться неожиданными.

Обратите внимание, что нас не интересует , как проводится различий между людьми, потому что хорошо известно, что сенсорные системы имеют разные приоритеты у разных видов. Например, по сравнению с визуальным миром голубя, сенсорные ощущения крысы в ​​значительной степени носят обонятельный характер. Точно так же сенсорное кодирование человека может сильно отличаться от сенсорного кодирования ящерицы и ламы, но оба они могут различать разных людей для предсказания важных событий.Короче говоря, мы не сосредоточились на механизме дискриминации человека. Напротив, во всех исследованиях, о которых мы сообщаем, нас беспокоит вопрос о том, были ли люди заметно отличались от от животных и, в конечном итоге, возможные последствия такой дискриминации для исследовательского процесса.

На сегодняшний день мы продемонстрировали способность различать людей 11 различных видов, включая крыс, кур, лам, кроликов, овец, коров, тюленей, эму, нанду, пингвинов и пчел.(Обратите внимание, что есть аналогичные отчеты из других лабораторий, а также множество анекдотических отчетов [например, Hediger 1965; Slobodchikoff et al. 1991; Tanida et al. 1995]). Работа с этими предметами требует ряда экспериментальных процедур. Существуют разные способы проверки распознавания человека, и очевидно, что процедура, которая хорошо подходит, например, для тестирования подопытных крыс, может совершенно не подходить для тестирования коров или медоносных пчел.

Наши процедуры в целом подразделяются на следующие категории: (1) тестирование предпочтений, в котором животным разрешается выбирать между двумя людьми, один из которых ранее взаимодействовал с животным; (2) обучение оперантной дискриминации, в котором люди используются в качестве сигналов, чтобы сигнализировать о наличии или отсутствии вознаграждения за оперантный ответ; затем мы сравниваем скорость реакции животного в присутствии двух человек; (3) тестирование привыкания, при котором животное подвергается воздействию определенного человека до тех пор, пока естественное защитное поведение не снизится до минимального уровня.Как только происходит привыкание, животное знакомится с новым человеком. Мы пытаемся выяснить, распространяется ли привыкание на новых людей или характерно для первоначального человека.

Мы использовали все три подхода в нашем исследовании дискриминации человека животными. Ниже приведены примеры результатов, которые мы сообщили, начиная с нашей работы с широко распространенной лабораторной крысой.

Тестирование предпочтений

В нашем первоначальном исследовании (Davis et al.1997), мы отнесли 26 крыс к одному из двух хендлеров. Каждый дрессировщик потратил 10 минут, «лаская» животных по одному - лаская, разговаривая и позволяя каждому животному залезть на тело дрессировщика. После 14 таких сеансов каждую крысу тестировали, чтобы определить, отдавала ли она предпочтение человеку, с которым она взаимодействовала в течение предыдущих 2 недель.

Во время тестирования каждый проводник сидел с завязанными глазами, скрестив руки, на одном конце стола длиной 6 футов. Мы случайным образом выбрали отдельных крыс, и третий человек, который ранее не контактировал ни с крысами, ни с дрессировщиками, перенес их из своих домашних клеток в испытательную комнату.Этот человек поместил крысу на стол посередине между двумя манипуляторами, повернутыми на 90 ° друг от друга, и позволил крысе свободно исследовать, пока она не сделает «выбор». Мы строго определили и соблюдали критерий выбора, который заключался в том, что животное забиралось на тело дрессировщика и оставалось со всеми четырьмя лапами от стола не менее 20 секунд. Пилотная работа показала, что оба компонента критерия были важны. Например, крысы часто кратко изучали одного или обоих дрессировщиков, кладя свои передние лапы на руку дрессировщика, обнюхивая кожу человека, или ненадолго забирались на него, но спрыгивали задолго до 20-секундного критерия.

Результаты были очевидны: 24 из 26 испытуемых правильно выбрали куратора, с которым они ранее взаимодействовали. Типичный образец поведения во время тестового испытания состоял из краткого, даже беглого обнюхивания предпочтительного проводника с последующим обширным исследованием нового человека на другом конце стола. Когда такое исследование было завершено, обычно в течение 1 или 2 минут, субъект возвращался к своему первоначальному дрессировщику и забирался, часто без колебаний, на свое лицо, обычно сидя на плече дрессировщика к концу испытания.

Стоит изучить, что произошло в случае двух испытуемых, которые выбрали «неправильного» человека. В случае с первым субъектом после тестирования выяснилось, что во время одного из начальных сеансов обращения с ним произошел «инцидент», который, вероятно, был травмирующим как для обработчика, так и для крысы. Крыса случайно упала с тела дрессировщика, и ее гнали по полу испытательной комнаты, где ее под принуждением вытащили из укрытия под столом.Об этом единственном инциденте не сообщалось до тех пор, пока тестирование не было завершено и не были предприняты попытки объяснить аномальное поведение этого субъекта во время тестирования. (Коротко обнюхав преследовавшего ее «знакомого» дрессировщика, крыса забралась прямо на нового человека и осталась там.) «Неправильный» выбор второго животного не отражает такого драматического эпизода. Дрессировщик описал эту крысу как наименее опасное и наиболее «социальное» животное, с которым встречалось во время начальных взаимодействий.Поведение животного не отражало неофобии и опасений по поводу контакта с незнакомцем, типичных для большинства крыс.

Чтобы определить, насколько хорошо крысы запомнили конкретного человека, мы повторно протестировали восемь исходных животных, которые остались в нашей колонии. Мы вынули субъектов из их домашних клеток после 5 месяцев бездействия и познакомили их с двумя исходными воспитателями, используя идентичный тест предпочтений. Все испытуемые выбрали человека, с которым они первоначально общались, несмотря на 5-месячный перерыв в контакте с этим человеком.

Затем мы выяснили, требуется ли для предпочтения знакомого человека полные 14 дней взаимодействия, использованные в нашем первоначальном исследовании. Мы повторили процедуру, используя только пять 10-минутных сеансов, и обнаружили, что снова крысы предпочитали знакомого человека, хотя оснований для этого знакомства оказалось гораздо меньше. В нашем последнем исследовании мы подвергали животное только однократному 10-минутному взаимодействию с проводником перед тестированием предпочтений. Все животные снова выбрали человека, с которым у них был предыдущий контакт, несмотря на то, что это взаимодействие длилось всего 10 мин.

В совокупности эти результаты демонстрируют, что крысы хорошо умеют различать отдельных людей и, несмотря на их любопытство к новым людям, предпочитают контакт с индивидуумом, с которым они благополучно взаимодействовали в прошлом. Примечательно, что их предпочтение знакомому человеку остается неизменным как минимум через 5 месяцев после последнего контакта. Возможно, самая поразительная особенность этих результатов связана с последним экспериментом в серии. Можно задаться вопросом, как один 10-минутный опыт общения с человеком может привести к измеримым предпочтениям.Стоит отметить, что крысы, как и многие другие лабораторные животные, по сути являются добычей. Их богатый репертуар защитного поведения (Bolles 1970) свидетельствует о том, что крысы в ​​настоящее время и в прошлом подвергались охоте и истреблению в больших количествах большинством организмов, с которыми они живут в одной среде обитания. Хотя это мало что значит с точки зрения человеческого опыта, 10 минут контакта, при которых они не испытали никакого вреда, могут быть достаточно заметным опытом в мире крыс, чтобы создать предпочтение.

Хотя некоторые наблюдатели-люди могут антропоморфизировать такие предпочтения с точки зрения «дружбы» или «любви», основная динамика может быть немного больше, чем «вы провели со мной 10 минут и не пытались меня убить». Это не означает, что крысы или другие лабораторные виды / жертвы не способны формировать значимые связи с людьми. Действительно, ранее мы продемонстрировали, что лабораторные крысы будут работать в боксе Скиннера для ласки предпочтительного человека в отсутствие традиционной награды, такой как еда или вода (Davis and Perusse 1988).Однако маловероятно, что романтические представления, такие как дружба, имеют прямое отношение к поведению, продемонстрированному в наших экспериментах. Независимо от того, обусловлено ли крысы предпочтением конкретного человека любовью или облегчением от того, что не пострадали, это подчеркивает тот факт, что этот вид может отличить людей, осуществляющих уход, или техников, и что они могут использовать отдельных представителей нашего вида для предсказания важных События.

Оперантная дискриминация

Литература по обучению животных содержит тысячи экспериментов, в которых сообщается о стимульном контроле оперантного поведения (Катания, 1968).Подавляющее большинство этих случаев связано с использованием света и тона в качестве различительных стимулов. Например, голубя можно обучить реагировать на клевание клавиши в ящике Скиннера при наличии красного света и удерживать этот ответ всякий раз, когда появляется зеленый свет.

В наших экспериментах вместо красного света (S +) мы просто подставили конкретного человека, в присутствии которого мы усилили поведение. Точно так же второй человек использовался, чтобы сигнализировать об отсутствии подкрепления (S–).Мы провели такие эксперименты на кроликах (Дэвис и Гибсон, 2000), цыплятах (Дэвис и Тейлор, 2001), крупном рогатом скоте (Тейлор и Дэвис, 1998) и овцах (Дэвис и др., 1998). В каждом из этих субъектов необходимо было адаптировать форму оперантного ответа и природу вознаграждения непосредственно к виду. Единственной константой была природа различительных стимулов - два человека, подходящие по полу, внешнему виду и одежде. Чтобы быть уверенным, что ни в одном из стимулов не было ничего привлекательного или отталкивающего, оба служили S + для половины испытуемых и S– для другой половины.

Наша работа с кроликами типична для подхода, который мы использовали с использованием оперантной дискриминации. Мы обучили 12 самок новозеландских белых кроликов контактировать с оранжевым мячом, подвешенным к крыше клетки. За каждый ответ мы награждали испытуемых небольшим кусочком свежесрезанного яблока. Перед каждым испытанием одна из двух воспитательниц стояла непосредственно перед клеткой и зажимала левую руку маленькому отверстию в передней части клетки. Таким образом, мы предоставили испытуемым как визуальные, так и обонятельные сигналы до и во время каждого испытания.Мы усиливали ответы в присутствии S + человека и никогда в присутствии S-человека. Изначально каждый ответ мы подкрепляли едой. Как только частота ответов стала стабильной, мы выполнили вознаграждение по графику с переменным коэффициентом («VR») 3.

Тренинг дискриминации состоял из чередующихся 1-минутных воздействий на человека S +, в течение которых ответы продолжали вознаграждаться, с 1-минутным воздействием на человека S–, в присутствии которого реакции никогда не усиливались. Мы собрали данные во время двух тестовых сессий, которые отличались от тренировочных сессий тремя важными способами: (1) мы рандомизировали последовательность испытаний S + и S–, а не чередовали их между условиями S + / S–.(2) Мы случайным образом варьировали продолжительность испытаний от 30, 45 и 60 секунд, вместо того, чтобы оставить их фиксированными на уровне 60 секунд. (3) Мы никогда не предъявляли вознаграждение во время двух тестовых сессий, таким образом гарантируя, что любая разница в ответах на S + и S– отражает то, что кролики ранее узнали о людях, а не наличие подкрепления во время теста.

Результаты ясно показывают, что все кролики различали двух людей. В присутствии S + человека ответили значительно больше.Даже самое низкое соотношение S + и S– отражало семикратную разницу в количестве ответов. Мы заметили, что отношение S + к S– достигало 46: 1, и четыре испытуемых вообще не реагировали в присутствии S– человека. Помимо значительной разницы в скорости реакции, испытуемые также выявили заметные различия в поведении, которое они направляли к людям, вызывающим стимул. Эти наблюдения аналогичны наблюдениям, сделанным во время нашей работы по оперантной дискриминации с цыплятами, крупным рогатым скотом и овцами. Все эти животные также имели тенденцию демонстрировать большее общее возбуждение, когда человек S + располагался перед их клеткой.Напротив, кролики (а также куры, овцы и коровы) иногда поворачивались от передней части испытательной зоны и смотрели на заднюю стенку в течение всего испытания, когда появлялся S– человек.

Эти данные показывают, что не только отдельные люди легко отличимы от животных, которых мы тестировали, но также и то, что люди могут приобретать эмоциональные или мотивационные свойства, отражающие условия, с которыми они были связаны. Короче говоря, люди могут выполнять все стимулирующие функции звонков, зуммеров и метрономов.Само собой разумеется, что немногие исследователи будут бессистемно представлять такие неодушевленные стимулы во время своих исследований. Не менее разумно проявлять бдительность в отношении присутствия людей, не учитывая их потенциальную функцию как различительные или условные стимулы.

Привыкание к защитному поведению

Многие животные, в том числе те, которые обычно используются в исследованиях и сельском хозяйстве, сохраняют удивительную осторожность в отношении контактов с людьми.Действительно, некоторые исследователи утверждали, что может быть трудно, если не невозможно, устранить инстинктивные защитные паттерны во время обычных встреч между людьми и некоторыми животными (например, Caine 1992; Duncan 1992). В таких случаях может быть бесполезным или нецелесообразным использовать процедуры тестирования предпочтений или оперантной дискриминации для изучения человеческой дискриминации.

Если такие животные проявляют осторожность или бдительность при столкновении с людьми, почему бы не использовать такое поведение для измерения человеческой дискриминации? Мы продемонстрировали на примере пингвинов, эму, реи и лам, что поведение заметно отличается в присутствии знакомого человека (Davis et al.2001; Тейлор и Дэвис 1996). Также можно сосредоточиться на том, как защитное поведение постепенно снижается по мере того, как новый человек становится знакомым животному, как мы это делали в нашей работе с тюленями (Taylor et al. 1998) и медоносными пчелами (Collis and Davis 2001). Например, и гавань, и серые тюлени проявляют общую настороженность при столкновении с новыми людьми. Такое поведение, особенно в популяции содержащихся в неволе животных, может со временем привыкнуть.

Является ли такое привыкание специфическим для отдельного человека или это обобщенная реакция на людей? Когда мы исследовали этот вопрос экспериментально, мы обнаружили нормальный процесс привыкания к такому поведению, как обнюхивание и визуальная ориентация.Мы представили тюленей с шестью 15-минутными периодами контакта с конкретным человеком по периметру резервуара в течение 4 дней, когда появление этого человека вызвало лишь минимальное исследовательское поведение. Как только привыкание было завершено, в зону резервуара вошел новый человек, который внешне и по одежде соответствовал предыдущему. Все меры бдительности вернулись к исходным уровням, что свидетельствует о том, что, хотя повторное воздействие на человека могло привести к привыканию, любое такое снижение исследовательского / защитного поведения было специфическим для человека, а не общей реакцией на людей.

Люди как смешивающие переменные

Почему важно, могут ли животные различать людей? Предположительно, каждое из протестированных нами животных способно различать сородичей и делает это обычно в естественных условиях (например, Thor and Holloway 1982). Таким образом, их способность различать людей не так уж удивительна. Однако его актуальность для исследований - это другой вопрос.

В обычной лаборатории на животных, будь то в области психологии, зоологии, биомедицины, генетики, питания или ветеринарии, животных кормят и иногда причиняют им боль.Несмотря на широкий круг вопросов, которые задают исследователи, ответы исходят от узкого круга зависимых переменных. Животные предоставляют биологические жидкости, образцы тканей, физиологические показатели и / или поведение. Сбор этих образцов является частью повседневной рутины, которой подвергаются животные. Таким образом, хорошо это или плохо, лаборатории обычно представляют собой среду, богатую гедонистическим опытом. Как мы отмечали ранее, многие из этих событий формально не предсказываются, что побуждает животных искать предсказания.Можно утверждать, что люди - это всего лишь еще один класс стимулов, которые регулярно воздействуют на животное, когда оно выполняет свои повседневные обязанности в лаборатории. Регулярное присутствие определенных людей в связи с этими гедонистическими событиями создает основу для создания условий Павлова, поскольку люди буквально становятся «ходячими CS».

Экспериментальные переменные, используемые в большинстве исследований на животных, строго контролируются исследователем. Любая потеря этого контроля открывает возможность смешивания переменных, которые являются главным врагом строгой науки.Ни один исследователь сознательно не допустит случайного или произвольного появления независимых переменных в рамках исследования. Тем не менее, переменная существует каждый раз, когда появляется исследователь или техник. Подобно гудкам, лампам и метрономам, такие люди - несмотря на то, что у них есть имена и номера социального страхования - также являются стимулами для животных. У них могут быть истории связи с переменными, первичные эффекты которых проверяются, или, по крайней мере, они могут вызывать мотивационные реакции, которые напрямую мешают или модулируют изучаемое поведение.Рассмотрим два очень простых примера, основанных на анекдотических отчетах:

  1. Техник по имени Джон надежно подвергает макаки-резус электрошоку, чтобы измерить связанное со стрессом повышение уровня кортикостерона в плазме. Нет никаких сомнений в том, что Джон соберет повышенные образцы крови у своего объекта в день тестирования. Но подумайте о том, какие исходные показатели крови, скорее всего, получит Джон, даже если он будет брать образцы в те дни, когда не применяют электрошок. Сам Джон стал CS в паре с шоком, и одно его присутствие приведет к повышенным показателям крови.

  2. Клара - аспирантка, работающая с саламандрами. Хотя ее диссертация будет посвящена метаболической активности, Клара изначально занимается расселением своей колонии животных в лаборатории. Каждое утро она подходит к саламандрам, снимает крышку из проволочной сетки с ящика, в котором они содержатся, меняет их водоснабжение и помещает свежие продукты в вольер. Она делала это каждый день в течение 2 недель, когда по личному обязательству она должна была находиться вдали от лаборатории в то время, когда она обычно присматривает за животными.Она принимает меры, чтобы ее однокурсник позаботился о ее животных во время этого необычного отсутствия. Она уверяет коллегу, что задача короткая и простая. Как и было условлено, замена Клары входит в лабораторию, подходит к колонии саламандр и снимает крышку, чтобы поместить в вольер еду и воду. В считанные секунды саламандры повсюду. Некоторые попали на ошеломленного аспиранта; другие носятся по полу. В течение следующего часа подруга Клары пытается навести порядок в том, что всего несколько минут назад было мирной колонией.Она задается вопросом, почему Клара не предупредила ее, что это «дикие» животные. Ни Клара, ни ее друг не рассматривали возможность того, что привыкание к защитному поведению было специфическим для Клары. «Я понятия не имела, что они могут меня узнать», - говорит Клара своей подруге, извиняясь за досадный инцидент.

Эти примеры представляют собой простые и очевидные случаи, последствия которых вряд ли останутся незамеченными большинством исследователей. Традиционно Павловское кондиционирование приводит к секреции телесных жидкостей, таких как слюна, а также может управлять явным поведением, активизируя скелетно-мышечные реакции.Тем не менее, вызванные учеными изменения в поведении и физиологии животных могут принимать множество форм, которые не всегда очевидны до факта. Если рассмотреть спектр физиологических систем, доступных для Павлова, картина становится более ясной. В дополнение к вышеупомянутой гипофизарно-надпочечниковой системе, Павловское кондиционирование может также модулировать частоту сердечных сокращений и артериальное давление, активировать иммунную систему или вызывать толерантность к лекарствам или высвобождение эндорфина (например, Davis and Levine 1982; Fanselow and Bolles 1979; Siegel 1976).Например, трудно представить себе биомедицинские исследования, которые были бы невосприимчивы к этому спектру эффектов.

Мотивационная подготовка

Изучите некоторые старые фотографии, сделанные в лаборатории Павлова, и вы заметите, что собака, как правило, привязана к шлейке. Это устройство было использовано не зря. Когда Павлов представил CS, в зависимости от того, была ли она ранее сопряжена с едой или шоком, собака, скорее всего, испытала приступы голода или острый страх.В любом случае собака вряд ли останется на экспериментальном столе, ожидая последующего безусловного стимула. Сидит ли семейная собака спокойно, пока хозяин торжественно открывает кухонный шкаф и трясет сумкой с едой? Большинство домашних собак сильно возбуждаются, когда хозяева каждый вечер представляют эту последовательность павловских сигналов за ужином. Этот пример подчеркивает очень важный момент: условные реакции Павлова имеют большую мотивационную составляющую. В лабораториях такая мотивация часто связана с отвращением.Например, CS в сочетании с шоком или какой-либо болезненной техникой биопроба может вызвать страх. CR страха имеет как эмоциональные, так и поведенческие аспекты. Любой из этих параметров или оба могут мешать, изменять или скрывать то, что вы изучаете, будь то поведенческие или физиологические. Животные могут напрямую связывать эти мотивационные эффекты, которые легко квалифицировать как неконтролируемые переменные, с присутствием конкретного человека.

Несмотря на то, что в этом сообщении содержится явное предостережение, общая картина не является одной из мрачных и безнадежных.Конечно, мы не первые, кто высказывает эти опасения. В 1963 году Макгиган выступил с аналогичным предупреждением о непреднамеренных эффектах экспериментатора аудитории экспериментальных психологов (McGuigan 1963). Вулфле (1985) разделяет эти опасения относительно области биомедицинских исследований, убедительно аргументируя это тем, что лабораторный персонал является неотъемлемой частью социальной среды исследуемых животных и может оказывать измеримое влияние на их работоспособность. Зная заранее, что животные-субъекты способны различать людей в их среде, и использовать их в качестве предикторов, исследователи могут принимать во внимание такие, возможно, противоречивые эффекты, как при планировании экспериментов, так и при анализе данных.

Насколько удивительно это сообщение для исследователя, даже с многолетним опытом, вероятно, зависит от изучаемого животного. Очевидно, что для так называемых «высших» животных, скорее всего, будет сделано больше поправок. Нет необходимости убеждать приматологов или ученых, работающих с собаками, в том, что их животные будут в высокой степени приспособлены к человеческой идентичности или нормам лабораторной работы. Но не все исследования проводятся с участием высших животных; на самом деле, относительно немногое из этого. По этой причине необходимо учитывать данные, которые мы исследовали, и описанные нами возможности.

Повод для оптимизма

Есть основания с оптимизмом относиться к содержанию этой статьи. Признание человека и позитивные рабочие отношения между ученым и животным могут фактически облегчить сбор данных. Как утверждает Вулфл (1985): «Не будет преувеличением сказать, что правильный зоотехник прививает животным качества, которые делают их лучше и более надежными объектами исследования» (стр. 450). Многие примеры этой предпосылки существуют в самых разных условиях.Когда Виктор Рейнхардт начал работать главным ветеринаром в Региональном учреждении для приматов штата Висконсин, он обнаружил, что между техниками и животными часто были враждебные отношения. Для взятия пробы крови из хвоста макаки-резуса потребовалось шумное и разрушительное перетягивание каната. Тот факт, что эти образцы крови могли быть предназначены для исследований стресса, сделал их почти бесполезными. По крайней мере, показатели стероидов, собранные в таких условиях, были неестественно завышены.

Рейнхардт (1992) быстро установил бартерную систему, так что присутствие конкретного специалиста сигнализировало о том, что требуется образец крови.Животное быстро научилось добровольно отдавать свой хвост для отбора проб, зная, что техник вознаградит за такое поведение кусочком яблока. Уменьшился износ как ученых, так и животных, а образцы крови и тканей стали отражать исследуемые переменные, а не неблагоприятные условия в лаборатории.

Положительные отношения между ученым и животными также пошли на пользу области познания животных. Используя тесные отношения со своими испытуемыми, Салли Бойсен (1992) и Ирен Пепперберг (2000) расширили границы того, что известно о умственных способностях шимпанзе и африканских серых попугаев соответственно.Как отмечалось выше, Павловские КР могут иметь сильный мотивационный компонент. Исследования познания животных могут быть утомительными и трудоемкими. Испытуемые часто отвлекаются или теряют интерес к участию, особенно когда преподают разочаровывающие концепции. Данные, представленные как Бойзеном с ее объектом-шимпанзе Шибой, так и исследованиями Пепперберг с попугаем Алексом, подчеркивают ценность позитивной связи между исследователем и объектом. Само собой разумеется, что ни один из этих ученых не мог регулярно передавать сбор данных новому исследователю и ожидать, что их испытуемые будут выглядеть столь же умными.

Эта ситуация не должна ставить под сомнение достоверность данных, собранных учеными. Хотя «Person as CS» внешне можно спутать с тонкой сигнализацией, они совершенно разные. Последний часто называют эффектом «Умного Ганса» в честь лошади, известной на рубеже веков своими известными знаниями математики (Candland 1993; Davis 1993). Излишне говорить, что Ганс мало знал о числах, но был чрезвычайно искусен в чтении тонких телесных сигналов от человека, который его допрашивал.Отличительной чертой выступления Ганса является то, что не имело значения, кто задавал вопросы. Он умел читать постуральные сигналы от кого угодно. Когда были приняты соответствующие меры предосторожности, чтобы исключить сигнализацию, стало очевидно, что Ганс практически ничего не знал о математике. Сравнение этой умной лошади с объектами Бойзена и Пепперберга весьма показательно. В последних случаях представление плохо переносится на допрос посторонним. Более того, соответствующие контрольные тесты - намного превосходящие все, что мог бы пройти Ханс, - показывают, что и Шиба, и Алекс понимают предмет, которому их учили.

Практическая повестка дня

Каковы практические аспекты знания того, что дискриминация отдельных людей может повлиять на нашу программу исследований? Вначале целесообразно проверить, могут ли кажущиеся случайными процедурные ситуации содержать источники предсказания. Если мы предполагаем, что люди разительно отличаются от наших субъектов, мы должны спросить, связан ли какой-либо конкретный человек регулярно и однозначно с доставкой (или отсутствием) важных гедонистических событий.Если да, то есть большая вероятность, что Павловское кондиционирование уже произошло с этим человеком, служащим CS. Всегда ли эта дискриминация является проблемой, зависит от того, какие условные реакции вызываются внешностью этого человека. Помните, что Павловские КР принимают множество форм, большинство из которых «невидимы». Чтобы определить, влияют ли какие-либо из этих условных физиологических или мотивационных эффектов на то, что вы формально изучаете, или модулируют их, рекомендуется изменить распорядок лаборатории, чтобы изменить роль специалиста по CS и оценить, оказывает ли это изменение измеримое влияние на ваши данные.Если внести такое изменение в лабораторный распорядок сложно или невозможно, по крайней мере, расширите описание протокола, включив в него возможность того, что обусловливание человека было фактором.

Многие люди предпочитают подходить к проблеме наоборот: они ждут появления аномальных закономерностей в своих данных, прежде чем искать непредвиденные процедурные затруднения. Затем у них появляется причина проверить, как их результаты могут быть связаны с конкретным человеком, который тестирует или поддерживает животных.В случае отрицательных результатов или непокорных животных роль или поведение техника действительно может оказаться под вопросом. Вулфл (1985) развивает эту ситуацию. В случае удовлетворительных данных и подходящих субъектов, очевидно, меньше стимулов для исследования или внесения изменений. Ситуация понятная, но досадная. Даже когда все идет гладко, логично знать, какие переменные функционально связаны с данными, которые вы сообщаете. Короче говоря, может быть уместным признать роль, которую отношения ученый / техник-животное могли сыграть в эффективной лаборатории.В области познания животных, области исследований, наиболее близкой к моему собственному опыту, ни один работник не стал бы предполагать, что успешная работа останется неизменной, если внезапно сменится главный смотритель или тестирующий персонал. Просто нелогично предположить, что «животное знает то, что знает, и не имеет значения, кто задает вопросы».

Общая идея этой статьи - что животные могут различать людей и использовать отдельных людей различными способами прогнозирования - не удивительна по своей сути.Это сообщение в первую очередь заслуживает освещения в печати, потому что оно касается межвидовой ситуации, то есть, когда один вид использует другой, чтобы лучше понимать и функционировать в своем мире. Хотя исследователи животных иногда выражают опасения, когда их предупреждают об их взаимодействии с испытуемыми, диалог о потенциальных проблемах оказывается менее ограниченным, когда речь идет о людях. Например, социальный психолог не удивится, узнав, что люди, которых он изучал, также изучали его (например,g., Rosenthal, 1976). Короче говоря, общеизвестно, что люди редко бывают пассивными источниками данных. Почему нам следует ожидать меньшего от животных?

Список литературы

.

1966

.

Наказание

. В: изд.

Оперантное поведение: области исследований и теории

.

Нью-Йорк

:

Appleton Century Crofts

, п

380

-

447

.

.

1979

.

Выбор между предсказуемыми и непредсказуемыми шоковыми условиями: данные и теория

.

Psych Bull

86

:

1107

-

1131

.

.

1970

.

Видоспецифические защитные реакции и обучение избеганию

.

Psych Rev

77

:

32

-

48

.

.

1992

.

Ученый и змея: отношения с рептилиями

. В: , ред.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

, п

250

-

263

.

.

1992

.

Педагогика Понгида: вклад взаимодействия человека и шимпанзе в изучение познания обезьяны

. В: , ред.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

, п

205

-

217

.

.

1992

.

Люди как хищники: исследования и риск псевдобитания

. В: , ред.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

, п

357

-

364

.

.

1993

.

Дикие дети и умные животные

.

Нью-Йорк

:

Oxford University Press

.

изд.

1968

.

Современные исследования оперантного поведения

.

Пало-Альто, Калифорния,

:

Скотт Форесман

.

.

2001

.

Различение знакомого и незнакомого человека ульем медоносных пчел ( Apis mellifera ). Неопубликованная дипломная работа с отличием

,

Университет Гвельфов

.

.

1993

.

Числовая компетентность у животных: жизнь за пределами ума Ганс

. В: ред.

Развитие числовой компетенции: модели животных и человека

.

Хиллсдейл, штат Нью-Джерси,

:

Эрльбаум

.п

109

-

125

.

.

2002

.

Различие между знакомыми и новыми людьми пингвинами Gentoo ( Pygosceli papua / ellsworthii ), эму ( Droinaius novaehollandiae ) и нанду ( Рея Америка )

.

Zoo Biol (в печати)

.

, ред.

1992

.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

.

.

2000

.

Могут ли кролики отличить людей? Дискриминация отдельных людей и ее значение для исследований на животных

.

Comp Med

50

:

483

-

485

.

.

1982

.

Предсказуемость, контроль и гипофизарно-надпочечниковый ответ у крыс

.

J Comp Phys Psych

96

:

393

-

404

.

.

1998

.

Знаем ли мы меня или нет: дискриминация отдельных людей овцами

.

Behav Proc

43

:

27

-

32

.

.

1988

.

Социальное взаимодействие на основе человека может вознаградить крысу за поведение

.

Анимационное поведение при обучении

16

:

89

-

92

.

.

2001

.

Дискриминация между отдельными людьми со стороны домашней птицы ( G alius gallus domesticus )

.

Br Poultry Sci

42

:

276

-

279

.

.

1997

.

Предпочтение крысами знакомых людей

.

Psych Bull Rev

4

:

118

-

120

.

.

1998

.

Принципы обучения и поведения

, 4 е изд.

Нью-Йорк

:

Брукс Коул

.

.

1992

.

Влияние исследователя на поведение птицы

. В: , ред.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

, п

285

-

294

.

.

1979

.

Вызов анальгетической реакции эндорфина сигналом, ранее связанным с шоком: обращение налоксоном

.

Bull Psych Soc

14

:

88

-

90

.

.

1966

.

Эффект личности

.

Конд Рефлекс

1

:

18

-

34

.

.

1965

.

Человек как социальный партнер животных и наоборот

. В изд.

Symp Zoo Soc Lond

14

:

291

-

300

.

.

1963

.

Выбор предупреждающего сигнала или отсутствие предупреждающего сигнала в случае неизбежного шока

.

J Comp Phys Psych

56

:

526

-

539

.

.

1992

.

Недооценка осьминога

. В: , ред.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

, п

240

-

249

.

.

1963

.

Экспериментатор: Заброшенный объект-раздражитель

.

Psych Bull

60

:

421

-

428

.

.

2000

.

Исследования Алекса: Познавательные и коммуникативные способности серых попугаев

.

Кембридж, Массачусетс, Массачусетс

:

Издательство Гарвардского университета

.

.

1992

.

Улучшенное обращение с экспериментальными макаками-резусами

. В: , ред.

Неизбежная связь: изучение взаимодействий между ученым и животными

.

Нью-Йорк

:

Издательство Кембриджского университета

, п

171

-

177

.

.

1976

.

Эффекты экспериментатора в исследованиях поведения

, 2 изд.

Нью-Йорк

:

Холстед

.

.

1976

.

Толерантность к морфиновому анальгетику: его ситуационная специфика поддерживает Павловскую модель кондиционирования

.

Наука

193

:

323

-

325

.

.

1991

.

Семантическая информация, позволяющая различать отдельных хищников в тревожных криках луговых собачек Ганнисона

.

Анимационное поведение

42

:

713

-

719

.

.

1995

.

Поведенческая реакция на человека у свиней-отъемышей, содержащихся в индивидуальном содержании

.

Appl Anim Behav Sci

42

:

249

-

259

.

.

1996

.

Ответ лам ( Лама глама ) знакомым и незнакомым людям

.

Int J Comp Psych

9

:

42

-

49

.

.

1998

.

Отдельные люди как дискриминационные стимулы для крупного рогатого скота ( Bos Taurus )

.

Appl Anim Behav Sci

58

:

13

-

21

.

.

1998

.

Повышенная бдительность по отношению к незнакомым людям у гавани ( Phoca vitulina ) и серый ( Halichoerus grypus ) уплотнения

.

Mar Mam Sci

14

:

575

-

583

.

.

1982

.

Социальная память самца лабораторной крысы

.

J Comp Phys Psych

96

:

1000

-

1006

.

.

1985

.

Техники-лаборанты: их роль в снижении стресса и установлении связи между человеком и животными-компаньонами

.

Vet Clin North Am: Small Anim Prac

15

:

449

-

454

.

© Институт исследований лабораторных животных

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *