Содержание

«Мильон терзаний» за 8 минут. Краткое содержание статьи Гончарова

: Статья посвящена нестареющей, всегда актуальной пьесе Грибоедова «Горе от ума», испорченному условной моралью обществу и Чацкому — борцу за свободу и обличителю лжи, который не исчезнет из общества.

Иван Гончаров отмечает свежесть и моложавость пьесы «Горе от ума»:

Она как столетний старик, около которого все, отжив по очереди свою пору, умирают и валятся, а он ходит, бодрый и свежий, между могилами старых и колыбелями новых.

Несмотря на гений Пушкина, его герои «бледнеют и уходят в прошлое», пьеса же Грибоедова появилась раньше, но пережила их, считает автор статьи. Грамотная масса сразу разобрала её на цитаты, но пьеса выдержала и это испытание.

Продолжение после рекламы:

«Горе от ума» — это и картина нравов, и галерея живых типов, и «вечно острая, жгучая сатира». «В группе двадцати лиц отразилась… вся прежняя Москва». Гончаров отмечает художественную законченность и определённость пьесы, какая далась лишь Пушкину и Гоголю.

Всё взято из московских гостиных и перенесено в книгу. Черты Фамусовых и Молчалиных будут в обществе до тех пор, пока будут существовать сплетни, безделье и низкопо­клон­ничество.

Главная роль — роль Чацкого. Грибоедов приписал горе Чацкого его уму, «а Пушкин отказал ему вовсе в уме».

Между тем Чацкий как личность несравненно выше и умнее Онегина и Печорина. Он искренний и горячий деятель, а те — паразиты, …начертанные великими талантами, как болезненные порождения отжившего века.

В отличие от неспособных к делу Онегина и Печорина Чацкий готовился к серьёзной деятельности: учился, читал, путешествовал, но разошёлся с министрами по известной причине: «Служить бы рад, — прислуживаться тошно».

Споры Чацкого с Фамусовым открывают основную цель комедии: Чацкий — сторонник новых идей, он осуждает «прошедшего житья подлейшие черты», за которые стоит Фамусов.

Образовались два лагеря, или, с одной стороны, целый лагерь Фамусовых и всей братии «отцов и старших», с другой — один пылкий и отважный боец, «враг исканий».

Брифли существует благодаря рекламе:

Развивается в пьесе и любовная интрига. Обморок Софьи после падения Молчалина с лошади помогает Чацкому почти угадать причину. Теряя свой «ум», он прямо нападет на соперника, хотя уже очевидно, что Софье, по её же словам, милей его «иные». Чацкий готов выпрашивать то, что выпросить нельзя — любовь. В его молящем тоне слышны жалоба и упрёки:

Но есть ли в нем та страсть? то чувство? пылкость та?
Чтоб, кроме вас, ему мир целый''
Казался прах и суета?

Чем дальше, тем слышнее в речи Чацкого слёзы, считает Гончаров, но «остатки ума спасают его от бесполезного унижения». Софья же сама себя почти выдаёт, говоря о Молчалине, что «Бог нас свёл». Но её спасает ничтожество Молчалина. Она рисует Чацкому его портрет, не замечая, что он выходит пошлым:

Смотрите, дружбу всех он в доме приобрел;
При батюшке три года служит,
Тот часто без толку сердит,
А он безмолвием его обезоружит…
…от старичков не ступит за порог…
…Чужих и вкривь и вкось не рубит, —
Вот я за что его люблю.

Чацкий утешает себя после каждой похвалы Молчалину: «Она его не уважает», «Она не ставит в грош его», «Шалит, она его не любит».

Продолжение после рекламы:

Другая бойкая комедия ввергает Чацкого в пучину московской жизни. Это Горичевы — опустившийся барин, «муж-мальчик, муж-слуга, идеал московских мужей», под башмаком своей приторной жеманной супруги, это Хлестова, «остаток екатери­нинского века, с моськой и арапкой-девочкой», «руина прошлого» князь Пётр Ильич, явный мошенник Загорецкий, и «эти NN, и все толки их, и всё занимающее их содержание!»

Своими едкими репликами и сарказмами Чацкий настраивает всех их против себя. Он надеется найти сочувствие у Софьи, не подозревая о заговоре против него в неприятельском лагере.

«Мильон терзаний» и «горе!» — вот что он пожал за всё, что успел посеять. До сих пор он был непобедим: ум его беспощадно поражал больные места врагов.

Но борьба его утомила. Он грустен, желчен и придирчив, замечает автор, Чацкий впадает почти в нетрезвость речи и подтверждает распущенный Софьей слух о его сумасшествии.

Пушкин, вероятно, отказывал Чацкому в уме из-за последней сцены 4-го акта: ни Онегин, ни Печорин не повели бы себя так, как Чацкий в сенях. Он не лев, не франт, не умеет и не хочет рисоваться, он искренен, поэтому ум ему изменил — он наделал таких пустяков! Подглядев свидание Софьи и Молчалина, он разыграл роль Отелло, на какую не имел прав. Гончаров отмечает, что Чацкий упрекает Софью, что та его «надеждой завлекла», но она только и делала, что отталкивала его.

А между тем Софья Павловна индивидуально не безнрав­ственна: она грешит грехом неведения, слепоты, в которой жили все…

Брифли существует благодаря рекламе:

Чтобы передать общий смысл условной морали, Гончаров приводит двустишие Пушкина:

Свет не карает заблуждений,
Но тайны требует для них!

Автор замечает, что Софья никогда не прозрела бы от этой условной морали без Чацкого, «за неимением случая». Но она не может уважать его: Чацкий её вечный «укоряющий свидетель», он открыл ей глаза на истинное лицо Молчалина. Софья — это «смесь хороших инстинктов с ложью, живого ума с отсутствием всякого намёка на идеи и убеждения,… умственная и нравственная слепота…» Но это принадлежит воспитанию, в её собственной личности есть что-то «горячее, нежное, даже мечтательное».

Женщины учились только воображать и чувствовать и не учились мыслить и знать.

Гончаров отмечает, что в чувстве Софьи к Молчалину есть что-то искреннее, напоминающее пушкинскую Татьяну. «Разницу между ними кладёт „московский отпечаток“». Софья так же готова выдать себя в любви, она не находит предосу­ди­тельным первой начать роман, как и Татьяна. В Софье Павловне есть задатки недюжинной натуры, недаром её любил Чацкий. Но Софью влекло помочь бедному созданию, возвысить его до себя, а потом властвовать над ним, «сделать его счастье и иметь в нём вечного раба».

Чацкий, говорит автор статьи, только сеет, а пожинают другие, его страдание — в безнадёжности успеха. Мильон терзаний — это терновый венец Чацких — терзаний от всего: от ума, а ещё более от оскорблённого чувства. Ни Онегин, ни Печорин не подходят на эту роль. Даже после убийства Ленского Онегин увозит с собой на «гривенник» терзаний! Чацкий другой:

Он требует места и свободы своему веку: просит дела, но не хочет прислуживаться, и клеймит позором низкопо­клонство и шутовство.

Идея «свободной жизни» — это свобода от всех цепей рабства, которыми оковано общество. Фамусов и другие внутренне согласны с Чацким, но борьба за существование не даёт им уступить.

Он вечный обличитель лжи, запрятавшейся в пословицу: «Один в поле не воин». Нет, воин, если он Чацкий, и при том победитель, но передовой воин, застрельщик и — всегда жертва.

Этот образ вряд ли состарится. По мнению Гончарова, Чацкий — наиболее живая личность как человек и исполнитель роли, доверенной ему Грибоедовым.

…Чацкие живут и не переводятся в обществе, повторяясь на каждом шагу, в каждом доме, где под одной кровлей уживается старое с молодым… Каждое дело, требующее обновления, вызывает тень Чацкого…

«Две комедии как будто вложены одна в другую»: мелкая, интрига любви, и частная, которая разыгрывается в большую битву.

Далее Гончаров говорит о постановке пьесы на сцене. Он считает, что в игре нельзя претендовать на историческую верность, так как «живой след почти пропал, а историческая даль ещё близка. Артисту необходимо прибегать к творчеству, к созданию идеалов, по степени своего понимания эпохи и произведения Грибоедова». Это первое сценическое условие. Второе — это художественное исполнение языка:

Актёр, как музыкант, обязан… додуматься до того звука голоса и до той интонации, какими должен быть произнесён каждый стих: это значит — додуматься до тонкого критического понимания всей поэзии…

«Откуда, как не со сцены, можно желать услышать образцовое чтение образцовых произведений?» Именно на утрату литературного исполнения справедливо жалуется публика.

"Мильон терзаний" - анализ критической статьи Ивана Гончарова по произведению "Горе от ума"

Меню статьи:

Личность Ивана Гончарова вошла в историю литературы. Писателя, литературного критика, члена-корреспондента академии наук Петербурга и действительного статского советника знают по многих произведениям. Из самых главных – «Обломов», опубликованный в «Отечественных записках», «Обрыв» – текст, который вышел в «Вестнике Европы», а также «Обыкновенная история» из «Современника».

В 1872 году свет увидел текст «Мильон терзаний». Именно такое название носит статья литературно-критического характера, изданная Гончаровым. Автор обращается к анализу другого шедевра русской литературы, который уже стал классикой, – «Горя от ума». Русский критик пишет, что «Горе от ума» заняло должное место в русской литературе, ведь текст актуален и свеж. Обратимся же к краткому содержанию критической прозы Гончарова.

Ремарка о грибоедовском тексте «Горе от ума»

Так как Гончаров обращается к грибоедовской пьесе, мы считаем полезным в нескольких словах вспомнить о том, что это же это за произведение. «Горе от ума» считается написанной в стихах комедией русского литератора, дипломата и статского советника Александра Грибоедова. Произведение написано в стиле классицизма, однако видно, что автор вдохновлялся также романтизмом и реализмом, которые как раз начали входить моду в этот период. Пьеса глубоко афористична – эта черта обусловила растаскивание произведение Грибоедова на цитаты, многие из которых превратились в крылатые выражения (например, фразы «А судьи кто?», «Герой не моего романа», «С чувством, с толком, с расстановкой», «Свежо предание, а верится с трудом» и другие выражения).

Илья Ильич Обломов в произведении Ивана Гончарова «Обломов» – человек ленивый, апатичный, чрезмерно мечтательный и совершенно неприспособленный к реальной жизни. Предлагаем читателям ознакомиться с описанием его образа, который в романе является центральным и наиболее ярким.

О «Горе от ума», кроме гончаровского текста, которому посвящается эта статья, существуют и другие отзывы. Например, о пьесе писал также Пушкин, который, чуть ли не первым, выделил значение пьесы для культуры:

В комедии «Горе от ума» кто умное действующее лицо? Ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями <…> Первый признак умного человека – с первого взгляду знать, с кем имеешь дело и не метать бисера перед Репетиловыми и тому подобными…

Краткая характеристика содержания «Мильона терзаний»

Русский критик с самого начала говорит, что грибоедовскую пьесу трудно классифицировать, потому что этот текст стоит отдельно от других значимых произведений в русской литературе. Произведение называется Гончаровым крепким, моложавым и свежим, а также живучим, ведь актуальность «Горя от ума» не исчезает. Писатель оригинален, когда дело доходит до сравнений и аналогий. Так, Иван Гончаров проводит параллели между текстом Грибоедова и столетним старцем: казалось бы, старик должен умереть, однако погибают все вокруг него, но не он сам.

С другой стороны, Гончарова удивляет, что участь столетнего старца в литературе постигла произведение Грибоедова. По мнению критика, Пушкин имеет «больше прав на долговечность». Но персонажи произведений Александра Сергеевича, похоже, не выдерживают испытания временем. Пушкинские персонажи бледны, время героев русского гения прошло, а сам Пушкин уже стал историей. Между тем, Грибоедов – это не история, а современность.

Гончаров подчеркивает, что «Горе от ума» – это комедия, которая заключает внутри себя еще одну комедию, как мир в мире. Таким образом, на поверхность проступает несколько сюжетов. Первый сюжет посвящен любовной интриге в парах Чацкий – София, а также Лиза – Молчалин. Гончаров комментирует этот феномен следующим образом:

…Когда первая прорывается, в промежутке является неожиданно другая, и действие завязывается снова, частная комедия разыгрывается в общую битву и связывается в один узел…

Пушкин, Лермонтов и Грибоедов: жизненность «Горя от ума»

Несмотря на то, что «срок годности» текстов Пушкина прошел раньше, грибоедовские произведения были созданы раньше пушкинских. Так, «Горе от ума» вышло из-под писательского пера раньше «Евгения Онегина» и «Героя нашего времени», однако сумело пережить оба текста. «Горе от ума» смогло пережить даже фееричного Гоголя. Русский критик уверен: эта пьеса «переживет и еще много эпох и все не утратит своей жизненности».

Грибоедовскую пьесу сразу же, как только текст опубликовали, расхватали на цитаты. Однако это не привело к опошлению текста, как это обычно бывает, когда текст обретает популярность. Гончаров заметил, что наоборот – «Горе от ума» от такой популяризации «сделалось как будто дороже для читателей».

Отдельная ситуация наблюдается при попытке поставить «Горе от ума» на сцене. При этом, по мнению Гончарова, актерам стоит использовать творческий подход, создавать идеалы. Кроме того, артистам следует художественно исполнять язык пьесы. Пьеса Грибоедова, безусловно, строится на реальных исторических мотивах, однако русский критик подчеркивает, что «Горе от ума» нельзя разыгрывать на сцене под видом произведения, отсылающего к исторической верности. Нет, «Горе от ума» обладает скорее сильной художественной правдоподобностью:

…живой след почти пропал, а историческая даль еще близка. Артисту необходимо прибегать к творчеству и созданию идеалов, по степени своего понимания эпохи и произведения Грибоедова <…> Актер, как музыкант, обязан… додуматься до того звука голоса и до той интонации, какими должен быть произнесен каждый стих: это значит – додуматься до тонкого критического понимания всей поэзии…

«Горе от ума» как картина нравов

Итак, в русской литературе у грибоедовской пьесы особая роль. Автор «Мильона терзаний» считает произведение специфической картиной нравов. Писатель рисует для читателя галерею живых типажей, реально существующих людей. Но что такое «Горе от ума»? По мнению Гончарова, это:

…вечно острая, жгучая сатира, и вместе с тем и комедия <…> Полотно ее захватывает длинный период русской жизни – от Екатерины до императора Николая…

По большей части, «Горе от ума», конечно, предстает как комедийное произведение. Но это огромный мир, который показывает читателю реалии жизни русской культуры. Отдельное внимание стоит уделить также героям «Горя от ума».

О героях «Горя от ума»

Ключевых персонажей грибоедовской пьесы – не больше двадцати, однако в этих типажах автор сумел отразить всю прежнюю Москву, дух города, историческую ситуацию, а также нравственные устои и обычаи.

В центре произведения находится фигура Чацкого. Мужчина умер, как говорит критик, «положительно умен», остроумен, а еще идеально честен. По мнению автора «Мильона терзаний», личность Чацкого стоит на порядок, чем Печорин или Онегин. Последние двое Гончарову представляются паразитами. Чацкий, в отличие от пушкинского и лермонтовского героев, персонаж активный, потому что всегда готов действовать. Однако фраза «мильон терзаний» сказана именно о Чацком. Почему? Несмотря на свою, казалось бы, положительность, Чацкий не получает от окружающих людей ни сочувствующего намека, ни жалости, поэтому уезжает с тяжестью на сердце.

Оппозиционные группы персонажей «Горя от ума»

Каждая из групп персонажей ассоциируется с определенным набором качеств. Например, Чацкий играет страдательную роль, обличает ложь, выступает маркером отживших вещей и порядков. Образ Чацкого раскрывает то, что мешает новой, свободной жизни. Идеал героя, таким образом, – это свобода от «всех цепей рабства, которыми оковано общество». Группа «Фамусов», с одной стороны, глубоко внутри понимают правоту Чацкого, однако желание выжить и продолжить существовать мешает «братии» открыто стать на сторону героя.

Иван Александрович Гончаров является одним из ведущих прозаиков XIX века. Предлагаем любителям классики ознакомиться с его биографией.

Гончаров делает заключение, что Чацкий – это рок любого времени, поэтому «Горе от ума» и не теряет актуальности. Особенно же яркой становится звезда Чацкого в период смены эпох.

Группа «Фамусов» отличается жаждой почестей и славы, стремлением угождать и поддакивать ради получения личной выгоды. Гончаров называет таких героев мастерами и охотниками угодничать, получать награждения, чтобы, прежде всего, весело и беззаботно жить. Такой образ жизни сопровождается разнообразными пороками: ложью, сплетнями, бездельем и, в конце концов, пустотой.

Фигура Чацкого в деталях

Что касается карты героев, то есть общей раскладки персонажей «Горя от ума», то критик придерживается мнения, что в тексте Грибоедова все действующие лица разделились на две группы. В первом символическом лагере заняли свои места «Фамусовы и вся братия», а в другой группе оказался Чацкий. Гончаров называет Чацкого пылким и отважным борцом, который участвует в борьбе «на жизнь и смерть», в битве за возможность существовать. Однако такой способ жизни логично приводит к усталости, ведь, пережив бал, герой непременно желает найти покой. Хотя бы на время. Гончаров пишет:

…Он, как раненый, собирает все силы, делает вызов толпе – и наносит удар всем, – но не хватило у него мощи против соединенного врага…

Чацкого постепенно принимают за безумца: герой часто прибегает к преувеличениям, речь грибоедовского персонажа отдает нетрезвостью. Наступает момент, когда Чацкий уже не в состоянии заметить, что сам превратился в бал, в спектакль, от которого бежал.

У Чацкого есть сокровище, которое, кажется, потеряли многие в наше время. У героя есть сердце. Лиза, служанка, положительно отзывается о Чацком, называя героя чувствительным, веселым и умным до остроты.

Между тем, образ Чацкого омрачается личным горем. Пьеса названа «Горем от ума», однако Гончаров пишет, что не в уме кроется причина личных несчастий Чацкого. Беда заключается в сострадательной роли героя Грибоедова.

Горечь участи Чацкого

Гончаров замечает, что судьба Чацкого состоит только в сеянии. Плоды же от этого сеяния суждено пожинать другим людям. Чацкие – мы говорим во множественном числе, потому что это типаж, а не один образ, – несут своеобразный терновый венец на своих головах: такие люди терзаются от любой мелочи, но больше всего – от столкновения ума и сострадательности, неразделенного любовного чувства, боли оскорбленного достоинства. Гончаров так отзывается о личности Чацкого:

…Он требует места и свободы своему веку: просит дела, но не хочет прислуживаться, и клеймит позором низкопоклонство и шутовство…

Таким образом, мы медленно подходим к идее свободной жизни, которая воплощается личностью Чацкого. Что такое свободная жизнь в трактовке Гончарова? Прежде всего, это возможность не зависеть от рабских цепей, не пресмыкаться перед вышестоящими лицами. К сожалению, цепи зависимостей настолько окутали общество, что лагерь «Фамусовых», хоть и понимает истину положения дел, все же боится сломать системы или идти против устоявшегося порядка. Какова роль Чацкого? Гончаров дает ответ на этот вопрос в таких строках:

…Он вечный обличитель лжи, запрятавшейся в пословицу: «Один в поле не воин». Нет, воин, если он Чацкий, и притом победитель, но передовой воин, застрельщик – и всегда жертва <…> Чацкие живут и не переводятся в обществе, повторяясь на каждом шагу, в каждом доме, где под одной кровлей уживается старое с молодым<…> Каждое дело, требующее обновления, вызывает тень Чацкого…

Кто такая София?

Конечно, Гончаров не мог позабыть и о фигуре Софии. Героиня принадлежит к разряду женщин, черпающих «житейскую мудрость из романов и повестей». Для таких женщин характерно яркое воображение, умение чувствовать. Но София слаба в тех областях, которые касаются мыслей и знаний. Однако героиня стремится к знаниям и мыслям, которым барышень в то время обычно не учили.

По нашему мнению, София похожа на типаж так называемых тургеневских барышень, однако Гончаров усматривает в образе грибоедовской Софии сходство с фигурой Татьяны из пушкинского «Евгения Онегина»:

… обе, как в лунатизме, бродят в увлечении с детской простотой …

Софья желает почувствовать себя в роли покровителя. Так, именно в этом образе героиня выступает в романе с Молчалиным. Чувства Чацкого к Софье также играют важную роль в произведении. Чацкого раздражает ложь, проглядывающаяся в поступках девушки. С одной стороны, Чацкого тянет к Софье, но, с другой стороны, героиня служит для Чацкого мотивом и поводом для страданий, которые омрачили душу героя в итоге. Чацкий, хоть и страдает, все равно в результате побеждает. Герой пытается выпросить то, что невозможно получить просьбами, а именно: любовь:

Но есть ли в нем та страсть?
То чувство? Пылкость та?
Чтоб, кроме вас, ему мир целый
Казался прах и суета?

Противостояние чувств и ума

В оппозиции и несовместимости ума и чувств кроется главная драма пьесы. Гончаров считает, что изначально Чацкого спасал ум и острота мысли, однако пламя страсти поглотило достоинство и личность героя. Все, что спасает Чацкого от окончательного «бесполезного унижения», – это «остатки ума».

Софья нуждается не столько в Молчалине, сколько в ничтожном характере этого героя. Однако девушка, в то же время, признает, что встреча с Чацким для нее знаковая и неслучайная:

Смотрите, дружбу всех он в доме приобрел;
При батюшке три года служит,
Тот часто без толку сердит,
А он безмолвием его обезоружит <…>
<…> от старичков не ступит за порог <…>
<…> Чужих и вкривь и вкось не рубит, –
Вот я за что его люблю…

«Мильон терзаний» как горе Чацкого

Чацкий, действительно, уходит в сумасшествие, ведь старается находить в словах Софьи то, чего на самом деле в этих словах нет. Для героя такой способ представляется попыткой успокоения и самооправдания.

После неудачи с Софьей Чацкий ввергается в другие круговороты жизни Москвы. Например, группа Горичевых – хозяин, который вконец опустился, услужливый муж, находящийся под каблуков у суровой супруги, и сама жена – госпожа Горичева – жеманная и приторная особа. Также Чацкий встречается с Хлестовой – героиней, которая, кажется, осталась от века Екатерины, с Петром Ильичем – еще одной руиной из прошлого, с Загорецким – очевидным мошенником и другими героями из категории «Фамусовых».

Трансформации личности Чацкого

Ум Чацкого переживает трансформации. Теперь речь Чацкого отличают едкие реплики, цинизм и сарказм. Таким стилем общения и поведения герой вызывает антипатию со стороны окружающих людей. У Чацкого остается надежда – найти сострадание и сочувствие в душе Софьи. Однако герой не знает, что против него готовится заговор в лагере «Фамусовых»:

«Мильон терзаний» и «горе» – вот, что он пожал за все, что успел посеять. До сих пор он был непобедим: ум его беспощадно поражал больные места врагов…

Ум Чацкого слабеет в момент, когда герой устает от бесконечной борьбы. На смену былой веселости, остроте, симпатичности и чувствительности приходит желчь, придирчивость и грусть. Даже в конце Чацкий не ведет себя, подобно Онегину или герою Лермонтова, как франт. Герой Грибоедова продолжает хранить свою искренность, однако позволяет себе роковую слабость: ревность захлестывает Чацкого, когда герой видит свидание девушки с Молчалиным. Мужчина упрекает героиню, потому что та дала ему надежду. Однако Гончаров подчеркивает, что Софья, наоборот, постоянно отталкивала Чацкого:

А между тем Софья Павловна индивидуально не безнравственна: она грешит грехом неведения, слепоты, в которой жили все…

Выводы Гончарова

Чтобы передать главную нравственную и идейную установку «Горя от ума», русский критик обращается к поэзии Пушкина:

Свет не карает заблуждений,
Но тайны требует для них!

С одной стороны, Чацкий помогает Софье лишиться той неразумной наивности и слепоты, которая изначально характерна для личности героини. Однако Софья все равно не способна оказывать Чацкому уважение: герой – это свидетельство ошибок и пороков Софьи, «укоряющий свидетель», который открывает девушке глаза на истинное обличье Молчалина. Софья же, согласно трактовке Гончарова, предстает эдакой смесью «хороших инстинктов» и лжи, «живого ума» и отсутствия хотя бы намеков на наличие идей, собственного мнения и убеждений. Софья больна умственной и нравственной слепотой, которая лежит непреодолимой пропастью между девушкой и Чацким. Однако это не недостаток самой Софьи, это качества, привитые воспитанием. Сама же героиня горяча, нежна и мечтательна. Вспомним, о чем мы говорили в начале нашей статьи:

… Женщины учились только воображать и чувствовать и не учились мыслить и знать …

2.2 / 5 ( 12 голосов )

Гончаров, «Мильон терзаний»: краткое содержание статьи


О чем статья И. А. Гончарова «Мильон терзаний»

Если проводить краткий пересказ произведения, в статье говорится преимущественно о Чацком, который является главным персонажем. На него направлен анализ произведения.

Гончаров, описывая Чацкого, характеризует его такими качествами как правдивость и смелость. Никому ещё не удавалось так полно передать образ героя.

Так же Иван Александрович не оставляет без внимания других персонажей пьесы, рассказывает о «двух лагерях» комедии и об «интриге любви» между героями.

«Горе от ума, по мнению Гончарова, отличается живучестью и держится особняком в литературе. В статье автор сравнивает комедию с другими великими литературными произведениями.

Мильон терзаний (критический этюд) — Гончаров Иван Александрович

И. А. Гончаров

Мильон терзаний

(Критический этюд)

«Горе от ума» Грибоедова

. –

Бенефис Монахова, ноябрь, 1871 г.

Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова. Она как столетний старик, около которого все, отжив по очереди свою пору, умирают и валятся, а он ходит, бодрый и свежий, между могилами старых и колыбелями новых людей. И никому в голову не приходит, что настанет когда-нибудь и его черед.

Все знаменитости первой величины, конечно, недаром поступили в так называемый «храм бессмертия». У всех у них много, а у иных, как, например, у Пушкина, гораздо более прав на долговечность, нежели у Грибоедова. Их нельзя близко и ставить одного с другим. Пушкин громаден, плодотворен, силен, богат. Он для русского искусства то же, что Ломоносов для русского просвещения вообще. Пушкин занял собою всю свою эпоху, сам создал другую, породил школы художников, – взял себе в эпохе все, кроме того, что успел взять Грибоедов и до чего не договорился Пушкин.

Несмотря на гений Пушкина, передовые его герои, как герои его века, уже бледнеют и уходят в прошлое. Гениальные создания его, продолжая служить образцами и источником искусству, – сами становятся историей. Мы изучили Онегина, его время и его среду, взвесили, определили значение этого типа, но не находим уже живых следов этой личности в современном веке, хотя создание этого типа останется неизгладимым в литературе. Даже позднейшие герои века, например, лермонтовский Печорин, представляя, как и Онегин, свою эпоху, каменеют, однако, в неподвижности, как статуи на могилах. Не говорим о явившихся позднее их более или менее ярких типах, которые при жизни авторов успели сойти в могилу, оставив по себе некоторые права на литературную память.

Называли бессмертною

комедиею «Недоросль» Фонвизина, – и основательно – ее живая, горячая пора продолжалась около полувека: это громадно для произведения слова. Но теперь нет ни одного намека в «Недоросле» на живую жизнь, и комедия, отслужив свою службу, обратилась в исторический памятник.

«Горе от ума» появилось раньше Онегина, Печорина, пережило их, прошло невредимо чрез гоголевский период, прожило эти полвека со времени своего появления и все живет своею нетленной жизнью, переживет и еще много эпох и все не утратит своей жизненности.

Отчего же это, и что такое вообще это «Горе от ума»?

Критика не трогала комедию с однажды занятого ею места, как будто затрудняясь, куда ее поместить. Изустная оценка опередила печатную, как сама пьеса задолго опередила печать. Но грамотная масса оценила ее фактически. Сразу поняв ее красоты и не найдя недостатков, она разнесла рукопись на клочья, на стихи, полустишья, развела всю соль и мудрость пьесы в разговорной речи, точно обратила мильон в гривенники, и до того испестрила грибоедовскими поговорками разговор, что буквально истаскала комедию до пресыщения.

Но пьеса выдержала и это испытание – и не только не опошлилась, но сделалась как будто дороже для читателей, нашла себе в каждом из них покровителя, критика и друга, как басни Крылова, не утратившие своей литературной силы, перейдя из книги в живую речь.

Печатная критика всегда относилась с большею или меньшею строгостью только к сценическому исполнению пьесы, мало касаясь самой комедии или высказываясь в отрывочных, неполных и разноречивых отзывах. Решено раз всеми навсегда, что комедия образцовое произведение, – и на том все помирились.

И мы здесь не претендуем произнести критический приговор, в качестве присяжного критика: решительно уклоняясь от этого – мы, в качестве любителя, только высказываем свои размышления, тоже по поводу одного из последних представлений «Горе от ума» на сцене. Мы хотим поделиться с читателем этими своими мнениями, или, лучше сказать, сомнениями о том, так ли играется пьеса, то есть с той ли точки зрения смотрят обыкновенно на ее исполнение и сами артисты и зрители? А заговорив об этом, нельзя не высказать мнений и сомнений и о том, так ли должно понимать самую пьесу, как ее понимают некоторые исполнители и, может быть, и зрители. Не хотим опять сказать, что мы считаем наш способ понимания непогрешимым, – мы предлагаем его только как один из способов понимания или как одну из точек зрения.

Что делать актеру, вдумывающемуся в свою роль в этой пьесе? Положиться на один собственный суд – не достанет никакого самолюбия, а прислушаться за сорок лет к говору общественного мнения – нет возможности, не затерявшись в мелком анализе. Остается, из бесчисленного хора высказанных и высказывающихся мнений, остановиться на некоторых общих выводах, наичаще повторяемых, – и на них уже строить собственный план оценки.

Одни ценят в комедии картину московских нравов известной эпохи, создание живых типов и их искусную группировку. Вся пьеса представляется каким-то кругом знакомых читателю лиц, и притом таким определенным и замкнутым, как колода карт. Лица Фамусова, Молчалина, Скалозуба и другие врезались в память так же твердо, как короли, валеты и дамы в картах, и у всех сложилось более или менее согласное понятие о всех лицах, кроме одного – Чацкого. Так все они начертаны верно и строго и так примелькались всем. Только о Чацком многие недоумевают: что он такое? Он как будто пятьдесят третья какая-то загадочная карта в колоде. Если было мало разногласия в понимании других лиц, то о Чацком, напротив, разноречия не кончились до сих пор и, может быть, не кончатся еще долго.

Другие, отдавая справедливость картине нравов, верности типов, дорожат более эпиграмматической солью языка, живой сатирой – моралью, которою пьеса до сих пор, как неистощимый колодезь, снабжает всякого на каждый обиходный шаг жизни.

Но и те и другие ценители почти обходят молчанием самую «комедию», действие, и многие даже отказывают ей в условном сценическом движении.

Несмотря на то, всякий раз, однако, когда меняется персонал в ролях, и те и другие судьи идут в театр, и снова поднимаются оживленные толки об исполнении той или другой роли и о самых ролях, как будто в новой пьесе.

Все эти разнообразные впечатления и на них основанная своя точка зрения у всех и у каждого служат лучшим определением пьесы, то есть что комедия «Горе от ума» есть и картина нравов, и галерея живых типов, и вечно острая, жгучая сатира, и вместе с тем и комедия и, скажем сами за себя, – больше всего комедия – какая едва ли найдется в других литературах, если принять совокупность всех прочих высказанных условий. Как картина, она, без сомнения, громадна. Полотно ее захватывает длинный период русской жизни – от Екатерины до императора Николая. В группе двадцати лиц отразилась, как луч света в капле воды, вся прежняя Москва, ее рисунок, тогдашний ее дух, исторический момент и нравы. И это с такою художественною, объективною законченностью и определенностью, какая далась у нас только Пушкину и Гоголю.

В картине, где нет ни одного бледного пятна, ни одного постороннего, лишнего штриха и звука, – зритель и читатель чувствуют себя и теперь, в нашу эпоху, среди живых людей. И общее и детали, все это не сочинено, а так целиком взято из московских гостиных и перенесено в книгу и на сцену, со всей теплотой и со всем «особым отпечатком» Москвы, – от Фамусова до мелких штрихов, до князя Тугоуховского и до лакея Петрушки, без которых картина была бы не полна.

Однако для нас она еще не вполне законченная историческая картина: мы не отодвинулись от эпохи на достаточное расстояние, чтоб между нею и нашим временем легла непроходимая бездна. Колорит не сгладился совсем; век не отделился от нашего, как отрезанный ломоть: мы кое-что оттуда унаследовали, хотя Фамусовы, Молчалины, Загорецкие и прочие видоизменились так, что не влезут уже в кожу грибоедовских типов. Резкие черты отжили, конечно: никакой Фамусов не станет теперь приглашать в шуты и ставить в пример Максима Петровича, по крайней мере так положительно и явно. Молчалин, даже перед горничной, втихомолку, не сознается теперь в тех заповедях, которые завещал ему отец; такой Скалозуб, такой Загорецкий невозможны даже в далеком захолустье. Но пока будет существовать стремление к почестям помимо заслуги, пока будут водиться мастера и охотники угодничать и «награжденья брать и весело пожить», пока сплетни, безделье, пустота будут господствовать не как пороки, а как стихии общественной жизни, – до тех пор, конечно, будут мелькать и в современном обществе черты Фамусовых, Молчалиных и других, нужды нет, что с самой Москвы стерся тот «особый отпечаток», которым гордился Фамусов.

Тезисный план по статье «Мильон терзаний»

По критической статье Гончарова пишут сочинения и изложения, раскрывая самые разнообразные вопросы, актуальные и в наше время.

Конспект урока по литературе в 9 классе на указанную тему:

  1. Картина «Горе от ума» держится особняком в литературе.
  2. «Горе от ума» — комедия, которая никогда не утратит свою жизненность, в отличие от других произведений.
  3. Картина разделилась на два лагеря – «лагерь Чацкого» и «лагерь Молчалиных».
  4. Без Чацкого в произведении не было бы борьбы нравов в комедии.
  5. «Мильон терзаний» — это то, что Чацкий получил как результат своей борьбы.
  6. Язык комедии – живая разговорная речь.

Персонаж Чацкого

Персонаж Чацкого является не просто центральным, а центробежным в произведении Грибоедова. Адекватной, справедливой оценке значения этого образа (которой ранее просто не существовало) посвятил Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание комедии проявляется в том, что Чацкий противостоит «старому миру», умно и содержательно свидетельствуя об истине. Так не принято разговаривать в аристократических кругах Москвы. А честная характеристика «столпов общества» воспринимается высшим дворянством как «покушение на устои» и святотатство. Дворянство бессильно перед его риторикой, его сторонятся, объявляя безумным.

Закономерно ли это? Да, и в высшей степени! Вспомним, что даже Александр Сергеевич Пушкин не понял Чацкого. Известный поэт, отмечая справедливость высказываний героя комедии, одновременно недоумевает: «Почему он все это говорит, если его никто не слышит» (т.е. ясно ощущается завуалированный вопрос: «А не глупец ли Чацкий?»). Добролюбов же откровенно иронически отнесся к этому персонажу – «азартный малый». Поскольку принципиальную новизну талантливо созданного образа не заметило практически все общество, собственно говоря, поэтому и написал Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание его работы – анализ грибоедовского произведения.


Итак, наш герой приезжает в аристократическую Москву, оторвавшись от дел, для объяснения в любви юной, образованной и романтичной Софье Фамусовой, которая отказывает ему. На этом и построена сюжетная интрига. Девушка же, в свою очередь, уже забыла о своем первом чувстве к нему. Ею движет романтическое великодушие. Поэтому нельзя сказать, что она так же меркантильна, как ее избранник – бесталанный и подлый секретарь отца – Алексей Степанович Молчалин. Люди, имитирующие деятельность для осуществления своих карьерных устремлений, — люди бездуховные, способные выражать подобострастие, а затем – предать. Молчалины. Их едкой характеристике посвящает Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание комедии показывает: они должны проиграть. Ведь будущее государство «Молчалиных» гораздо страшнее государства «Фамусовых».

Алексей Степанович Молчалин — антипод Чацкого. Трусливый, глупый, но «умеренный и аккуратный» карьерист и в будущем — бюрократ. Ничего живого, естественного нет в образе Молчалина. Но его жизненный расчет верен – именно таких людей, по своей природе – рабов, предпочитают возвышать власть имущие, чтобы потом безраздельно править с помощью таких людей, не имеющих собственного мнения.

Характеристика и оценка критиком героев

Каждый персонаж из пьесы переживает своё горе. Характерные черты каждого действующего лица и их описание помогут заполнить таблицу по критической статье.

Софья

Софья Павловна Фамусова — одна из героинь комедии, она не занимает ни одну сторону из двух лагерей. Тем самым можно сказать, что Софья не имеет своего мнения.

Ей неинтересна общественно-политическая жизнь страны, что вполне нормально для молодой девушки того времени. Но если пронести образ Софьи сквозь века, она является нейтральным персонажем.

Она живёт в поисках идеала из французских книг, под который подходил Молчалин.

Гончаров жалеет Софью и говорит о том, что ей досталось тяжелее всего, ведь она действительно любила Чацкого и характеризует героиню, как нежную, мечтательную и неглупую.

Цитата из статьи Гончарова:

Чацкий

Александр Андреевич — сильная личность, которая не поддается чужому влиянию. Он, по мнению Гончарова, является великим деятелем и действительно мог бы перевернуть весь мир.

Иван Александрович характеризует Чацкого как персонажа, который сделал произведение «Горе от ума» бессмертным. Его образ можно связать с умными людьми того времени и настоящего,

Чацкий не боялся и быть неудобным для своего окружения. Его главной задачей было добиться истины.

Чацкий не находит в своем окружении поддержки и уезжает, увозя с собой миллион терзаний.

Гончаров о Чацком:

Молчалин

Противоположностью Чацкого является Алексей Степанович.

Гончаров описывает его как человека с набором негативных качеств.

Главной задачей автора было показать, что Россия Молчалиных придёт в конечном итоге к страшному концу.

Подлый, притворный, лживый и трусливый – основные черты героя.

Прямая цитата из статьи о Молчалине:

Фамусов

Павел Афанасьевич — представитель дворянского сословия с устаревшими взглядами. Чацкий вступает в конфликт с Фамусовым, и они всё время критикуют друг друга.

Гончаров говорит про Фамусова как об одном из цельных и понятных персонажей. Уверенный, самодовольный, с фундаментальным складом ума, для которого все неровности России являются обыденностью и привычной нормой.

Такие, как Фамусов, спокойно смотрят на взяточничество и безалаберно относятся к своей работе.

Цитата из критической статьи Гончарова И. А.:

Мильон терзаний – анализ критической статьи И. А. Гончарова

Критическую статью «» Гончаров написал в 1872 году. В ней автор проводит краткий анализ пьесы «Горе от ума», обозначает ее актуальность и значение в русской литературе.

Анализ статьи «Мильон терзаний»

Гончаров пишет об удивительной живучести комедии «». Произведение по-прежнему, спустя несколько десятилетий после публикации, интересно читателю, разобрано на цитаты.

Автор статьи не претендует на полный критический разбор произведения Грибоедова, а лишь высказывает свое мнение. В частности, задавая риторические вопросы и словно ведя неторопливую беседу с читателем, Гончаров задумывается о том, чем необходимо руководствоваться актеру, занятому в постановке пьесы на сцене.

Язык Гончарова очень образен и афористичен. Он пишет о том, что в комедии Грибоедова создана широкая картина московских нравов, московского общества, такого, каким оно было в начале девятнадцатого века.

Гончаров упоминает имена известных актеров, сыгравших роль Чацкого в комедии. Критик спорит с теми, кто говорит, что в пьесе не хватает действия, движения. Но он считает, что движение это во многом происходит в самом Чацком, его настроении, душевном состоянии.

Размышляя о главном герое комедии Грибоедова, Гончаров сравнивает его с Онегиным и Печориным и находит, что Чацкий гораздо более деятелен, обладает более живым характером. Подробно проследил Гончаров поведение, реплики, психологические нюансы в состоянии Чацкого на протяжении некоторых явлений в пьесе.

Его комментарий очень эмоционален, полон сочувствия, сопереживания герою. При этом Гончаров подробно останавливается на конфликте взглядов, столкновении Чацкого и Фамусова как людей разных, диаметрально противоположных формаций. Далее критик следит за развитием и любовной, и социальной, общественной интриги.

С восхищением Гончаров пишет о том, как нарисованы образы гостей на балу у Фамусова: чуть ли не каждый из них может представлять собой отдельную комедию, свою историю.

Отдельно и подробно останавливается Гончаров на образах Софьи, и Молчалина.

Критик пишет о жизненности и вечности характера Чацкого. Гончаров утверждает, что знает в современности тех, кто близок по духу идеалам, высказываемым Чацким. С точки зрения Гончарова, конфликт, изображаемый Грибоедовым, вечен и будет повторяться каждый раз при смене одной системы взглядов в обществе на другую.

Гончаров говорит о театральных постановках комедии Грибоедова, критикует современные ему спектакли и дает советы будущим исполнителям ролей в пьесе.

О чем критическая статья Гончарова

И. А. Гончаров «Мильон терзаний» очень кратко:

Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкою живучестью от других произведений слова.

«Горе от ума» появилось раньше Онегина, Печорина, пережило их, прошло невредимо через гоголевский период, прожило эти полвека со времени своего появления и все живет своей нетленною жизнью, переживет и еще много эпох и все не утратит своей жизненности.

Одни ценят в комедии картину московских нравов известной эпохи, создание живых типов и их искусную группировку. Вся пьеса представляется каким-то кругом знакомых читателю лиц и притом таким определенным и замкнутым, как колода карт.

Другие, отдавая справедливость картине нравов, верности типов, дорожат более эпиграмматической солью языка, живой сатирой — моралью, которою пьеса до сих пор, как неистощимый колодезь, снабжает всякого на каждый обиходный шаг жизни.

Главная роль, конечно, — роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы, пожалуй, картина нравов.

Сам Грибоедов приписал горе Чацкого его уму, а Пушкин отказал ему вовсе в уме. начинает новый век — и в этом все его значение и весь «ум».

«А судьи кто?» и т. д. Тут завязывается борьба, важная и серьезная, целая битва. Здесь в нескольких словах раздается, как в увертюре опер, главный мотив. Намекается на истинный смысл и цель комедии. Оба, Фамусов и Чацкий, бросили друг другу перчатку.

Образовались два лагеря, или, с одной стороны, целый лагерь Фамусовых и всей братии «отцов и старших»; с другой — один пылкий и отважный боец, «враг исканий». Это борьба на жизнь и смерть, борьба за существование, как новейшие натуралисты определяют естественную смену поколений в животном мире.

«Мильон терзаний» — и «горе» — вот что Чацкий получил за все, что успел посеять. До сих пор он был непобедим: ум его беспощадно поражал больные места врагов.

Между тем ему досталось выпить до дна горькую чашу — не найдя ни в ком «сочувствия живого» уехать, увозя с собой только «мильон терзаний».

Литература не выбьется из магического круга, начертанного Грибоедовым, как только художник коснется борьбы понятий, смены поколений.

Сочинение по статье Мильон терзаний

И. А. Гончаров в своей статье “Мильон терзаний” писал: “Горе от ума” – есть и картина нравов, и галерея живых типов, вечно острая жгучая сатира, и вместе с тем комедия”. И, видимо, поэтому комедия Грибоедова до сих пор интересна читателям, она не сходит со сцен многих театров. Это поистине бессмертное произведение.

В пьесе, где изображён всего лишь один день в доме московского барина Фамусова, Грибоедов затронул наиболее важные вопросы: о воспитании и образовании, о службе отечеству и гражданском долге, о крепостном праве и преклонении перед всем иностранным. Он показал борьбу “века нынешнего” с “веком минувшим”, Чацкого и фамусовского общества.

В доме Фамусова отношения между людьми построены на лжи и лицемерии. Их основные занятия – “обеды, ужины и танцы”. И вот в этот дом, где все пороки прикрыты показной добродетельностью, вихрем врывается Чацкий.

В образе Чацкого Грибоедов показал человека нового склада ума и души, воодушевлённого новыми идеями, ищущего новые, более современные формы жизни.

Чацкий – это человек нового мира. Он не принимает законов жизни старой Москвы. У него своё представление о служении отечеству. По его мнению, надо служить честно, “не требуя ни мест, ни повышенья в чин”. Чацкий выступает против людей, которые ценят лишь богатства и чины, боятся правды и просвещения.

Прогресс общества он связывает с расцветом личности, развитием наук и просвещения, что чуждо фамусовскому обществу. Человек, получивший хорошее образование, обладающий блестящим умом, не желает принимать за образцы таких как “дядюшка Максим Петрович”, потому что не видит в них никаких нравственных достоинств и может заявить об этом во всеуслышанье.

Чацкий ставит под сомнение моральный авторитет отцов, говоря о “подлейших чертах прошедшего житья” и сравнивая новый век с веком минувшим, отнюдь не в пользу минувшего. Чацкий не только обличитель лжи, он ещё и борец. Борец за дело, за идею, за правду. На все советы Фамусова перестать блажить и брать пример с отцов, он отвечает: “Служить бы рад – прислуживаться тошно”.

В обществе Фамусова идеи Чацкого, его речи и страдания остаются непонятыми. Ему хочется высказать всё, что накопилось у него на душе. На балу в доме Фамусова он восстанавливает против себя всех собравшихся, потому что сосуществование его с “московскими” невозможно.

Общество, почувствовав это, повергло его и осмеяло. Чацкого объявили сумасшедшим за его инакомыслие. Его терзания так и остались неразрешёнными.

Комедия Грибоедова говорит о горе человека, проистекающем от его ума. Именно ум Чацкого ставит его вне круга Фамусова. Лучшие человеческие свойства делают его для окружающих “чудаком”, “странным человеком” , а потом – просто безумцем.

Чацкий рвётся к “свободной жизни”, “к занятиям наукой и искусством” и требует “службы делу, а не лицам”. Трагедия Чацкого – это трагедия “ума, алчущего познаний”. Комедия даёт Чацкому только “мильон терзаний”.

Он находится среди людей, которые не живут, а играют свою роль. Чацкий поражён тем, что не находит в них ничего человеческого. Он не может, да и не хочет более оставаться среди них и уезжает. Такая игра для него противоестественна и неприемлема: Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.

Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету, Где оскоблённому есть чувству уголок.

Карету мне, карету!

По словам И. А. Гончарова, “Чацкий сломлен количеством старой силы, нанеся ей, в свою очередь, смертельный удар качеством силы свежей . Чацкий начинает новый век – и в этом всё его значение и весь ум”.

Читайте также: – сочинения и анализ поэмы Есенина.

Русский критик И. А. Гончаров пишет, что «Горе от ума» заняло должное место в русской литературе, ведь текст актуален и свеж. Автор обращается к анализу другого шедевра русской литературы, который уже стал классикой, – «Горя от ума».

Краткий конспект Мильон терзаний, 9 класс

«Мильон терзаний» — это критическая статья Ивана Александровича Гончарова на комедию Александра Сергеевича Грибоедова «Горе от ума». Цель этого очерка — попытка донести до читателей смысл произведения через анализ образа Александра Чацкого, а также разобрать отдельные составляющие его композиции: время, место действия и персонажей. …

Произведение не сразу было понято даже видными деятелями русской литературы, а потому его однозначно должен был проанализировать другой знаток слова. Вот почему очерк Гончарова стоит читать онлайн. «Мильон терзаний» в кратком изложении представлен ниже.

О чем статья И. А. Гончарова «Мильон терзаний»

Если проводить краткий пересказ произведения, в статье говорится преимущественно о Чацком, который является главным персонажем. На него направлен анализ произведения.

Гончаров, описывая Чацкого, характеризует его такими качествами как правдивость и смелость. Никому ещё не удавалось так полно передать образ героя.

Так же Иван Александрович не оставляет без внимания других персонажей пьесы, рассказывает о «двух лагерях» комедии и об «интриге любви» между героями.

«Горе от ума, по мнению Гончарова, отличается живучестью и держится особняком в литературе. В статье автор сравнивает комедию с другими великими литературными произведениями.

Выводы

Какое значение этого сочинения Ивана Александровича? Оно очевидно. Объективной и достойной оценке образа Чацкого посвящает Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание статьи как раз и посвящено этому «лучу света в темном царстве».

Заслуга Гончарова в том, что он спустя время заметил существенную деталь: Чацкий – деятелен, он способен менять окружающий мир. Он – человек будущего, чего нельзя сказать о пассивных мечтателях Онегине и Печорине. Образ Александра Андреевича, несмотря на название грибоедовской комедии, оптимистичен. Он внушает уверенность в своей правоте, являясь литературно-образным воплощением слов «и один в поле – воин!»

Убеждения этого человека – это убеждения декабриста. Таким образом, комедия является своеобразным набатом будущих событий российского общества, произошедших 14 декабря 1825 года на Сенатской площади.

Тезисный план по статье «Мильон терзаний»

По критической статье Гончарова пишут сочинения и изложения, раскрывая самые разнообразные вопросы, актуальные и в наше время.

Конспект урока по литературе в 9 классе на указанную тему:

  1. Картина «Горе от ума» держится особняком в литературе.
  2. «Горе от ума» — комедия, которая никогда не утратит свою жизненность, в отличие от других произведений.
  3. Картина разделилась на два лагеря – «лагерь Чацкого» и «лагерь Молчалиных».
  4. Без Чацкого в произведении не было бы борьбы нравов в комедии.
  5. «Мильон терзаний» — это то, что Чацкий получил как результат своей борьбы.
  6. Язык комедии – живая разговорная речь.

Комедия, затребованная эпохой

Своевременно ли была дана эта оценка? Несомненно. Россия жила в переходной эпохе от феодального общества в капиталистическое. Еще не было разночинцев, и все-таки дворянство оставалось самым передовым слоем общества. Но все ли дворянство? Вот в чем вопрос. Развитие огромной страны не могли уже побуждать ни герои по типу Пушкинского Онегина, ни Лермонтовского Печорина. Статья И.А. Гончарова «Мильон терзаний» популярно и логически подвела своих читателей к такому выводу. Безусловно, обществом был востребован новый, свежий взгляд на общество, на роль гражданина, на образование, на общественную деятельность. И этот взгляд был презентован образом Александра Андреевича Чацкого.

Характеристика и оценка критиком героев

Каждый персонаж из пьесы переживает своё горе. Характерные черты каждого действующего лица и их описание помогут заполнить таблицу по критической статье.

Софья

Софья Павловна Фамусова — одна из героинь комедии, она не занимает ни одну сторону из двух лагерей. Тем самым можно сказать, что Софья не имеет своего мнения.

Ей неинтересна общественно-политическая жизнь страны, что вполне нормально для молодой девушки того времени. Но если пронести образ Софьи сквозь века, она является нейтральным персонажем.

Она живёт в поисках идеала из французских книг, под который подходил Молчалин.

Гончаров жалеет Софью и говорит о том, что ей досталось тяжелее всего, ведь она действительно любила Чацкого и характеризует героиню, как нежную, мечтательную и неглупую.

Цитата из статьи Гончарова:

Чацкий

Александр Андреевич — сильная личность, которая не поддается чужому влиянию. Он, по мнению Гончарова, является великим деятелем и действительно мог бы перевернуть весь мир.

Иван Александрович характеризует Чацкого как персонажа, который сделал произведение «Горе от ума» бессмертным. Его образ можно связать с умными людьми того времени и настоящего,

Чацкий не боялся и быть неудобным для своего окружения. Его главной задачей было добиться истины.

Чацкий не находит в своем окружении поддержки и уезжает, увозя с собой миллион терзаний.

Гончаров о Чацком:

Молчалин

Противоположностью Чацкого является Алексей Степанович.

Гончаров описывает его как человека с набором негативных качеств.

Главной задачей автора было показать, что Россия Молчалиных придёт в конечном итоге к страшному концу.

Подлый, притворный, лживый и трусливый – основные черты героя.

Прямая цитата из статьи о Молчалине:

Фамусов

Павел Афанасьевич — представитель дворянского сословия с устаревшими взглядами. Чацкий вступает в конфликт с Фамусовым, и они всё время критикуют друг друга.

Гончаров говорит про Фамусова как об одном из цельных и понятных персонажей. Уверенный, самодовольный, с фундаментальным складом ума, для которого все неровности России являются обыденностью и привычной нормой.

Такие, как Фамусов, спокойно смотрят на взяточничество и безалаберно относятся к своей работе.

Цитата из критической статьи Гончарова И. А.:

Персонаж Чацкого

Персонаж Чацкого является не просто центральным, а центробежным в произведении Грибоедова. Адекватной, справедливой оценке значения этого образа (которой ранее просто не существовало) посвятил Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание комедии проявляется в том, что Чацкий противостоит «старому миру», умно и содержательно свидетельствуя об истине. Так не принято разговаривать в аристократических кругах Москвы. А честная характеристика «столпов общества» воспринимается высшим дворянством как «покушение на устои» и святотатство. Дворянство бессильно перед его риторикой, его сторонятся, объявляя безумным.

Закономерно ли это? Да, и в высшей степени! Вспомним, что даже Александр Сергеевич Пушкин не понял Чацкого. Известный поэт, отмечая справедливость высказываний героя комедии, одновременно недоумевает: «Почему он все это говорит, если его никто не слышит» (т.е. ясно ощущается завуалированный вопрос: «А не глупец ли Чацкий?»). Добролюбов же откровенно иронически отнесся к этому персонажу – «азартный малый». Поскольку принципиальную новизну талантливо созданного образа не заметило практически все общество, собственно говоря, поэтому и написал Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание его работы – анализ грибоедовского произведения.

Итак, наш герой приезжает в аристократическую Москву, оторвавшись от дел, для объяснения в любви юной, образованной и романтичной Софье Фамусовой, которая отказывает ему. На этом и построена сюжетная интрига. Девушка же, в свою очередь, уже забыла о своем первом чувстве к нему. Ею движет романтическое великодушие. Поэтому нельзя сказать, что она так же меркантильна, как ее избранник – бесталанный и подлый секретарь отца – Алексей Степанович Молчалин. Люди, имитирующие деятельность для осуществления своих карьерных устремлений, — люди бездуховные, способные выражать подобострастие, а затем – предать. Молчалины. Их едкой характеристике посвящает Гончаров «Мильон терзаний». Краткое содержание комедии показывает: они должны проиграть. Ведь будущее государство «Молчалиных» гораздо страшнее государства «Фамусовых».

Алексей Степанович Молчалин — антипод Чацкого. Трусливый, глупый, но «умеренный и аккуратный» карьерист и в будущем — бюрократ. Ничего живого, естественного нет в образе Молчалина. Но его жизненный расчет верен – именно таких людей, по своей природе – рабов, предпочитают возвышать власть имущие, чтобы потом безраздельно править с помощью таких людей, не имеющих собственного мнения.

Личная свобода

Чацкий яро спорит с Фамусовым, доказывая, что вся суть свободной жизни заключается в том, чтобы порвать оковы рабства. Это жизненные рамки, критерии и стереотипы, которые не позволяют человеку жить так, как хочется именно ему. Отчасти Фамусовы соглашаются, но чувство гордости не дает им полностью уступить собеседнику. Описывая данную ситуацию, автор статьи Гончаров акцентирует внимание на том, что Александр Андреевич — это тот тип человека, который презирает цитаты наподобие «Один в поле не воин».

Это интересно! Роман Обломов: краткое содержание произведения по главам

Если речь идет о Чацком, то, конечно же, он воин. Даже оставшись один против всех, этот человек будет сражаться и противостоять целому миру людей, не согласных с его единым и правильным мнением. Александр Андреевич доказывает правоту своей мысли даже тогда, когда это абсолютно бесполезная трата времени. Чацкий — это образ человека, который привык всегда быть на передовой событий. Он представляет собой воина застрельщика и одновременно жертву, так как итог всех споров всегда один — это отвержение обществом человека, который осмелился идти наперекор мнению большинства.

Главный герой


Это персонаж, который, по мнению Грибоедова, обладает слишком острым умом. Его развитый разум мешает ему жить, строить обычный уклад жизни и развиваться. Гончаров отмечает, что, несмотря на это, Чацкий Грибоедова по сравнению с теми же главными героями произведений Лермонтова и Пушкина Печориным и Онегиным стоит на порядок выше их.

В первую очередь как личность Александр Андреевич Чацкий обладает большим количеством положительных черт характера.

Александр Андреевич всю жизнь основательно готовился к большим свершениям. Герой пьесы отлично учился в школе, много читал и посвящал львиную долю своего времени путешествиям, и поэтому ему присущи высокомерие и гордыня. По этой причине молодой человек в свое время разошелся с министрами. Эту черту в характере Чацкого умело описал Грибоедов, использовав всего лишь одну фразу: «Служить бы рад, прислуживаться тошно». Кроме гордыни, можно отметить и чувство собственного достоинства, которое весьма остро развито у героя.

Горячие споры между Фамусовым и Чацким, позволяют поймать саму суть ранее написанной пьесы.

Обратите внимание! Главный герой произведения является человеком совершенно новой эпохи.

Разум главного героя полон светлых и новых идей. Молодой человек осуждает нравы прошлых лет. По сюжетной линии Фамусов — это его полная противоположность, отстаивающая старые традиции, правила и устои прошлых лет.

Это интересно! Роман Мастер и Маргарита: краткое содержание произведения по главам

В своей статье «Мильон терзаний» И. А. Гончаров начинает характеристику комедии «Горе от ума» (см. краткое содержание, анализ и полный текст) с указания на её необыкновенную «моложавость, свежесть» – «она, как столетний старик, около которого все, отжив по очереди свою пору, умирают и валятся, а он ходит, бодрый и свежий, между могилами старых и колыбелями новых людей». Хотя «значение Пушкина в истории русской литературы было несравненно больше, чем Грибоедова – он занял собою всю свою эпоху, сам создал другую, породил школы художников», – тем не менее, герои его произведений (напр., Онегин) поблекли, отошли в прошлое. Так же отжил свое время лермонтовский Печорин, не говоря уже о героях Фонвизина. Между тем, Чацкий – образ до сих пор яркий.

Горе от ума. Спектакль Малого театра, 1977

«Чацкие живут и не переводятся в обществе, повторяясь на каждом шагу, в каждом доме… Где под одной кровлей уживается старое с молодым, где два века сходятся лицом к лицу в тесноте семейств, – там всегда длится борьба свежего с отжившим, больного со здоровым, и все бьются на поединках миниатюрные Фамусовы и Чацкие», – говорит Гончаров.

«Каждое дело, требующее обновления, вызывает тень Чацкого – и, кто бы ни были деятели, около какого бы человеческого дела они ни стояли, будет ли то новая идея, шаг в науке, в политике, в войне – им никуда не уйти от двух главных мотивов борьбы, – от совета «учиться, на старших глядя», с одной стороны, – и от жажды стремиться от рутины к «свободной жизни». Вот отчего не состарился до сих пор и едва ли состарится когда-нибудь грибоедовский Чацкий, а с ним и вся комедия».

Говоря об отношении русской публики к этой комедии, Гончаров говорит, что «грамотная масса оценила ее фактически. Сразу поняв её красоты и не найдя недостатков, она разнесла рукопись на клочья, на стихи, полустишия, развела всю соль и мудрость пьесы в разговорной речи, точно обратила мильон в гривенники и до того испестрила грибоедовскими поговорками разговор, что буквально истаскала комедию до пресыщения.

Но пьеса выдержала и это испытание, и не только не опошлилась, но сделалась, как будто, дороже для читателей, нашла себе в каждом из них покровителя, критика и друга, как басни Крылова, не утратившие своей литературной силы, перейдя из книги в живую речь».

Обращаясь к русской критике, судившей комедию, Гончаров в «Мильоне терзаний» отмечает, что одни судьи её – «ценят в ней картину московских нравов известной эпохи, – создание живых типов и их искусную группировку. Другие, отдавая справедливость картине нравов, верности типов, дорожат более эпиграмматическою солью языка, живой сатирой, моралью, которою пьеса до сих пор, как неистощимый колодец, снабжает всякого на каждые обиходный шаг жизни». Соглашаясь с этими мнениями русской критики, Гончаров продолжает: «Но и те, и другие ценители почти обходят молчанием самую «комедию», действие, а многие даже отказывают ей в наличности сценического движения[1]. С этим мнением критик не согласен.

«Как нет движения? – восклицает он, – Есть – живое, непрерывное от первого появления Чацкого на сцене до последнего его восклицания: «Карету мне, карету!»»

«Это – тонкая, умная, изящная и страстная комедия, в тесном, техническом смысле, верная в мелких психологических деталях». Слова эти Гончаров старается доказать подробным анализом действующих лиц.

«Главная роль в ней – конечно, роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы, пожалуй, картина нравов. Сам Грибоедов приписал горе Чацкого его уму, а Пушкин отказал ему вовсе в уме. Гончаров старается примирить это противоречие.

«Чацкий, – продолжает он, – не только умнее всех прочих лиц, но и положительно умен. Речь его кипит умом, остроумием. У него есть и сердце, и притом он безукоризненно честен. Словом – это человек не только умный, но и развитой, с чувством, или, как рекомендует его горничная Лиза, «чувствителен и весел, и остёр». Только личное его горе произошло не от одного ума, а более от других причин, где ум его играл страдательную роль, и это подало Пушкину повод отказать ему в уме. Между тем, Чацкий, как личность, несравненно выше и умнее Онегина и лермонтовского Печорина: он – искренний и горячий деятель, а те – паразиты, изумительно начертанные великими талантами, как болезненные порождения отжившего века. Или заканчивается их время, а Чацкий начинает новый век – и в этом все его значение и весь «ум».

И Онегин, и Печорин оказались неспособными к делу, к активной роли, хотя оба смутно понимали, что около них все истлело. Они были даже «озлоблены», носили в себе и «недовольство» и бродили, как тени, с «тоскующею ленью». Но презирая пустоту жизни, праздное барство, они подавались ему и не решились ни бороться с ним, ни бежать окончательно».

Гончаров считает, что Чацкий не похож в этом на них: «он, как видно, напротив, готовился серьезно к деятельности, «он славно пишет, переводит» – говорит о нем Фамусов, – и все твердят об его высоком уме. Он, конечно, путешествовал недаром учился, много читал, принимался, как видно, за серьезный труд, был в деловых сношениях с министрами и разошелся – нетрудно догадаться, почему.

Служить бы рад, прислушиваться тошно, –

намекает он сам. О «тоскующей лени и праздной скуке» в его жизни и помину нет, а еще менее о «страсти нежной» как о «науке» и «занятии». Он любил серьезно, видя в Софье будущую жену».

Ради Софьи прискакал он, сломя голову, в Москву. Но на первых же порах его здесь встретило разочарование: ею он был принят холодно.

«С этой минуты между нею и Чацким завязался горячий поединок, – самое живое действие комедии, в которой принимают близкое участие два лица – Молчалин и Лиза. Всякий шаг Чацкого, почти всякое слово в пьесе, тесно связаны с игрой чувства его к Софье, раздраженного какой-то ложью в ее поступках, которую он и бьется разгадать до самого конца, – весь ум его и все силы уходят в эту борьбу; это и послужило мотивом, поводом к тому «мильону терзаний», под влиянием которых он только и мог сыграть указанную ему Грибоедовым роль, – роль гораздо большего, высшего значения, нежели неудачная любовь, – словом, ту роль, для которой родилась вся комедия»…

Чацкий к Фамусову сначала относится равнодушно, – он думает только о Софье: праздному любопытству своего бывшего «воспитателя» – он противопоставляет только упорные мысли о Софье, об её красоте… Он отвечает невпопад на вопросы Фамусова, отвечает так невнимательно, что, под конец, даже обижает того… Борьбы с Фамусовым Чацкий не ищет, – «Чацкому скучно с ним говорить» – и только настойчивый вызов Фамусова на спор выводит Чацкого из его сосредоточенности:

Вот то-то, все вы – гордецы! Смотрели бы, как делали отцы, Учились бы, на старших глядя!

– говорит он и затем чертит такой грубый и уродливый рисунок раболепства, что Чацкий не вытерпел и, в свою очередь, сделал параллель века «минувшего» с веком «нынешним. С этого момента в комедии поединок с одной Софьей, мало-помалу, разрастается в титаническую борьбу со всей Москвой, – с фамусовским обществом.

«Образовались два лагеря, или, с одной стороны, целый лагерь Фамусовых и всей братии «отцов и старших», – с другой, один пылкий и отважный боец, «враг исканий»… Это борьба на жизнь и смерть, «борьба за существование», как новейшие натуралисты определяют естественную смену поколений в животном мире».

«Чацкий рвется к «свободной жизни», «к занятиям наукой и искусством и требует службы делу, а не лицам» и т. д. На чьей стороне победа? Комедия дает Чацкому только «мильон терзаний» и оставляет, по-видимому, в том же положении Фамусова и его братию, в каком они были, ничего не говоря о последствиях борьбы. Теперь нам известны эти последствия, – они обнаружились с появлением комедии, еще в рукописи, в свет, и, как эпидемия, охватили всю Россию!» Этими словами Гончаров определяет великую ценность того морального впечатления, которое произведено было на русскую публику зрелищем борьбы Чацкого с фамусовской Москвой.

«Между тем, интрига любви идет своим чередом, правильно, с тонкою психологическою верностью, которая во всякой другой пьесе, лишенной прочих колоссальных грибоедовских красот – могла бы одна сделать автору имя… Когда же, наконец, «комедия между ним и Софьей оборвалась, – жгучее раздражение ревности унялось, и холод безнадежности пахнул ему в душу».

«Ему оставалось уехать, но на сцену вторгается другая живая, бойкая комедия; открывается разом несколько перспектив московской жизни, которые не только вытесняют из памяти зрителя интригу Чацкого, но и сам Чацкий, как будто, забывает о ней и мешается в толпу. Около него группируются и играют, каждое свою роль, новые лица. Это – бал, со всею московской обстановкой, с рядом живых сценических очерков, в которых каждая группа образует свою отдельную комедию, с полною обрисовкою характеров, успевших в нескольких словах разыграться в законченное действие.

«Разве не полную комедию разыгрывают Горичевы? Этот муж, – недавно еще бодрый и живой человек, теперь барин, опустившийся, облекшийся в халат, ушедший весь в московскую жизнь, «муж-мальчик, муж-слуга – идеал московских мужей», по меткому определению Чацкого, – под башмаком приторной, жеманной, светской супруги, московской дамы?

«А эти шесть княжон и графиня внучка? – весь этот контингент невест, «умеющих, по словам Фамусова, принарядить себя тафтицей, бархатцем и дымкой», «поющих верхние нотки и льнущих к военным людям»?

«Эта Хлестова, остаток екатерининского века, с моськой, с арапкой-девочкой? – Эта княгиня и князь Петр Ильич – без слов, но такая говорящая руина прошлого? – Загорецкий, явный мошенник, спасающийся от тюрьмы в лучших гостиных и откупающийся угодливостью, вроде собачьих поносок? – Эти NN?.. – и все толки их?.. Разве все эти лица, их жизнь, интересы не представляют собой особых маленьких комедий, которые вошли, как эпизоды, в состав большой?»

«Когда, в борьбе с Москвой, чаша терпения Чацкого переполнилась, он выходит в зал уже окончательно расстроенный и, по старой дружбе, опять идет к Софье, надеясь встретить в ней хоть простое сочувствие». Он поверяет ей свое душевное состояние: «мильон терзаний», – он жалуется ей, не подозревая, какой заговор созрел против него в неприятельском лагере.

«Мильон терзаний» и «горя»! – вот, что он пожал за все, что успел посеять. До сих пор он был непобедим: ум его беспощадно поражал больные места врагов. Фамусов ничего не находил, как только зажать уши против его логики и отстреливаться общими местами старой морали. Слушая его, Молчалин смолкает, княжны, графини пятятся прочь от него, обожженные крапивой его смеха, а прежний друг его Софья, которую одну он щадит, – лукавит, скользит и наносит ему главный удар втихомолку, объявив его, под рукой, вскользь, сумасшедшим…

Сначала Чацкий чувствовал свою силу и говорил уверенно. Но борьба его истомила. Он, очевидно, ослабел от этого «миллиона терзаний», – и вот, в конце концов, он делается не только грустен, но и желчен, придирчив. Он, как раненый, собирает все силы, делает вызов толпе – и наносит удар всем, – но не хватило у него мощи против соединенного врага, «он впадает в преувеличение, почти в нетрезвость речи и подтверждает во мнении гостей распущенный Софьей слух об его сумасшествии. От него слышится уже не острый, ядовитый сарказм, в который вставлена верная, определенная идея, правда, – а какая-то горькая жалоба, как будто на личную обиду, на пустую, или, по его же словам, «незначащую встречу с французиком из Бордо», которую он, в нормальном состоянии духа, едва ли бы заметил. Он не владеет собой и даже не замечает, что он сам составляет спектакль на бале. Он ударяется и в патриотический пафос, договаривается до того, что находит фрак противным «рассудку и стихиям», сердится, что madame и mademoiselle не переведены на русский язык, – словом, «il divague!» – заключили, вероятно, о нем все шесть княжон и графиня-внучка. Он чувствует это и сам, говоря, что «в многолюдстве» он растерян, сам не свой…

«Пушкин, отказывая Чацкому в уме, вероятно, всего более имел в виду сцену 4-го акта в сенях при разъезде. Конечно, ни Онегин, ни Печорин, эти – франты, не сделали бы того, что проделал в сенях Чацкий. Те были слишком дрессированы «в науке страсти нежной», а Чацкий отличается, между прочим, и искренностью, и простотою, да он к тому же не умеет, – и не хочет рисоваться. Он – не франт, не «лев»… Вот почему здесь изменяет ему не только ум, но и здравый смысл, даже простое приличие…»

Говоря о героине комедии, Гончаров отмечает всю сложность этого образа. Когда она убедилась в неверности Молчалина, когда он уже ползал у ног её, она до появления Чацкого оставалась «все тою же бессознательною Софьей Павловной, с тою же ложью, в какой ее воспитал отец, в какой он прожил сам, весь его дом и весь круг… Еще не опомнившись от стыда и ужаса, когда маска упала с Молчалина, Софья, прежде всего, радуется, что ночью все узнала, что нет укоряющих свидетелей в глазах!» А нет свидетелей, следовательно, все шито да крыто, можно все забыть, выйти замуж, пожалуй, за Скалозуба, а на прошлое смотреть… Да никак не смотреть! Свое нравственное чувство стерпит, Лиза не проговорится, Молчалин пикнуть не смеет. А муж?» – Но какой же московский муж, «из жениных пажей», станет озираться на прошлое?» Такова её мораль, и мораль отца, и всего круга. А, между тем, Софья Павловна индивидуально не безнравственна: она грешит «грехом неведения», – слепоты, в которой жили все.

Свет не карает заблуждений, Но тайны требует для них!

– В этом двустишии Пушкина выражается общий смысл такой условной морали. Софья никогда не прозревала от неё и не прозрела бы без Чацкого – никогда, за неимением случая. После катастрофы, с минуты появления Чацкого – оставаться слепой ей уже невозможно.

В ней – и смесь хороших инстинктов с ложью, живого ума – с отсутствием всякого намека на идеи и убеждения, – путаница понятий, умственная и нравственная слепота… – Все это не имеет в ней характера личных пороков, а является, как общие черты её круга. В собственной, личной её физиономии прячется в тени что-то свое, горячее, нежное, даже мечтательное, – остальное принадлежит воспитанию.

Чтение романов, ночная игра на фортепьяно, мечты и одинокая жизнь в своем внутреннем мире среди шумного пошлого общества, перевес чувства над мыслью, – вот та почва, на которой вырастает её странное увлечение Молчалиным. В этом чувстве есть много настоящей искренности, сильно напоминающей чувства пушкинской Татьяны к Онегину. Но Татьяна – деревенская девушка, а Софья Павловна – московская, по-тогдашнему развитая. Поэтому разницу между ними кладет «московский отпечаток», отличающей Софью, потом уменье владеть собой, которое явилось в Татьяне после жизни в высшем свете, уже после замужества…

«Софья, как Татьяна, сама начинает роман, не находя в этом ничего предосудительного, даже не догадываясь об этом. Софья удивляется хохоту горничной при рассказе, как она с Молчалиным проводит всю ночь: «ни слова вольного! – и так вся ночь проходит!» «Враг дерзости, всегда застенчивый, стыдливый!» – вот, чем она восхищается в своем герое! В этих словах есть какая-то почти грация – и далеко до безнравственности!»

«Не безнравственность свела ее с Молчалиным. Этому сближению помогло, прежде всего, влечение покровительствовать любимому человеку, – бедному, скромному, не смеющему поднять на нее глаз, – помогло желание возвысить его до себя, до своего круга, дать ему семейные права. Без сомнения, ей в этом улыбалась роль властвовать над покорным созданием, сделать его счастье и иметь в нем вечного раба. Не её вина, что из этого в будущем должен был выйти «муж-мальчик, муж-слуга – идеал московских мужей!» На другие идеалы негде было наткнуться в доме Фамусова…

«Вообще к Софье Павловне трудно отнестись несимпатично, в ней есть сильные задатки недюжинной натуры, живого ума, страстности и женской мягкости. Она загублена в духоте, куда не проникал ни один луч света, ни одна струя светлого воздуха. Недаром любил ее и Чацкий».

Другие статьи о биографии и творчестве А. С. Грибоедова см. ниже, в блоке «Ещё по теме…»

[1] Кн. Вяземский находил, что в «Горе от ума» нет действия – все лица, эпизодичны, сцены мало одна с другой связаны. По его мнению, «Горе от ума» не столько комедия, сколько сатира в драматической форме.

Урок по статье Гончарова "Мильон терзаний " и пьесе Грибоедова "Горе от ума" 9 класс

Урок литературы в 9 классе по комедии А.С. Грибоедова « Горе от ума» и статье И.А. Гончарова «Мильон терзаний»

Подготовила учитель Кулемёкова Л.В., Рязань, школа №72

Оборудование:

-иллюстрации к комедии «Горе от ума»;

-презентация;

-пьеса Грибоедова А.С.;

-учебник «Литература. 9 класс», 1 часть, под ред. Коровиной В.Я.

1. Вступительное слово учителя.

-В каком веке мы живем? В 21 веке, позади 20 век. Наше время – это переломная, переходная эпоха.

-А когда написана комедия «Горе от ума»?

Почти 200 лет назад в рукописных списках разошлась по России комедия «Горе от ума», которую называют бессмертной. И в произведении изображается переломная эпоха: еще живы в памяти персонажей комедии взятие Очакова и покоренье Крыма, золотой век Екатерины, когда дворяне получали заслуженные и незаслуженные привилегии.

Но уже позади и Отечественная война 1812 года, которая пробудила патриотизм русского народа, способствовала росту вольнолюбия и свободомыслия. Впереди 1825 год - восстание декабристов.

А в комедии начало 20 годов 19 века, грибоедовская Москва, живущая широко, хлебосольно, праздно, косно, с оглядкой на прошлое.

Возмутителем спокойствия в косном мире Фамусовых стал А.А. Чацкий.

Таких людей в Италии называли карбонариями, во Франции – якобинцами и вольтерьянцами, в России - франкмасонами, вольнодумцами, радикалами, революционерами, сумасшедшими. Столкнулись два лагеря, два взгляда на будущее страны, два века - нынешний (19!) и минувший (18!).

Грибоедов высказал в комедии разное отношение своих современников к важным вопросам общественной жизни.

Каким? Ответьте, используя слайд.

А. А. Чацкий всколыхнул косный мир, живущий по старинке.

2..Взбодримся и мы. Впереди вопросы на знание особенностей пьесы, содержания, персонажей.

В это же время выполняется индивидуальная работа на доске.

Распредели по группам сторонников Фамусова и единомышленников Чацкого:

Фамусов. Скалозуб. Двоюродный брат Скалозуба. Молчалин. Семья Горичей.

Семейство Тугоуховских. Племянник княгини Тугоуховской. Софья. Профессора Петербургского педагогического института. Хлестова. Репетилов. Загорецкий

«Век минувший»

Единомышленники Чацкого

«Век нынешний»

- В драматических произведениях обычно изображается один конфликт. В чем новаторство Грибоедова?

- По какой схеме развивается конфликт в пьесе? Перечислите детали, части интриги.

- Какие три литературных направления, стиля отмечены в пьесе?

- Пьеса «Горе от ума» - комедия. Какие сатирические приемы найдем в ней?

- «Горе от ума» - стихотворное произведение. А каким стихотворным размером написана?

- В пьесе показаны не столько индивидуальные характеры, сколько типичные.

Что означает слово типичный?

Свойственный большинству. Обобщенный. Комедию «Горе от ума» называют «картиной нравов, галереей живых типов и вечно жгучей сатирой». Персонажей узнают по цитатам из этого произведения. Попробуйте и вы узнать их, прежде всего, по иллюстрациям художников Кардовского и Кузьмина

Иллюстрации

Узнай персонажа по цитате.

Потом иллюстрация

  1. Скалозуб

а) Он слова умного не выговорил сроду, -

Мне все равно, что за него, что в воду.

б) И золотой мешок, и метит в генералы!

2.Молчалин

а) Вот он на цыпочках и не богат словами.

б) В мои лета не должно сметь свое суждение иметь.

3.Фамусов

а) Брюзглив, неугомонен, скор.

б) Он сказал дочери: Кто беден, тот тебе не пара.

4.Чацкий

а) Остер, умен, красноречив,

В друзьях особенно счастлив.

а) Он воскликнул: Пойду искать по свету

Где оскорбленному есть чувству уголок!..

Карету мне, карету!

Еще есть чиновники - Фамусовы, которые живут по принципу «подписано – так с плеч долой». Невежественные, ограниченные Скалозубы. Услужливые Молчалины, угождающие всем людям без изъятья.

И еще портрет.

5. И.А. Гончаров

Именно он сказал эти знаменитые слова: Каждое дело, требующее обновления, вызывает тень Чацкого.

И это его слова: «Горе от ума» - это картина нравов, галерея живых типов и вечно жгучая сатира». О ком же речь?

3 этап. Портрет И. А. Гончарова. Пробное действие

- Знаком он вам? Кто что знает?

Писатель, критик. Автор романа «Обломов». В 1871 г. написал критический этюд «Мильон терзаний», назвав статью словами Чацкого из последнего действия.

- Знакома вам статья?

Тема урока: Оценка комедии «Горе от ума» И.А. Гончаровым (По статье «Мильон терзаний»)

Нам предстоит проанализировать статью, она находится на стр. 158 -164 учебника. Мнение Гончарова о комедии необходимо включить в домашнее сочинение.

- Какую цель поставим?

Узнать:

  • как Гончаров оценил «Горе от ума»;

  • в чем увидел актуальность произведения;

  • кого из персонажей выделил.

Научиться:

  • применять полученные знания в устных и письменных ответах;

  • написать сочинение по комедии, используя статью.

4. Изучение нового материала. Работа в группе по 4-6 человек. Читайте задание, готовьте совместный ответ.

Задание для 1 группы по статье Гончарова «Мильон терзаний»

Прочитайте стр. 158- 159 (начало) и ответьте на вопросы:

Как И.А. Гончаров оценил комедию «Горе от ума?

Какое сравнение использовал?

Подтвердил Гончаров, что комедия «Горе от ума» по-прежнему злободневна?

Кому, по мнению критика, принадлежит главная роль?

Ответ начните так:

В статье «Мильон терзаний» Иван Александрович Гончаров вот что сказал о значении комедии……( впишите кратко предполагаемый ответ или выразительно зачитайте, выделив основную информацию)………………………..

Задание для 2 группы по статье И.А. Гончарова «Мильон терзаний».

Прочитайте стр. 159 и ответьте на вопросы:

Что сказал Гончаров об уме Чацкого?

Какие достоинства Чацкого выделил критик?

Как Гончаров подчеркивает, что Чацкий - деятельная натура?

Ответ начните так:

В статье «Мильон терзаний» Иван Александрович Гончаров так оценил Чацкого ……( впишите кратко предполагаемый ответ или выразительно зачитайте, выделив основную информацию)………………………..

Задание для 3 группы по статье И.А. Гончарова «Мильон терзаний».

Прочитайте стр. 160 -161 (начало), 164 стр. (конец) и ответьте на вопросы:

Какие требования предъявляет Чацкий к обществу, живущему в новом веке?

Что сломило Чацкого?

Кто он: победитель или побежденный?

Ответ начните так:

В статье «Мильон терзаний» Иван Александрович Гончаров, характеризуя Чацкого, отметил, что……( впишите кратко предполагаемый ответ или выразительно зачитайте, выделив основную информацию)………………………..

Задание для 4 группы по статье И.А. Гончарова «Мильон терзаний».

Прочитайте стр. 163 - 164 и ответьте на вопросы:

Как оценил И.А. Гончаров Софью?

Почему она полюбила Молчалина, что «свело» ее с ним?

Какие задатки критик обнаружил в девушке?

Ответ начните так:

В статье «Мильон терзаний» Иван Александрович Гончаров, явно сочувствуя девушке, так оценил Софью…… ( впишите кратко предполагаемый ответ или выразительно зачитайте, выделив основную информацию)………………………..

- Да, Гончаров выделил в пьесе не только Чацкого, но и Софью за искренность, живой ум, страстность. А что бы рассказала Софья о себе? Ведь она тоже пережила свое горе, правда, только от любви.

5. Почти монолог Софьи подготовила одна из учениц, работавшая по плану:

  1. Представить героиню.

  2. Возраст, где живет.

  3. Отец, чем занимается, каков характер, какие планы в отношении дочери.

  4. Что связывало Софию с Чацким 3 года назад? Почему чувства изменились?

  5. Фамусов хотел бы выдать Софью замуж за Скалозуба. Почему же ей не нравится Скалозуб? Как она его характеризует?

  6. Что София знает о Молчалине? За что полюбила его? В чем проявился её бунт против принятых в дворянской среде того времени правил?

  7. Чем досадил Чацкий Софии? Почему она пустила сплетню о сумасшествии Чацкого?

  8. Когда София поняла, что Молчалин её не любит, а лишь притворяется?

  9. Чем закончилась для Софии эта история? Куда её хочет отправить отец?

  10. Какое будущее может ожидать Софию?

6. Вывод. Пьеса заканчивается драматически, прежде всего, для Чацкого: он, вернувшийся в Москву ради Софьи, в первый же вечер понял, что девушка полюбила лживого Молчалина, именно она первой назвала А.А. сумасшедшим, и сплетню с радостью подхватили те, кто попал под обстрел обличительного остроумия Чацкого. А.А. с горечью покидает Москву, получив от встречи с фамусовским обществом «мильон терзаний». Что ж, Чацкий сломлен, разбит, уничтожен?

У пьесы открытый финал. Общественный конфликт не завершен. «И один в поле воин, - воскликнул автор статьи о комедии Иван Гончаров, - если он Чацкий, и притом победитель, но передовой воин, застрельщик и - всегда жертва».

А кого вы назовете Чацкий 20 века?

20 век дал России своего Чацкого - А.И. Солженицына, изгнанного в 70 г. из страны за призыв «жить не по лжи». Через несколько десятилетий и писатель, и его книги вернулись в Россию. Сейчас его имя знакомо всем, кто окончил школу, а в 2018 г. исполнится 100 лет. «Каждое дело, требующее обновления, вызывает тень Чацкого». (Гончаров.)

7. Вернемся к целям урока. Реализовали их?

Ответы.

Д/з: написать соч. на одну из тем (не менее 250 слов)

  1. Горе от любви. Софья Фамусова.

  2. «Век нынешний и век минувший».

  3. Кто Чацкий: победитель или побежденный?

Гончаров И. А «Мильон терзаний» (критический этюд)

Гончаров И. А

«Мильон терзаний»

(критический этюд)

Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова. Она как столетний старик, около которого все, отжив по очереди свою пору, умирают и валятся, а он ходит, бодрый и свежий, между могилами старых и колыбелями новых людей. И никому в голову не приходит, что настанет когда-нибудь и его черед. <…>

Критика не трогала комедию с однажды занятого ею места, как будто затрудняясь, куда ее поместить. Изустная оценка опередила печатную, как сама пьеса задолго опередила печать. Но грамотная масса оценила ее фактически. Сразу поняв ее красоты и не найдя недостатков, она разнесла рукопись на клочья, на стихи, полустишья, развела всю соль и мудрость пьесы в разговорной речи, точно обратила мильон в гривенники, и до того испестрила грибоедовскими поговорками разговор, что буквально истаскала комедию до пресыщения.

Но пьеса выдержала и это испытание – не только не опошлилась, но сделалась как будто дороже для читателей, нашла себе в каждом из них покровителя, критика и друга, как басни Крылова, не утратившие своей литературной силы, перейдя из книги в живую речь. <…>

Одни ценят в комедии картину московских нравов известной эпохи, создание живых типов и их искусную группировку. Вся пьеса представляется каким-то кругом знакомых читателю лиц, и притом таким определенным и замкнутым, как колода карт. Лица Фамусова, Молчалина, Скалозуба и другие врезались в память так же твердо, как короли, валеты и дамы в картах, и у всех сложилось более или менее согласное понятие о всех лицах, кроме одного – Чацкого. Так все они начертаны верно и строго и так примелькались всем. Только о Чацком многие недоумевают: что он такое? Он как будто пятьдесят третья какая-то загадочная карта в колоде. Если было мало разногласия в понимании других лиц, то о Чацком, напротив, разноречия не кончились до сих пор и, может быть, не кончатся еще долго.

Другие, отдавая справедливость картине нравов, верности типов, дорожат более эпиграммической солью языка, живой сатирой – моралью, которою пьеса до сих пор, как неистощимый колодезь, снабжает всякого на каждый обиходный шаг жизни.

Но и те и другие ценители почти обходят молчанием самую «комедию», действие, и многие даже отказывают ей в условно сценическом движении. <…>

Все эти разнообразные впечатления и на них основанная своя точка зрения у всех и у каждого служит лучшим определением пьесы, то есть что комедия «Горе от ума» есть и картина нравов, и галерея живых типов, и вечно острая, жгучая сатира, и вместе с тем и комедия и, скажем сами за себя, – больше всего комедия – какая едва ли найдется в других литературах, если принять совокупность всех прочих высказанных условий. Как картина, она, без сомнения, громадна. Полотно ее захватывает длинный период русской жизни – от Екатерины до императора Николая. В группе двадцати лиц отразилась, как луч света в капле воды, вся прежняя Москва, ее рисунок, тогдашний ее дух, исторический момент и нравы. И это с такою художественною, объективною законченностью и определенностью, какая далась у нас только Пушкину и Гоголю.

В картине, где нет ни одного бледного пятна, ни одного постороннего, лишнего штриха и звука, – зритель и читатель чувствуют себя и теперь, в нашу эпоху, среди живых людей. И общее и детали, все это не сочинено, а так целиком взято из московских гостиных и перенесено в книгу и на сцену, со всей теплотой и со всем «особым отпечатком» Москвы, – от Фамусова до мелких штрихов, до князя Тугоуховского и до лакея Петрушки, без которых картина была бы не полна.

Однако для нас она еще не вполне законченная историческая картина: мы не отодвинулись от эпохи на достаточное расстояние, чтобы между ею и нашим временем легла непроходимая бездна. Колорит не сгладился совсем; век не отделился от нашего, как отрезанный ломоть: мы кое-что оттуда унаследовали, хотя Фамусовы, Молчалины, Загорецкие и прочие видоизменились так, что не влезут уже в кожу грибоедовских типов. Резкие черты отжили, конечно: никакой Фамусов не станет теперь приглашать в шуты и ставить в пример Максима Петровича, по крайней мере так положительно и явно. Молчалин, даже перед горничной, втихомолку, не сознается теперь в тех заповедях, которые завещал ему отец; такой Скалозуб, такой Загорецкий невозможны даже в далеком захолустье. Но пока будет существовать стремление к почестям помимо заслуги, пока будут водиться мастера и охотники угодничать и «награжденья брать и весело пожить», пока сплетни, безделье, пустота будут господствовать не как пороки, а как стихии общественной жизни, – до тех пор, конечно, будут мелькать и в современном обществе черты Фамусовых, Молчалиных и других, нужды нет, что с самой Москвы стерся тот «особый отпечаток», которым гордился Фамусов. <…>

Соль, эпиграмма, сатира, этот разговорный стих, кажется, никогда не умрут, как и сам рассыпанный в них острый и едкий, живой русский ум, который Грибоедов заключил, как волшебник духа какого-нибудь в свой замок, и он рассыпается там злобным смехом. Нельзя представить себе, чтоб могла явиться когда-нибудь другая, более естественная, простая, более взятая из жизни речь. Проза и стих слились здесь во что-то нераздельное, затем, кажется, чтобы их легче было удержать в памяти и пустить опять в оборот весь собранный автором ум, юмор, шутку и злость русского ума и языка. Этот язык так же дался автору, как далась группа этих лиц, как дался главный смысл комедии, как далось все вместе, будто вылилось разом, и все образовало необыкновенную комедию – и в тесном смысле, как сценическую пьесу, – и в обширном, как комедию жизни. Другим ничем, как комедией, она и не могла бы быть. <…>

Давно привыкли говорить, что нет движения, то есть нет действия в пьесе. Как нет движения? Есть – живое, непрерывное, от первого появления Чацкого на сцене до последнего его слова: «Карету мне, карету.»

Это – тонкая, умная, изящная и страстная комедия, в тесном, техническом смысле, – верная в мелких психологических деталях, – но для зрителя почти неуловимая, потому что она замаскирована типичными лицами героев, гениальной рисовкой, колоритом места, эпохи, прелестью языка, всеми поэтическими силами, так обильно разлитыми в пьесе. Действие, то есть собственно интрига в ней, перед этими капитальными сторонами кажется бледным, лишним, почти ненужным.

Только при разъезде в сенях зритель точно пробуждается при неожиданной катастрофе, разразившейся между главными лицами, и вдруг припоминает комедию-интригу. Но и то не надолго. Перед ним уже вырастает громадный, настоящий смысл комедии.

Главная роль, конечно, – роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы, пожалуй, картина нравов.

Сам Грибоедов приписал горе Чацкого его уму, а Пушкин отказал ему вовсе в уме.

Можно бы было подумать, что Грибоедов, из отеческой любви к своему герою, польстил ему в заглавии, как будто предупредив читателя, что герой его умен, а все прочие около него не умны.

Но Чацкий не только умнее всех прочих лиц, но и положительно умен. Речь его кипит умом, остроумием. У него есть и сердце, и притом он безукоризненно честен. Словом – это человек не только умный, но и развитой, с чувством, или, как рекомендует его горничная Лиза, он «чувствителен, и весел, и остер». Только личное его горе произошло не от одного ума, а более от других причин, где ум его играл страдательную роль, и это подало Пушкину повод отказать ему в уме. Между тем Чацкий как личность несравненно выше и умнее Онегина и лермонтовского Печорина. Он искренний и горячий деятель, а те – паразиты, изумительно начертанные великими талантами, как болезненные порождения отжившего века. Ими заканчивается их время, а Чацкий начинает новый век – и в этом все его значение и весь «ум». <…>

Чацкий, как видно, напротив, готовился серьезно к деятельности. «Он славно пишет, переводит», – говорит о нем Фамусов, и все твердят о его высоком уме. Он, конечно, путешествовал недаром, учился, читал, принимался, как видно, за труд, был в сношениях с министрами и разошелся – не трудно догадаться, почему.

«Служить бы рад, – прислуживаться тошно», – намекает он сам. О «тоскующей лени, о праздной скуке» и помину нет, а еще менее о «страсти нежной», как о науке и о занятии. Он любит серьезно, видя в Софье будущую жену.

Между тем Чацкому досталось выпить до дна горькую чашу – не найдя ни в ком «сочувствия живого», и уехать, увозя с собой только «мильон терзаний». <…>

Всякий шаг Чацкого, почти всякое слово в пьесе тесно связаны с игрой чувства его к Софье, раздраженного какою-то ложью в ее поступках, которую он и бьется разгадать до самого конца. Весь ум его и все силы уходят в эту борьбу: она и послужила мотивом, поводом к раздражениям, к тому «мильону терзаний», под влиянием которых он только и мог сыграть указанную ему Грибоедовым роль, роль гораздо большего, высшего значения, нежели неудачная любовь, словом, роль, для которой и родилась комедия. <…>

Образовались два лагеря, или, с одной стороны, целый лагерь Фамусовых и всей братии «отцов и старших», с другой – один пылкий и отважный боец, «враг исканий». Это борьба на жизнь и смерть, борьба за существование, как новейшие натуралисты определяют естественную смену поколений в животном мире. <…>

Чацкий рвется к «свободной жизни», «к занятиям» наукой и искусством и требует «службы делу, а не лицам» и т. д. На чьей стороне победа? Комедия дает Чацкому только «мильон терзаний» и оставляет, по-видимому, в том же положении Фамусова и его братию, в каком они были, ничего не говоря о последствиях борьбы.

Теперь нам известны эти последствия. Они обнаружились с появлением комедии, еще в рукописи, в свет – и как эпидемия охватили всю Россию.

Между тем интрига любви идет своим чередом, правильно, с тонкой психологической верностью, которая во всякой другой пьесе, лишенной прочих колоссальных грибоедовских красот, могла бы сделать автору имя. <…>

Комедия между ним и Софьей оборвалась; жгучее раздражение ревности унялось, и холод безнадежности пахнул ему в душу.

Ему оставалось уехать; но на сцену вторгается другая, живая, бойкая комедия, открывается разом несколько новых перспектив московской жизни, которые не только вытесняют из памяти зрителя интригу Чацкого, но и сам Чацкий как будто забывает о ней и мешается в толпу. Около него группируются и играют, каждое свою роль, новые лица. Это бал, со всей московской обстановкой, с рядом живых сценических очерков, в которых каждая группа образует свою отдельную комедию, с полной обрисовкой характеров, успевших в нескольких словах разыграться в законченное действие.

Разве не полную комедию разыгрывают Горичевы? Этот муж, недавно еще бодрый и живой человек, теперь опустившийся, облекшийся, как в халат, в московскую жизнь, барин, «муж-мальчик, муж-слуга, идеал московских мужей», по меткому определению Чацкого, – под башмаком приторной, жеманной, светской супруги, московской дамы?

А эти шесть княжен и графиня-внучка – весь этот контингент невест, «умеющих, – по словам Фамусова, – принарядить себя тафтицей, бархатцем и дымкой», «поющих верхние нотки и льнущих к военным людям»?

Эта Хлестова, остаток екатерининского века, с моськой, с арапкой-девочкой, – эта княгиня и князь Петр Ильич – без слова, но такая говорящая руина прошлого; Загорецкий, явный мошенник, спасающийся от тюрьмы в лучших гостиных и откупающийся угодливостью, вроде собачьих поносок, – и эти NN, и все толки их, и все занимающее их содержание!

Наплыв этих лиц так обилен, портреты их так рельефны, что зритель хладеет к интриге, не успевая ловить эти быстрые очерки новых лиц и вслушиваться в их оригинальный говор.

Чацкого уже нет на сцене. Но он до ухода дал обильную пищу той главной комедии, которая началась у него с Фамусовым, в первом акте, потом с Молчалиным, – той битве со всей Москвой, куда он, по целям автора, затем и приехал.

В кратких, даже мгновенных встречах с старыми знакомыми, он всех успел вооружить против себя едкими репликами и сарказмами. Его уже живо затрагивают всякие пустяки – и он дает волю языку. Рассердил старуху Хлестову, дал невпопад несколько советов Горичеву, резко оборвал графиню-внучку и опять задел Молчалина. <…>

«Мильон терзаний» и «горе» – вот что он пожал за все, что успел посеять. До сих пор он был непобедим: ум его беспощадно поражал больные места врагов. Фамусов ничего не находит, как только зажать уши против его логики, и отстреливается общими местами старой морали. Молчалин смолкает, княжны, графини – пятятся прочь от него, обожженные крапивой его смеха, и прежний друг его, Софья, которую одну он щадит, лукавит, скользит и наносит ему главный удар втихомолку, объявив его под рукой, вскользь, сумасшедшим.

Он чувствовал свою силу и говорил уверенно. Но борьба его истомила. Он, очевидно, ослабел от этого «мильона терзаний», и расстройство обнаружилось в нем так заметно, что около него группируются все гости, как собирается толпа около всякого явления, выходящего из обыкновенного порядка вещей.

Он не только грустен, но и желчен, придирчив. Он, как раненый, собирает все силы, делает вызов толпе – и наносит удар всем, – но не хватило у него мощи против соединенного врага.

Он впадает в преувеличения, почти в нетрезвость речи, и подтверждает во мнении гостей распущенный Софьей слух о его сумасшествии. Слышится уже не острый, ядовитый сарказм, в который вставлена верная, определенная идея, правда, а какая-то горькая жалоба, как будто на личную обиду, на пустую, или, по его же словам, «незначащую встречу с французиком из Бордо», которую он, в нормальном состоянии духа, едва ли бы заметил.

Он перестал владеть собой и даже не замечает, что он сам составляет спектакль на бале. <…>

Он точно «сам не свой», начиная с монолога «о французике из Бордо», – и таким остается до конца пьесы. Впереди пополняется только «мильон терзаний».

Пушкин, отказывая Чацкому в уме, вероятно, всего более имел в виду последнюю сцену 4-го акта, в сенях, при разъезде. Конечно, ни Онегин, ни Печорин, эти франты, не сделали бы того, что проделал в сенях Чацкий. Те были слишком дрессированы «в науке страсти нежной», а Чацкий отличается, между прочим, искренностью и простотой, и не умеет и не хочет рисоваться. Он не франт, не лев. Здесь изменяет ему не только ум, но и здравый смысл, даже простое приличие. Таких пустяков наделал он!

Отделавшись от болтовни Репетилова и спрятавшись в швейцарскую в ожидании кареты, он подглядел свидание Софьи с Молчалиным и разыграл роль Отелло, не имея на то никаких прав. Он упрекает ее, зачем она его «надеждой завлекла», зачем прямо не сказала, что прошлое забыто. Тут что ни слово – то неправда. Никакой надеждой она его не завлекала. Она только и делала, что уходила от него, едва говорила с ним, призналась в равнодушии, назвала какой-то старый детский роман и прятанье по углам «ребячеством» и даже намекнула, что «бог ее свел с Молчалиным».

А он, потому только, что —

так страстно и так низко

Был расточитель нежных слов,

в ярости за собственное свое бесполезное унижение, за напущенный на себя добровольно самим собою обман, казнит всех, а ей бросает жестокое и несправедливое слово:

С вами я горжусь моим разрывом,

когда нечего было и разрывать! Наконец просто доходит до брани, изливая желчь:

На дочь, и на отца,

И на любовника глупца, —

и кипит бешенством на всех, «на мучителей толпу, предателей, нескладных умников, лукавых простаков, старух зловещих» и т. д. И уезжает из Москвы искать «уголка оскорбленному чувству», произнося всему беспощадный суд и приговор!

Если б у него явилась одна здоровая минута, если бы не жег его «мильон терзаний», он бы, конечно, сам сделал себе вопрос: «Зачем и за что наделал я всю эту кутерьму?» И, конечно, не нашел бы ответа.

За него отвечает Грибоедов, который неспроста кончил пьесу этой катастрофой. В ней, не только для Софьи, но и для Фамусова и всех его гостей, «ум» Чацкого, сверкавший, как луч света, в целой пьесе, разразился в конце в тот гром, при котором крестятся, по пословице, мужики.

От грома первая перекрестилась Софья, остававшаяся до самого появления Чацкого, когда Молчалин уже ползал у ног ее, все той же бессознательной Софьей Павловной, с той же ложью, в какой ее воспитал отец, в какой он прожил сам, весь его дом и весь круг. Еще не опомнившись от стыда и ужаса, когда маска упала с Молчалина, она прежде всего радуется, что «ночью все узнала, что нет укоряющих свидетелей в глазах!»

А нет свидетелей, следовательно, все шито да крыто, можно забыть, выйти замуж, пожалуй, за Скалозуба, а на прошлое смотреть…

Да никак не смотреть. Свое нравственное чувство стерпит, Лиза не проговорится, Молчалин пикнуть не смеет. А муж? Но какой же московский муж, «из жениных пажей», станет озираться на прошлое!

Это и ее мораль, и мораль отца, и всего круга. <…>

Чацкого роль – роль страдательная: оно иначе и быть не может. Такова роль всех Чацких, хотя она в то же время и всегда победительная. Но они не знают о своей победе, они сеют только, а пожинают другие – и в этом их главное страдание, то есть в безнадежности успеха.

Конечно, Павла Афанасьевича Фамусова он не образумил, не отрезвил и не исправил. Если бы у Фамусова при разъезде не было «укоряющих свидетелей», то есть толпы лакеев и швейцара, – он легко справился бы со своим горем: дал бы головомойку дочери, выдрал бы за ухо Лизу и поторопился бы со свадьбой Софьи с Скалозубом. Но теперь нельзя: наутро, благодаря сцене с Чацким, вся Москва узнает – и пуще всех «княгиня Марья Алексеевна». Покой его возмутится со всех сторон – и поневоле заставит кое о чем подумать, что ему в голову не приходило. <…>

Молчалин, после сцены в сенях – не может оставаться прежним Молчалиным. Маска сдернута, его узнали, и ему, как пойманному вору, надо прятаться в угол. Горичевы, Загорецкий, княжны – все попали под град его выстрелов, и эти выстрелы не останутся бесследны. <…> Чацкий породил раскол, и если обманулся в своих личных целях, не нашел «прелести встреч, живого участия», то брызнул сам на заглохшую почву живой водой – увезя с собой «мильон терзаний», этот терновый венец Чацких – терзаний от всего: от «ума», а еще более от «оскорбленного чувства». <…>

Роль и физиономия Чацких неизменна. Чацкий больше всего обличитель лжи и всего, что отжило, что заглушает новую жизнь, «жизнь свободную».

Он знает, за что он воюет и что должна принести ему эта жизнь. Он не теряет земли из-под ног и не верит в призрак, пока он не облекся в плоть и кровь, не осмыслился разумом, правдой, – словом, не очеловечился. <…> Он очень положителен в своих требованиях и заявляет их в готовой программе, выработанной не им, а уже начатым веком. Он не гонит с юношескою запальчивостью со сцены всего, что уцелело, что, по законам разума и справедливости, как по естественным законам в природе физической, осталось доживать свой срок, что может и должно быть терпимо. Он требует места и свободы своему веку: просит дела, но не хочет прислуживаться, и клеймит позором низкопоклонство и шутовство. Он требует «службы делу, а не лицам», не смешивает «веселья или дурачества с делом», как Молчалин, – он тяготится среди пустой, праздной толпы «мучителей, предателей, зловещих старух, вздорных стариков», отказываясь преклоняться перед их авторитетом дряхлости, чинолюбия и прочего. Его возмущают безобразные проявления крепостного права, безумная роскошь и отвратительные нравы «разливанья в пирах и мотовстве» – явления умственной и нравственной слепоты и растления.

Его идеал «свободной жизни» определителен: это свобода от всех этих исчисленных цепей рабства, которыми оковано общество, а потом свобода – «вперить в науки ум, алчущий познаний», или беспрепятственно предаваться «искусствам творческим, высоким и прекрасным», – свобода «служить или не служить», «жить в деревне или путешествовать», не слывя за то ни разбойником, ни зажигателем, и – ряд дальнейших очередных подобных шагов к свободе – от несвободы. <…>

Чацкий сломлен количеством старой силы, нанеся ей в свою очередь смертельный удар качеством силы свежей.

Он вечный обличитель лжи, запрятавшейся в пословицу: «Один в поле не воин». Нет, воин, если он Чацкий, и притом победитель, но передовой воин, застрельщик и – всегда жертва.

Чацкий неизбежен при каждой смене одного века другим. Положение Чацких на общественной лестнице разнообразно, но роль и участь все одна, от крупных государственных и политических личностей, управляющих судьбами масс, до скромной доли в тесном кругу. <…>

Кроме крупных и видных личностей, при резких переходах от одного века в другой, – Чацкие живут и не переводятся в обществе, повторяясь на каждом шагу, в каждом доме, где под одной кровлей уживается старое с молодым, где два века сходятся лицом к лицу в тесноте семейств, – все длится борьба свежего с отжившим, больного с здоровым, и все бьются в поединках, как Горации и Куриации, – миниатюрные Фамусовы и Чацкие.

Каждое дело, требующее обновления, вызывает тень Чацкого – и кто бы ни были деятели, около какого бы человеческого дела – будет ли то новая идея, шаг в науке, в политике, в войне – ни группировались люди, им никуда не уйти от двух главных мотивов борьбы: от совета «учиться, на старших глядя», с одной стороны, и от жажды стремиться от рутины к «свободной жизни» вперед и вперед – с другой. <…>

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

В популярной музыке - долгая история мучений и возмущений по поводу жестокости полиции

Почти столетие назад в песне «Police Dog Blues» ловкий гитарист Слепой Блейк описал расовую нетерпимость как женщину, которая «сказала, что не делает этого. мне не нравится мой вид ». Женщина держала злобную полицейскую собаку: «Его зовут Рамблер, когда у него есть шанс / он оставляет свой след на всех штанах».

Дом Флемонс, современный «американский певец», который записывает музыку в соответствии с народной традицией - он был одним из основателей Carolina Chocolate Drops - цитирует несколько песен из своего репертуара, в которых упоминаются преследования со стороны полиции.Книга Чарли Паттона «Tom Rushen Blues» (1929) повествует о заведомо оскорбительном шерифе Миссисипи, говорит Флемонс. И Розы Хендерсон «Чикагский полицейский блюз» - это водевильный блюз с посланием: «Они отправляют вас абсолютно бесплатно».

Несколько лет назад Флемонс был ночью на поле в Северной Каролине, снимая видео для своей записи «Сейчас в тюрьме».

«Это должно было показать символическую природу нахождения в свете фар», - сказал он.Во время съемок «на самом деле пришли копы и спросили, что мы делаем».

Он впервые услышал Джима Джексона «Bye, Bye, Policeman» на сборнике песен о медицинских шоу 1920-х и 30-х годов. В текстах описывается незаконная игра в кости и офицер, который клянется ее прекратить: «Он сказал:« Стой, мальчик! Я закон, я застрелю тебя, Билл »/ Я обернулся и посмотрел на него, сказал:« Как ты думаешь? »

Стили менялись, но тема продолжалась. Сонни Найт, подмастерье исполнитель R&B, начавший свою карьеру в 1950-х, написал новую песню под названием «But Officer. В то время как музыкальная обстановка представляет собой игривую танцевальную мелодию в стиле R&B в стиле «Геклебака», односторонний «диалог» Найта с полицейским быстро превращается из комичного в насыщенный: «Офицер, я не могу поднять руки выше! . . . Послушайте, офицер, вы позволите мне сказать хоть одно слово? Песня зловеще заканчивается звуком хлопанья двери тюрьмы.

Артисты современного джаза, исполняющие преимущественно инструментальную музыку, по-своему протестовали против жестокости полиции. Вскоре после маршей Selma в 1965 году гитарист Грант Грин записал восьмиминутную песню под названием «Selma March» , которая отразила отчаяние и решимость демонстрантов, подвергшихся нападению со стороны государственных войск и сторонников сегрегации.

В 1972 году саксофонист Арчи Шепп записал альбом «Attica Blues», с лихорадочным, фанковым заглавным треком, вдохновленным недавним бунтом в исправительном учреждении Аттики в Аттике, штат Нью-Йорк, где протестовали преимущественно черные заключенные. нечеловеческие условия жизни. Погибли более 30 сокамерников и 10 сотрудников исправительных учреждений. Исполняя слова к стихотворению, написанному барабанщиком Бивером Харрисом, приглашенным вокалистом Карлом Холлом и парой бэк-вокалисток, Джоши Армстед и Альбертиной Робертсон, уловите шум бунта и коллективные страдания: «Я беспокоюсь о человеческой душе.

Тогда, как и сейчас, молодое поколение опасалось неправомерных действий полиции. Кривый политический автор песен Фил Окс вообразил вмешательство Америки в иностранные дела как еще один вид агрессивной полицейской деятельности в дикой сатире «Копы мира» («Наши пистолеты голодны, а характер у нас непродолжительный ... Нашим ботинкам нужен блеск, ребята» »). В Англии группа под названием Equals, в которой участвует молодой уроженец Гайаны по имени Эдди Грант, который стал сольным исполнителем в поп-музыке 1980-х, записала «Police on My Back», - песню, ставшую известной благодаря кавер-версии Clash. .

В 1970-е годы многие музыканты со всего мира боролись против насилия со стороны полиции. Джуниора Мервина «Police and Thieves» (1976) - «Все миротворцы стали военными офицерами» - станет одним из самых стойких хитов регги. (Это тоже было покрыто The Clash.) Лидер нигерийского оркестра Фела Кути, политическая музыка которого настолько взбесила правительственные вооруженные силы, что 1000 солдат напали на его территорию, записала несколько песен о конфликте, в том числе «Sorrow Tears and Blood.

В Соединенном Королевстве поэт регги Линтон Квеси Джонсон, иммигрант с Ямайки, записал мощный «Sonny’s Lettah», , в котором рассказчик пишет своей матери из тюрьмы. Сонни убил полицейского, защищая друга, которого несправедливо избили, когда его обвинили в преступлении, которого он не совершал. Песня имеет подзаголовок «Anti-Sus Poem» в честь так называемого британского закона «Sus», который разрешал полиции останавливать и обыскивать любого, кто просто выглядел «подозрительным».

Несколько заметных случаев несправедливости были отмечены песнями в 1980-х годах.В 1980 году Гил Скотт-Херон, записавший «Революцию не будет транслироваться по телевидению», выпустил альбом под названием «Ангола, Луизиана» в честь Гэри Тайлера, заключенного в местной тюрьме, который, несмотря на то, что настаивал на своей невиновности, находился в тюрьме. самый молодой человек в камере смертников. В том же году серия «Biko» Питера Гэбриэла познакомила мир с убийством под стражей в полиции южноафриканского активиста, выступающего против апартеида Стивена Бико. В Англии шум вокруг убийства Колина Роуча в холле лондонского полицейского участка в 1983 году побудил Шинед О’Коннор написать «Черные мальчики на мопедах.« Англия, поет она, - это не« мифическая страна мадам Джордж и роз / это дом полиции, который убивает черных мальчиков на мопедах ».

Конец 1980-х и начало 90-х, которые сейчас считаются «золотым веком» хип-хопа, принесли не только знаменитый рэп N.W.A с непечатным названием, но и многие другие песни о преследовании полицией молодых чернокожих мужчин. Public Enemy выступил против очевидного пренебрежения к цветным сообществам в сообщении «911 - это шутка». На своем дебютном альбоме 1991 года Тупак Шакур рассказал о постоянных запугиваниях со стороны полиции на «Trapped.« KRS-One вызвал сирену на улицах Нью-Йорка - ууп-у-у! - повторяющийся мотив в « Sound of da Police», , в котором он сравнил офицеров с «надзирателями» плантаций: «Измени свое отношение, измени свой план / На украденной земле никогда не может быть справедливости».

В то время как в истории популярной музыки есть все эти и многие другие примеры песен о неравенстве перед законом, повторяющиеся инциденты, задокументированные в эпоху мобильных телефонов и нательных камер, породили поток песен, записанных в праведном негодовании.Во время турне в 2012 году Брюс Спрингстин возродил свою песню «American Skin (41 Shots)» о том, как в 1999 году полиция застрелила невооруженного Амаду Диалло, когда он потянулся за своим кошельком: «Это пистолет, это нож? это кошелек? / Это твоя жизнь »- в честь Трейвона Мартина. Два года спустя Лорин Хилл выпустила свою песню «Black Rage» в ответ на убийство Майкла Брауна и протесты в Фергюсоне, штат Миссури. Как будто в тандеме Винс Стейплз выпустил песню под названием «Hands Up», и The Вышла игра «Не стреляй.

После смерти Сандры Бланд в полицейском участке художник, известный как Кровавый апельсин, написал отражение под названием «Улыбка Сандры». И Jay-Z выпустил сингл «Spiritual» - «Нет, я не яд» - после убийств Альтона Стерлинга и Филандо Кастилии.

Но одной из самых ярких песен на эту мрачную тему могла бы быть песня Бена Харпера «Call It What It Is» , выпущенная в 2016 году. «Они стреляли ему в спину / Теперь быть черным - преступление», - поет Харпер. .

Назовите это как есть, он настаивает: убийство.

С Джеймсом Салливаном можно связаться по телефону [email protected] . Следуйте за ним в Twitter @sullivanjames.

Путешествие надежды и страданий: новая научная фантастика и фэнтези

В книге Карин Тидбек ТЕАТР ПАМЯТИ (Пантеон, 240 стр., 25,95 доллара США) Дора и Чертополох - дети, живущие вместе во вневременном месте под названием Сады, где ужасающе жестокие лорды и дамы живут в вечных сумерках и пытают своих украденных детей-слуг ради развлечения, прежде чем в конечном итоге убить и съесть их.Чертополох оказался в ловушке из-за кражи его имени; Дора попала в ловушку из-за невыгодной сделки и своей преданности Чертополоху. Они любят и защищают друг друга, как братья и сестры, как могут. Но однажды любовница Чертополоха - особенно злобная Августа Прима - находит часы в лесу и запускает цепь событий, в которых она и дети будут кататься по мирам и рассказывать все более странные истории.

«Театр памяти» изыскан и удивителен. Проза отличается скульптурной точностью, каждое предложение одновременно напряжено, как пружина часов, и безмятежно, как гора.Тидбек перескакивает от ужаса к удивлению и юмору, как камень, скользящий по воде, и одинаково ловко управляет персонажами; каждый ступает на страницу полностью сформированным, независимо от того, насколько незначительна его роль. Есть Горби, таинственный торговец и путешественник; Пинакс, архивист, который очень серьезно относится к дружбе; Нильс Нильссон, человек, спрятанный внутри себя. И есть Театр памяти, колесный и замечательный, с его директором, подмастерьем, учеником и другими, которые разыгрывают множество мировых драм, путешествуя по космологической «закулисье».

Трагедии, лежащие в основе книги - мучительные потери, бессмысленная жестокость - несколько смягчаются их параллелями с народными сказками и сказками, которые предлагают выгоду на определенной дистанции; убийство менее ужасно, когда встречается в балладе, закрепленной припевом.

« НА ХРУПКИХ ВОЛНАХ» Э. Лили Ю (Эревон, 288 стр., 25,95 долл. США), , однако, не дает такого утешения. Он часто сосредотачивается на недостаточности, ненадежности повествования как на утешении перед лицом невзгод и исследует, насколько легко истории превращаются в кошмары.

«На хрупких волнах» рассказывает о другой сестре и брате, Фирузе и Нур, бежавших из Афганистана со своими родителями в надежде добраться до Австралии. Их родители рассказывают им истории, чтобы путешествие было сносным, и они представляют себя авантюристами в грандиозном путешествии. Но в то время как рассказы о Ростаме и Рахше уносят их из Афганистана, через Пакистан и Индонезию и через тайфун, все истории увядают в Науру, где семья содержится в Региональном центре обработки документов вместе с сотнями других просителей убежища в течение нескольких месяцев.Там призрак утонувшей девушки начинает составлять компанию Фирузе, к лучшему или к худшему.

Это первый роман Ю, но вы никогда не узнаете этого по уверенности ее подхода, безмерности того, чего она добивается. Она меняет точку зрения и не отделяет повествование от диалога, что приглушает голоса и придает объем мыслям. Повсюду Ю исследует импульс к рассказыванию историй, его способность к жестокости и утешению; Фирузе нужна ее утонувшая девочка, но также нужно ее отпустить.

«На хрупких волнах» - грандиозная и почти невыносимая работа свидетеля. Это разрушительно и идеально. Он не вздрагивает от ужаса заключения и не фетишизирует его. Ю никогда не позволяет нам отвести взгляд от порочной банальности зла, оставляя нас задавать вопросы, почему мы позволяем ему процветать, когда было бы намного проще творить добро друг с другом. Это особенно тяжело сейчас, когда Великобритания рассматривает возможность принятия австралийских офшорных мер убежища, хотя Австралия наконец их отменяет.

Если после прочтения этих двух книг вы почувствуете себя вымытой соленой землей, то это книга Чарли Джейн Андерс ПОБЕД, БОЛЬШЕ, ЧЕМ СМЕРТЬ (Tor Teen, 288 стр., 18,99 $) освежит и увлажнит вас. Веселая, нежная, жизнерадостная, она направлена ​​на спасение вселенной путем поиска друзей и борьбы с фашистами.

Героиня Андерса - Тина Мейнс, обычная американская девушка-подросток, у которой в ключицу вживлен космический спасательный маяк. Тайно экспериментальный клон блестящего инопланетного тактика по имени Таох Арджентиан, Тина провела свою жизнь, замаскированную в человеческой ДНК, ожидая, когда материнский корабль перезвонит ей и наполнит воспоминаниями капитана Арджентиана, прежде чем дать ей ведущую роль в галактической войне.На Земле Тина очищена, она противостоит школьным хулиганам и вступает в драки с женоненавистниками-провокаторами в Интернете, но как только ее маяк активируется и она и ее лучшая подруга Рэйчел отправляются в открытый космос, все становится намного сложнее.

Эта книга переполняется харизмой. Голос Тины бешено бодрит, даже когда она несчастна, и часто корректируется кривыми наблюдениями за ее товарищами-подростками-гениями-землянами, которые составляют великолепно разнообразный основной ансамбль книги.Андерс использует юмор, как цитрусовые во фруктовом пироге, вырезая моменты, которые грозят стать сахаристыми, резкими и веселыми поворотами.

«Победы больше, чем смерть» - первая книга трилогии, но сама по себе она совершенно приятна. Это книга разговоров и согласия, сладких увлечений и уважаемых границ. Если это кажется странным в контексте галактической войны, вся книга является аргументом в пользу того, почему этого не должно быть; сострадание и сочувствие - это якобы то, за что борются Тина и ее друзья, противопоставляя драгоценные оттенки своей сложности бледной и жестокой идентичности.

Вкус и запах ушли навсегда? Страдания выживших после коронавируса

Нью-Йорк (AFP)

Через три дня после положительного результата теста на Covid-19 «все было на вкус как картон», - вспоминает 38-летняя Элизабет Медина, потерявшая чувство вкуса и запаха в начале пандемии. Год спустя она боится, что никогда не вернет их.

Медина проконсультировалась с врачами по лечению ушей, горла и носа, а также неврологами, попробовала различные назальные спреи и входит в группу пациентов, проходящих экспериментальное лечение с использованием рыбьего жира.

Чтобы пробудить свои чувства, она обильно приправляет все, что ест, наливает ароматические травы в чай ​​и регулярно нюхает браслет, пропитанный эфирными маслами.

Но ее попытки оказались тщетными. Медина, консультант в нью-йоркской школе, говорит, что она потеряла многие повседневные удовольствия, которые ей когда-то нравились, включая еду и приготовление пищи.

Она говорит, что месяцами плакала каждый день.

Медина - один из растущего числа людей с длительной аносмией - плохо изученным заболеванием, которое для многих стало недооцененным последствием пандемии.

По словам Валентины Парма, психолога Университета Темпл в Филадельфии, большинство больных Covid-19, которые теряют способность ощущать вкус или запах, выздоравливают «в течение трех или четырех недель».

Но от 10 до 15 процентов теряют рассудок на месяцы, сказал Парма. Она возглавляет Глобальный консорциум хемосенсорных исследований (GCCR), который был создан в начале пандемии для изучения проблемы.

- «Long Covid» -

По оценкам эксперта, от потери чувствительности страдают более двух миллионов американцев и 10 миллионов человек во всем мире.

Вкус и запах часто считаются менее важными, чем зрение и слух, и их потеря часто считается менее серьезной, чем другие эффекты «Long Covid»; но они - ключевая часть социализации, - говорит Парма, отмечая, что «мы выбираем себе пару по запаху».

Более того, их исчезновение часто сопровождается не только проблемами с питанием, но и тревогой и даже депрессией, - добавила Парма.

Как и другие «аносмики», Медина нашла утешение и солидарность в группе поддержки, организованной в больнице рядом с ее домом.

Такие группы процветают в социальных сетях. По словам основателя Крисси Келли, группа AbScent, созданная в качестве благотворительной организации в Великобритании в 2019 году, с начала пандемии увеличила количество своих членов на различных платформах с 1500 до более чем 45000.

На главной странице организации в Facebook постоянно возникает вопрос, который не дает покоя Медине: «Верну ли я когда-нибудь чувство вкуса и запаха?»

На данном этапе, сказал Парма, «довольно сложно предсказать, как будут развиваться события."

Но есть один хороший индикатор того, что аносмия идет на выздоровление: развивается паросмия, когда люди искажают запахи знакомых вещей, как запах мусора во время нюхания кофе.

В настоящее время не существует известного лекарства, и единственное лечение безоговорочно рекомендуется вдыхать четыре разных аромата дважды в день. По словам Пармы, это работает в 30% случаев, но только после трех-шести месяцев практики.

Столкнувшись с этой неопределенностью, возможно, неудивительно, что подобные Келли из AbScent, потерявшая вкус и запах после приступа синусита в 2012 году, и Кэти Боатенг, американка, потерявшая чувства в 2009 году, стали почти знаменитостями.

Они делятся своим опытом и подталкивают медицинское сообщество к активизации исследований и признанию серьезности своих симптомов.

В 2018 году Кэти Боатенг создала подкаст Smell Podcast, кладезь информации и советов для своих товарищей по несчастью.

- Ежедневные упражнения -

Сейчас она входит в группу защиты интересов пациентов, которая помогает руководить исследованиями GCCR.

Хотя Боатенг сама отказалась от надежды на выздоровление, «я все еще очень надеюсь, что мы сможем провести исследования, которые могут вылечить людей в будущем», - сказала она.

В ожидании прорыва в медицине многие продолжают выполнять свои ежедневные упражнения на нюхание, иногда с помощью тренера, например Лии Хольцель.

Эксперт по питанию, потерявшая обоняние с 2016 по 2019 год, помогла шести людям вылечиться от аносмии с начала пандемии.

Многие больные также цепляются за сообщения об улучшениях или исцелениях, которые регулярно появляются в социальных сетях, наслаждаясь духом товарищества, который обеспечивают группы.

«Прошел почти ровно год после того, как я впервые потеряла запах и вкус, и сейчас я в значительной степени в порядке», - написала Доминика Ухракова, которая живет в Саутгемптоне, Англия, на странице AbScent в Facebook.

«Держитесь, не теряйте надежды, и я желаю вам удачи», - добавил 26-летний парень.

© AFP 2021

Демоны и голливудская тревога преследовали создательницу «Уродливой Бетти» - The Hollywood Reporter

28 декабря на экране промелькнуло текстовое сообщение: «С Новым годом. Это мой новый номер. Как дела? Я лечился. Наконец вернулся в среду. Крепко обнимаю, Сильвио ». Он был от Сильвио Орты, создателя номинированного на премию «Эмми» Ugly Betty , который только что завершил экспериментальную терапию, направленную на преодоление тяжелой депрессии, охватившей его жизнь.Орта провел последние несколько дней 2019 года, обращаясь к людям, которым он доверял больше всего, - к своему агенту WME Полу Хаасу; его бывший помощник Брайан Танен; и, в данном случае, Эдуардо Роман, парикмахер кубинского происхождения и близкий друг.

Роман ничего не слышал от Орты с осени, когда Орта продал свой многомиллионный дом над Сансет-Стрип и переехал к своей матери, Ана, кубинской эмигрантке, живущей в Майами. После долгих лет отчаянных разговоров текстовое сообщение Орты звучало многообещающе. Но 10 дней спустя писатель заселился в Holiday Inn Express в невзрачном районе Южного Майами и покончил с собой с оружием.Ему было 45.

«Он был так полон волнений и мечтаний», - вспоминает Роман, который позволил Орте разбиться на своем диване, когда он впервые приехал в Лос-Анджелес в 1995 году, соединившись через общего друга из Майами. «Супер молодой, супер невинный, супер милый». По-мальчишески красивый, с глубоко посаженными глазами и манящей улыбкой, Орта окончил киношколу Нью-Йоркского университета и распылял духи в универмаге на Манхэттене, когда решил рискнуть в Голливуде. Он написал один специальный сценарий - «мрачная комедия, действие которой происходит в Промежутке», как он это описал, - и этого было достаточно, чтобы устроить ему несколько встреч.Вскоре после этого он продал презентацию для комедии ужасов под названием Городская легенда . «Это была одна из тех вещей, которых никогда не бывает», - сказал он LAist в 2004 году. «Они дали фильму зеленый свет почти сразу, сняли его, и я был на премьере менее чем через два года после переезда сюда». Фильм 1998 года, в котором снимались молодые Джаред Лето и Джошуа Джексон, собрал в мировом прокате 75 миллионов долларов при бюджете в 14 миллионов долларов.

«Он ворвался на сцену, как яркая сияющая звезда», - говорит Хаас, который представлял Орту на протяжении всей своей карьеры.«Первые пять сценариев, которые он написал в качестве пилотов на телевидении, пошли прямо в сериал». К 27 годам он был шоураннером The Chronicle , научно-фантастического сериала о таблоиде супермаркетов, рассказы которого об НЛО и мальчиках-летучих мышах оказались правдой. «В том, как он писал, было что-то такое милое и забавное, - говорит Хавьер Грилло-Марксуах, сценарист сериала. За Chronicle последовал Jake 2.0 , вращающийся вокруг айтишника, который заражается наноботами и развивает сверхспособности.Один сезон он транслировался в уже не существующем UPN. Только в 2006 году, когда ABC получила зеленый свет Ugly Betty , манерную драматическую драму, вдохновленную колумбийской теленовеллой, его карьера по-настоящему пошла вверх. Шоу вызвало отклик уже с первого эпизода, который собрал 16 миллионов зрителей. «Это намного опередило свое время с точки зрения представительства», - отмечает Танен. Среди других сюжетных линий, «в нем был показан молодой гей-парень, живущий своей жизнью еще до того, как он узнал, что он гей, в основе шоу - семья латиноамериканцев, а на премьере фильма фигурирует транс-персонаж Алексис.Он также запустил сериал «Америка Феррера», получившая в 2007 году премии «Золотой глобус» и «Эмми» за работу над сериалом. И это превратило Орту, которому тогда было 33 года, в писателя-продюсера-телезвезда.

«Он любил быть в центре внимания», - говорит его близкий соавтор. «Ему понравилось внимание, которое привлекло к нему шоу, и ему понравились награды и церемонии». Одним из первых разорителей Орты стал дом для его матери в Майами. Затем он купил себе один - испанский колониальный дом 1920-х годов с четырьмя спальнями над Сансет-Стрип, который заплатил 2 доллара.4 миллиона за 2007 год. Там он устраивал вечеринки по выходным, на которые собирались красивые мужчины, желавшие пообщаться с влиятельными голливудскими игроками.

«У него было все», - говорит Роман. «Потом все вышло из-под контроля».

Возможно, мы никогда не узнаем, кто дал Орте первый вкус кристаллического метамфетамина и когда это произошло. По словам нескольких людей, знакомых с ситуацией, препарат появился в конце четырехсезонного сезона Ugly Betty , после того как производство было перенесено в Нью-Йорк и рейтинги упали.(«Мы оба пришли к трудному решению сделать этот сезон Ugly Betty последним», - заявили Орта и тогдашний президент ABC Entertainment Стив Макферсон в совместном заявлении о его отмене в 2010 году.)

Известно, что то, что начиналось как развлекательная игра - наркотик, который довел сексуальное влечение Орты до 11, успокаивая ноющую неуверенность, - быстро превратился в разрушительную зависимость. По словам Романа, когда кайф прошел, у него осталось ужасное похмелье, за которым последовали длительные периоды депрессии и полурегулярные приступы паники.Орта занялся самолечением с помощью повторного употребления - смертельный цикл. Вскоре его охватили параноидальные иллюзии о том, что за ним следят или что люди заходят в его дом, когда его там нет. Обеспокоенный, Роман отвел его на собрание группы наркозависимых в Западном Голливуде. «Он не мог выйти из машины, - вспоминает он. «Вот насколько сильно было его беспокойство».

Орта преодолел свой страх и регулярно посещал собрания. Его обняла группа трезвых друзей. Казалось, выздоровление было в пределах досягаемости, но он неоднократно возвращался.Его творчество и драйв начали страдать, как и его надежность. Орта выразил своим друзьям глубокий стыд за то, что подвел людей, особо отметив тот раз, когда он пропустил сетевую встречу с высокими ставками в Нью-Йорке, потеряв счет времени во время однодневного запоя. То, что должно было стать его большим возвращением - рассказ о магическом реализме под названием Проклятие женщин Фуэнтес - было передано телеканалом NBC в 2015 году («Это была трагедия, что он никогда не был показан в сериале», - говорит Грилло-Марксуах. «Я был тронут этим до слез.Споткнувшись, Орта снова попала в штопор. «Л.А. было плохо для него », - говорит Роман. «Я видел это много, особенно в гей-сообществе. Когда вы красивы и успешны и можете предложить дом для вечеринки, они устремятся к вам. Но когда ты сталкиваешься с трудностями, лицом к лицу с тьмой, они уходят ».

В 2016 году Орта незаметно выставил свой дом на продажу. В торговом отчете о листинге описывается, что создатель Ugly Betty имеет «только пару не особо впечатляющих кредитов шоу-бизнеса с тех пор.Роман говорит: «Из-за них он выглядел неудачником. Это убивало его. Его сокрушало то, что это было где-то там ».

Три года назад Орта наконец бросил метамфетамин. Но тьма так и не рассеялась. Обеспокоенная, его мать переехала в Лос-Анджелес год назад, чтобы быть ближе к сыну. После продажи дома несколько месяцев назад - он ушел менее чем за 4 миллиона долларов, что Орта считал убытком, потому что дом прошел через несколько ремонтов, и в цену была включена вся мебель - они вернулись в скромный дом в Майами, который он купил для нее. с его Ugly Betty заработков.Его сестра Хильда, с которой он был очень близок и которая послужила вдохновением для персонажа Хильды Суарес в сериале Ugly Betty , переехала к ним. Вместе они собирались победить это.

К тому времени профессиональные обязательства Орты иссякли. Единственный оплачиваемый сценарий, который он написал за последние годы, - это некредитная работа над грядущей дорамой Старца о стриптиз-клубе P-Valley . Он передал последний из своих сценариев телекомпании Warner Bros. Television, где когда-то у него был богатый контракт на разработку, и на горизонте не было никаких новых проблесков.Тем не менее, те, кто знал Орту и верил в его талант, никогда не теряли надежды. Хаас предложил Орте вложить свои страдания в проект о зависимости. Он призвал его написать проект своей мечты о лодочном подъемнике Мариэль 1980 года, когда Фидель Кастро разрешил 125 000 кубинцев эмигрировать в Майами, среди которых было много душевнобольных и преступников. Но ничего не вышло.

«Когда ты добиваешься успеха, тебя ждут, что ты счастлив и на вершине мира», - говорит его бывший помощник Танен, который считает, что Орта предоставил ему первый шанс, и который в этом году сам стал шоураннером. с ABC's Grand Hotel .«Но о чем люди мало говорят, - продолжает он, - так это о том, насколько невероятно трудным и напряженным может быть этот бизнес. Я так глубоко, глубоко опечален и убит горем, что Сильвио почувствовал, что ему нужно покончить с собой ».

Эта история впервые появилась в номере журнала The Hollywood Reporter от 16 января. Нажмите здесь, чтобы подписаться.

Вкус и запах ушли навсегда? Страдания выживших после коронавируса

Через три дня после положительного результата теста на Covid-19 «все было на вкус как картон», - вспоминает 38-летняя Элизабет Медина, потерявшая обоняние и вкус в начале пандемии.Год спустя она боится, что никогда не вернет их.

Медина проконсультировалась с врачами по лечению ушей, горла и носа, а также неврологами, попробовала различные назальные спреи и входит в группу пациентов, проходящих экспериментальное лечение с использованием рыбьего жира.

Чтобы пробудить свои чувства, она обильно приправляет все, что ест, наливает ароматические травы в чай ​​и регулярно нюхает браслет, пропитанный эфирными маслами.

Но ее попытки оказались тщетными. Медина, консультант в нью-йоркской школе, говорит, что она потеряла многие повседневные удовольствия, которые ей когда-то нравились, включая еду и приготовление пищи.

Она говорит, что месяцами плакала каждый день.

Медина - один из растущего числа людей с длительной аносмией - плохо изученным заболеванием, которое для многих стало недооцененным последствием пандемии.

По словам Валентины Парма, психолога Университета Темпл в Филадельфии, большинство больных Covid-19, которые теряют способность ощущать вкус или запах, выздоравливают «в течение трех или четырех недель».

Но от 10 до 15 процентов теряют рассудок на месяцы, сказал Парма.Она возглавляет Глобальный консорциум хемосенсорных исследований (GCCR), который был создан в начале пандемии для изучения проблемы.

- «Long Covid» -

По оценкам эксперта, от потери чувствительности страдают более двух миллионов американцев и 10 миллионов человек во всем мире.

Вкус и запах часто считаются менее важными, чем зрение и слух, и их потеря часто считается менее серьезной, чем другие эффекты «Long Covid»; но они - ключевая часть социализации, - говорит Парма, отмечая, что «мы выбираем себе пару по запахам.«

Более того, их исчезновение часто усугубляется не только проблемами питания, но и тревогой и даже депрессией, - добавила Парма. больница рядом с ее домом.

Такие группы процветают в социальных сетях. По словам основателя, группа AbScent, созданная в качестве благотворительной организации в Великобритании в 2019 году, с момента начала пандемии увеличила количество своих членов на различных платформах с 1500 до более чем 45000 человек. Крисси Келли.

На главной странице организации в Facebook постоянно возникает вопрос, который не дает покоя Медине: «Верну ли я когда-нибудь чувство вкуса и запаха?»

На данном этапе, по словам Пармы, «довольно сложно предсказать, как все будет развиваться».

Но есть один хороший индикатор того, что аносмики на пути к выздоровлению: развивается паросмия, когда люди искажают запахи знакомых вещей, как запах мусора во время нюхания кофе.

В настоящее время нет известного лекарства, и единственное лечение, которое рекомендуется безоговорочно, - это вдыхать четыре разных запаха дважды в день.По словам Пармы, это работает в 30% случаев, но только после трех-шести месяцев практики.

Столкнувшись с этой неопределенностью, возможно, неудивительно, что Келли из AbScent, потерявшая вкус и запах после приступа синусита в 2012 году, и Кэти Боатенг, американка, потерявшая чувства в 2009 году, стали почти знаменитостями. .

Они делятся своим опытом и подталкивают медицинское сообщество к активизации исследований и признанию серьезности своих симптомов.

В 2018 году Кэти Боатенг создала подкаст Smell Podcast, кладезь информации и советов для своих товарищей по несчастью.

- Ежедневные упражнения -

Сейчас она входит в группу защиты интересов пациентов, которая помогает руководить исследованиями GCCR.

Хотя Боатенг сама отказалась от надежды на выздоровление, «я все еще очень надеюсь, что мы сможем провести исследования, которые могут вылечить людей в будущем», - сказала она.

В ожидании прорыва в медицине многие продолжают выполнять свои ежедневные упражнения на нюхание, иногда с помощью тренера, например Лии Хольцель.

Эксперт по питанию, потерявшая обоняние с 2016 по 2019 год, помогла шести людям вылечиться от аносмии с начала пандемии.

Многие больные также цепляются за сообщения об улучшениях или исцелениях, которые регулярно появляются в социальных сетях, наслаждаясь духом товарищества, который обеспечивают группы.

«Прошел почти ровно год после того, как я впервые потеряла запах и вкус, и сейчас я в значительной степени в порядке», - написала Доминика Ухракова, которая живет в Саутгемптоне, Англия, на странице AbScent в Facebook.

«Держитесь, не теряйте надежды, и я желаю вам удачи», - добавил 26-летний парень.

cat / pdh / bbk

Британские члены королевской семьи разделяют тревогу из-за наводнения в индийском парке носорогов

ГАУХАТИ, Индия (AP) - Более 100 животных, в том числе 10 однорогих носорогов, погибли из-за наводнения в знаменитой игре Kaziranga. В субботу официальные лица заявили, что британский принц Уильям и его жена Кейт Миддлтон выразили обеспокоенность в своем письме властям парка на северо-востоке Индии.

«С первой недели июня у нас нет передышки из-за волны за волной наводнения, которое нанесло ущерб национальному парку Казиранга и заповеднику тигров», - сказал директор парка Казиранга П. Сивакумар.

Он сказал, что животное, утонувшее в разлившейся реке возле парка в субботу, увеличило число погибших носорогов до 10.

Герцог и герцогиня Кембриджские написали Сивакумару, выражая свою беду по поводу разрушения национального парка Казиранга и его драгоценностей. дикая природа.Пара посетила парк в апреле 2016 года, чтобы узнать о мерах по сохранению и борьбе с браконьерством.

«Гибель стольких животных, в том числе однорогого носорога, глубоко расстраивает», - писали они.

По данным Международной федерации обществ Красного Креста и Красного Полумесяца (IFRC), из-за продолжающегося муссона в некоторых частях Индии, Бангладеш и Непала было перемещено 9,6 миллиона человек.

По данным IFRC, в результате наводнения погибло более 550 человек.

Организация предупредила о гуманитарном кризисе, заявив, что около одной трети Бангладеш уже затоплено, и в ближайшие недели ожидается еще большее наводнение. В нем говорится, что пострадали 2,8 миллиона человек и что более 1 миллиона находятся в изоляции.

В Индии от наводнения пострадало более 6,8 миллиона человек, в основном в северных штатах Ассам, Западная Бенгалия, Бихар и Мегхалая, граничащих с Бангладеш, сообщает IFRC со ссылкой на официальные данные.

В Бихаре погибли по меньшей мере 10 человек, сообщили в субботу в управлении по ликвидации последствий стихийных бедствий штата.

Хотя официальные лица открыли центры помощи в пострадавших районах, люди вместо этого предпочли укрыться в брезентовых палатках, установленных вдоль шоссе и набережных.

Правительство Бихара запросило помощь военно-воздушных сил Индии в доставке по воздуху гуманитарных материалов, в том числе пакетов с едой, сообщило агентство по ликвидации последствий стихийных бедствий.

В Ассаме, где находится Казиранга, 96 человек погибли в результате наводнения и еще 26 человек погибли в результате селей. Около 50 000 человек нашли убежище в государственных лагерях для оказания помощи.

Паводок также затрудняет защиту дикой природы в парке.

«Более сотни из 223 лагерей безопасности в обширном парке все еще находятся под водой, что делает повседневную работу наших 1600 охранников действительно сложной», - сказал Сивакумар.

___

Сингх сообщил из Патны, Индия.

ежедневных раундов: цена страданий; Рационирование прививок от гриппа; Подсчет видов находок 8,7 млн; Faults Cracking

В случаях злоупотребления служебным положением при рождении мертвого ребенка суды пытаются оценить страдания матери - NYTimes.com "Эти два дела являются одними из первых, которые прошли через судебную систему после того, как в 2004 году высший суд Нью-Йорка изменил закон штата и позволил матерям подавать в суд за свои эмоциональные страдания, когда они утверждали, что небрежность со стороны врача привела к рождению мертвеца. При элементарной материнской утрате, эти дела предлагают редкий взгляд на первые вычисления правовой системы, чтобы установить новое значение для этого необычного типа страдания. Они также проливают свет на часто мрачные вычисления, которые делают юристы, пытаясь установить цифру в долларах.Поскольку эти случаи представляют собой неизведанную территорию штата, мрачные сравнения зашли особенно далеко. Среди прочих аналогий юристы пытались сравнить травму от мертворождения с травмой от нападения собаки или с тем, что пассажир провел девять минут мучений, зная, что самолет падает ". (nytimes.com)

Worcester Telegram & Gazette - telegram.com - Штат сокращает количество бесплатных прививок от гриппа «Департамент общественного здравоохранения штата отказался от бесплатных прививок от гриппа для застрахованных взрослых в рамках значительного перехода от государственных к частным поставщикам медицинских услуг.«К сожалению, из-за сокращения бюджета во всех департаментах Департамент общественного здравоохранения Массачусетса больше не может предоставлять вакцины, включая вакцину против гриппа, для застрахованных взрослых в возрасте 19 лет и старше», - написал Джон Ауэрбах, комиссар государственного здравоохранения штата.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *