Содержание

«ОТЦЫ И ДЕТИ» (Г. М. Фридленер — § 1; А. И Батюто

«ОТЦЫ И ДЕТИ» (Г. М. Фридленер — § 1; А. И Батюто — §§ 2-5)

1

Роман «Отцы и дети» был задуман Тургеневым в августе 1860 года я закончен через год — 30 июля 1861 года. Ромап был опубликован в февральской книжке журнала «Русский вестник» за 1862 год. В том же году вышло отдельное издание романа (с посвящением В. Г. Белинскому).

Уже в самый момент своего появления «Отцы и дети» вызвали горячие и ожесточенные споры среди читателей и в критике. Споры, начавшиеся вокруг романа еще при жизни Тургенева, продолжались в последующие десятилетия. Ни одно из современных Тургеневу и позднейших крупных направлений русской общественной и литературно — критической мысли не могло пройти равнодушно мимо тургеневского романа и фигуры его главного героя, стремилось устами своих выдающихся представителей высказать ту или иную их оценку. Уже одно это обстоятельство указывает на огромное значение «Отцов и детей» в истории русского романа и всей русской литературы XIX века.

По определению А. В. Луначарского, роман этот стал «одним из центральных явлений во всей русской жизни» своей эпохи.[715]

Исключительное значение «Отцов и детей», которое ощущалось уже первыми читателями романа, заключалось в том, что в момент, когда в России начала разгораться борьба между дворянством и разночиннодемократической интеллигенцией за гегемонию в русском освободи-

тельном движении и в умственной жизни страны, в момент, когда самые психологические черты нового героя русской жизни — революционного разночинца — демократа — еще вполне не определились, находились в процессе исторического формирования, — Тургенев сделал попытку правдиво обрисовать во весь рост эту новую для него и для всей русской жизни фигуру. Созданный романистом образ Базарова был противоречив и вызвал не только в реакционном, но и в передовом лагере горячие споры. И все же многие черты этого образа, как показала история, оказались настолько верны и жизненны, что ряд последующих поколений русской разночинной интеллигенции видел в Базарове глубокое и правдивое художественое отображение многих своих настроений, своей психологии и жизненной судьбы.

Несмотря на противоречивое отношение Тургенева — романиста к своему герою, образ Базарова стал в глазах последующих поколений классическим. Он прочно занял место в ряду наиболее прославленных образов русской литературы XIX века, приковал к себе внимание миллионов читателей во всем мире.

Характеры энергичных и смелых молодых людей из разночинной, недворянской среды, противопоставленные страдающим и рефлектирующим натурам из кругов образованного дворянства, не раз мелькали в творчестве Тургенева уже в 40–е и 50–е годы (рассказ «Андрей Колосов», пьеса «Месяц в деревне», образ Басистова в «Рудине»), Но в более ранних произведениях Тургенева образ разночинца еще не приобрел (и не мог приобрести) той исторической масштабности, не вырос в фигуру такого исторического значения и силы, какие свойственны Базарову, образ которого мог возникнуть лишь в 60–е годы, в эпоху предельного обострения социальной и идеологической борьбы, в условиях сложившейся к тому времени в России революционной ситуации.

В 1861 году, когда Тургенев кончал работу над «Отцами и детьми» и готовился печатать роман, появились одна за другой повести Н. Г. Помяловского «Мещанское счастье» и «Молотов», где суровый жизненный путь «плебея» — разночинца вполне сознательно и принципиально был противопоставлен жизненному пути традиционных дворянских литературных героев. Однако, хотя писатель — демократ Помяловский в лице обоих своих, различных по душевному складу героев — Молотова и Че- реванина — нарисовал два яркие и выразительные характера людей из поднимающейся разночинной среды, все же демократическая проза конца 50–х — начала 60–х годов еще не смогла ко времени появления «Отцов и детей» создать образа такого героя, в котором — как в едином фокусе — были бы объединены характерные черты духовно — психологического склада исканий и настроений русской демократической молодежи 60–х годов.

По словам романиста, «в основание главной фигуры» «Отцов и детей» — Базарова — «легла» «поразившая» его «личность молодого провинциального врача» Дмитриева. «В этом замечательном человеке, — писал впоследствии Тургенев, — воплотилось — на мои глаза — то едва народившееся, еще бродившее начало, которое потом получило название нигилизма. Впечатление, произведенное на меня этой личностью, было очень сильно и в то же время не совсем ясно; я, на первых порах, сам не мог хорошенько отдать себе в нем отчета — и напряженно прислушивался и приглядывался ко всему, что меня окружало, как бы желая поверить в правдивость собственных ощущений» (X, 346–347).

Последняя часть приведенной цитаты очень важна: Тургенев подчеркнул, что, отправляясь при создании образа Базарова от поразившей его фигуры Дмитриева, он в то же время, в процессе дальнейшей творческой работы, «напряженно прислушивался и приглядывался» к окружающему. Стремясь создать целостный, обобщающий и выразительный образ молодого разночинца — демократа 60–х годов, Тургенев, как это было и при создании других центральных образов его романов, отталкивался в своей работе от наблюдений не над одним, а над многими лицами, учитывал особенности взглядов, психологии и мировоззрения ряда представителей молодого поколения. Посвящение романа памяти Белинского подчеркивало обобщающий характер замысла писателя, позволяло романисту выразить взгляд на психологию своего героя не как на эпизодическое, преходящее явление, а как на явление, имеющее глубокие корни в истории умственной жизни русского общества.

Как и в предшествующих своих романах, писатель, верный своему методу, заставил героя действовать не на «большой», а на «малой» арене. Действие романа, хронологически приуроченное к лету 1859 года и ограниченное во времени всего несколькими неделями, происходит не в Петербурге или Москве, а «в одном из отдаленных уголков России» (III, 370), — в губернии, где расположены деревни отцов обоих главных героев романа — сына полкового врача и внука дьячка Евгения Базарова и его университетского товарища, молодого барича Аркадия Кирсанова. Строгое ограничение действия во времени и в пространстве, перенесение его из Петербурга, где учились оба молодых человека, в губернию, выбор в качестве главной сценической площадки имения Кирсановых, где Базаров, появившийся здесь впервые, является новым человеком для всех окружающих, а потому сразу становится в центре всеобщего внимания, вызывает ожесточенную вражду одних и симпатии других, — всё это позволяет Тургеневу создать ту необходимую, с точки зрения романиста, обстановку, в которой образ главного героя раскрывается перед читателем как бы в условиях своего рода «лабораторного» анализа, в наиболее «чистом» виде, что должно максимально облегчить читателю, по замыслу автора, понимание и оценку воплощенного в нем нового общественного типа.

В то же время сознание романистом качественной, принципиальной грани, отделяющей Базарова от прежних его героев, побудило Тургенева (отчасти это имело место и в «Накануне») внести в «Отцах и детях» ряд поправок в найденную им в 50–е годы форму романа. В «Рудине» и «Дворянском гнезде» главную роль для итоговой оценки читателем героя не только как человека, как частного лица, но и как общественного деятеля имело его поведение в решительную минуту личной жизни, перед лицом любимой женщины. Слова Рудина «разумеется, покориться», обращенные к Наталье, позволяют читателю и героине романа провести грань между словами и делами Рудина, понять, что Рудин, несмотря на свою способность загораться в минуту исторического подъема и ораторского вдохновения, не способен к решительному действию в других, более обычных и каждодневных условиях. В «Отцах и детях» увлечение Базарова Одинцовой также занимает важное место среди тех жизненных «испытаний», через которые Тургенев проводит своего героя, желая дать читателю возможность всесторонне его узнать и оценить.

Но, во — первых, место, которое играют в сюжете «Отцов и детей» отношения Базарова и Одинцовой, нельзя сравнить по их значению с тем местом, которое любовь главных героев занимает в «Рудине» и «Дворянском гнезде», а, во — вторых, самое положение героев в любовной интриге романа здесь во многом принципиально иное.

Если Рудин или Лаврецкий были, по словам Добролюбова, пропагандистами хотя бы для «одной женской души»,[716] то Базаров — человек положительной науки и труда, пропагандист и общественный деятель по своему жизненному призванию. Поэтому обрисовать интеллектуальное лицо такого героя нельзя было, сохранив без изменений то сюжетное по строение романа, которым Тургенев воспользовался в «Рудине» или «Дворянском гнезде». Облик Базарова не мог быть раскрыт романистом через призму его влияния на «одну» женскую душу. Для изображения Базарова (как и Инсарова) нужна была более широкая аудитория, нужны были друзья и враги, в спорах с которыми всесторонне раскрывалось бы мировоззрение героя и его духовный склад.

Отсюда та исключительная роль, которую приобрели в романе фигуры идейных противников Базарова— «отцов», по — разному настроенных либеральных помещиков Павла и Николая Кирсановых. Споры между Базаровым и его идейными антагонистами, его разговоры с Аркадием, являющиеся то отголоском, то продолжением этих споров, выдвинулись в романе на первое место. Ни в одном из прежних романов Тургенева открытое, прямое столкновение противоположных точек зрения на все самые основные, остро злободневные вопросы общественной жизни, философии, науки, политики, обще ственного мировоззрения в самом широком смысле слова не играло столь важной, определяющей для всего развития действия роли, как в «Отцах и детях». Выдвижение в романе на первый план картины открытого столкновения двух общественных мировоззрений, борьба которых определяла развитие русской жизни в годы крестьянской реформы и в пореформенный период, изображение идейных антагонистов, участвующих в этом столкновении, как непримиримых противников, компромисс между которыми объективно невозможен, обусловили огромное общественное значение «Отцов и детей», широкое влияние этого романа на последующие поколения.

Конфликт между «отцами» и «детьми» изображен Тургеневым в двух различных аспектах. Либеральный барич Аркадий Кирсанов, несмотря на дружбу с Базаровым и бравады по адресу дяди, закончив свои «годы учения», легко отделывается от прежних увлечений и находит общий язык со старшим поколением Кирсановых. Иначе складываются отношения в семье Базаровых. Старики Базаровы — превосходные люди. Но они принадлежат к поколению разночинцев, выросшему при крепостном праве, и далеки от умственных стремлений молодежи 60–х годов. Горячо любя своего сына, они не могут его понять, а сам он, отвечая им такой же любовью, не может найти для себя места в родительском доме. Конфликт между Базаровым и его родителями обрисован романистом как подлинно трагическое, исторически закономерное и неизбежное столкновение двух поколений в переходную эпоху.

Как уже отмечено выше, в «Отцах и детях» принципиально изменилось соотношение героя и героини в интимной, любовно — психологической коллизии. В «Рудине» и «Дворянском гнезде» героиня по своему нравственному облику, по силе и цельности характера стояла выше рефлектирующего, колеблющегося и надломленного дворянского героя. В «Отцах и детях» любовная коллизия сохранила свое значение как форма нравственного испытания героя, но содержание ее стало иным. Характерно уже то, что в отношениях между Базаровым и Одинцовой отступает в решающую минуту не герой, а героиня. Правда, для самого Базарова пережитое им испытание также становится серьезным жизненным экзаменом. Под влиянием незнакомого ему прежде чувства любви в герое — разночинце начинается переоценка ценностей, и многое из того, что раньше безоговорочно им отвергалось, предстает перед ним теперь в ином, новом свете. Но эта мучительная и даже трагическая переоценка ценностей не лишает фигуры Базарова ее обаяния, — наоборот, она по — новому подчеркивает превосходство героя над скучающей среди своего аристократического дома, умной и красивой, но больше всего ценящей покой и окружающие ее жизненные удобства героиней. Так самый трагический исход любовной коллизии романа служит для романиста средством показать масштабность фигуры своего главного героя, в котором многое смущало Тургенева как писателя, близкого к либеральному общественному лагерю 60–х годов, казалось ему загадочным и неприемлемым, но который в то же время импонировал ему своей трагической суровостью, неспокойным «бунтующим» сердцем (370), решительным складом характера, цельностью и последовательностью своего отношения к действительности, готовностью пожертвовать жизнью за свои убеждения.

Ограничение сценической площадки романа имениями Кирсановых, Одинцовой и стариков Базаровых имело и свою слабую сторону, так как не позволяло автору показать своего героя в действии, изобразить его борющимся на более широкой общественной арене. Тем не менее Тургенев устами Аркадия все же сумел намекнуть на то, что истинное призвание Базарова лежит не в сфере науки, но в области практической, общественно — революционной деятельности. Противопоставив Базарова Аркадию и старшим Кирсановым, Тургенев столь же резко отделил его от Кукшиной, Ситникова и других, подобных им представителей молодого поколения, для которых все то, что для Базарова является делом страсти и горячего убеждения, становится простым предметом моды и пошлого подражания. В том, что Базарова в романе окружают, с одной стороны, открытые враги, с другой — ложные друзья, в то время как народ, из которого вышел Базаров и положением которого занята его мысль, хотя и сознает отличие тургеневского героя от других «бар», не понимает его мыслей и чувств, коренится одна из главных причин трагической судьбы Базарова. Другую причину ее Тургенев усматривает в характере философского мировоззрения Базарова, которое остается неприемлемым для романиста, не сумевшего почувствовать принципиальной грани, отделявшей материализм Чернышевского, Добролюбова и других передовых умов 60–х годов от вульгарного материализма иного, естественнонаучного, «писаревского» склада.

2

Проблема нового русского положительного деятеля решается в романе «Отцы и дети» в сюжетных рамках противопоставления двух поколений. «Еще в 1856 году, — писал Б. М. Эйхенбаум, — появилась повесть Л. Толстого „Два гусара“, бывшая своеобразным отражением темы о двух поколениях».[717] Интересно отметить, что в первоначальном варианте повесть имела характерное название «Отец и сын», впоследствии замененное по совету Некрасова.[718] Толстой разрабатывает, однако, названную тему лишь в морально — этическом плане, отдавая притом явное предпочтение старшему из своих героев. Совсем иная картина получилась в романе Тургенева. В основу расхождений между «отцами» и «детьми» здесь полагаются не столько морально — этические, сколько социальные, общественно — политические и мировоззренческие проблемы. Тема о двух поколениях, предопределяющая сюжет романа, в основном подсказана Тургеневу не традициями художественной литературы, а самой жизнью, и прежде всего той ожесточенной идеологической борьбой между либералами и демократами, которая велась в период подготовки и проведения крестьянской реформы и нашла такое широкое отражение в критике и публицистике. Вопрос о двух поколениях, т. е. о людях 40–х и 60–х годов, получил особую значимость в этой борьбе, так как был тесно связан с различными представлениями враждующих сторон о путях отмены крепо стного права: либералы ждали реформ свыше, демократы, надеясь на крестьянскую революцию, стремились подготовить и ускорить ее приход. В этих условиях та или иная оценка двух поколений зависела от ответа на вопрос, какая общественная сила в состоянии возглавить освободительное движение в России на новом историческом этапе.

Отрицательное отношение революционной демократии к «лишним людям» определилось не сразу. В 1856 году Чернышевский еще признавал заслуги людей этого типа, хотя уже и тогда относил их к прошлому. «Быть может, многие из нас, — писал он в рецензии на стихотворения Н. П. Огарева, — приготовлены теперь к тому, чтобы слышать другие речи, в которых слабее отзывалось бы мученье внутренней борьбы, в которых раньше и всевластнее являлся бы новый дух, изгоняющий Мефистофеля, — речи человека, который становится во главе исторического движения с свежими силами…».[719] «Время его (Рудина, — А. Б.) прошло», — констатировал Чернышевский,[720] и уже назрела необходимость видеть и слышать его преемников, которым не знаком разлад между словом и делом.

В этот период Чернышевский еще не обращал особого внимания и на существенные различия в мировоззрении людей 40–х годов. Все они характеризовались им как люди, близкие к кругу Белинского, как его идейные друзья, соратники или ученики. Но с 1858 года эти различия подчеркиваются Чернышевским очень резко. Статью «Русский человек на rendez?vous» (1858), посвященную разбору тургеневской повести «Ася», Чернышевский начинает с заявления, что «все лица повести — люди из лучших между нами, очень образованные, чрезвычайно гуманные, проникнутые благороднейшим образом мыслей». [721] И здесь же критик настаивает на том, что подобная оценка этих лиц — лишь предубеждение, воспитанное традицией, что главный герой повести, «наш Ромео», при проверке оказывается «дряннее отъявленного негодяя».[722] Делая широкие, обобщающие выводы из анализа пассивного поведения тургеневского героя в любовной интриге, в которой «наш Ромео» позорным образом пасует, Чернышевский стремится доказать, что деятельность всех «лучших людей» русского дворянства сводится, в сущности, к трусливому отступлению перед обстоятельствами. Всего два года прошло с тех пор, как Чернышевский называл Рудиных и Бельтовых «своими учителями»;[723] теперь же он резко и решительно приравнивает их к «нашему Ромео». Такая крутая перемена в отношении Чернышевского к людям 40–х годов была продиктована суровым сознанием необходимости очень активного и притом безотлагательного вмешательства в общественную жизнь. Дело в том, что именно в 1858 году для революционной демократии стала вполне очевидной грабительская сущность подготовлявшейся крестьянской реформы. Нужно было помешать решению крестьянского вопроса в интересах господствующего класса. Но у людей 40–х годов, в целом одобрявших начинания правительства, эта идея не могла встретить сочувствия. Мало того, продолжая пользоваться большим влиянием в обществе, они тем самым мешали ее распространению. По этой причине обсуждение проблемы о новых и «лишних людях», начатое революционной демократией в сравнительно спокойном тоне, вскоре приобретает непримиримый характер, превращаясь в открытое разоблачение либерализма и призыв к борьбе с ним. «Всё сильней и сильней развивается в нас мысль, — писал Чернышевский, — что это мнение о нем (о «Ромео», как о «лучшем между нами», — А. Б.) — пустая мечта, мы чувствуем, что не долго уже останется нам находиться под ее влиянием; что есть люди лучше его…».[724]

Одновременно с воздвижением непроходимой преграды между либералами и демократами («мы не имеем чести быть его родственниками; между нашими семьями существовала даже нелюбовь»), Чернышевский намечает несколькими беглыми штрихами облик деятеля нового типа, который заменит либеральствующих «лишних людей». Это будет человек- стойкий в трудных обстоятельствах жизни, способный «принять высокое решение, смело сделать отважный шаг не по пробитой тропинке ежедневного моциона», стремящийся к действию для «общей пользы» именно там, где «нужна широкая решимость и благородный риск».[725]

Через некоторое время, в том же журнале «Атеней», в котором была напечатана упомянутая статья Чернышевского, появилась статья П. В. Анненкова «О литературном типе слабого человека», в которой проблема, выдвинутая Чернышевским, получила прямо противоположную трактовку. «Задачи, которые предстоит разрешить современности…, — писал Анненков, имея в виду, конечно, вопрос об отмене крепостного права, — все такого свойства, что могут быть хорошо разрешены одним честным, постоянным, упорным трудом сообща и нисколько не нуждаются в появлении чрезвычайных, исключительных, огромных личностей… Не от героев, не от доблестных мужей… ждем мы помощи и содействия, а от возможно большего количества добрых примеров».[726] Поведение «доблестных мужей», стремящихся к низвержению существующих порядков, Анненков недвусмысленно охарактеризовал как «лишенное моральной основы». «Чем более энергии» в таком человеке, «чем полнее обладает он высокими качествами духа, — утверждал Анненков, — тем скорее достигает пределов чудовищного, безобразного и нелепого в своих действиях».[727]

П. В. Анненков считал необходимой принадлежностью твердых характеров нравственную пустоту, эгоизм, примитивность мышления. Анализируя с этой точки зрения любовную историю в тургеневской повести «Ася», Анненков пришел к такому выводу: «… благословляйте судьбу, что встретились с слабым характером… Какой огромный, ужасающий урок могли бы вы получить, если бы той же судьбе вздумалось вас натолкнуть на русский „цельный“ характер… При тех же самых условиях слепой любви с одной стороны и мертвого чувства с другой — наш смелый человек пошел бы навстречу к вам при первых словах… Тут была для него победа, а победа, в чем бы она ни заключалась, составляет непреодолимую страсть грубых натур».[728] Свое отрицательное отношение к революционно — демократическим представлениям о типе положительного деятеля современности Анненков пытался подкрепить также указаниями на печальный опыт русской литературы по созданию «цельных характеров». До сих пор, утверждал он, все попытки крупнейших русских писателей в этом направлении не случайно приводили только к неутешительным результатам. Так, например, Островский, задавшийся такой целью, кончил тем, что «вывел ряд цельных характеров из купеческого звания… под именем „самодуров“».[729]

«Слабого» человека Анненков называет «орудием современной работы», потому что «он несет в руках своих образование, гуманность и… понимание народности».[730] Если в начале своей статьи Анненков признавал справедливость некоторых серьезных упрёков по адресу «лишних людей», то в конце ее он решительно обвинял Чернышевского в недооценке не только исторической роли людей этого типа, но и их большого значения в современных условиях. «Отвергать этот класс людей или беседовать te ним горделиво, сменяя оттенок презренья легким оттенком состраданья, значит, — писал Анненков, — не понимать, где скрывается истинное зерно многих событий настоящего и многих явлений будущего».[731]

Критика «лишних людей» в сочетании с апофеозом разночинной демократии, начатая Чернышевским, была продолжена и развита Добролюбовым. Значительную часть статьи «Литературные мелочи прошлого года» Добролюбов посвятил развернутой характеристике двух поколений и разногласий между ними. «Люди того поколения, — отмечал Добролюбов, — проникнуты были высокими, но несколько отвлеченными стремлениями. Они стремились к истине, желали добра, их пленяло всё прекрасное; но выше всего был для них принцип…, жизнь была для них служением принципу, человек — рабом принципа… Немногие только умели, подобно Белинскому, слить самих себя со своим принципом и, таким образом, придать ему жизненность».[732] Для поколения 40–х годов была характерна, но определению Добролюбова, дисгармония мысли и чувства, принципа и страсти, слова и дела, которая с течением времени обнаруживалась всё яснее и в конце концов породила «колоссальную фразу», за которой уже не скрывалось никакого содержания. Совершенной противоположностью «зрелым мудрецам» являются, по мнению Добролюбова, люди молодого поколения, представляющие собою тип «людей реальных, с крепкими нервами и здоровым воображением». Им чуждо беспочвенное прекраснодушие, юношеская восторженность и витание в заоблачных высях; они «не умеют блестеть и шуметь», в их голосе нет «кричащих нот, хотя и есть звуки очень сильные и твердые». «Люди нового времени не только поняли, но и прочувствовали, что абсолютного в мире ничего нет, а всё имеет только относительное значение».[733] В статье «Что такое обломовщина?» Добролюбов отозвался о «лишних людях» с еще большей резкостью, зачислив в эту категорию не только деятелей 40–х годов, но и лучших представителей предшествующей эпохи, настроения которых в свое время были выражены онегинско — печоринским типом. Все эти люди были охарактеризованы Добролюбовым как старшие братья Обломова, уже совершенно утратившего способность к живому делу. Беспримерная по резкости критика «лишних людей» сочеталась у Добролюбова с не менее беспощадными нападками на обличительную литературу, занимавшуюся лишь мелочными разоблачениями злоупотреблений низшей администрации. Всё это вместе взятое натолкнулось на протест с той стороны, откуда демократы из «Современника» никак его не ожидали. Против Добролюбова выступил в «Колоколе» Герцен.

В этот период Герцен, подверженный либеральным иллюзиям, считал возможным союз всех антикрепостнических элементов с правительством, поэтому в статье «Лишние люди и желчевики» Герцен возражал Добролюбову, обвинявшему «лишних людей» в обломовщине. «Онегины и Печорины были совершенно истинны, выражали действительную скорбь и разорванность тогдашней русской жизни…, — настаивал Герцен, — мы признаем почетными и действительно лишними людьми только николаевских».[734] Можно думать, что, защищая «лишних людей» николаевской эпохи, Герцен имел в виду также и декабристов, но не назвал их по так тическим соображениям. Во всяком случае впоследствии, снова возвращаясь к теме о «лишних людях» и «желчевиках», Герцен писал:

«Тип того времени, один из великолепнейших типов новой истории, — это декабрист, а не Онегин…

«Как у молодого поколения недостало ясновидения, такта, сердца понять всё величие, всю силу этих блестящих юношей, … баловней знатности, богатства, оставляющих свои гостиные и свои груды золота для требования человеческих прав, для протеста, для заявления, за которое — и они знали это — их ждали веревка палача и каторжная работа?». [735]

Тургенев находился в самом центре этой борьбы, выступая одновременно и в роли активного ее участника, и в качестве ее зоркого наблюдателя. Полемика о двух поколениях была не только фоном, на котором создавался роман «Отцы и дети», но, в известной мере, и его источником. Ознакомившись со статьей «Лишние люди и желчевики», Тургенев писал ее автору: «И за нас, лишних, заступился. Спасибо».[736] Можно считать доказанным, что в романе нашел приглушенное отражение знаменитый разговор Герцена с «невским Даниилом», обвинявшим «лишних людей» в аристократизме, барском отношении к труду и в том, что они «не так воспитаны».[737] Приведенное выше суждение Анненкова о цельном характере, достигающем «пределов чудовищного, безобразного и нелепого в своих действиях», заставляет вспомнить о реакции Одинцовой, дошедшей в своих отношениях с Базаровым «до известной черты» и увидевшей «за ней даже не бездну, а пустоту… или безобразие» (III, 269).

Очевидно, влиянием П. В. Анненкова следует объяснить и наличие «рукописи романа эпиграфа:

«Молодой человек человеку средних лет: В вас было содержание, но не было силы.

«Человек средних лет: А в вас — сила без содержания. (Из современного разговора)».[738]

Однако примечательно то обстоятельство, что этот эпиграф так и не попал в печать. С другой стороны, исследованиями Н. Л. Бродского, М. К. Клемана и других литературоведов установлена несомненная связь — то прямая, то полемическая — многих программных высказываний главного героя романа «Отцы и дети» с идеями вождей революционной демократии.

Работая над романом «Отцы и дети», Тургенев учел и в какой?то степени отразил не только нашумевший спор о двух поколениях, но и многие другие факты литературно — общественной борьбы того времени: полемику по вопросам искусства, начатую революционной демократией еще в 1855 году, полемику между либералами и демократами по вопросам философии, истории и современного состояния общества, развернувшуюся в 1858 и закончившуюся только в 1862 году, уже после проведения крестьянской реформы. Отзвуки всех этих дискуссий постоянно слышатся в романе, сообщая ему характер лапидарной художественной летописи современной жизни. Можно полагать, что даже само название романа в буквальном смысле этого слова подсказано Тургеневу ожесточенной борьбой общественных направлений 60–х годов. Чрезвычайно любопытен в этом отношении отрывок из статьи Ю. Савича «О неизбежности идеализма в материализме», подвергшейся насмешливой критике Добролюбова, Как бы говоря от лица демократической молодежи, Ю. Савич таким образом излагает ее философию: «… не дети мы и знаем лучше наших доверчивых отцов, где искать и как находить… идеалы человеческого счастья… Наш дерзкий умишко, заключенный в условия материи, знает теперь свое место…, нельзя уже нынче рыскать как прежде по белу свету, гоняясь за какими?то принципами и разыскивая какое?то абсолютное начало».[739] Либеральная «кирсановская» интонация этой тирады слишком очевидна. Но еще более примечательны явно крылатые слова, выделенные нами курсивом. В критике и публицистике, предшествовавшей появлению в свет «Отцов и детей», это предвосхищение заголовка романа — случай единственный в своем роде.

3

Поразительно проявленное Тургеневым в «Отцах и детях» чутье к только еще нарождающимся типическим явлениям общественной жизни. В главе XXI, после знаменитого рассуждения Базарова о лопухе, между ним и Аркадием продолжается разговор в таком духе:

«— Полно, Евгений, … послушать тебя сегодня, поневоле согласишься с теми, которые упрекают нас в отсутствии принципов.

«— …Принципов вообще нет…, а есть ощущения. Всё от них зависит.

«— Как так?

«— Да так же. Например, я: я придерживаюсь отрицательного направления — в силу ощущения. Мне приятно отрицать, мой мозг так устроен — и баста! Отчего мне нравится химия? Отчего ты любишь яблоки? — тоже в силу ощущения. Это всё едино. Глубже этого люди никогда не проникнут…

«— Что ж? и честность — ощущение?

«— Еще бы!» (111,294).

Философия для Базарова подчас что?то такое же отвлеченное, трудно осязаемое и мешающее жить, как и «принсипы» и всяческий иной «романтизм». Есть факты, есть опыт, есть ощущения — это достоверно, это понятно, а философия — не нужна. Естественнонаучный опыт становится важнейшим стимулом поступков и побуждений, благодаря чему смешивается в одно и любовь к антоновским яблокам, и отрицание существующих порядков, — «ощущения» явно различного содержания и качества.

Настроения Базарова в данном случае очень похожи на писаревские. как они выразились в его статье «Схоластика XIX века», особенно в первой ее половине, вышедшей в свет в мае 1861 года. Начиная именно с этого времени, т. е. с мая 1861 года, работа Тургенева над романом протекала в очень быстром темпе. Судя по его письмам к П. В. Анненкову и другим лицам, в краткий период с мая по июль 1861 года им написана, в сущности, почти вся вторая половина романа. Таким образом, взгляды Писарева, сказавшиеся в «Схоластике XIX века», могли найти какое?то отражение в нем. Это тем более вероятно, что статья Писарева, явившаяся вкладом в полемику вокруг «Антропологического принципа в философии» Чернышевского, произвела сильное впечатление в обществе. Достаточно сказать, что в лагере противников разночинной демократии она была воспринята как крайнее выражение «нигилизма» «Современника». Если при всем этом учесть еще, что с августа 1861 года по январь 1862 года Тургенев занимался усиленным «перепахиванием» текста своего романа, можно предполагать, что в поле его зрения попала не только «Схоластика XIX века», но и такие не менее характерные выступления Писарева, как «Физиологические эскизы Молешотта» (июль 1861 года) и «Процесс жизни» (сентябрь 1861 года).

В статье «Схоластика XIX века» Писарев оценивает полемику вокруг «Антропологического принципа в философии» как спор из?за слов, не имеющих смысла. Критикуя противников материалистической философии, Писарев выступает за эмансипацию человеческой личности от предвзятых теорий, авторитета преданий, предрассудков, стремлений к идеалу и от прочего «хлама». Базаров презирает «правила» и «принсипы» Павла Петровича, высмеивает его рассуждения о прогрессе, цивилизации и тому подобном: «…подумаешь, сколько иностранных… и бесполезных слов! Русскому человеку они даром не нужны» (213). Но точно таким же образом рассуждает Писарев: «… ни одна философия в мире не привьется к русскому уму так прочно и так легко, как современный, здоровый и свежий материализм. Диалектика, фразерство, споры на словах и из?за слов совершенно чужды этому простому учению».[740]

Материализм в трактовке Писарева здесь очень узок. Под материализмом Писарев понимает прежде всего конкретное, опытное знание, добытое путем естественнонаучного наблюдения, а никак не философию в более широком смысле этого слова. К последней он относится высокомерно, называя ее пустой болтовней, приводящей к «бесполезной трате сил», и сотов совсем от нее отказаться. Так, соглашаясь с критическими замечаниями Антоновича на две первые лекции Лаврова, Писарев пишет о том, что автор «провел в этой рецензии свежий и современный взгляд на философию», но, как и Лавров, пустился в «умозрение», в лишние и «совершенно ненужные… тонкости». Вместо того, чтобы поставить под сомнение полезность философии вообще, полагает Писарев, Антонович сомневается только в философии Лаврова. «Антонович упускает из виду умозрительную философию вообще, между тем как ее давно бы следовало отпеть и похоронить».[741] Сказано это совершенно по — базаровски. Нападая, как и Базаров, сначала на идеализм, Писарев затем распространяет свое отрицание на любое направление в философии, расценивая эту последнюю как романтический «хлам». «Я всё основываю на непосредственном чувстве…, я вижу в жизни только процесс и устраняю цель и идеал», — писал Писарев.[742]

Рассуждения Писарева о ненужности философии носили отпечаток своеобразно истолкованного эпикуреизма: философия мешает наслаждаться жизнью, не позволяет свободно развиваться в «разные стороны», смотреть на жизнь так, как это нравится отдельному индивидууму. В приведенном споре об ощущениях Базаров также как бы настаивает на том, что в решении любого вопроса главная роль принадлежит личным вкусам и склонностям, так как они — факт, а только факты и значат что?нибудь.

Еще резче нигилистическое отношение Писарева к философии обнаружилось в двух последующих статьях — в «Физиологических эскизах Молешотта» и в «Процессе жизни». Так, в статье «Процесс жизни» Писарев (Пишет: «Цель естественных наук — никак не формирование миросозерцания, а просто увеличение удобств жизни… Для естествоиспытателя нет ничего хуже, как иметь миросозерцание». [743] В этих же статьях обозначилась вульгарно — материалистическая точка зрения на человека. В статье «Физиологические эскизы Молешотта» Писарев пересказывает, щедро цитируя, молешоттовское учение о пище и соглашается с ним. Центральное положение этого учения заключалось в том, что идеи человека, их качество и даже их сущность находятся в теснейшей зависимости от качества и состава пищи.

Вся система взглядов Писарева, как она сформировалась впоследствии, конечно, не сводилась к этим прямолинейным представлениям, однако отзвуки подобных настроений характерны были для Писарева и в последующие годы. Вульгарно — материалистическая струя в воззрениях Писарева всегда была ощутима, но на первом этапе его развития эта струя сказалась с особой силой. Никто иной, как Писарев, и именно во время создания Тургеневым своего романа, писал: «Надо полагать и надеяться, что понятия психическая жизнь, психологическое явление будут со временем разложены на свои составные части. Их участь решена; они пойдут туда же, куда пошел философский камень, жизненный элексир, квадратура круга, чистое мышление и жизненная сила. Слова и иллюзии гибнут — факты остаются».[744]

Центральные романы Тургенева — «Накануне» и «Отцы и дети» — отличаются исключительной злободневностью своего содержания. Злободневность «Накануне», его теснейшая связь с современностью сказывается, как отмечалось выше, в той атмосфере ожидания, провидения недалекого будущего, которая окутывает повествование от начала до конца и определяет чувства и мысли не только Инсарова и Елены, но даже и таких сравнительно второстепенных героев, как Шубин и Увар Иванович. В «Отцах и детях» современность звучит еще сильнее, а манера ее отражения несравненно конкретнее, чем в «Накануне». По характеру отражения действительности «Отцы и дети» — это роман — летопись, в котором современность изображается как длящийся, еще незавершенный процесс. Прием, с помощью которого Тургенев превращает свой роман в насыщенную злобой дня летопись современной ему жизни, это прием незаметного вкрапливания в художественную ткань романа отзвуков тогдашней журнальной полемики, принесший писателю благодатные плоды. Именно в журнальной полемике 60–х годов наиболее явственно бился пульс общественной жизни, полемика эта давала возможность составить представление о настроениях общества в целом. Обращение к журнальной полемике помогло Тургеневу воссоздать в своем романе обстановку взаимной вражды и непонимания, столь характерную для русского общества, расколовшегося в период подготовки и проведения крестьянской реформы на два непримиримых лагеря.

Так же как в «Накануне», в основание образной системы романа «Отцы и дети» положен принцип контрастного сопоставления героев с противоположными идеалами и разным отношением к действительности. Но вместе с тем это контраст особого рода. Прежде всего он не связан с открытым, последовательным предпочтением автора одной из сторон. Примечательно в этом отношении описание душевного состояния Николая Петровича Кирсанова после первого же жаркого спора с Базаровым и Аркадием, спора, в котором столь отчетливо выявились диаметрально противоположные точки зрения «отцов» и «нигилистов» на науку, искусство, природу, авторитеты и т.  п. «Мне самому кажется, — думает Николай Петрович Кирсанов по этому поводу, — что они дальше от истины, нежели мы, а в то же время я чувствую, что за ними есть что?то, чего мы не имеем, какое?то преимущество над нами… Не в том ли состоит это преимущество, что в них меньше следов барства, чем в нас?» (220). Настроение Николая Петровича в данном случае очень близко авторскому. «Но отвергать, поэзию? — подумал он опять, — не сочувствовать художеству, при-

30 «Русское слово», 1861, сентябрь, раздел «Иностранная литература», стр. 15.

роде?..» (220). Непосредственно вслед за этим изображается вечерний лирический пейзаж, предрасполагающий Николая Петровича к «горестной и отрадной игре одиноких дум» (221), уводящий его в «волшебный мир» (222) воспоминаний о незаметно промелькнувшей молодости, чистой юношеской любви и былом счастье.

Поэтические медитации Николая Петровича, свидетельствующие о его- душевной мягкости, о его способности к тонкому пониманию красоты окружающей природы, — всё это недвусмысленно противопоставляется беспощадно — трезвому миру Базарова, в котором господствует «грубая» «Stoff und Kraft». Базаров называет природу «пустяками» (207), между тем именно этими «пустяками» порождаются лучшие человеческие чувства, — таков смысл этой авторской укоризны. Подобно Кирсанову, Тургенев шокирован черствостью и цинизмом Базарова. Однако, несмотря на это, он все?таки не спешит с окончательным приговором. Больше того, в первых же главах романа в «нигилистическом» восприятии природы Базаровым отмечается одно, но зато очень важное качество, заставляющее в какой?то мере даже примириться с отсутствием в нем эстетического начала. Для демократа Базарова «природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник» (207). Глумясь над искусством, над «художеством», отвергая природу как объект эстетического наслаждения, Базаров в то же время настоящий артист в своем роде, «художник труда», по позднейшему определению автора (XII, 466).

Таким образом, если в «Накануне» контрастное сопоставление героев четко обнаруживало неоспоримое превосходство одной из сторон, способствовало сравнительно быстрому раскрытию центральной Идеи романа, то в «Отцах и детях» оно означает лишь первые и притом не всегда уверенные шаги в этом направлении. Нередко оно заводит автора в своеобразный тупик: достоинства и недостатки противостоящих характеров оказываются настолько велики и очевидны, что тем самым как бы исключается возможность окончательного приговора. Поэтому Тургенев так настойчиво возражал против попыток прямолинейного истолкования контрастов в образной системе этого романа. «Вы упоминаете… о параллелизме, — писал Тургенев Фету, — но где он, позвольте спросить, и где эти пары, верующие и неверующие? Павел Петрович верит или не верит? Я этого не ведаю… Странное дело: вы меня упрекаете в параллелизме, а другие пишут мне: зачем Анна Сергеевна не высокая натура, чтобы полнее выставить контраст ее с Базаровым? Зачем старики Базаровы не совершенно патриархальны? Зачем Аркадий пошловат и не лучше ли было представить его честным, но мгновенно увлекшимся юношей? К чему Феничка и какой можно сделать из нее вывод?».[745] В дальнейшем писатель выразился на этот счет еще яснее: «… читателю всегда неловко, им легко овладевает недоумение, даже досада, если автор обращается с изображаемым характером, как с живым существом, т.  е. видит и выставляет его худые и хорошие стороны, а главное, если он не показывает явной симпатии или антипатии к собственному детищу… А если отношения автора к этому лицу свойства еще более неопределенного, если автор сам не знает, любит ли он или нет выставленный характер (как это случилось со мною в отношении к Базарову, ибо то „невольное влечение“, о котором я упоминаю в моем дневнике — не любовь) — тогда уже совсем плохо!» (X, 351).

Приступая к созданию предшествующих своих романов, Тургенев заранее знал почти всё самое важное, что он скажет или может сказать о своих героях. При работе над «Отцами и детьми» у него уже нет такой уверенности, потому что в центре этого романа поставлен герой, выражающий веяния «новейшей нашей современности», авторское отношение к которым, подчас очень сложное и неустойчивое, еще не успело вполне определиться. Неоднократные позднейшие заявления Тургенева о том, что он не знает, любит ли он или ненавидит Базарова, конечно, не была фразой, рассчитанной на то, чтобы кокетливо подчеркнуть стремление к объективности. Тургенев недвусмысленно заявлял о духовном родстве Базарова с типом «истинных отрицателей» — Белинским, Бакуниным, Герценом, Добролюбовым, Спешневым. Это была высшая похвала «нигилисту» в устах художника. Но в то же время поведение этого героя в жизни представлялось ему иногда цепью нелепостей, странных психологических загадок, не укладывавшихся в рамки общепринятой нормы и потому требовавших какого?то особого объяснения. По этой причине контрастное сопоставление героев в «Отцах и детях» нередко переключается в плоскость обнаружения и углубленного психологического истолкования сложных противоречий и контрастов в одном характере, главным образом базаровском. Тургенев познает Базарова в процессе его создания, он знакомится с ним как бы вместе с читателем романа, и только в самом конце этого знакомства в его творческом сознании оформляется полное представление о герое, позволяющее вместе с тем вывести общее заключение об исторической роли и судьбе разночинной демократии, взгляды и настроения которой он выражает.

4

Злободневность тургеневского романа неразрывно связана с той его особенностью, которую условно, пользуясь определением Тургенева, можно назвать методом «апофеозы» и критики в изображении центральных событий и героев. Этот метод, вообще характерный для Тургенева, предусматривает разносторонность изображения, в свете которого обязательно выставляются, по собственному определению писателя, «худые и хорошие стороны» каждого явления или лица. Тургенев стремится к изображению человеческого характера в совокупности и органической нераздельности его положительных и отрицательных свойств. «Кто хоть немного знает сердце человеческое, — утверждал Тургенев, — не смутится этими противоречиями» (X, 394).

«Апофеоза» в романах Тургенева — это не прославление в обычном значении этого слова, а трезвое изображение реальности во всех ее «хороших», в том числе и идеальных, еще недостаточно четко определившихся возможностях роста и развития. И «апофеоза», и критика у Тургенева обусловлены активным стремлением к исчерпывающему раскрытию типических особенностей общественного бытия, положительных и отрицательных. Конечная цель в применении этого метода — запечатлеть перед обществом его собственный лик и способствовать, таким образом, росту общественного и национального самосознания.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Пересказ романа «Отцы и дети» Тургенева И.С.

План пересказа

1. Автор знакомит читателей с Николаем Петровичем Кирсановым.
2. Его сын Аркадий приезжает в дом отца с новым другом Евгением Базаровым.
3. Аркадий знакомится с Фенечкой.
4. Базаров раскрывает свои жизненные принципы.
5. История Павла Петровича Кирсанова, дяди Аркадия.
6. История Фенечки.
7. Споры Базарова и Кирсанова.

8. Друзья уезжают из дома Кирсановых. Знакомство с Кукшиной.
9. Встреча с Одинцовой.
10. История Одинцовой.
11. Базаров вынужден признать, что влюблен в Одинцову.
12. Объяснение Базарова с Одинцовой.
13. Друзья едут к родителям Базарова.
14. Базаров и Аркадий возвращаются к Кирсановым, заехав по пути к Одинцовой.
15. Павел Петрович вызывает Базарова на дуэль.
16. Дуэль. Кирсанов ранен. Базаров узжает.
17. Николай Петрович решает жениться на Фенечке.
18. Последнее объяснение Базарова с Одинцовой.
19. Аркадий делает предложение Кате, сестре Одинцовой.
20. Возвращение Евгения Базарова в родительский дом.
21. Базаров заражается тифом.
22. Одинцова приезжает к умирающему Базарову.
23. Смерть Базарова.
24. Венчание Аркадия и Кати, Николая Петровича и Фенечки.
25. Эпилог. Дальнейшая судьба героев.


Пересказ


I


Николай Петрович Кирсанов сидел на крыльце постоялого двора и ждал приезда своего сына Аркадия. Кирсанову принадлежало имение в двести душ. Его отец был боевой генерал, мать принадлежала к числу «матушек-командирш». Сам Кирсанов до четырнадцати лет воспитывался дома в окружении гувернанток. Старший брат Павел пошел служить на военную службу. Николаю тоже прочили военную карьеру, но он сломал ногу, поэтому в восемнадцать лет отец определил его в университет. Из университета он вышел кандидатом. Вскоре его родители умерли, он женился на миловидной образованной девушке и переселился с ней в деревню, где и остался жить с тех пор.

Супруги жили очень дружно, почти никогда не расставались, они вместе читали, играли в четыре руки на фортепиано. У них родился сын Аркадий, а через десять лет жена скончалась. Кирсанов занялся хозяйством. Когда Аркадий вырос, отец отправил его в Петербург, где жил вместе с ним три года, потом снова уехал в деревню.

И вот теперь он сидел на крыльце и ждал своего сына. Увидев, что Аркадий подъезжает, он побежал.


II

Аркадий познакомил Николая Петровича со своим другом, Евгением Базаровым. Он попросил отца не церемониться с Евгением, так как он простой человек. Базаров решил ехать в тарантасе, на котором они приехали. Вскоре оба экипажи были заложены, и герои тронулись в путь.

III

Пока Аркадий и Николай Петрович ехали в коляске, Кирсанов никак не мог насмотреться на сына, все время старался его обнять. Аркадий тоже был рад встрече, но старался скрыть свою детскую радость и иногда говорил развязно. На вопрос Николая Петровича, чем занимается Базаров, Аркадий ответил, что его предмет — естественные науки, но больше всего он увлекается медициной.

Николай Петрович жаловался на хлопоты с крестьянами: они не платят оброка, зато наемные рабочие вроде бы неплохо справляются. Аркадий заговорил о красоте природы, окружавшей их, но умолк, бросив взгляд назад, на Базарова. Николай Петрович сказал, что в имении почти ничего не изменилось, потом, запинаясь, заговорил о девушке, которая теперь живет вместе с ним в имении. Если Аркадию и Евгению будет неловко видеть ее в доме, то она может уехать на время. Но Аркадий ответил, что понимает отца и не собирается стеснять его.

Им обоим было неловко после этого разговора, и они сменили тему. Аркадий стал рассматривать окрестные поля, которые пребывали в некотором запустении. Избы в деревнях были низкие, мужики попадались плохо одетые, на дряхлых клячонках. «Нет, — подумал Аркадий, — небогатый край этот, не поражает он ни довольством, ни трудолюбием; нельзя, нельзя ему так остаться, преобразования необходимы… но как их исполнить, как приступить?»

Однако весенняя природа была прекрасна. Аркадий восхищался ею. Николай Петрович даже начал читать стихотворение Пушкина, но тут его прервал Базаров, который попросил у Аркадия закурить. Николай Петрович сразу замолчал. Вскоре они подъехали к барскому дому.

IV


Дворовые не высыпали им навстречу, показались только одна девочка и слуга, который помог всем выйти из экипажей. Николай Петрович повел всех в гостиную и приказал старому слуге подавать обед. Тут им навстречу вышел брат Николая Петровича, Павел Петрович. Он выглядел очень ухоженно: красивое лицо, на котором «особенно хороши» были глаза, «коротко остриженные седые волосы отливали темным блеском, как новое серебро»; отполированные ногти белых рук, «английский сьют», «приятный голос», «прекрасные белые зубы». Базаров — полная противоположность Павлу Петровичу: лицо «длинное и худое, с широким лбом», «большие зеленоватые глаза выражали самоуверенность и ум», «волосатый», «красная обнаженная рука», «длинный балахон с кистями», «ленивый, но мужественный голос». После приветствия Аркадий и Базаров пошли в свои комнаты привести себя в порядок. Тем временем Павел Петрович расспрашивал у брата о Базарове, который ему не очень понравился из-за своего неопрятного вида.

Вскоре подали ужин, во время которого говорили мало, особенно Базаров. Николай Петрович рассказывал случаи из своей «фермерской» жизни. Павел Петрович, который никогда не ужинал, ходил по столовой и делал небольшие замечания, больше похожие на восклицания. Аркадий сообщил несколько петербургских новостей. Но он чувствовал себя немного неловко, так как вернулся в дом, в котором его привыкли считать маленьким. После ужина все тотчас разошлись.

Базаров поделился с Аркадием своими впечатлениями. Павла Петровича он посчитал странным, потому что тот одевается в деревне как щеголь. Аркадий ответил, что раньше он был светским львом, кружил головы многим женщинам. Николай Петрович Базарову понравился, однако он отметил, что тот ничего не понимает в хозяйстве.

Аркадий и Базаров уснули рано, остальные в доме не могли сомкнуть глаз допоздна. Николай Петрович все думал о сыне. Павел Петрович держал в руках журнал, но не читал его, а смотрел на огонь в камине. Фенечка сидела в своей комнате и смотрела на колыбельку, в которой спал ее сын, сын Николая Петровича.

V

На следующее утро Базаров проснулся раньше всех и пошел осматривать окрестности. Он встретил двух дворовых мальчишек, вместе с которыми отправился на болото ловить лягушек. Он обладал особым умением пробуждать к себе доверие «в людях низшего происхождения», поэтому мальчишки последовали за ним. Они удивились объяснению Базарова: люди — те же лягушки.

 

Николай Петрович и Аркадий вышли на террасу. Девочка передала, что Федосья Николаевна нездорова и не сможет спуститься разливать чай. Аркадий спросил у отца, не оттого ли Фенечка не хочет выходить, что он приехал. Николай Петрович смутился и ответил, что скорее всего она просто стыдится. Аркадий стал уверять его, что ей нечего стыдиться, и отцу тоже, а если отец пустил ее под свою кровлю, значит, она того заслуживает. Аркадий захотел немедленно идти к ней. Отец попытался его о чем-то предупредить, но не успел.

Вскоре Аркадий снова вышел на террасу. Он был весел и сказал, что Фенечка на самом деле нездорова, но она придет попозже. Аркадий слегка упрекнул отца за то, что тот не сказал ему о его маленьком брате, ведь тогда Аркадий уже вчера расцеловал бы его, как сделал это сегодня. И отец, и сын были растроганы и не знали, что сказать друг другу. Пришел Павел Петрович, и все сели пить чай.

Павел Петрович спросил у Аркадия, где же его приятель. Аркадий ответил, что Евгений встает всегда рано и отправляется куда-нибудь. Павел Петрович вспомнил, что в дивизии его отца был лекарь Базаров, который скорее всего является отцом Евгения. Потом он спросил, что собой представляет этот Базаров. Аркадий ответил, что он нигилист, т. е. «человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружен этот принцип». На это Павел Петрович ответил: «Мы, люди старого века, мы полагаем, что без принсипов (Павел Петрович выговаривал это слово мягко, на французский манер, Аркадий, напротив, произносил «прынцып», налегая на первый слог), без принсипов, принятых, как ты говоришь, на веру, шагу ступить, дохнуть нельзя».

Вышла Фенечка, молодая и очень хорошенькая женщина. «Казалось, ей и совестно было, что она пришла, и в то же время она как будто чувствовала, что имела право прийти». Она подала Павлу Петровичу его какао и залилась краской.

Когда она ушла, на террасе некоторое время царило молчание. Потом Павел Петрович сказал: «Господин нигилист к нам жалует». Базаров подошел к террасе, попросил прощения за опоздание, сказал, что вернется, только положит лягушек. Павел Петрович спросил, ест он их или разводит. Базаров равнодушно проговорил, что это для опытов и ушел. Аркадий с сожалением посмотрел на дядю, и Николай Петрович украдкой пожал плечами. Сам Павел Петрович понял, что сказал глупость, и заговорил о хозяйстве.

 

VI

 

Базаров вернулся и сел вместе со всеми пить чай. Разговор зашел о науке. Павел Петрович сказал, что немцы сильно преуспели в ней. «Да, немцы в этом наши учители, — небрежно отвечал Базаров». Павел Петрович понял, что Базаров уважает немецких ученых, а вот русских — не очень. Он сказал, что сам не очень жалует немцев, особенно тех, кто живет сейчас. Прежние, например, Шиллер или Гете, были намного лучше, а современные только наукой и занимаются. «Порядочный химик в двадцать раз полезнее всякого поэта», — перебил его Базаров. Ему совсем не хотелось продолжать этот спор, но Павел Петрович все расспрашивал его и расспрашивал, при этом показывая, что ему скучно. Наконец Николай Петрович вмешался в разговор и попросил Базарова дать ему несколько советов по поводу удобрений. Евгений ответил, что с удовольствием поможет ему.

Базаров спросил у Аркадия, всегда ли его дядя такой. Аркадий же заметил, что Евгений был слишком с ним резок, и решил рассказать его историю, чтобы Базаров понял, что Павел Петрович достоин сожаления, а не насмешки.

VII

Как и его брат, Павел Петрович воспитывался сначала дома, а потом поступил на военную службу. В Петербурге братья жили вместе, но образ их жизни резко отличался. Павел Петрович был настоящим светским львом и ни одного вечера не проводил дома. Дамы его очень любили, а мужчины втайне ему завидовали.

На двадцать восьмом году жизни он был уже капитаном и мог сделать блестящую карьеру, если бы однажды не познакомился с княгиней Р. У нее был старый глупый муж и не было детей. Она вела жизнь легкомысленной кокетки, внезапно уезжала заграницу и так же внезапно возвращалась. На балах она танцевала до упаду, шутила с молодыми людьми. А ночью запиралась в своей комнате, рыдала, заламывала в тоске руки или просто сидела вся бледная перед Псалтырем. На следующий день она снова превращалась в светскую даму. «Красавицей ее никто бы не назвал; во всем ее лице только и было хорошего, что глаза, и даже не самые глаза — они были невелики и серы, — но взгляд их, быстрый и глубокий, беспечный до удали и задумчивый до уныния, — загадочный взгляд». Привыкший к быстрым победам, Павел Петрович так же быстро достиг своей цели и с княгиней Р. Но победа не принесла ему торжества, напротив, он еще мучительнее и глубже привязался к этой женщине. Даже когда она отдавалась безвозвратно, в ней еще оставалось что-то непостижимое, во что никто не мог проникнуть. Однажды Павел Петрович подарил ей кольцо со сфинксом и сказал, что этот сфинкс — она. Когда княгиня его разлюбила, ему стало еще тяжелее. Он чуть не сошел с ума, когда она его бросила. Несмотря на просьбы друзей и начальства, он ушел со службы и четыре года ездил за ней по чужим краям. Он хотел остаться ее другом, хотя понимал, что дружба с такой женщиной невозможна. Наконец он потерял ее из виду.

Вернувшись в Россию, он попробовал вести прежнюю светскую жизнь, мог похвастаться новыми победами, но уже никогда не был прежним. Однажды он узнал, что княгиня умерла в Париже в состоянии, близком к помешательству. Она отправила ему подаренное им кольцо, на котором начертила крест, и велела передать, что это разгадка. Ее смерть пришлась как раз на то время, когда Николай Петрович потерял свою жену. Если раньше различия между братьями были сильны, то теперь они почти стерлись. Павел Петрович перебрался в деревню брата и остался жить с ним.

Аркадий добавил, что Базаров был несправедлив к Павлу Петровичу. На самом деле он очень добрый, много раз помогал брату деньгами, иногда вступался за крестьян, хотя и нюхал одеколон, когда разговаривал с ними. Базаров же назвал Павла Петровича человеком, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви. «И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения. Ты проштудируй-ка анатомию глаза: откуда тут взяться, как ты говоришь, загадочному взгляду? Это все романтизм, чепуха, гниль, художество. Пойдем лучше смотреть жука». И оба друга отправились в комнату Базарова.

VIII

Павел Петрович недолго присутствовал при разговоре брата с управляющим. Он знал, что в поместье дела идут плохо, нужны деньги. Но денег у Павла Петровича сейчас не было, поэтому он предпочел поскорее уйти. Он заглянул в комнату Фенечки, которая очень смутилась при его приходе и велела служанке унести ребенка в другую комнату. Павел Петрович распорядился, чтобы в городе ему купили зеленого чаю. Фенечка подумала, что теперь он, наверное, уйдет, но Павел Петрович попросил ее показать сына. Когда принесли мальчика, он сказал, что ребенок похож на его брата. В эту минуту пришел Николай Петрович и очень удивился, увидев своего брата. Тот поспешно ушел. Николай Петрович спросил у Фенечки, по своей ли воле пришел Павел Петрович и не приходил ли Аркадий. Потом он поцеловал сначала маленького Митю, а затем руку Фенечки.

История их отношений такова. Года три назад Николай Петрович остановился в трактире, разговорился с хозяйкой. Оказалось, что в трактире дела идут плохо. Николай Петрович предложил переехать в его имение, чтобы там вести дела. Через две недели хозяйка и ее дочь Фенечка уже жили в поместье. Девушка очень боялась Николая Петровича, редко показывалась на глаза, вела тихую и скромную жизнь. Однажды искра от огня попала ей в глаз, и ее мать попросила Николая Петровича помочь ей. Он помог, но с тех пор постоянно думал о девушке. Она по-прежнему скрывалась, но постепенно привыкала к нему. Вскоре ее мать умерла, и она осталась на ее месте вести хозяйство. «Она была так молода, так одинока; Николай Петрович был сам такой добрый и скромный… Остальное досказывать нечего…»

IX

В тот же день и Базаров познакомился с Фенечкой. Он гулял с Аркадием и увидел в беседке Фенечку вместе с сыном и служанкой. Базаров спросил у Аркадия, кто она такая. Тот в нескольких словах объяснил. Евгений пошел к беседке, чтобы познакомиться. Он очень легко завел разговор, спросил, почему у малыша красные щечки, и сказал, что если Митя заболеет, то он готов ему помочь, потому что он врач.

Когда друзья пошли дальше, Базаров сказал, что ему нравится в Фенечке то, что она не очень конфузится: «Она мать — ну и права». Аркадий заметил, что считает своего отца неправым, так как тот должен жениться на Фенечке. Базаров только засмеялся в ответ: «Ты придаешь еще значение браку?». Потом он заговорил о том, что дела в поместье идут нехорошо, «скот плохой и лошади разбитые», «работники смотрят отъявленными ленивцами». «Я начинаю соглашаться с дядей, — заметил Аркадий, — ты решительно дурного мнения о русских». Базаров не возражал. Внезапно они услышали звуки виолончели, это играл Николай Петрович. Базарову это показалось странным, и он засмеялся. «Но Аркадий, как ни благоговел перед своим учителем, на этот раз даже не улыбнулся».

X

Прошло около двух недель. В поместье все привыкли у Базарову. Фенечка даже как-то приказала разбудить его ночью: у Мити случились судороги. Особенно любили Базарова дворовые люди, с которыми он всегда мог найти общий язык. Николай Петрович сомневался в его благотворном влиянии на Аркадия, но все же спрашивал его совета. Только Павел Петрович возненавидел Базарова, которого он называл циником и нахалом и подозревал, что тот презирает его.

Обычно Базаров рано утром уходил собирать травы и ловить жуков, иногда брал с собой Аркадия. Однажды они немного припозднились к чаю, и Николай Петрович пошел их встречать. Они прошли по другую сторону калитки и не видели его, и Николай Петрович слышал их разговор. Базаров говорил, что хотя Кирсанов и добрый малый, он уже отставной человек, и его песенка спета. Николай Петрович побрел домой. А Базаров тем временем посоветовал Аркадию дать отцу почитать Бюхнера вместо Пушкина. Николай Петрович рассказал об услышанном своему брату. Он жаловался на то, что всеми силами стремится идти в ногу со временем, столько изменений внес в свое хозяйство, а его все равно называют отставным человеком. Павел Петрович сказал, что не собирается так быстро сдаваться, у него с Базаровым еще будет схватка.

Схватка произошла этим же вечером, когда все пили чай. Павел Петрович все ждал предлога, из-за которого мог бы вступить в спор с Базаровым. Но гость весь ужин молчал. Наконец, когда речь зашла о некоем помещике, Базаров назвал его «дрянь аристократишко». Павел Петрович понял, что Базаров такого же невысокого мнения обо всех аристократах. Он стал рассуждать о том, что такое настоящий аристократ. Это человек, который выполняет свои обязанности, у которого есть принципы, и он им следует. Так он и приносит пользу обществу. Базаров ответил, что Павел Петрович хоть и аристократ, но никакой пользы не приносит, потому что сидит сложа руки. Но, по мнению Павла Петровича, нигилисты тоже не приносят пользы обществу, так как они все отрицают. Для них главное — все разрушить, уничтожить старые устои, а кто будет возводить все заново, нигилистов уже не интересует. Базаров отвечал, что бездействие нигилистов имеет оправдание. Раньше обличители постоянно говорили о том, как плохо живется народу в России, критиковали правительство, но дальше разговоров дело у них не шло. Нигилисты же поняли, насколько пусты такие разговоры. Поэтому они перестали доверять авторитетам, перестали обличать, теперь они отрицают все, и «решились ни за что не приниматься».

Павел Петрович пришел в ужас. По его мнению, цивилизация — это то, на чем держится все общество, если ее не будет, то общество дойдет до первобытности. Для Павла Петровича «последний пачкун, тапер» намного цивилизованнее, чем любой нигилист, «дикий монгол». Базаров захотел прекратить этот бессмысленный спор: «Я только тогда буду готов согласиться с вами, когда вы представите мне хоть одно постановление в современном нашем быту, в семейном или общественном, которое бы не вызывало полного и беспощадного отрицания».

Молодые люди ушли. А Николай Петрович вспомнил, как во времена своей молодости он сильно поругался с матерью из-за того, что та не могла понять сына, а он не мог понять ее. Теперь те же самые отношения были между старшим Кирсановым и его сыном.

XI

Перед сном Николай Петрович пошел в свою любимую беседку. «Впервые он ясно осознал свое разъединение с сыном; он предчувствовал, что с каждым днем оно будет становиться все больше и больше». Он понял, что напрасно в Петербурге он присутствовал при разговорах своего сына с его друзьями и радовался, если ему удавалось вставить свое слово. Он не понимал одного: как можно отвергать поэзию, природу, художество? Он любовался вечерней природой, и на ум ему пришли стихи, но он вспомнил книгу, которую ему дал сын, и умолк. Николай Петрович стал вспоминать свою покойную жену. Она представлялась ему молоденькой застенчивой девушкой, какой он увидел ее впервые. Он сожалел о том, что нельзя вернуть все назад. Но тут его позвала Фенечка, и ему стало обидно, что она явилась именно в эту минуту. Он пошел домой, а по пути встретил своего брата. Павел Петрович пришел в беседку, посмотрел на небо, но «в его прекрасных темных глазах не отразилось ничего, кроме света звезд».

Базаров предложил Аркадию воспользоваться приглашением старого друга посетить город: Базарову не хотелось оставаться в поместье после ссоры с Павлом Петровичем. После он собирался ехать к своим родителям. Базаров и Аркадий уехали на следующий же день. Молодежь в поместье пожалела об их отъезде, а старички вздохнули легко.

XII

Друг семьи Базаровых Матвей Ильич принял Аркадия добродушно. Он посоветовал: если Аркадий хочет познакомиться со здешним обществом, ему надо посетить бал, который устраивает губернатор. Базаров и Аркадий поехали к губернатору и получили приглашение на бал. Когда друзья возвращались, они встретили молодого человека, Ситникова, знакомого Базарова. Он стал рассказывать, как сильно Евгений изменил его жизнь, называл его учителем. А Базаров не обращал на него особого внимания. Ситников пригласил их к Евдокии Кукшиной, местной эмансипированной женщине, он был уверен, что она понравится Базарову. Друзья согласились, когда им пообещали поставить три бутылки шампанского.

XIII

Они пришли в дом Кукшиной. Хозяйка оказалась еще молодой женщиной, одетой в неопрятное платье, растрепанной. У нее была невзрачная внешность, говорила и двигалась она развязно и каждое движение у нее было неестественным, как будто она делала его нарочно. Она беспрестанно перескакивала с предмета на предмет: сначала рассказала, что занимается химией и собирается изготовлять клей для кукол, потом завела речь о женском труде. Она постоянно задавала вопросы, но не ждала на них ответов, а продолжала свою болтовню.

Базаров спросил, есть ли в городе хорошенькие женщины. Кукшина ответила, что ее приятельница Анна Сергеевна Одинцова недурна собой, но она плохо образована и совсем не понимает таких бесед, которые они ведут сейчас. Она тут же переключилась на необходимость улучшить женское воспитание, чтобы все женщины стали такими прогрессивными, как она. Ситников постоянно вставлял глупые фразы вроде «долой авторитеты» и столь же глупо смеялся. Когда Кукшина стала петь романс, Аркадий не выдержал, сказал, что все это похоже на бедлам, и встал. Базаров, не прощаясь с хозяйкой, вышел из дома. Ситников побежал за друзьями.

XIV

Через несколько дней друзья приехали на бал. Так как Аркадий танцевал плохо, а Базаров не танцевал вообще, они присели в уголке. К ним присоединился Ситников, который изобразил на своем лице усмешку и отпускал ядовитые шутки. Но вдруг его лицо изменилось, и он сказал: «Одинцова приехала». Аркадий увидел женщину высокого роста в черном платье. Она смотрела спокойно и умно и улыбалась едва заметной улыбкой. Базаров тоже обратил на нее внимание: «Это что за фигура? На других баб не похожа». Ситников ответил, что знаком с ней, и обещал представить ей Аркадия. Но оказалось, что он совсем ей незнаком, и она смотрела на него с некоторым изумлением. Но, услышав об Аркадии, спросила, не сын ли он Николая Петровича. Оказывается, она несколько раз видела его и слышала о нем много хорошего.

Ее постоянно приглашали танцевать разные кавалеры, а в перерывах она разговаривала с Аркадием, который рассказывал ей о своем отце, дяде, жизни в Петербурге и деревне. Одинцова слушала его с вниманием, но при этом Аркадий чувствовал, что она словно снисходила до него. Он рассказал ей про Базарова, и Одинцова заинтересовалась им. Она пригласила их к себе в гости.

Базаров стал расспрашивать Аркадия об Одинцовой, и тот ответил, что она очень мила, держится холодно и строго. Базаров согласился принять ее приглашение, хотя и думал, что она нечто вроде эмансипированной Кукшиной. Они уехали с бала сразу после ужина. Кукшина нервически засмеялась им вслед, так как никто из них не обратил на нее никакого внимания.

XV

На следующий день Аркадий и Базаров поехали к Одинцовой. Пока они поднимались по лестнице, Базаров ядовито шутил в ее адрес. Но когда он увидел ее, то внутренне сконфузился: «Вот тебе раз! бабы испугался!» Анна Сергеевна усадила их напротив себя и стала с вниманием смотреть на Базарова, который слишком развязно уселся в кресле.

Отец Одинцовой был карточным игроком и аферистом. В итоге он все проиграл и был вынужден поселиться в деревне и вскоре умер, оставив свое небольшое имение двум дочерям — Анне и Кате. Их мать умерла уже давно.


После смерти отца Анне жилось очень тяжело, она не знала, как управлять имением и как жить в бедности. Но она не растерялась, а выписала к себе сестру своей матери, злую и чванливую старуху-княжну. Анна уже готова была увянуть в глуши, но тут ее увидел Одинцов, богатый человек лет сорока шести. Он предложил ей выйти за него замуж, и Анна согласилась. Они

прожили шесть лет, потом Одинцов умер, оставив все свое состояние молодой жене. Анна Сергеевна вместе с сестрой ездила в Германию, но скоро заскучала там и вернулась в свое имение Никольское. Она почти не появлялась в обществе, где ее не любили и рассказывали всякие сплетни. Но она не обращала на них никакого внимания.

Аркадий удивлялся поведению своего друга. Обычно Базаров был неразговорчив, но на этот раз старался занять Анну Сергеевну разговором. По ее лицу не было заметно, произвело ли это на нее впечатление. Сначала ей не понравилось ломание Базарова, но она поняла, что он чувствует смущение, и это ей польстило.

Аркадий думал, что Евгений начнет рассказывать о своих воззрениях, но вместо этого он рассуждал о медицине, гомеопатии, ботанике. Оказалось, что Анна Сергеевна читала об этом книги и неплохо разбиралась в предмете. С Аркадием же она обращалась, как с младшим братом. Под конец беседы она пригласила друзей посетить ее село. Они согласились. После того как друзья вышли от Одинцовой, Базаров опять заговорил о ней в своем прежнем тоне. Они договорились поехать в Никольское послезавтра.

XVI

Когда они приехали к Одинцовой, их встретили два лакея, а дворецкий проводил в приготовленную для гостей комнату и сказал, что через полчаса хозяйка примет их. Базаров заметил, что Анна Сергеевна слишком избаловала себя, назвал ее барыней. Аркадий только пожал плечами. Он тоже чувствовал смущение.

Через полчаса они спустились в гостиную, где их встретила хозяйка. В разговоре выяснилось, что в доме живет еще старая княжна да сосед заезжает играть в карты. Это и составляет все общество. В гостиную зашла девушка с корзиной цветов. Одинцова представила свою сестру Катю. Она оказалась застенчивой, села около сестры и стала разбирать цветы.

Одинцова предложила Базарову поспорить о чем-нибудь, например о том, как надо узнавать и изучать людей. Базаров ответил, что их незачем изучать. Как деревья похожи друг на друга, так и люди ничем не отличаются, разве что совсем немного. Если узнал одного человека, считай, что узнал всех. Одинцова спросила, разве нет разницы между умным и глупым человеком, добрым и злым. «Как между больным и здоровым», — отвечал Базаров. По его мнению, все нравственные недуги возникают из-за дурного воспитания: «Исправьте общество, и болезней не будет». Такое суждение удивило Анну Сергеевну, она захотела продолжить спор.

К чаю спустилась старая княжна. Одинцова и Катя услужливо обращались с ней, подали чашку, подстелили подушку, но не обращали на ее слова никакого внимания. Аркадий и Базаров поняли, что ее держат только для важности, так как она княжеского происхождения. После чая приехал сосед Порфирий Платоныч, с которым обычно Анна Сергеевна играла в карты. Она предложила Базарову присоединиться, а сестру попросила сыграть что-нибудь для Аркадия. У молодого человека появилось чувство, что его как будто отсылают, в нем зрело «томительное ощущение, похожее на предчувствие любви». Катя очень смущалась его и после сыгранной сонаты словно бы ушла в себя, отвечала на вопросы Аркадия односложно.

Анна Сергеевна предложила Базарову на следующий день прогуляться по саду, чтобы он рассказал про латинские названия растений. Когда друзья ушли в свою комнату, Аркадий воскликнул, что Одинцова чудесная женщина. Базаров согласился, но настоящим чудом назвал Катю, так как из нее еще можно сделать то, что захочешь, а ее сестра «тертый калач». Анна Сергеевна думала о своих гостях, особенно о Базарове. Она никогда не встречала таких людей, как он, поэтому испытывала любопытство. На следующий день она с Базаровым пошла гулять, а Аркадий остался с Катей. Когда Одинцова вернулась, Аркадий заметил, что ее щеки слегка пылали, а глаза светились ярче обыкновенного. Базаров шел небрежной походкой, но выражение его лица было веселым и даже ласковым, что не понравилось Аркадию.

 

XVII

 

Друзья прожили у Одинцовой примерно пятнадцать дней и не испытывали скуки. Этому отчасти способствовал особый распорядок, которого придерживалась сама хозяйка и ее гости. В восемь часов все спускались к утреннему чаю. До завтрака они делали, что хотели, а сама Анна Сергеевна занималась с приказчиком. Перед обедом общество собиралось для беседы, а вечер был посвящен прогулке, игре в карты и музыке. Базарова слегка раздражал такой распорядок. Но Одинцова ответила ему, что без него в деревне можно умереть со скуки.

 

В Базарове начали происходить перемены. Он чувствовал легкую тревогу, сердился, быстро раздражался и говорил нехотя. Аркадий же решил, что Базаров влюблен в Одинцову, и предался унынию, которое быстро проходило в обществе Кати, с которой он чувствовал себя как дома. Постоянное разъединение приятелей внесло перемены и в их отношения. Они уже не обсуждали Одинцову, замечания Базарова насчет Кати были сухи, и вообще они беседовали реже, чем прежде.

Но настоящей переменой в Базарове было то чувство, которое в нем вызывала Одинцова. Ему нравились женщины, но любовь он называл романтической белибердой. Он говорил, что если нельзя добиться от женщины толку, то надо отвернуться от нее. Он скоро понял, что от нее толку не добьешься, однако отвернуться не смог. В мыслях он представлял, как Анна Сергеевна находится в его объятьях, и они целуются. После этого он злился на себя и скрежетал зубами. Анна Сергеевна тоже думала о нем, она хотела испытать его и изведать себя.

Однажды Базаров встретил приказчика своего отца, который сказал, что родители очень ждут его и беспокоятся. Евгений сообщил Одинцовой, что ему надо уехать, и она побледнела. Вечером она и Базаров сидели в ее кабинете. Одинцова спрашивала его, зачем он хочет уехать, говорила, что ей будет без него скучно. Евгений возразил, что долго скучать она не будет, так как она так правильно устроила свою жизнь, что в ней нет места скуке. Он не понимал, почему такая молодая, красивая и умная женщина заточила себя в деревне, чуждается общества и вместе с тем пригласила к себе двух студентов. Он думал, что она остается на одном месте, потому что любит комфорт и удобства, а ко всему остальному равнодушна. Она ничем не может увлечься, кроме того, что вызывает в ней любопытство. Анна Сергеевна призналась Базарову, что она очень несчастлива, она любит комфорт, но при этом совсем не желает жить. Ей кажется, что она живет очень давно, позади у нее много воспоминаний, она пережила и бедность, и богатство, а впереди у нее совсем нет цели, ей незачем жить.

Базаров заметил, что ее несчастье состоит в том, что она хочет полюбить, но не может этого сделать. Одинцова ответила, что для этого надо полностью отдаться человеку, которого любишь, а это не так-то просто. Она спросила, смог бы Базаров полностью посвятить себя другому человеку. Он ответил, что не знает. Она хотела еще что-то сказать Евгению, но не решалась. Вскоре он попрощался с ней и ушел. Анна Сергеевна пошла было за ним, но тут натолкнулась на горничную и вернулась в свой кабинет.

 

XVIII

 

На следующий день после утреннего чая Анна Сергеевна ушла в свою комнату и не появилась к завтраку. Когда все общество собралось в гостиной, Одинцова попросила Базарова подняться в ее кабинет. Сначала они заговорили об учебниках химии, но она его перебила и сказала, что хочет продолжить их вчерашний разговор. Она хотела знать, почему, когда люди слушают музыку, разговаривают с хорошими людьми, они испытывают нечто вроде счастья, и является ли это на самом деле счастьем? Потом она спросила, чего хочет Базаров добиться от жизни? Анна Сергеевна не верила, что человек с такими амбициями, как у Базарова, захочет быть простым уездным лекарем. Евгений не хотел заглядывать в будущее, чтобы потом не жалеть о том, что зря болтал о нем. Тогда Одинцова захотела знать, что сейчас происходит с Базаровым? Она надеялась, что напряженность Евгения оставит его наконец, и они станут хорошими друзьями. Базаров спросил, хочет ли Анна Сергеевна знать причину его напряженности? Она ответила: «Да». И тогда Базаров признался ей в любви.

Им не овладел юношеский ужас после первого признания, он чувствовал только страсть. Базаров привлек к себе Анну Сергеевну. Она на мгновение задержалась в его объятьях, но потом быстро освободилась. «Вы меня не поняли», — прошептала она. Базаров ушел. Немного позже он прислал ей записку, в которой писал, что если она захочет, то он уедет прямо сейчас. Но она ответила: «Зачем уезжать?» До самого обеда Анна Сергеевна не выходила из своей комнаты. Она все время спрашивала себя, что заставило ее добиться признания Базарова? Ей даже казалось, что она может ответить на его чувство, но потом решила, что спокойствие ей дороже.

XIX

Одинцовой было неловко, когда она появилась в столовой. Но обед прошел очень спокойно. Приехал Порфирий Платоныч, рассказал несколько анекдотов. Аркадий тихонько разговаривал с Катей. Базаров же угрюмо молчал. После обеда все общество отправилось гулять в сад. Базаров попросил у Одинцовой прощения за свой поступок и сказал, что намерен скоро уехать. Он мог бы остаться только при одном условии, но это условие никогда не сбудется, так как Анна Сергеевна не любит его и не полюбит никогда. После этого он попрощался с ней и ушел в дом. Одинцова весь день провела рядом с сестрой. Аркадий не понимал, что происходит. Базаров спустился только к чаю.

Приехал Ситников, который невпопад стал просить прощения у хозяйки, что явился без приглашения. С его появлением все стало намного проще. После обеда Базаров сказал Аркадию, что завтра уезжает к родителям. Аркадий тоже решил уехать. Он понимал, что между его другом и Одинцовой что-то произошло. Однако ему было жаль расставаться с Катей. Вслух он ругнул Ситникова, на что Базаров ответил, что ему нужны такие олухи: «Не богам же горшки обжигать!» Аркадий подумал, что он, наверное, для Базарова точно такой же олух.

Когда Одинцова на следующий день узнала об отъезде Базарова, она ничуть не удивилась. Прощаясь, Одинцова высказала надежду, что они с Базаровым еще увидятся. По дороге Аркадий заметил, что его друг изменился. Базаров ответил, что скоро поправится: «лучше камни бить на мостовой, чем позволить женщине завладеть хотя бы кончиком пальца». После этого друзья всю дорогу молчали.

XX

Когда друзья подъехали к барскому дому, их встретил отец Базарова, Василий Иванович. Он обрадовался приезду сына, но старался не показывать своих чувств, так как знал, что Евгений этого не любит. Из дома выбежала мать Базарова, Арина Власьевна. Увидев Евгения, она чуть в обморок не упала, так была рада его приезду. Родители от радости даже не сразу заметили Аркадия, но потом стали просить прощения за такой прием. Василий Иванович повел гостей в свой кабинет, а Арина Власьевна пошла на кухню поторопить с обедом.

Василий Иванович все время говорил: о том, как ведет хозяйство, какие книги читает, как занимается лекарской деятельностью, вспомнил несколько баек из прежней солдатской жизни. Аркадий из вежливости улыбался, Базаров молчал и иногда вставлял короткие замечания. Наконец пошли обедать. Василий Иванович опять о чем-то говорил, а Арина Власьевна все время смотрела на сына, не замечая при этом Аркадия. Потом отец повел всех смотреть сад, в котором посадил новые деревья.

 

Перед сном Базаров поцеловал мать и пошел спать в кабинет отца. Василий Иванович хотел было с ним поговорить, но Евгений сослался на усталость. На самом деле он не уснул до самого утра, злобно глядя в темноту. А вот Аркадию очень хорошо спалось.

XXI

Когда Аркадий проснулся и открыл окно, он увидел Василия Ивановича, усердно копавшегося в огороде. Старик завел разговор о своем сыне. Ему хотелось знать, какого мнения о нем Аркадий. Гость ответил, что Базаров — самый замечательный человек, какого он только встречал в своей жизни. Он уверен, что Евгений обязательно добьется успеха и прославит свою фамилию. Василий Иванович был счастлив слышать это. Он жаловался лишь на то, что Евгений не любит высказывать своих чувств и не позволяет это делать другим по отношению к себе.

Ближе к полудню молодые люди расположились на стоге сена. Базаров вспоминал свое детство. Он был уверен, что его родителям хорошо живется, они постоянно заняты делами. А про себя говорил, что занимает мало места по сравнению со всем остальным пространством, а его жизнь ничтожна перед вечностью. И вместе с тем он тоже чего-то хочет, его кровь стучит, мозг работает.

Его родители не ощущают своей ничтожности, тогда как сам Базаров чувствует «скуку и злость». Он показал на муравья, тащившего муху. Муравей, в отличие от людей, не испытывает чувства сострадания, поэтому не может сломать самого себя. Аркадий возразил, что Базаров никогда не сможет сломать себя. «Сам себя не сломал, так и бабенка меня не сломает», — воскликнул Базаров. Аркадий предложил ему вздремнуть, чтобы прогнать меланхолию. Базаров попросил не смотреть на него спящего, потому что у него будет глупое лицо. «А тебе не все равно, что о тебе думают?» — спросил Аркадий. Базаров ответил, что настоящего человека не должно заботить, что о нем думают, потому что настоящего человека надо или слушать, или ненавидеть. Вот он, например, всех ненавидит, и изменит о себе мнение только тогда, когда встретит человека, который не спасует перед ним.

Аркадий не хотел с ним соглашаться. Тут он увидел, как лист клена падает на землю, и сказал об этом другу. Базаров же попросил его не говорить «красиво», иначе он пойдет по стопам своего дяди, которого он назвал идиотом. Аркадий вступился за дядю. Между друзьями завязалась ссора. Они уже готовы были подраться, но тут пришел Василий Иванович. Он сказал, что скоро подадут обед, на котором будет присутствовать отец Алексей, отслуживший по просьбе матери молебен по случаю возвращения Евгения. Базаров промолвил, что он не против отца Алексея, если тот не съест его порцию. После обеда сели играть в карты. Арина Власьевна опять неотрывно смотрела на сына.

На следующий день Базаров сказал другу, что собирается поехать в деревню к Аркадию, потому что здесь ему скучно и он не может работать, потому что родители постоянно рядом. А домой он вернется позже. Аркадий заметил, что ему очень жаль его родителей, особенно мать. Базаров только ближе к вечеру решился рассказать о своем решении отцу. Оно очень огорчило Василия Ивановича, но он крепился, и сказал, что если Евгению надо ехать, значит надо. Когда на следующий день друзья уехали, все в доме сразу приуныло. Старички остались одни. «Бросил, бросил нас, — залепетал Василий Иванович, — бросил; скучно ему стало с нами. Один, как перст теперь, один!» Арина Власьевна прислонилась к нему, пытаясь утешить.

XXII

Друзья доехали до постоялого двора молча. Только потом Аркадий спросил у Базарова, куда они поедут: домой или к Одинцовой. Базаров предоставил принимать решение ему, а сам отвернулся. Аркадий приказал ехать к Одинцовой. По тому, как встретил их дворецкий, друзья поняли, что их никто не ждал. Они долго сидели с глупыми физиономиями в гостиной, пока Анна Сергеевна не спустилась к ним. Она держалась с ними как обычно, но говорила отрывисто и нехотя, из чего было понятно, что она не очень рада их появлению. Во время прощания она попросила прощения за немного холодный прием и пригласила их к себе через некоторое время.

Друзья поехали к Аркадию. В доме Кирсановых им очень обрадовались. Во время ужина стали расспрашивать о том о сем. Говорил больше Аркадий. Николай Петрович жаловался надела в поместье: работники были ленивые, крестьяне не платили оброк, управляющий совсем обленился и даже растолстел на барских харчах, для жатвы не хватало людей.

На следующий день Базаров принялся за своих лягушек, Аркадий почел своей обязанность помочь отцу. Однако он заметил, что постоянно думает о селе Никольском. Он гулял до усталости, чтобы проветриться, но это ему не помогало. Он попросил отца найти письма матери Одинцовой, которые она писала его матери. Когда они оказались в его руках, он успокоился, словно увидел перед собой цель, которой ему надо было следовать. Наконец через десять дней после возвращения домой он придумал предлог и поехал в Никольское. Он боялся, что ему окажут такой же прием, как и в последний раз, но ошибся. Катя и Анна Сергеевна были рады его приезду.

XXIII

Базаров понял, зачем его друг покинул родительский дом, поэтому окончательно уединился и занимался только своей работой. С Павлом Петровичем он больше не спорил. Только однажды между ними снова возник было спор, но они тут же прекратили его. Павел Петрович даже иногда присутствовал при опытах Базарова. Но гораздо чаще его посещал Николай Петрович. Во время обедов он старался говорить о физике, геологии или химии, так как остальные темы могли бы вызвать столкновение. Павел Петрович по-прежнему терпеть не мог Базарова. Он даже не пожелал обратиться к нему за помощью, когда однажды ночью у него случился сильный припадок. Только с Фенечкой Базаров общался охотнее, чем со всеми остальными, да и она совсем не боялась его. Они часто разговаривали, хотя при Николае Петровиче она чуждалась Базарова из чувства приличия. Павла Петровича Фенечка вообще боялась, особенно если он внезапно появлялся перед ней.

Однажды утром Базаров увидел, как Фенечка разбирает в беседке розы. Они разговорились. Фенечка сказала, что не хочет становиться старой, так как сейчас она делает все сама, ни у кого помощи не просит, а в старости будет зависимой. Базаров же ответил, что ему все равно — стар он или молод, ведь его молодость никому не нужна, так как живет он бобылем. Он попросил Фенечку прочесть кое-что из его книги, потому что ему очень хотелось посмотреть, как она будет читать. Он стал делать ей комплименты, и она от этого засмущалась. Базаров попросил у нее одну розу.

Вдруг ей показалось, что Павел Петрович находится совсем рядом. Она призналась, что очень его боится, потому что он ничего не говорит, а все только смотрит на нее. Базаров попросил Фенечку понюхать цветок, который она ему подарила. Она потянулась к нему, и Базаров поцеловал ее в губы. За сиренью раздался кашель, и Фенечка быстро отодвинулась. Это был Павел Петрович. Увидев их, он быстро удалился. «Грешно вам, Евгений Васильевич», — шепнула Фенечка, уходя из беседки. Базаров вспомнил другую такую сцену, и ему стало совестно и досадно.

Павел Петрович вернулся домой и на вопрос брата, почему у него такое темное лицо, ответил, что он иногда страдает разлитием желчи.

XXIV

Через два часа Павел Петрович пришел в комнату Базарова. Он сказал, что не отнимет у него много времени, ему нужно только знать, как Базаров относится к дуэли. Евгений ответил, что с теоретической точки зрения — это нелепость, а с практической — совсем другое дело. Тогда Павел Петрович вызвал его на дуэль. Он не захотел открывать истинные причины своего решения, которые должны быть известны Базарову. Но так как между ними всегда существовали споры и непонимание, то это и может послужить причиной. Для формальности Кирсанов предложил небольшую ссору, но Базарову показалось это лишним. Они обговорили детали дуэли. Вместо секундантов, которых все равно негде найти, они решили взять камердинера Петра и договорились встретиться завтра на рассвете.

После того как Павел Петрович вышел, Базаров воскликнул: «Фу-ты, черт! Как красиво и как глупо! Экую мы комедию отломали!» Он понимал, что отказать было нельзя, потому что тогда Павел Петрович мог ударить его своей тростью, и Базарову пришлось бы «задушить его, как котенка». Он стал раздумывать над тем, почему Кирсанов вызвал его на дуэль, и пришел к выводу, что тот, скорее всего, влюблен в Фенечку.

День прошел тихо и вяло. Фенечка пряталась в своей комнате. Николай Петрович жаловался на пшеницу. Павел Петрович подавлял всех своей леденящей вежливостью. Базаров хотел было написать письмо отцу, но разорвал его. Он велел Петру прийти к нему завтра рано утром для серьезного разговора, а сам плохо спал всю ночь.

На следующий день Петр разбудил Базарова в четыре часа, и они пошли к месту дуэли. Базаров объяснял слуге, что от него требуется, говорил, что это очень важная и ответственная роль, и лакей испугался до смерти. Вскоре появился Павел Петрович. Он стал заряжать пистолеты, а Базаров тем временем отсчитывал шаги для барьера. Базарову эта затея казалось очень глупой, поэтому он все время шутил и говорил преувеличенно красиво, однако совсем не боялся. Павел Петрович сказал, что собирается драться серьезно.

Противники разошлись. Первым выстрелил Павел Петрович, но промахнулся. Базаров, который совсем не целился и даже не смотрел на противника, ранил его в ногу. Павел Петрович сказал, что по условию дуэли они могут стрелять еще раз, но Базаров предложил отложить до следующего раза, так как теперь он прежде всего доктор и должен осмотреть рану. Павел Петрович начал протестовать, но тут лишился чувств, но вскоре пришел в себя. Базаров приказал Петру ехать в имение за коляской, а Кирсанов велел ничего не рассказывать брату. Петр ушел, а противники не знали, о чем говорить, да и следует ли говорить вообще. «Молчание длилось, тяжелое и неловкое. Обоим было нехорошо. Каждый из них сознавал, что другой понимает его. Друзьям это сознание приятно, и весьма неприятно недругам, особенно когда нельзя ни объясниться, ни разойтись». Потом они заговорили и решили сказать всем, что поссорились из-за политических разногласий.

Вместе с Петром приехал Николай Петрович, который очень перепугался за брата. Он попросил Базарова заняться его раной, пока из города не приедет другой врач. Павла Петровича доставили в имение. Весь день за ним ухаживали. Приехавший доктор прописал ему прохладительные напитки и сказал, что рана не опасна. Павел Петрович иногда бредил, но быстро приходил в себя. Однажды он очнулся, увидел перед собой Николая Петровича и сказал, что в Фенечке есть что-то от княгини Р. Он сказал, что не потерпит, если какой-нибудь наглец прикоснется к ней. Николай Петрович решил, что у брата жар.

На другой день Базаров пришел к Николаю Петровичу проститься. Павел Петрович также захотел видеть его. А вот с Фе-нечкой, которая после дуэли стала бояться Базарова, ему не удалось попрощаться.

Павел Петрович пролежал в постели примерно неделю, потом перебрался на диван. Совесть не мучила Фенечку, хотя она и догадывалась о настоящей причине дуэли. Она по-прежнему боялась Павла Петровича и когда приносила ему еду, старалась не смотреть на него. Однажды Павел Петрович заговорил с ней. Он спросил, почему она не смотрит на него, словно у нее нечиста совесть, и любит ли она его брата. Фенечка ответила, что очень любит его и ни на кого не променяет. Павел Петрович стал просить Фенечку, чтобы она всегда любила брата и никогда не покидала его. После этого он прижал ее руку к своим губам. В это время вошел Николай Петрович с Митей на руках. Фенечка взяла ребенка и поспешно вышла. Павел Петрович попросил брата исполнить свой долг и жениться на Фенечке. Николай Петрович очень удивился. Он сказал, что не сделал этого раньше только потому, что его брат всегда был против таких браков, но обещал исполнить его желание. А Павел Петрович про себя подумал, что после свадьбы брата уедет за границу и больше не вернется.

XXV

Аркадий и Катя сидели в саду. «Они молчали оба; но именно в том, как они молчали, как они сидели рядом, сказывалось доверчивое сближение: каждый из них как будто и не думал о своем соседе, а втайне радовался его близости». Потом они заговорили. Катя сказала, что она и ее сестра изменили его, теперь он не так похож на Базарова, как раньше. Аркадий спросил, какого она мнения о его друге. Катя ответила, что он ей чужой и она ему чужая. Базаров хищный, в то время как она и Аркадий ручные. Какое-то время он производил впечатление на Анну Сергеевну, но никто не сможет слишком долго оказывать на нее влияние. Аркадий стал сравнивать Катю и Анну Сергеевну. В них обеих были одинаковые черты характера, хотя в Анне Сергеевне они были раскрыты больше, чем в Кате. Катя попросила не сравнивать их: в отличие от сестры она бы не вышла замуж за богатого человека, даже если бы любила его, она готова покориться любимому человеку, но неравенство для нее страшно. Аркадий заверил, что не променяет Катю ни на кого, даже на Анну Сергеевну, и поспешно ушел. Он вернулся в дом и нашел в своей комнате Базарова. Евгений в нескольких словах рассказал ему о последних событиях в имении и уверил, что с его дядей все в порядке. Аркадий понял, что Базаров приехал попрощаться с ним, но не понимал почему. Базаров ответил, что Аркадий уже давно попрощался с ним, намекнул на то, что его друг влюблен в Одинцову и, кажется, дела у них идут отлично. Он сказал, что заехал только попрощаться, даже с Анной Сергеевной видеться не хочет.

Но Одинцова узнала о приезде Базарова и пожелала встретиться с ним. Базаров уверил ее, что уже осознал свои прошлые ошибки. Одинцова захотела остаться с ним приятелями. Они говорили так, словно сами верили в свои слова. Базаров намекнул, что Аркадий влюблен в Анну Сергеевну, но оказалось, что Одинцова не подозревала об этом. Потом она предложила ему пройти в залу, в которой уже сидели Катя и старая княжна. Не было только Аркадия. Его нашли еще не скоро. Он сидел в самом дальнем углу сада и вид у него был такой, словно он наконец на что-то решился.

XXVI

На следующий день Аркадий и Катя сидели в беседке, в которой не любила бывать Одинцова. Аркадий сказал, что они уже давно общаются, говорили о многом, но не касались еще одного вопроса. Он все никак не мог найти нужные слова. Катя знала, к чему он клонит, но сидела, опустив голову, словно не хотела помочь ему высказаться. Вдруг они услышали разговор Одинцовой и Базарова, которые шли около беседки и не видели молодых людей. Анна Сергеевна говорила, что польщена чувством Аркадия. Он такой молодой, поэтому в его чувстве есть какая-то прелесть. А с Катей он ведет себя как старший брат. Их разговор затих вдали. И тут Аркадий набрался смелости, признался Кате в своей любви и попросил у нее руки. Катя согласилась.

На другой день Одинцова показала Базарову письмо, в котором Аркадий просит ее позволения жениться на Кате. Базаров посоветовал ей разрешить этот брак. Одинцова попросила Базарова остаться в ее имении еще ненадолго, но он поспешил уехать. Пока он собирал вещи, он поздравлял друга со свойственной ему развязностью и плохо скрываемой злобой. Он сказал, что Аркадий не годится для тех дел, которые проповедовал Базаров: «Наша пыль тебе глаза выест, наша грязь тебя замарает, да ты и не дорос до нас…» При прощании Аркадий обнял друга, но Базаров сказал, что Катя его быстро утешит. И в самом деле, разговаривая вечером с Катей, Аркадий уже не вспоминал своего друга.

XXVII

Родители Базарова очень обрадовались возвращению сына, тем более что они не ожидали его скоро. Евгений опять стал жить в кабинете отца и работал там. На этот раз родители не очень мешали ему, мать даже боялась заговорить с ним. Базаров погрузился в работу. Но вскоре лихорадка работы оставила его, и он ощутил беспокойство, начал искать общества. Его состояние волновало родителей, но они боялись напрямую спросить его о чем-либо. Когда однажды Василий Иванович стал осторожно расспрашивать его о работе, об Аркадии, Базаров разозлился.

Наконец Евгений он нашел себе занятие — вместе с отцом занялся врачебной практикой. Василий Иванович так этому обрадовался, что даже оставил у себя зуб, который вырвал Евгений у мужика, и показывал его всем как достопримечательность.

Однажды из деревни мужик привез своего брата, больного тифом. Но Базаровы сказали, что уже поздно лечить его, он уже не поправится. Три дня спустя Евгений пришел к отцу и попросил у него адский камень, чтобы прижечь рану. Он рассказал, что присутствовал при вскрытии того мужика, больного тифом, и порезался. Василий Иванович перепугался, предложил прижечь еще и железом, но Базаров ответил, что это было четыре часа назад. Если он заразился, то теперь ничем не поможешь.

Вскоре Базаров заболел. У него пропал аппетит, появился озноб, жар. Но он говорил, что это простуда. Целую ночь он провел в полузабывчивой дремоте. Отцу велел не стоять над ним, но Василий Иванович вышел в коридор и провел всю ночь перед дверью сына. Утром Базаров попытался встать, но у него закружилась голова и пошла кровь. В доме все словно почернело, и стало очень тихо. Базаров сказал Василию Ивановичу, что он заразился тифом и теперь уже вряд ли поправится. Отец перепугался, стал уверять, что это скоро пройдет, но Базаров показал ему красные пятна на теле и сказал, что ему уже ничем не поможешь. Он попросил послать за Одинцовой и сказать ей, что он умирает.

Василий Иванович вышел к жене и сообщил ей страшную весть. Приехал доктор, который подтвердил опасения Базарова, но сказал несколько слов о возможном выздоровлении. Ночь Базаров провел очень плохо. На следующий день ему немного полегчало. Василий Иванович даже обрадовался, но Базаров знал, что это только временное улучшение. Отец попросил у него исполнить его долг христианина и причаститься перед смертью, но Базаров заявил, что пусть его причащают, когда он будет в беспамятстве.

Приехала Одинцова. Василий Иванович называл ее ангелом, а Арина Власьевна упала ей в ноги и стала целовать край ее платья. Анна Сергеевна чувствовала себя неловко. Она привезла с собой доктора-немца. Он осмотрел больного и сообщил, что нет никаких шансов на выздоровление. Тогда Анна Сергеевна зашла к Базарову. Его вид произвел на нее тягостное впечатление. «Мысль, что она не то бы почувствовала, если бы точно его любила, — мгновенно сверкнула у нее в голове». Базаров сказал, что любил ее: «Это и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно». Он называл ее славной, красивой, признался, что не хотел бы умирать так рано, называл себя гигантом и говорил, что теперь задача гиганта — умереть достойно. Он предположил, что Одинцова скоро забудет его, просил ее позаботиться о его родителях, так как таких людей, как они, днем с огнем не сыскать. Базаров попросил Одинцову поцеловать его: «Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет». Потом он уснул.

Базарову уже не суждено было проснуться. К вечеру он впал в беспамятство, а утром умер. Священник совершил над ним необходимые обряды. «Когда святое миро коснулось его груди, один глаз его раскрылся и, казалось, при виде священника в облачении, дымящего кадила, свеч перед образом что-то похожее на содрогание ужаса мгновенно отразилось на его помертвелом лице». Когда Базаров умер, «Василием Ивановичем обуяло внезапное исступление», «Арина Власьевна, вся в слезах, повисла у него на шее, и оба они пали ниц».

XXVIII

Прошло шесть месяцев. В небольшой приходской церкви состоялись две свадьбы: Аркадия с Катей и Николая Петровича с Фенечкой. Через две недели был прощальный ужин, посвященный Павлу Петровичу. За столом собрались все, даже Митю поместили здесь. «Всем было немножко неловко, немножко грустно и, в сущности, очень хорошо». Николай Петрович начал говорить тост, но, так как не умел произносить речей, сбивался. Он пожелал брату всего хорошего и скорейшего возвращения. Павел Петрович перецеловал всех. Когда все подняли бокалы, Катя тихо шепнула Аркадию: «В память Базарова». Аркадий крепко сжал ее руку, но не решился громко предложить этот тост.

Анна Сергеевна вышла замуж, но не по любви, а по убеждению, за одного из будущих русских деятелей. Они живут очень дружно «и доживут, пожалуй, до счастья… пожалуй, до любви». Старая княгиня умерла и была всеми забыта в этот же день. Аркадий занялся хозяйством, и ферма стала приносить немалый доход. Николай Петрович стал мировым посредником.

 

У Кати родился сын Коля, они с Фенечкой очень подружились и все дни проводили вместе.

Павел Петрович уехал в Дрезден и остался жить там. Он больше знается с англичанами. «Но жить ему тяжело… тяжелей, чем он сам подозревает».

Кукшина тоже попала за границу. Теперь она изучает архитектуру, по-прежнему якшается с молодыми студентами. Ситников женился на богатой наследнице. Отец все так же притесняет его, а жена называет дурачком и либералом.

На могиле Базарова растут две елочки. Часто к нему приходят два дряхлых старичка. Они поддерживают друг друга и, став на колени, долго плачут и молятся.

«Какое бы страстное, грешное, бунтующие сердце ни скрылось в могиле, цветы, растущие на ней, безмятежно глядят на нас своими невинными глазами… они говорят также о вечном примирении и о жизни бесконечной».

Любовь и счастье в романе «Отцы и дети». Уроки литературы в 10 классе

ИЗ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX ВЕКА

 
ИВАН СЕРГЕЕВИЧ ТУРГЕНЕВ
(1818 – 1883)

Уроки литературы в 10 классе[1]

 

Учебно-методическое пособие
для учителей-словесников, руководителей методических объединений школ,
студентов филологических факультетов вузов.

Урок 44. И. С. Тургенев: жизнь, судьба, творчество. Сборник «Записки охотника» и его место в русской литературе

Урок 45. И. С. Тургенев — создатель русского романа. История создания и идейно-художественное своеобразие романа «Отцы и дети»

Урок 46. И. С. Тургенев. «Отцы и дети». Базаров — герой своего времени. Духовный конфликт героя

Урок 47. И. С. Тургенев. «Отцы и дети». Оппоненты Базарова, их нравственная и социальная позиция

Урок 48. И. С. Тургенев. «Отцы и дети». Любовь и счастье в романе

Урок 49. И. С. Тургенев «Отцы и дети». Анализ эпизода «Смерть Базарова»

Урок 50. Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети» в русской критике


УРОК 48
И. С. ТУРГЕНЕВ. «ОТЦЫ И ДЕТИ».
ЛЮБОВЬ И СЧАСТЬЕ В РОМАНЕ

Цель:
помочь учащимся увидеть, как в любовных коллизиях раскрываются характеры героев и авторская философия любви; показать особенности сложных взаимоотношений героев, их отношения к любви; раскрыть сущность любовного конфликта и его последствия для главного героя романа; помочь осмыслить общечеловеческие, нравственные ценности, раскрываемые Тургеневым в романе.

Оборудование:
раздаточный материал, текст романа «Отцы и дети», иллюстративный материал по теме урока.

Тип урока: комбинированный урок; урок-диалог с комментированным чтением эпизодов романа.

Прогнозируемые результаты:
учащиеся выполняют аналитическую работу в группах; рассказывают о том, как в любовных коллизиях раскрываются характеры героев и авторская философия любви; раскрывают сущность любовного конфликта и его последствия для главного героя романа; принимают участие в беседе.

ХОД УРОКА

I. Организационный этап

II. Актуализация опорных знаний

2. Беседа

• На основе анализа первых глав романа и особенно споров Базарова с Павлом Петровичем покажите трагический характер основного конфликта между отцами и детьми. Что вас привлекает и что отталкивает в позициях героевантагонистов?

• С опорой на текст романа подготовьте рассказ о том, почему начиная с XIII главы конфликт произведения из внешнего (Базаров и окружение) переводится во внутренний план (в душу самого Базарова)?

III. Мотивация учебной деятельности. Сообщение темы и цели урока

Слово учителя

— Любовная интрига составляет основу большинства произведений русской классической литературы. Особое значение истории любви героев придавал и И. С. Тургенев, поэтому во всех его произведениях главные герои, обязательно проходят испытание любовью.

«Это сильнее смерти и страха смерти. Только этим держится и движется жизнь…»,— писал И. С. Тургенев. Писателя интересуют не столько личные отношения героев, сколько их общественные взгляды. Этой теме и подчиняется любовная интрига. Наибольшей функциональности она достигает в романе «Отцы и дети»: в отличие от других романов, в этом произведении Тургенев представил не одну, а сразу четыре любовные линии, четыре взгляда на эту проблему: любовь Павла Петровича к княгине Р., любовь Базарова к Одинцовой, любовь Аркадия к Кате и любовь Николая Петровича к Фенечке.

IV. Работа над темой урока

1. Аналитическая работа «Испытание любовью» в романе «Отцы и дети» (в группах)

1-я группа.
Павел Петрович Кирсанов и княгиня Р.

• Как образ княгини Р. раскрывает характер Павла Петровича? Как любовь Павла Петровича к княгине Р. помогает понять образ Базарова?

Предполагаемый ответ
Павел Петрович воспитывался в пажеском корпусе. Став офицером, он пользовался большим успехом в свете: Кирсанов был самоуверен, насмешлив и «забавно жёлчен». Он нравился женщинам, легко заводил романы, вызывая зависть у мужчин. В двадцать семь он уже был капитаном, его ждала блестящая карьера. Однако, всё внезапно изменилось: в петербургском свете появилась женщина, ставшая для Кирсанова роковой.

Павел Петрович страстно влюбился в княгиню Р., слывшую в свете легкомысленной кокеткой. Мучительно привязавшись к княгине Р., Кирсанов никогда не мог понять её, его поражала её странность, неуравновешенность, что-то «заветное и недоступное» в её душе, куда никто не мог проникнуть. После нежных свиданий он чувствовал на сердце лишь «разрывающую и горькую досаду». Любовь не принесла Павлу Кирсанову счастья: ответив вначале на его чувство взаимностью, княгиня Р. вскоре охладела к нему. «Ему было сложно, когда она его любила, но когда она охладела к нему, он чуть с ума не сошёл». Мы видим, что его любовь, которая вначале («когда она его любила») должна бы быть счастливой, лёгкой назвать нельзя. Возможно, она сродни базаров ской «тёмной страсти, похожей на злобу». Ради этой женщины он ставит на карту всё: карьеру и репутацию, и всё это теряет. Много лет он пытался хранить эти отношения, много лет эта иссушающая, изнуряющая страсть не давала ему покоя. Его любовь трагична — он остался побеждённым, собираясь посвятить княгине Р. жизнь. Павел Кирсанов не выдержал «испытания любовью», и Фенечка — не более, чем его неумелая попытка обрести хоть какое-то обречённое на провал счастье. Ведь Фенечка — будущая жена Николая Кирсанова.

2-я группа.
Николай Петрович и Фенечка

• Как характеризует Николая Петровича история любви и выбор женщин?

Предполагаемый ответ
Для Николая Петровича любовь — это мечта, сон, воспоминания о Марии, о молодости и красоте. Настоящее же — как бы примирение с жизнью. Добрый и скромный человек, Николай Петрович выбирает один и тот же тип женщин.

Это небогатые, юные, чистые и доверчивые девушки, преданные, кроткие, настоящие матери и жёны. Мария образованнее, чем Фенечка. Он познакомился с Фенечкой, когда ей минул семнадцатый год. Через год он лечил Фенечку, и ему долго «мерещилось это чистое, нежное, боязливо приподнятое лицо; он чувствовал под ладонями рук своих эти мягкие волосы, видел эти невинные, слегка раскрытые губы, из-за которых влажно блистали на солнце жемчужные зубки». Понемногу она привыкла к нему. Вскоре умерла её мать. Фенечка наследовала от матери любовь к порядку, рассудительность и степенность. Но «она была так молода, так одинока; Николай Петрович был такой добрый и скромный…» Он любит музыку, поэзию, природу, красоту. Одним словом, романтик, как сказал бы Базаров.

Тяга к красоте и молодости, неумение жить в одиночестве, необходимость семьи приводят его к такому выбору. Для него главное в жизни — семья. Для Фенечки любовь — это служение «благодетелю» Николаю Петровичу. Фенечка: «Мне Николая Петровича не любить — да после этого мне и жить не надо!» Через полгода после смерти Базарова они поженились.

3-я группа.
Базаров и Одинцова

• Используя текст VII, XIV и XVII глав, охарактеризуйте отношение Базарова к женщине.

• Дайте анализ авторского описания душевного состояния героя после его увлечения Одинцовой (глава XVII). Покажите, как эта любовь ставит под сомнение нигилистические убеждения героя и приводит его к мировоззренческому кризису. Как трагическая природа конфликта раскрывается в любви Базарова к Одинцовой?

Предполагаемый ответ
До встречи с Одинцовой Базаров относился к женщинам потребительски. Он ценил женскую красоту, но любовь в смысле идеальном, или, как он выражался, романтическом, называл «белибердой, непростительной дурью». «Нравится тебе женщина,— говорил он,— старайся добиться толку; а нельзя — ну, не надо, отвернись — земля не клином сошлась».

Недаром же он говорит перед поездкой к Одинцовой: «Пожива есть…» Однако при первой встрече с Одинцовой Базаров, к удивлению Аркадия, краснеет. Но ему очень не хочется выглядеть слабовольным мальчиком, который не в состоянии владеть собой. И потому сначала отзывается об Одинцовой грубо, развязно, небрежно: «На остальных баб не похожа», «эта госпожа — ой-ой-ой».

«В тихом омуте… ты знаешь!» — делится он с Аркадием.

Евгений и дальше находит возможным говорить о ней цинично: «баба с мозгом», «вишь, как она себя заморозила!» Но постепенно становится ясно, что за этой резкостью суждений скрывается желание «не рассиропиться», не поддаться «романтизму», что цинизм Базарова по отношению к Одинцовой носит исключительно внешний характер. Молодая женщина покорила Базарова своей красотой, увлекла необычностью поведения. Он стал конфузиться перед ней, волноваться при встрече, необычно много говорить и даже краснеть. И через некоторое время «он с негодованием сознавал романтика в самом себе». А ведь всего несколько дней назад он утверждал: «Человек, который всю жизнь поставил на карту женской любви и, когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, такой человек — не мужчина, не самец».

Отношение Базарова к Одинцовой также имеет большое значение для его характеристики. В любовном конфликте этих героев есть что-то новое, отличающееся от тех, которые мы встречаем в других романах Тургенева. Желая показать нежизнеспособность взглядов Базарова, Тургенев во второй части романа «переносит» своего героя в новую обстановку, в новые условия, где ему приходится действовать в полном противоречии со своими убеждениями. Рационалист, отрицающий силу подлинной любви, Базаров оказывается охвачен страстью к женщине, чуждой ему и по общественному положению и по характеру.

4-я группа.
Базаров и Одинцова

• Расскажите об Одинцовой, докажите, что она могла бы понять Базарова. Почему не могла «состояться» любовь героев? Докажите своё мнение, используя текст XVI и XVIII глав. Виновата ли Одинцова, не отвечая Базарову взаимностью?

Предполагаемый ответ
Анна Сергеевна Одинцова — аристократка, красавица, вдова 28 лет, до встречи с Базаровым многое успела пережить в жизни, передумать и перечувствовать. Она умна, независима, горда, хотя и лишена сословной спеси. Эта женщина наделена свободным и решительным характером и к мужчинам вообще проявляет некоторую холодность, испытывая «тайное отвращение». Но встреча с Базаровым поразила её. Этот человек заставил её много думать о нём, и она также привлекла внимание Базарова своим безмятежным спокойствием, свободой мыслей, суждений, незаурядностью, начитанностью и демократизмом и вызвала в душе героя настоящий перелом.

Утратив привычное самообладание («это страсть в нём билась сильная и тяжёлая — страсть, похожая на злобу и, быть может, сродни ей»), герой произносит слова любовного признания, над которыми раньше жестоко бы посмеялся: «Так знайте же, что я люблю вас глупо, безумно». Но эта любовь-страсть, любовь-вспышка сильного искреннего чувства испугала Одинцову. Привыкшая вести размеренно-спокойную жизнь, Анна Сергеевна ничего не искала и ни к чему не стремилась в своей жизни, ничто её не томило. При всей незаурядности своей натуры, она боялась сердечных тревог и жизненных осложнений. «Нет,— решила она наконец,— Бог знает куда бы это привело, этим нельзя шутить, спокойствие всё-таки лучше всего на свете».

В образе Анны Сергеевны Одинцовой Тургенев постарался изобразить одну из лучших представительниц дворянства. Но нравы того времени даже искреннего и умного человека принуждали становиться холодным и расчётливым.

Базаров-нигилист — человек чужого я чуждого Одинцовой мира: его вкусы и политические убеждения расходятся с её вкусами, привычками и взглядами, его безоглядная любовь может погубить её спокойный ритм жизни. Одинцовой трудно с Базаровым, она чувствует, что их разделяет пропасть непонимания, и отказывается от любви. Анна Сергеевна предпочитает самый простой для себя выход из сложившейся ситуации. Показывая, что она отказывается от бури страстей, предпочитая им привычный покой, Тургенев тем самым указывает на её принадлежность к поколению «отцов».

5-я группа.
Аркадий и Катя

• Проследите по тексту, как относится Аркадий к Анне Сергеевне Одинцовой (глава XIV). Зачем в романе показана влюблённость Аркадия в Анну Сергеевну?

• Докажите цитатами из текста, что Аркадий меняется («возвращается» к себе истинному) под влиянием Кати (главы XXV, XXVI).

• Какова идейно-композиционная роль образа Кати?

Предполагаемый ответ
История Аркадия, как её показал Тургенев,— очень типична для дворянской молодёжи 1860-х гг., временно попавшей под влияние революционно-демократической идеологии. Поверхностное увлечение Аркадия нигилизмом Базарова не выдерживает «испытания любовью».

Оказавшись в усадьбе Анны Сергеевны Одинцовой, Базаров и Аркадий знакомятся и с её сестрой Катей, молчаливой девушкой. И Базаров, и Аркадий интересуются Анной Сергеевной, но сама хозяйка предпочла свой досуг проводить в долгих прогулках и беседах с Базаровым. Поэтому Аркадий вынужден общаться с Катей, преодолевая робость и замкнутость девушки. Базаров сразу обратил внимание Аркадия на незаурядность личности Кати, но потребовалось время, чтобы Аркадий сам в этом убедился.

Сцена объяснения Аркадия и Кати — кульминационная в их взаимоотношениях. Сидя в саду, в тени высокого ясеня, они молчат, но, как отмечает автор, в их молчании чувствовалось «доверчивое сближение: каждый из них как будто и не думал о своём соседе, а втайне радовался его близости». Катя соглашается со словами Аркадия, и это даёт ему возможность про себя сравнить её отношение к его мыслям и отношение к ним Базарова — нетерпимое, резкое безапелляционное. Внутренне соглашаясь с ней, Аркадий поражается про себя: «Если б Базаров это слышал!» И действительно, Катя делает вывод, что он уже не находится под влиянием Базарова: он не ссорится со стариками, сопровождает тётушку в церковь: «Не мог же я отказать!» Привычки, воспитанные с детства, уважение к старшим преобладают над атеистическим мировоззрением. И Катя чувствует, что Базаров чужой и Аркадию, и ей самой: «Он хищный, а мы с вами ручные».

Он с восторгом открывает в девушке массу достоинств: она умна, горда, независима, хотя и чувствует себя несколько приниженно по сравнению с сестрой. Тонкий психолог и художник, Тургенев подводит героев к осознанию того, как они духовно близки друг другу, как готовы освободиться от того влияния, что сковывает их души, решая чувствовать себя самими собой. Поэтому естественно выглядит после этого и признание Аркадия в любви Кате, чего никак не ожидала Анна Сергеевна, и расставание его с Базаровым, и возврат в традиционный круг «отцов».

V. Рефлексия. Подведение итогов урока

1. «Учимся дискутировать»: мини-дискуссия

• Каким видят своё будущее герои Тургенева и соответствует ли это их реальной судьбе?

• Почему самый деятельный и уверенный в своём праве, самый интересный герой Тургенева умирает, а самый незаметный, неуверенный, размазня становится активным и полезным членом общества?

2. Заключительное слово учителя

— Надеюсь, что сегодня на уроке вы смогли увидеть главную особенность таланта Тургенева: его философичность, умение создавать произведения, живущие вне времени, способные пережить конкретные политические баталии и объяснить читателям, в чём же состоят главные ценности человека: не в спорах, а в любви, согласии и взаимопонимании.

VI. Домашнее задание

Перечитать эпизод «Смерть Базарова» романа И. С. Тургенева «Отцы и дети», подготовиться к его анализу.

Следующий урок: И. С. Тургенев. «Отцы и дети». Анализ эпизода «Смерть Базарова» >>>

Источник: Г. Фефилова. Литература. 10 класс. Планы-конспекты для 105 уроков. Учебно-методическое пособие. — М.: АСТ, 2016.


1. Источник: Литература. 10 класс. Планы-конспекты для 105 уроков. Учебно-методическое пособие / Галина Фефилова. — Москва : Издательство АСТ, 2016. — 445 с. (вернуться)

ОТЦЫ И ДЕТИ
И. С Тургенев
фрагмент главы XXVII
(Смерть Базарова)

  Доктор, тот самый уездный лекарь, у которого не нашлось адского камня, приехал и, осмотрев больного, посоветовал держаться методы выжидающей и тут же сказал несколько слов о возможности выздоровления.
   – А вам случалось видеть, что люди в моем положении не отправляются в Елисейские?[3] — спросил Базаров и, внезапно схватив за ножку тяжелый стол, стоявший возле дивана, потряс его и сдвинул с места.
   – Сила-то, сила, — промолвил он, — вся еще тут, а надо умирать!.. Старик, тот по крайней мере успел отвыкнуть от жизни, а я… Да, поди попробуй отрицать смерть. Она тебя отрицает, и баста! Кто там плачет? — прибавил он, погодя немного. — Мать? Бедная! Кого-то она будет кормить теперь своим удивительным борщом? А ты, Василий Иванович, тоже, кажется, нюнишь? Ну, коли христианство не помогает, будь философом, стоиком, что ли![4] Ведь ты хвастался, что ты философ?
   – Какой я философ! — завопил Василий Иванович, и слезы так и закапали по его щекам.
  Базарову становилось хуже с каждым часом; болезнь приняла быстрый ход, что обыкновенно случается при хирургических отравах. Он еще не потерял памяти и понимал, что ему говорили; он еще боролся. «Не хочу бредить», — шептал он, сжимая кулаки, — что за вздор!» И тут же говорил: «Ну, из восьми вычесть десять, сколько выйдет?» — Василий Иванович ходил как помешанный, предлагал то одно средство, то другое и только и делал, что покрывал сыну ноги. «Обернуть в холодные простыни… рвотное… горчишники к желудку… кровопускание», — говорил он с напряжением. Доктор, которого он умолил остаться, ему поддакивал, поил больного лимонадом, а для себя просил то трубочки, то «укрепляющего-согревающего», то есть водки. Арина Власьевна сидела на низенькой скамеечке возле двери и только по временам уходила молиться; несколько дней тому назад туалетное зеркальце выскользнуло у ней из рук и разбилось, а это она всегда считала худым предзнаменованием; сама Анфисушка ничего не умела сказать ей. Тимофеич отправился к Одинцовой.
  Ночь была не хороша для Базарова… Жестокий жар его мучил. К утру ему полегчило. Он попросил, чтоб Арина Власьевна его причесала, поцеловал у ней руку и выпил глотка два чаю. Василий Иванович оживился немного
.    – Слава Богу! — твердил он, — наступил кризис… прошел кризис.
   – Эка, подумаешь! — промолвил Базаров, — слово-то что значит! Нашел его, сказал: «кризис» — и утешен. Удивительное дело, как человек еще верит в слова. Скажут ему, например, дурака и не прибьют, он опечалится; назовут его умницей и денег ему не дадут — он почувствует удовольствие.
  Эта маленькая речь Базарова, напоминавшая его прежние «выходки», привела Василия Ивановича в умиление.
   – Браво! прекрасно сказано, прекрасно! — воскликнул он, показывая вид, что бьет в ладоши.
  Базаров печально усмехнулся.
   – Так как же, по-твоему, — промолвил он, — кризис прошел или наступил?
   – Тебе лучше, вот что я вижу, вот что меня радует, — отвечал Василий Иванович.
   – Ну, и прекрасно; радоваться всегда не худо. А к той, помнишь? послал?
   – Послал, как же.
  Перемена к лучшему продолжалась недолго. Приступы болезни возобновились. Василий Иванович сидел подле Базарова. Казалось, какая-то особенная мука терзала старика. Он несколько раз собирался говорить — и не мог.
   – Евгений! — произнес он наконец, — сын мой, дорогой мой, милый сын!
  Это необычайное воззвание подействовало на Базарова… Он повернул немного голову и, видимо стараясь выбиться из-под бремени давившего его забытья, произнес:
   – Что, мой отец?
   – Евгений, — продолжал Василий Иванович и опустился на колени перед Базаровым, хотя тот не раскрывал глаз и не мог его видеть. — Евгений, тебе теперь лучше; ты, Бог даст, выздоровеешь; но воспользуйся этим временем, утешь нас с матерью, исполни долг христианина! Каково-то мне это тебе говорить, это ужасно; но еще ужаснее… ведь навек, Евгений… ты подумай, каково-то…
  Голос старика перервался, а по лицу его сына, хотя он и продолжал лежать с закрытыми глазами, проползло что-то странное.
   – Я не отказываюсь, если это может вас утешить, — промолвил он наконец, — но мне кажется, спешить еще не к чему. Ты сам говоришь, что мне лучше.
   – Лучше, Евгений, лучше; но кто знает, ведь это всё в Божьей воле, а исполнивши долг…
   – Нет, я подожду, — перебил Базаров. — Я согласен с тобою, что наступил кризис. А если мы с тобой ошиблись, что ж! ведь и беспамятных причащают.
   – Помилуй, Евгений…
   – Я подожду. А теперь я хочу спать. Не мешай мне.
  И он положил голову на прежнее место.
  Старик поднялся, сел на кресло и, взявшись за подбородок, стал кусать себе пальцы…
  Стук рессорного экипажа, тот стук, который так особенно заметен в деревенской глуши, внезапно поразил его слух. Ближе, ближе катились легкие колеса; вот уже послышалось фырканье лошадей… Василий Иванович вскочил и бросился к окошку. На двор его домика, запряженная четверней, въезжала двуместная карета. Не давая себе отчета, что бы это могло значить, в порыве какой-то бессмысленной радости, он выбежал на крыльцо. .. Ливрейный лакей отворял дверцы кареты; дама под черным вуалем, в черной мантилье, выходила из нее…
   – Я Одинцова, — промолвила она. — Евгений Васильевич жив? Вы его отец? Я привезла с собой доктора.
   – Благодетельница! — воскликнул Василий Иванович и, схватив ее руку, судорожно прижал ее к своим губам, между тем как привезенный Анной Сергеевной доктор, маленький человек в очках, с немецкою физиономией, вылезал не торопясь из кареты. — Жив еще, жив мой Евгений и теперь будет спасен! Жена! жена!.. К нам ангел с неба…
   – Что такое, господи! — пролепетала, выбегая из гостиной, старушка и, ничего не понимая, тут же в передней упала к ногам Анны Сергеевны и начала, как безумная, целовать ее платье.
   – Что вы! что вы! — твердила Анна Сергеевна; но Арина Власьевна ее не слушала, а Василий Иванович только повторял: «Ангел! ангел!»
   – Wo ist der Kranke?(Где больной? (нем.) И где же есть пациент? — проговорил наконец доктор не без некоторого негодования.
  Василий Иванович опомнился.
   – Здесь, здесь, пожалуйте за мной, вертестер герр коллега,(уважаемый коллега (нем. wertester Herr Collegа) — прибавил он по старой памяти.
   – Э! — произнес немец и кисло осклабился.
  Василий Иванович привел его в кабинет.
   – Доктор от Анны Сергеевны Одинцовой, — сказал он, наклоняясь к самому уху своего сына, — и она сама здесь.
  Базаров вдруг раскрыл глаза:
   – Что ты сказал?
   – Я говорю, что Анна Сергеевна Одинцова здесь и привезла к тебе сего господина доктора.
  Базаров повел вокруг себя глазами.
   – Она здесь… я хочу ее видеть.
   – Ты ее увидишь, Евгений; но сперва надобно побеседовать с господином доктором. Я им расскажу всю историю болезни, так как Сидор Сидорыч уехал (так звали уездного врача), и мы сделаем маленькую консультацию.
  Базаров взглянул на немца:
   – Ну, беседуйте скорее, только не по-латыни; я ведь понимаю, что значит: jam moritur.( уже умирает (лат.)
   – Der Herr scheint des Deutschen mächtig zu sein,(Сударь, по-видимому, владеет немецким языком (нем. ) — начал новый питомец Эскулапа, обращаясь к Василию Ивановичу.
   – Их… габе…(Я… имею… (нем. Ich habe) — говорите уж лучше по-русски, — промолвил старик.
   – А, а! так этто фот как этто… Пошалуй…
  И консультация началась.
  Полчаса спустя Анна Сергеевна в сопровождении Василия Ивановича вошла в кабинет. Доктор успел шепнуть ей, что нечего и думать о выздоровлении больного.
  Она взглянула на Базарова… и остановилась у двери, до того поразило ее это воспаленное и в то же время мертвенное лицо с устремленными на нее мутными глазами. Она просто испугалась каким-то холодным и томительным испугом; мысль, что она не то бы почувствовала, если бы точно его любила — мгновенно сверкнула у ней в голове.
   – Спасибо, — усиленно заговорил он, — я этого не ожидал. Это доброе дело. Вот мы еще раз и увиделись, как вы обещали.
   – Анна Сергеевна так была добра… — начал Василий Иванович.
   – Отец, оставь нас. — Анна Сергеевна, вы позволяете? Кажется, теперь. ..
  Он указал головою на свое распростертое бессильное тело.
  Василий Иванович вышел.
   – Ну, спасибо, — повторил Базаров. — Это по-царски. Говорят, цари тоже посещают умирающих.
   – Евгений Васильич, я надеюсь…
   – Эх, Анна Сергеевна, станемте говорить правду. Со мной кончено. Попал под колесо. И выходит, что нечего было думать о будущем. Старая штука смерть, а каждому внове. До сих пор не трушу… а там придет беспамятство, и фюить! (Он слабо махнул рукой.) Ну, что ж мне вам сказать… я любил вас! Это и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно. Любовь — форма, а моя собственная форма уже разлагается. Скажу я лучше, что — какая вы славная! И теперь вот вы стоите, такая красивая…
  Анна Сергеевна невольно содрогнулась.
   – Ничего, не тревожьтесь… сядьте там… Не подходите ко мне: ведь моя болезнь заразительная.
  Анна Сергеевна быстро перешла комнату и села на кресло возле дивана, на котором лежал Базаров.
   – Великодушная! — шепнул он. — Ох, как близко, и какая молодая, свежая, чистая… в этой гадкой комнате!.. Ну, прощайте! Живите долго, это лучше всего, и пользуйтесь, пока время. Вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный, а еще топорщится. И ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта — как бы умереть прилично, хотя никому до этого дела нет… Всё равно: вилять хвостом не стану.
  Базаров умолк и стал ощупывать рукой свой стакан. Анна Сергеевна подала ему напиться, не снимая перчаток и боязливо дыша.
   – Меня вы забудете, — начал он опять, — мертвый живому не товарищ. Отец вам будет говорить, что вот, мол, какого человека Россия теряет… Это чепуха; но не разуверяйте старика. Чем бы дитя ни тешилось… вы знаете. И мать приласкайте. Ведь таких людей, как они, в вашем большом свете днем с огнем не сыскать… Я нужен России… Нет, видно, не нужен. Да и кто нужен? Сапожник нужен, портной нужен, мясник… мясо продает. .. мясник… постойте, я путаюсь… Тут есть лес…
  Базаров положил руку на лоб.
  Анна Сергеевна наклонилась к нему.
   – Евгений Васильевич, я здесь…
  Он разом принял руку и приподнялся.
   – Прощайте, — проговорил он с внезапной силой, и глаза его блеснули последним блеском. — Прощайте… Послушайте… ведь я вас не поцеловал тогда… Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет…[5]
  Анна Сергеевна приложилась губами к его лбу.
   – И довольно! — промолвил он и опустился на подушку. — Теперь… темнота…

См. текст романа полностью: И.С.Тургенев. Отцы и дети (на сайте «К уроку литературы»)
(вернуться к уроку)


3. …отправляются в Елисейские? – умирают. В греческой мифологии: Елисейские поля – страна на краю земли, где блаженствуют избранники богов. (вернуться)

4. …будь философом, стоиком, что ли! – Базаров советует своему безутешному отцу вспомнить о следующих вознаграждениях стоиков тем людям, которые сетуют на краткость человеческой жизни: «. ..рассуди по справедливости: ты ли должен подчиняться природе, или природа тебе? Какая разница, скоро или нескоро уйдешь ты оттуда, откуда все равно придется уйти? Я не откажусь, конечно, если мой срок продлится на много лет, но если он будет урезан, не стану говорить, будто мне чего-то не хватило для блаженной жизни… на всякий день я смотрю как на последний… Не с таким уж большим разрывом обгоняем мы друг друга; смерть никого не минует, убийца спешит вслед за убитым. То, о чем ты так хлопочешь, ничтожно». (вернуться)

5. Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет… – образ «умирающей лампады» создает, в сущности, аналогичное настроение и на страницах романа «Рудин». Беседуя в последний раз с Лежневым, Рудин говорит о себе устало и печально: «…все кончено, и масла в лампаде нет, и сама лампада разбита, и вот-вот сейчас докурится фитиль… Смерть, брат, должна примирить наконец…» В обоих случаях подчеркивается мысль о трагической гибели. В этом смысле «лишний человек» Рудин — предтеча «нигилиста» Базарова. По-видимому, не случайно в эпилоге обоих романов провозглашаются тосты «за здоровье Рудина» и «в память Базарова». (вернуться)

 
 
Д. Б. Боровский. Аркадий и Катя.
Иллюстрация к роману И.С. Тургенева «Отцы и дети».
Источник: Тургенев И.С. Сочинения: В 2-х т. — М.: Художественная литература, 1990.
 


 

краткое описание событий, краткая характеристика героев. Роман Ивана Сергеевича Тургенева

В феврале 1862 года состоялась первая публикация романа «Отцы и дети» Тургенева. Предлагаем вашему вниманию его краткий пересказ. «Отцы и дети» по главам будут рассмотрены нами с точки зрения основных событий. Кроме того, в статье вы найдете характеристику героев. Сначала предлагаем вам прочитать краткий пересказ. «Отцы и дети», по главам изложенные нами, начинаются следующими событиями.

Знакомство с Николаем Петровичем

Кирсанов Николай Петрович — помещик, с виду уже немолодой. Ему около 40 лет. 20 мая 1859 года он ожидает прибытия Аркадия, своего сына, только что завершившего обучение в университете. Николай Петрович ждет его на постоялом дворе.

Кирсанов был сыном генерала, однако военная карьера, предназначенная ему, не состоялась. Дело в том, что этот герой сломал ногу, будучи еще молодым человеком. На всю дальнейшую жизнь он остался «хроменьким». Кирсанов Николай Петрович женился рано. Его супругой стала дочь одного незнатного чиновника. В браке помещик был счастлив. Однако, к большому горю Николая Петровича, в 1847 году его супруга умерла. После этого он посвятил все свое время и силы воспитанию сына. Он жил вместе с ним даже в Петербурге и старался подружиться со студентами, товарищами Аркадия. В последнее время Кирсанов активно занялся преобразованием имения.

Аркадий привозит в имение своего друга

Вот, наконец, происходит встреча Николая Петровича и Аркадия в произведении, автор которого — Тургенев («Отцы и дети»). Однако Аркадий прибывает не один. Вместе с ним самоуверенный, высокий и некрасивый молодой человек. Это начинающий доктор, который согласился некоторое время погостить у Кирсановых. Его зовут Базаров Евгений Васильевич.

Сначала разговор отца с сыном не клеится (5 глава). Николая Кирсанова смущает Фенечка. Эту девушку он содержит при себе и имеет от нее ребенка. Его сын старается сгладить неловкость снисходительным тоном, что немного коробит Кирсанова.

Павел Петрович ждет их дома. Это старший брат Николая Петровича. Между ним и Базаровым сразу же возникает взаимная антипатия. А вот слуги и дворовые мальчишки охотно подчиняются прибывшему гостю, хотя он и не намерен искать их расположения.

Словесная перепалка между Павлом Петровичем и Базаровым

Между Павлом Петровичем и Базаровым на следующий день происходит словесная перепалка (6 глава). Инициатором стычки становится именно Кирсанов. Евгений Васильевич не намерен полемизировать с ним, однако все-таки высказывает свое мнение по основным вопросам своих убеждений. По его представлению, люди стремятся к цели, поскольку испытывают «ощущения» и желают добиться «пользы». Евгений Базаров убежден, что химия намного важнее, чем искусство. Что касается науки, важнее всего в ней именно практический результат. Базаров даже гордится тем, что у него отсутствует художественный вкус. Он считает, что незачем изучать психологию какого-то отдельного человека. Для того, чтобы судить обо всем роде людском, достаточно одного экземпляра. Базаров беспощадно отрицает любые «постановления» в быту. Он высокого мнения о своих способностях, однако своему поколению Евгений Васильевич отводит вовсе не созидательную роль. Он говорит о том, что требуется сначала «расчистить место».

Рассказ о молодости Павла Петровича

«Нигилизм», который пропагандирует Базаров и Аркадий, подражающий ему, Павлу Петровичу представляется необоснованным и дерзким учением, существующим «в пустоте». Возникшее между гостем и братом отца напряжение пытается сгладить Аркадий. Для этого он рассказывает своему приятелю историю жизни Кирсанова Павла Петровича (7 глава). Этот человек в молодости был многообещающим и блестящим офицером. Он очень нравился женщинам. Однажды Павел Петрович повстречал княгиню Р., светскую львицу. Страсть к этой женщине изменила всю жизнь Кирсанова. Когда закончился их роман, Павел Петрович чувствовал себя полностью опустошенным. Он сохраняет от прошлой своей жизни только изысканность манер и костюма, а также любовь ко всему английскому.

Новая атака Павла Петровича, позиция Николая Кирсанова

Поведение и взгляды Базарова очень раздражают Павла Петровича. Он принимается снова атаковать Евгения Васильевича. Однако тот снисходительно и довольно легко разбивает все аргументы Кирсанова, направленные на защиту существующих традиций. Смягчить начавшийся спор пытается Николай Петрович, однако и он не может полностью согласиться со столь радикальными убеждениями Базарова. Тем не менее, Николай Кирсанов убеждает себя в том, что он и его брат отстали от жизни.

Встреча Аркадия и Евгения с Ситниковым и Кукшиной

Аркадий и Базаров отправляются в один губернский город (12 глава). Здесь они встречаются с Ситниковым, отпрыском откупщика, который считает себя «учеником» Евгения Васильевича. Ситников знакомит их с Кукшиной, «эмансипированной» дамой. Оба они считают себя «прогрессистами», отвергающими все авторитеты. Ситников и Кукшина, следуя моде, стремятся проявлять «свободомыслие». Оба они не умеют и не знают ничего, но в «нигилизме» своем оставляют позади и Базарова, и Аркадия. Евгений Васильевич откровенно презирает Ситникова, а в гостях у Кукшиной занимается в основном шампанским.

Знакомство Евгения с Одинцовой

Тургенев («Отцы и дети») далее рассказывает нам о том, как Аркадий знакомит своего приятеля с Одинцовой (14 глава). Эта богатая, красивая и молодая вдова. Ею сразу же заинтересовывается Евгений Васильевич. Интерес к этой женщине у него вовсе не платонический. По поводу нее он цинично заявляет Аркадию Кирсанову, что «пожива есть…».

Кирсанов считает, что он влюблен во вдову. Однако у Аркадия это чувство напускное. А вот между Евгением Васильевичем и Одинцовой устанавливается взаимное тяготение. Вдова приглашает приятелей погостить некоторое время у нее.

Друзья гостят у Одинцовой

Гости в доме у этой женщины (ее зовут Анной Сергеевной) знакомятся с Катей, ее младшей сестрой. Девушка держится скованно. Евгений Базаров также чувствует себя неловко. Он «глядит сердито» и начинает раздражаться в гостях у Одинцовой. Мучается и Аркадий («Отцы и дети»). Он находит утешение, общаясь с Катей.

Чувство, которое внушила Анна Сергеевна Базарову, оказывается новым для него. Этот человек, презиравший любые проявления «романтизма», неожиданно для себя понимает, что в нем скрывается «романтик». Евгений объясняется с Одинцовой (18 глава). Та не сразу вырывается из его объятий. Поразмыслив, принимает роковое решение Одинцова. «Отцы и дети» продолжились бы совершенно другими событиями, если бы она приняла любовь Базарова. Однако Одинцова решает, что «спокойствие» для нее дороже всего.

Отъезд Базарова, жизнь у родителей

Базаров, не желая сделаться рабом страсти, уезжает к своему отцу. Он живет неподалеку и работает уездным лекарем. Одинцова не желает удерживать Евгения. Базаров в дороге размышляет о том, что случилось. Он говорит, что все это «вздор», что позволить женщине завладеть собой — худшее, что может произойти.

Прибыв домой, Евгений сталкивается с тем, что его мать и отец не могут надышаться на ненаглядного сына. Ему же скучно в родном доме. Он покидает родителей уже через несколько дней. Базаров решает вернуться в имение Кирсановых.

Возвращение Евгения в имение Кирсановых, эпизод с Фенечкой

Здесь от скуки и жары Евгений обращает внимание на любимую Николаем Петровичем Фенечку (23 глава). Застав эту девушку одну, он крепко ее целует. Павел Петрович становится случайным свидетелем этой сцены. Его возмущает до глубины души поступок Евгения Базарова. В особенности Павел Кирсанов негодует потому, что он находит какое-то сходство между Фенечкой и княгиней Р.

Дуэль Павла Петровича с Базаровым

Павел Петрович, в соответствии со своими нравственными убеждениями, решается вызвать Евгения Васильевича на поединок (24 глава). Базаров, чувствуя неловкость и понимая, что вынужден поступиться собственными принципами, соглашается. Он считает, что дуэль в теоретическом отношении нелепа, а в практическом — совсем другое дело.

В результате поединка Базаров легко ранит Павла Петровича и сам же оказывает ему первую помощь. Очень достойно держится Павел Кирсанов («Отцы и дети»). Павел Петрович даже пытается подшучивать над собой. Однако и ему, и Базарову при этом неловко. Настоящую причину дуэли от Николая Петровича решили скрыть. Тот в этой ситуации также ведет себя благородно. Он находит оправдание обоим противникам.

После дуэли Павел Петрович, который раньше возражал против свадьбы своего брата и Фенечки, начинает уговаривать Кирсанова сделать ей предложение.

Развитие любовной линии романа, отъезд Базарова

Любовь в «Отцы и дети» — одна из центральных тем. Расскажем о том, как развивалась эта линия после дуэли. Аркадий все больше сближается с Катей. Между ними устанавливается взаимопонимание. Катя замечает, что Евгений Базаров для них чужой, поскольку они «ручные», а он «хищный».

Евгений Васильевич, потерявший последнюю надежду на взаимность Анны Сергеевны, переступает через себя и решительно расстается с Одинцовой и с Аркадием (26 глава). Прощаясь, Базаров говорит бывшему другу, что тот «славный малый», но «либеральный барич». Кирсанов огорчен, но вскоре находит утешение в общении с Катей. Он признается ей в любви и убеждается во взаимности.

Жизнь Евгения в родительском доме, заражение и смерть

Евгений Базаров возвращается в дом родителей и старается посвятить все свое время работе, чтобы забыть о своей любви к Одинцовой. Однако через несколько дней страсть к работе пропадает. Она заменяется «глухим беспокойством» и «тоскливою скукой». Евгений Базаров пытается заговорить с мужиками, но не обнаруживает в их головах ничего, кроме глупости. Но и мужики относятся к Евгению Васильевичу не иначе как к «шуту гороховому».

Базаров, вскрывая труп тифозного больного, ранит палец, в результате чего происходит заражение крови (27 глава). Спустя несколько дней он говорит отцу, что дни его сочтены. Базаров перед смертью просит Анну Сергеевну приехать для того, чтобы попрощаться с ним. Евгений напоминает женщине о своей любви и замечает, что все его гордые мысли, как и чувство к ней, пошли прахом. Базаров с горечью отмечает, что России он не нужен. Ей требуется лишь портной, сапожник, мясник…

После того, как Евгения Васильевича причащают по настоянию родителей, автор отмечает, что на его «помертвевшем лице» отразилось «содрогание ужаса».

Венчание двух пар, дальнейшая судьба героев

Проходит 6 месяцев. В маленькой деревенской церкви происходит венчание двух пар: Кирсанова Николая с Фенечкой и Аркадия с Катей (28 глава). Все довольны, однако в этом настроении было что-то и искусственное, как будто все согласились разыграть «простодушную комедию».

Аркадий со временем становится отцом семейства и трудолюбивым хозяином. Через некоторое время имение Кирсановых начинает приносить хороший доход благодаря его усилиям. В семейной жизни и управлении имением находит смысл жизни Аркадий. «Отцы и дети» продолжаются описанием судьбы Николая Петровича. Он становится мировым посредником. Николай Кирсанов активно работает на общественном поприще, что очень подходит его натуре. Кирсанов Павел Петрович переехал в Дрезден. Автор отмечает, что «жить ему тяжело», хотя он все еще выглядит джентльменом.

Кукшина находится в Гейдельберге. Она водится со студентами, увлекается архитектурой. По ее словам, она открыла в ней какие-то новые законы. Что касается Ситникова, он женился на княжне. Жена помыкает им. По его собственному мнению, он «продолжает» дело Евгения Базарова, работая публицистом в одном темном журнальчике.

Заключительный эпизод произведения

Переходим к описанию финальной сцены, завершающей краткий пересказ. «Отцы и дети» по главам нельзя изложить, не включив в рассказ этот эпизод из последней, 28-й главы. Хотя в развитии сюжета он большой роли не играет, он очень важен для понимания замысла автора. Не зря Тургенев включил его в свой роман, а мы — в краткий пересказ («Отцы и дети»). По главам изложенный сюжет произведения позволяет нам до конца понять именно эта сцена.

Дряхлые старички часто приходят на могилу Евгения. Они горько плачут и молят бога упокоить его душу. Завершая произведение, автор описывает цветы, растущие на могильном холмике. Иван Сергеевич замечает, что они напоминают всем живущим не только лишь о равнодушии и спокойствии природы. Цветы говорят нам о жизни бесконечной и о вечном примирении. Таким образом, «Отцы и дети» — история с жизнеутверждающим финалом.

Предлагаем теперь поближе познакомиться с героями произведения. Ниже представлена их характеристика.

«Отцы и дети»: характеристика персонажей

Базаров Евгений Васильевич — студент, нигилист, начинающий медик. Базаров в романе «Отцы и дети» — центральный персонаж. В своем нигилизме он является наставником Аркадия. Этот герой выступает против либеральных идей, которые в романе представляют братья Кирсановы, а также против консервативных взглядов, свойственных его собственным родителям. Евгений Базаров — разночинец, революционер-демократ. К концу произведения он влюбляется в Одинцову, после чего изменяет нигилистическим взглядам в отношении любовного чувства. Страсть к Одинцовой становится серьезным испытанием для Базарова. В конце произведения он умирает в результате заражения крови, полученного во время вскрытия трупа.

Кирсанов Николай Петрович — либерал, помещик, вдовец, отец Аркадия. Он любит поэзию и музыку. Этот герой интересуется современными прогрессивными идеями, включая новые способы ведения сельского хозяйства. Автор отмечает, что в начале произведения он стыдится своего чувства к Фенечке из простого народа. Однако в конце романа он решает жениться на ней.

Старшим братом Николая является Кирсанов Павел Петрович. «Отцы и дети» — произведение, которое нельзя себе представить без этого героя. Это самоуверенный и гордый аристократ, отставной офицер, ярый сторонник либерализма. Он часто спорит с Евгением Васильевичем о природе, любви, науке, искусстве, аристократии. Одинок Павел Петрович. «Отцы и дети» — роман, в котором автор знакомит нас и с годами его молодости. В юности он пережил трагическую страсть к княгине Р. Павел Кирсанов видит в Фенечке черты своей возлюбленной. Он питает ненависть к Базарову и решает вызвать его на дуэль. Во время поединка он получает легкое ранение.

Другом Базарова является Аркадий Николаевич Кирсанов. «Отцы и дети» начинается его возвращением в родительский дом после окончания Санкт-Петербургского университета. Под влиянием своего приятеля этот герой становится нигилистом, однако затем решает отказаться от этого мировоззрения.

Базаров Василий Иванович — отец Евгения. Это небогатый армейский хирург в отставке. Он управляет имением, принадлежащим его жене. Василий Иванович в меру просвещен и образован. Он понимает, что из-за сельской жизни он оказался изолированным от современных идей. В целом этот герой придерживается консервативных взглядов. Он любит своего сына и довольно религиозен.

Весьма примечательна и Арина Власьевна в произведении «Отцы и дети». Содержание по главам этого произведения, кратко изложенное выше, не позволяет составить определенное представление о ней. Поэтому особенно важно прочитать характеристику матери Евгения Васильевича, которой является эта женщина. Она владеет деревушкой Базаровых. В ее распоряжении находятся 22 души крепостных. Эта женщина набожна и очень суеверна. Кроме того, она сентиментально-чувствительна и мнительна. Арина Власьевна любит Евгения и очень обеспокоена тем, что он отрекся от веры.

Следует представить и такого персонажа, как Анна Сергеевна Одинцова («Отцы и дети»). Это богатая вдова, у которой гостили Аркадий и Евгений. Ей нравится Базаров, однако после его признания она не решается ответить взаимностью.

Локтева Екатерина Сергеевна — сестра Одинцовой. Это незаметная и тихая девушка, которая любит играть на клавикордах. Аркадий проводит в ее обществе много времени, мучаясь от своей любви к Анне. Однако через некоторое время он понимает, что любит именно Катю. Екатерина в конце произведения становится женой Аркадия.

Фенечка — простая девушка, которая родила ребенка от Николая Петровича. Она проживает в одном доме с ним. В заключительной главе она становится супругой Николая Петровича.

Таковы герои романа «Отцы и дети» (портрет автора представлен выше). Конечно, для понимания характера каждого из них лучше познакомиться с оригиналом произведения. Читать его, кстати, очень интересно — все герои романа «Отцы и дети» имеют яркие и любопытные характеры. А основная тема произведения — взаимоотношения между поколениями — актуальна всегда. Не случайно многим и в наше время нравятся «Отцы и дети». Смысл этого романа глубокий, а проблемы, которые ставит автор, вечны.

Отцы и дети Введение | Шмуп

Отцы и дети Введение

Отцы и дети , опубликованный в 1862 году, был для Ивана Тургенева не просто прорывным романом; это был прорывной роман для русской литературы в целом. В своем реализме и тщательном изображении зарождения нигилизма (философии, не принимающей на веру ни одного принципа, все подвергается сомнению) он предвосхищает великие русские романы второй половины девятнадцатого века.И Лев Толстой, и Федор Достоевский были поклонниками Тургенева, и можно утверждать, что его маленькая книжка многое сделала для раскрытия того ландшафта, который предстояло вспахать этим двум более поздним авторам.

Однако когда вышел роман «Отцы и дети », разразился скандал, разразившийся, как гроза, прямо над головой Тургенева. Консервативные русские читали книгу Тургенева и думали, что он прославляет нигилизм через образ Базарова. Радикальные русские прочитали книгу и были убеждены, что он карикатурно изображает молодое поколение.Короче говоря, обе группы подошли к книге и хотели увидеть свои собственные мнения и убеждения прямо на странице, но ни одна из них не нашла их. В некотором смысле это свидетельство успеха тургеневского романа. Он отказывается переходить на ту или иную сторону, предлагать догматические выводы. Иными словами, идеология отходит на второй план перед искусством. Цель Тургенева — как можно точнее изобразить жизнь своих персонажей, а не передать политический посыл.

Книга представляет собой фантастическое произведение литературы, но можно утверждать, что она стала чем-то большим.Почти невозможно говорить о русской истории середины XIX века без ссылки на роман Тургенева. Любые рассуждения о растущем либерализме в России, об освобождении крепостных в 1861 году, о гневе и радикализме молодого русского поколения без Тургенева кажутся чем-то абстрактным. Это означает, что тщательно продуманная художественная литература Тургенева стала частью исторической летописи. Он взял на себя роль, на которую не так уж много современных писателей претендуют даже достаточно амбициозно: национального элегиста.Его личная борьба за понимание того, что значит быть русским примерно в 1860 году, была настолько хорошо сформулирована, что стала проблемой его страны.

Конечно, его роман стал последним не только потому, что он является частью русской истории, но и потому, что он имеет всеобщее признание. Родители относятся к Николаю Петровичу, пытающемуся понять сына, а дети — к Аркадию и Базарову, пытающимся превзойти своих отцов. Что еще более важно, роман представляет родителей и детей с точки зрения другого и тем самым создает возможность сопереживания.

О чем сериал «Отцы и дети» и почему меня это должно волновать?

Мы не знаем, являетесь ли вы чьим-то родителем, но готовы поспорить, что вы чей-то ребенок. Будучи чьим-то ребенком, вы, вероятно, знаете, каково это — разочаровываться в людях, которые вас воспитали, чувствовать, что они сковывают вас, чувствовать, что они держат вас в соответствии со стандартами, которые больше не действуют. Вы, вероятно, понимаете, что значит хотеть чувствовать себя рядом с родителями, но в то же время нуждаться в том, чтобы отделить себя от них.

Тургенев так тщательно изображает семейную борьбу в основе своего романа, что невозможно не уйти от книги с лучшим пониманием того, что значит быть чьим-то ребенком, чьим-то родителем. Тем не менее, это не роман для хорошего самочувствия, и из него нельзя извлечь легкую мораль. Если цель родителя состоит в том, чтобы сделать своего ребенка более послушным и послушным, то « Отцы и дети », вероятно, не та книга, которую следует передавать, потому что эта история прежде всего движима восстанием детей против своих родителей.

Базаров, центральный персонаж романа, бунтарь. В популярной американской культуре мы могли бы приравнять его к Джеймсу Дину, молодому бунтарю без причины. Он плохой мальчик с притягательной личностью, убежденный, что станет великим, хотя и не знает, почему и как. Он боец, которым большинство из нас слишком робки (или мудры), чтобы им быть. И знаете ли вы много о нигилизме или русской истории девятнадцатого века, если вы пережили юность, вы знаете кое-что о том, что значит быть Базаровым.

Ресурсы «Отцы и дети»

Кино- и телепрограммы

1971 Мини-сериал
Один из немногих фильмов «Отцы и дети» . Это довольно неясно, но многие более поздние фильмы и мини-сериалы, которые позаимствовали это название, на самом деле не рассказывали ту же историю.

Документы

Тургенев Обзор
Взгляд на жизнь и роль писателя в русской и европейской литературе.

Тургенев и нигилизм
Литературный блог о том, как Тургенев относится к нигилизму и идеологии в романе.

Полный текст онлайн
Bartleby.com предоставляет полный текст Отцы и дети бесплатно.

Аудиозаписи

Похвала NPR
Отличное чтение Отцы и дети на NPR, дополненное кратким эссе о том, почему роман обязателен к прочтению.

Взгляд на нигилизм
Популярная радиостанция пытается дать определение нигилизму (более широкая философия, чем та, что была только что определена в Отцы и дети ).

Изображения

Тургенев
Портрет гиганта русской литературы.

Базаров признается в любви
Кадр, в котором напряженный Базаров признается в любви к Анне Сергеевне в постановке.

Прочее

Что останется в Британике
Ссылка на статьи Британники, посвященные историческому контексту, предыстории автора и самому роману.

Здоровая русская душа: тургеневские отцы и дети

« отцов и детей» Ивана Тургенева касается прежде всего проблемы передачи путей от отцов к сыновьям в запутанном, казалось бы, прогрессивном обществе.Два отца, дворянин и крестьянин, отправили своих сыновей в университет, и книга начинается с того, что выпускники возвращаются домой. Аркадий воссоединяется со своим отцом, Николаем Петровичем, в их сельском поместье, как раз в тот момент, когда принимаются меры по освобождению крепостных. Аркадий привел с собой Базарова, самопровозглашенного нигилиста и школьного друга, который собирается навестить его, прежде чем он вернется домой, к своей семье и особенно к своему порядочному крестьянскому отцу Василию Иванычу.

Базаров и его нигилизм затмевают собой начало книги.Он радикально выступает против установленного порядка (особенно брака, церкви и прекрасного) и открыто защищает положение, что он ни во что не верит. Есть веские основания думать, что Базаров как нигилист не столько герой, сколько фонарь. Он умирает в конце романа, в условиях, которые предполагают своевольное безразличие к собственной жизни, если не самоубийство, и предает нигилизм, как он его понимает на протяжении романа. Антагонист Базарова, Павел Петрович, дядя Аркадия, с которым Базаров ведет дуэль, также заканчивает роман холостым, бездетным и «по существу» мертвым (253).Ни один из этих людей, по-видимому, не служит для Тургенева образцом человеческого счастья и благополучного российского будущего.

Два брака заключаются в развязке романа. В обоих браках участвовали Петровичи, хотя некоторые из этой явно прогрессивной семьи отреклись от веры в этот старомодный институт. Николай Петрович, вдовец, делает честную женщину из своей горничной Фенечки, от которой у него в начале романа родился ребенок. Аркадий женится на Кате. В самом деле, когда Аркадий падает с Катей, Базаров и старшая сестра Кати, Анна Сергеевна, затевают сердечный роман, но дело рушится — и это способствует отчаянию и смерти Базарова.

Посмотрим шире. Роман начинается с нигилизма Базарова, как он проявляется в их посещении семьи Аркадия (главы 1-11), но после визита Аркадия и Базарова к дамам (главы 12-19) дуга этих дел обнажает пределы нигилизма Базарова. После того, как Анна отвергает Базарова, он и Аркадий наносят краткий визит семье Базаровых (главы 20–21), возвращаются в дом Аркадия на некоторое время, прежде чем успехи Аркадия в любви и неудачи Базарова приведут к расколу (главы 22–26).Аркадий уезжает от семьи к Кате, а Базаров остается с семьей Аркадия и ведет безрезультатную дуэль с дядей Аркадия. Любовь Аркадия укрепляется, поскольку надежды Базарова на любовь рушатся, поэтому Базаров возвращается к своим родителям, где через несколько недель умирает (глава 27). Арка романа отличает здоровые русские души от нездоровых.

Базаровский нигилизм и Базаровское отчаяние

Как Базаров стал нигилистом? Базаровское «обращение» к нигилизму предстает на фоне его семейной жизни.Его мать, Арина Власьевна, «настоящая русская дворянка старой закалки», которая верила, что святые бродят под потолком, а Божьи ангелы парят среди Его народа, чтобы предложить помощь в трудную минуту. Она обожает своего единственного сына и готовит для Базарова потрясающие вкусные блюда. Его отец, также набожный, болтливый бывший медик времен наполеоновской войны, также без ума от их единственного сына. Когда он просит Аркадия высказать мнение о его сыне, Аркадий хвастается, что Базаров — «один из самых замечательных людей», которого ждет «большое будущее», которое принесет «честь» семье (204–205).Отец плачет. Брак родителей Базарова был давно устроен против воли Арины; пара жила вместе счастливо, блаженно не сознавая, как удивляется Базаров, «собственного ничтожества» (209). Семейный священник приходит обедать и играть в карты на следующий день после приезда Базарова. Базаров, играющий опрометчиво и уподобляющийся Наполеону в карты, переигрывает священник, который напоминает ему, что Наполеон все-таки оказался на Святой Елене. Этот эпизод ускоряет грубый отъезд Базарова из дома.

Нигилизм Базарова предстает как неприятие своей семьи, своей религии, прошлого России и ее ядра. Он стремится быть ровно в отличие от своих родителей, отвергнуть и разрушить старые способы познания и бытия. Заинтересовавшись другом Аркадия, его семья спрашивает его, кто такой Базаров. «Нигилист», — отвечает Аркадий, имея в виду того, кто «на все смотрит критически» и ни один принцип не принимает на веру (94). Базаров собирает лягушек, чтобы препарировать их и «посмотреть, что происходит» внутри них, так как люди «во многом такие же, как лягушки», за исключением того, как они ходят (90).Базаров принимает материализм; отрицает важность искусства, музыки и поэзии для человеческого счастья; и отвергает условности общества (97). Нигилизм Базарова распространяется на представления о красоте и любви между мужчиной и женщиной, которые, по его мнению, представляют собой «всю романтическую гниль, заплесневелую эстетику». По его словам, более продуктивно «пойти и осмотреть этого жука», чем бездельничать с любовью (105). Аркадий артикулирует нигилизм Базарова, в то время как молодежь спорит с Николаем и Павлом, утверждая, что нигилизм побеждает, потому что нигилисты «являются силой. … . никому не подотчетен» (127). Нигилизм — это отказ, разрушение, готовность превратить мир таким, какой он есть, в ничто.

Если таковы были взгляды Базарова в споре, то на практике он отчасти отказывается от них. Его нигилизм, кажется, обусловлен желанием служить и общаться с крестьянами и, в конечном счете, его способностью любить. Базаров мечтает стать врачом — лечить людей, по крайней мере, так кажется. Ни один великий отрекающийся не является врачом. Он проявляет большой интерес к красоте Фенечки и к Мите, ее ребенку, даже поначалу в романе.Любовный интерес квалифицируется как нигилизм. Когда они с Аркадием отправляются навестить родственника Аркадия, нового губернатора области, они встречают двух женщин. Во-первых, госпожа Кукшина, эмансипированная женщина, которая, разлучившись с мужем, независимая, бездетная, лишенная чувства юмора и насмехающаяся над религиозной верой и браком, как и Базаров. Она следит за тенденциями социальных изменений по всей Европе. Она скручивает сигареты. Крайне раздражающие, несмотря на ее интеллектуальную совместимость с Базаровым, мужчины без сожаления покидают обед с мадам Кукшиной.Размышляя о госпоже Кукшиной, Базаров уподобляет всех «свободомыслящих женщин» «уродствам» (151).

Потом они знакомятся с Анной Сергеевной Одинцовой, грациозной, красивой женщиной почти 30 лет. Получив университетское образование, она вышла замуж из-за денег, а затем, после смерти мужа, переехала в его имение Никольское. У нее был «независимый и довольно решительный характер» (154). Когда молодые люди встречают ее в гостинице, она рассуждает с Базаровым о естествознании. Базаров как будто пытается очаровать ее, сохраняя при этом свою нигилистическую позицию («Какое великолепное тело! — говорит он, — не хотелось бы мне увидеть его на анатомическом столе!») (155).

Анна — «довольно странный человек». Она сочетает отсутствие предрассудков с «отсутствием твердых убеждений» и «не имеет цели в жизни» (164; 176). Она мизандристка, считающая всех такими же отвратительными, как и ее покойный муж. Она также, как и Базаров, совершенно равнодушна к красоте природы. Она мыслит за рамками общепринятой морали, а ее день состоит из расписания, которого она придерживается, чтобы не поддаваться скуке . Может быть, она тоже улавливает нигилизм Базарова, но прикрывает его приличной драпировкой жизни.Без цели она соглашается на рутину. Без Бога она поддерживает поместье и общественную жизнь.

Базаров влюбляется в Анну Одинцову. Базаров стал узнавать в своей душе нотки романтизма и «задумывался» при мысли о ней (170). Действительно казалось, что Анна менялась, возможно, начинала любить его (170). Это подвергается испытанию, когда пристав от родителей Базарова сталкивается с ним и говорит ему, что родители ждут его возвращения из школы.Может быть, говорит Базаров Анне, ему следует вернуться домой. Она жалуется. Анна, кажется, открыта идее влюбиться, поскольку она изливает свое сердце Базарову: «Я хочу все или ничего. Жизнь за жизнь. Если ты возьмешь мою, отдай мне свою. И ни сожалений, ни возврата» (177). Это, казалось бы, христианское представление о браке как жертвенной любви, когда двое становятся одним целым, могло соединить ее мир с миром Базарова. Анна спрашивает его, способен ли он «сдаться». . . безоговорочно», и он не отрицает этого (177).Возможно, ее скука и его нигилизм растворятся в одном акте брака и любви — и это может стать основой для России, преодолевающей такое современное искушение. Каждый шагнул в этом направлении.

Каждый из них засыпает, вспоминая события прошлой ночи, и просыпается, чтобы противостоять этой новой реальности своей зарождающейся любви. Анна задает Базарову большие вопросы о его жизни: «К какой цели ты стремишься? Куда ты направляешься?. . .Кто ты такой? (180). Подразумевается, кажется, что его пути станут ее путями.Когда Базаров отвечает, что он простой сельский врач по образованию, она недоверчива, так как такие маленькие амбиции больше подходят Аркадию, чем Базарову. Он чувствует пропасть между ними, но она не может этого почувствовать или винит в этом его «скованность» или «сдержанность». Затем Базаров преодолевает свою замкнутость и признается в безумной, неистовой, мучительной любви к Анне (182).

Читателей можно простить за то, что они ожидали от Анны взаимности. Она утверждает, что он неправильно понял ее, и она неправильно поняла его (и в тайных уголках своего сердца она знает, что неправильно поняла себя), и они расстаются.Причины, по которым она избегает обязательств, неясны. Два эллипса появляются там, где могут быть мысли. Возможно, она предпочитает спокойную жизнь. Возможно, она жаждала новизны. Может быть, она одна заглянула в свою пустую жизнь и увидела пустоту, «бесформенный хаос», который побуждал ее играть с чувствами Базарова, как с выражением силы (183). Она боится остаться на следующий день с Базаровым наедине, и он уезжает к родителям.

Он действительно не в настроении посетить, потому что он понимает, что его нигилизм был разоблачен как поза.Его отношения с Аркадием еще более ухудшаются из-за того, ведет ли нигилизм к нынешним отчаянию и злобе Базарова и есть ли что-то помимо материального; Базаров отражает социализм — точку зрения, согласно которой все элементы характера и нравственности производятся внешним миром, — в то время как Аркадий в манере своего дяди защищает, что нужно начинать с обыденной жизни, прежде чем занять критическую позицию. Они приходят к дракам. Шумиха с игральными картами, о которой говорилось выше, приводит к их отъезду всего через два дня.

Уходя, Аркадий и Базаров буквально оказываются перед развилкой дорог, направо к семье Аркадия и налево в имение Одинстовых. К своему сожалению, они поворачивают налево, так как Анна холодна и неприступна. Через несколько часов они уезжают из Никольского к Аркадию. Базаров занимается изучением лягушек и избегает контактов с людьми. Как мы увидим, Аркадий вскоре опять едет к Одинстовым, а Базаров остается и работает в полном одиночестве, разговаривая только с Фенечкой. На самом деле Базаров искренне стремится соблазнить девицу.Он изолирует ее в дендрарии и крепко целует: не совсем ясно, возражает ли она, пока Павел Петрович не показывается и потом Фенечка произносит слова искреннего упрека Базарову. Если ее и привлекает Базаров, то его крестьянское происхождение и доброта, а не его нигилизм. Когда Фенечка отвергает его, Базаровым овладевают те же чувства, которые охватили его, когда Анна отвергла его (234). Он дважды потерпел неудачу в любви, один раз с утонченной женщиной и один раз с крестьянской любовницей отца своего друга.Он дважды неудачник в любви, но любовные интересы совершенно несовместимы с его исповедуемым нигилизмом.

Павел вызывает Базарова на дуэль за попытку соблазнения; Базаров, не любитель чести и аристократизма, тем не менее соглашается, поскольку его жизнь все равно кажется бессмысленной. Базаров ранит Павла, помогает ему выздороветь, а затем снова уезжает к Одинстовым. Третья встреча с Анной проходит не более удачно, чем остальные. Базаров расстается, идет домой и через несколько недель умирает.Его смерть напоминает самоубийство. Крестьянин, больной холерой, приходит к отцу лечиться, но уже поздно. Базаров после смерти идет в крестьянский дом и заинтригован идеей вскрытия больного трупа. Когда он закапывается, он порезает себя, и загрязненная кровь трупа просачивается в порез. Базаров часами мало что делает, чтобы побелить порез, позволяя ему гноиться и загрязнять его собственную кровь. Его равнодушие к жизни происходит не от его нигилизма, а от того, что он разлюбил Фенечку и Анну (и несчастливую перспективу, что Аркадию удастся полюбить сестру Анны, Катю).Он перестал любить Анну в день своей смерти, хотя Анна приходит к нему в последний раз. Анна, как мы узнаем из последней главы, выйдет замуж за человека с большими амбициями не по любви, а по убеждению, вероятно, за человека, играющего ключевую роль в освобождении крепостных и проведении либеральных реформ в России.

Тургенев допускает мысль, что ни один человек не может жить в рамках нигилизма, что подлинное чувство любви и человеколюбия разоблачило бы нигилизм как чистую позицию. Если так, то можно посочувствовать Достоевскому, который, кажется, совершенствует искусство нигилизма во всем своем корпусе.Может быть, именно Тургенев недооценивает проблему нигилизма в политике, потому что недооценивает способность людей «желать небытия» и, следовательно, быть агентами разрушения.

Сентиментальное воспитание Аркадия

Семья Аркадия была совсем другой. Его отец, Николай, был сыном военного из провинции с высшим образованием. Николай пошел на службу вслед за отцом, когда несчастный случай подорвал его способность служить, поэтому он пошел на государственную службу.Павел, брат-холостяк Николая, тоже служил в армии, но оставил ее, чтобы гоняться за женщиной по Европе. Николай женился по любви — более современному браку — и был «блаженно счастлив», живя в деревне со своей дорогой интеллигентной женой (75). У них был сын. Она внезапно умерла, когда Аркадию было десять лет (в 1847 г.), и Николай переехал в деревню, где занялся управлением имением и воспитанием ребенка. Николай отправил Аркадия в университет в 1855 году, но он практически жил с Аркадием часть своих первых трех лет в университете в Петербурге.Николай не мог быть рядом с Аркадием на последнем курсе. Результатом стала дружба с Базаровым. Насколько глубокой была дружба?

Горячее желание Николая, чтобы Аркадий вернулся домой, чтобы помочь улучшить ферму и остаться рядом с отцом. Он спрашивает Аркадия, интересуется ли он сельским хозяйством, питает ли он сентиментальную привязанность к месту своего рождения и смутно беспокоится о том, как любовница и мать второго ребенка может испортить его отношения с Аркадием. Аркадий поначалу уклончив. Когда отец спрашивает о хозяйстве, Аркадий с политическим апломбом меняет тему: «Жаль, тени нет» (80) и «какой чудесный день!» (84).Похоже, он не испытывает сентиментальной привязанности к месту своего рождения, представляя человеческий мир безродным: «Какая разница, где человек родился?» (80). Аркадий приветствует стыд и горе своего отца из-за того, что у него есть любовница с «эмансипированным мировоззрением», которое, кажется, указывает (82). Затем, в довершение всего, Аркадий курит с Базаровым в коляске, едущей в имение. Николай понимает, что «его от сына отделяет большое расстояние» (130, также 119).

С самого начала этого визита чувства Аркадия несколько выдают его новое просветление и отчуждение от отца.Это обеспечивает основу для того, чтобы он в конечном итоге пошел по стопам своего отца. Он любит своего дядю и золотое сердце отца. Он согревает свою старую спальню и одеяло. Кажется, он молится за свою мертвую медсестру, но не за себя. Аркадий рано сомневается в Базарове, который высмеивает своего отца за игру на виолончели для семьи (116), так же как Базаров втайне беспокоится, что Аркадий более «романтичен» и заинтересован в преобразовании общества, чем должны быть нигилисты (83, 124). Как ни передовы и просвещены взгляды Аркадия, он все же упрекает своего отца, Базарову всех людей, за то, что он не женился на Фенечке (115).Хотя он иногда и говорит обратное, Аркадий воображает себе не нигилистическое отречение, а улучшения и реформы для России.

Настоящий разрыв между Аркадием и Базаровым наступает в Никольском, во второй фазе романа. Пока Базаров и Анна беседуют, Аркадий проводит время с Катей, младшей сестрой Анны. Анна руководит воспитанием Кати и управляет имением, где они живут, а Катя задерживается на заднем плане: Катя даже не посещает бал, где читатели вместе с Базаровым и Аркадием приходят заворожиться Анной.Катя впервые появляется в гостиной со своим котом, собрав букет цветов. У нее «очаровательная улыбка», она выглядит «невинно свежо» и «постоянно краснеет» (158–9). Она угощает всех чаем. Она женщина, в отличие от своей самостоятельной сестры или противной мадам Кукшиной. Как Базаров утверждает, что нужно иметь только одного человека, чтобы понять все, Анна возражает, но Катя опять краснеет, когда ей случается это слышать. Все люди одинаковы, только если каждый сведен к частям тела.Анна никогда не краснеет, хотя сопротивляется и высмеивает позицию Базарова. Аркадий тут же делает вес на стороне Базарова (161).

Воспитание Аркадия состоит в превращении из Анны в Катю и из Базарова в Катю. Это превращение начинается, когда Анна, Аркадий и некоторые гости обращаются к картам, но Анна предлагает Кате сыграть на пианино для Аркадия, который один ценит музыку. «Что я сыграю для вас?» — первые произнесенные Кати слова в романе (162). Аркадий поначалу равнодушен, так как Катя меркнет перед своей привлекательной и словоохотливой сестрой.Медленно, верно и почти бесшумно они срастаются, как солнце Анны и Базарова отвлекает от их меньшей звезды.[1] В середине длинного абзаца о прогулке Базарова и Анны Тургенев пишет следующее: «Аркадий остался дома и провел около часа с Катей». Она снова сыграла для него на пианино. У них складываются «сердечные» и «нежные» отношения (168), они проводят спокойное время вместе, наедине, разговаривая.

Здесь мы видим, что Аркадий действительно сын Николая, так как в своих любовных отношениях с Катей он отвергает все планки базаровского нигилизма и «возвращается домой» к отцу и его путям.Катя рассказывает о влиянии музыки и литературы на ее душу, и это поражает Аркадия. И Катя, и Аркадий любят природу, хотя Аркадий боялся в этом признаться Базарову. Когда Базаров ненадолго приезжает в Никольское после отъезда родителей Базарова, Катя болеет, вероятно, при внезапном отъезде Аркадия всего два дня тому назад. Когда он снова возвращается после того, как оставил Базарова с семьей, Аркадий, кажется, готов сделать Кате предложение. Катя хочет выйти из-под каблука сестры и стремится к «счастью», где она сможет «уважать и слушаться» (257).Аркадий утверждает, что преобразился и «этим преображением обязан» Кате. «До сих пор, — восторгается Аркадий, — я не понимал себя, ставил себе задачи выше своих сил. . . . Мои глаза недавно открылись благодаря определенной эмоции. Когда он делает предложение, она говорит «да» и бесхитростно плачет (266).

Роман Николая и Фенечки предшествует началу романа, хотя читатели рассказывают, что совсем юная Фенечка, дочь его главного слуги, произвела на вдовца большое впечатление.Когда ее мать внезапно скончалась, Фенечка, одинокая, молодая и красивая, Николай оказал всяческую ласку и «нет нужды описывать то, что последовало» (112). Николай сначала отрекается от женитьбы на Фенечке из-за уверенности, что брат этого не одобрит, но после того, как Павел застрелен на дуэли с Базаровым и после того, как он упрекает Фенечку в ее чувствах, Павел шевелится и настаивает на свадьбе (250-251). . Таким образом, Николай живет новой супружеской жизнью как раз в тот момент, когда он намеревается преобразовать свою ферму в сторону большей независимой собственности для своих бывших крепостных и большей механической эффективности.

Венчание в церкви состоится через полгода. Вопреки прежним опасениям отца, Аркадий «страстно увлекается управлением имением» (292). Николай становится образцовым «новым» аристократом, разрешающим земельные споры и приносящим культуру дворянам, не жалея освобождения крепостных. Их жены, как нам остается думать, любят и любимы всеми заинтересованными сторонами. Появляются дети, и счастья хватает. Даже Павел, живущий за границей в Дрездене, начинает посещать русскую православную церковь и, когда мы видим его в последний раз, кажется, входя, незаметно крестится.

Таким образом, Тургенев указывает путь русской реформы действиями своих отцов и сыновей. Базаров и Павел по-разному указывают на тупики — тупик нигилизма не постигает ни подлинной своеобразности человеческой жажды познания, ни глубины человеческого своеобразия. Павел, чересчур англичанин и аристократ, отчужден от нравов и средств своей страны, как ярых реформаторов Тургенев изображает тщеславными и властолюбивыми. Николай и Аркадий преодолевают искушения, которым поддались Павел и Базаров.Они охватывают постепенность достижений и реформ; они охватывают надежду, брак и прогресс; они возвращаются в Церковь. « Отцы и дети» больше касается преодоления нигилизма у Аркадия, чем его радикальности у Базарова. В конце романа Базаров лежит в могиле, а остальные мужчины попадают в детскую.

Эта пара отца и сына, а также их последующие дети указывают на подлинно русский путь, где лучшие традиции и патриархальные устои интегрируются (пока) с реформистским духом.Идеи бурлят снизу, так же как и браки происходят тихо, почти вопреки намерениям пар. Чем ближе заботы этих реформаторов к дому, тем счастливее их браки.

 

Примечания

[1] Только на стр. 172, 178, 188 мы получаем короткие высказывания об Аркадии и Кате во время длительного квази-ухаживания Анны и Базарова.

 

См. также «Отцы и дети: принцип любви в тургеневском либерализме.

Отцы и дети Тургенева Очерк, Отцы и дети

Отцы и дети — это рассказ о различиях и конфликтах, различиях в мышлении людей, новом и старом и о конфликте, который может быть вызван разными взглядами. История начинается с Николая Кирсанова и его слуги Петра, ожидающих приезда Аркадия, сына Николая, только что окончившего коллаж и возвращающегося домой в гости. Приезжает Аркадий с другом, которого представляет как Базарова, Николай рад встрече с другом своего сына, и все четверо начинают возвращаться на ферму Николая, которую он называет Марино.Аркадий с отцом садятся в отдельный вагон, чем Базаров.

На обратном пути отец и сын начинают рассказывать о том, как изменилась ферма с тех пор, как его нет, а также предупреждают его о том, что он живет со слугой, что обычно считается неуместным. Затем мы начинаем видеть новый образ мышления Аркадия, который сначала проявляется, потому что он показывает себя равнодушным и безразличным и уверяет своего отца, что их поиски Базарова тоже не волнуют. По прибытии в Марьино их встречает Прокофьич, которого описывают как жеманного старого слугу.Затем Аркадия встречает его дядя Павел, Павел пожимает руку Аркадию, но резко убирает руку, когда здоровается с Базаровым. Мы видим из действий Павла, что он сразу не любит Базарова.

После того, как Аркадий и Базаров уходят в свои комнаты, Павел начинает расспрашивать о «волосатой твари», которая гостит у Аркадия, а Базаров начинает издеваться над Павлом, комментируя его европейское поведение, и находит его «ужасно обидчивым для человека, живущего так». далеко в стране» (ch5).У Аркадия и его отца в это время тоже проблемы, Николай рассказывает Аркадию о своих отношениях с Фенечкой, Аркадий отвечает, говоря, что «Ты знаешь мою философию жизни, и я вряд ли хотел бы мешать твоей жизни или твоему счастью» (ч.5 ). Николай может сказать, что его сын изменился, и он не знает, как принять эти новые идеи, и приводит их в замешательство.

Это начало конфликта между ними. Тем временем, пока Базаров ловит лягушек, а Павел расспрашивает Аркадия о своем друге и ему говорят, что он нигилист, Аркадий объясняет, что нигилист — это человек, который «все рассматривает с критической точки зрения, человек, который не преклоняйтесь перед авторитетами, не принимающими на веру ни один принцип, каким бы пустым и почитаемым он ни был.(ч5). Павел — крайняя противоположность и считает, что без принципов существовать невозможно. Когда Базаров возвращается, между ними обостряется конфликт, когда Павел приветствует его как «мистера нигилиста» (6).

Спор между ними является результатом их разных взглядов. Когда они остаются наедине, Базаров делает несколько замечаний о Павле, Аркадий защищает Павла, требуя, чтобы история жизни Павла заслуживала некоторого сочувствия, затем он рассказывает историю жизни Павла. Базаров выслушивает рассказ о Павле и замечает, что «человек, который всю свою жизнь ставит на карту женской любви, а потом чахнет и опускается до того, что становится ни на что неспособным, когда эта карта козырна, тот не мужчина, не мужчина.(7) Заявление Базарова важно тем, что мы видим, что в конце рассказа его собственные убеждения отвергаются из-за любви к г-же Одинцовой.

После еще нескольких столкновений с Павлом и с Аркадием и его отцом, которые не могут видеть вещи на том же основании, поскольку Николай не может понять взгляды Аркадия даже при чтении их, два мальчика решают покинуть Марино и посетить Аркадия. дядя Матвей Колязин, который приглашает их на бал. Здесь они встречают Виктора Ситникова, старого знакомого Базарова.На балу Одинцова, женщина очень либеральных взглядов. Аркадий большую часть бала разговаривает с Одинцовой и начинает верить, что влюблен в нее. но она не проявляет интереса к Аркадию и хочет узнать больше о его друге Базарове. Когда она узнает, что он нигилист, она хочет с ним встретиться, так как она никогда не встречала «того, кто имеет смелость ни во что не верить» (15).

Аркадий соглашается зайти к мадам Одинцовой в ее гостиницу. В гостинице мы видим, что Базаров смущается в ее присутствии и обеспокоен тем, что он находится в присутствии человека, обладающего такой же сильной личностью, как и он, и пытается скрыть это, говоря уничижительные замечания в ее адрес Аркадию после того, как они ушел, будучи приглашенным встретиться с ней в ее доме.Через два дня они прибывают в дом мадам Одинцовой, где она живет со своей тетей и сестрой. Сестра — застенчивая девушка лет восемнадцати, а тетя — дворянка. Мадам Одинцова предлагает Базарову о чем-то поспорить и отправляет Аркадия играть на рояле с ее сестрой.

Аркадию нравится слушать, как она играет на пианино, чего не стал бы делать настоящий нигилист. Они проводят в доме около двух недель, прежде чем Базаров удивляет мадам Одинцову, объявляя, что скоро уезжает.К этому времени Базаров полагает, что влюблен в нее и заявляет ей, что только одно может удержать его от отъезда и что этого у него никогда не может быть, и признается ей, что он «безумно и глупо» (18) влюблен в нее и выбегает из комнаты. Это важный момент в рассказе для Базарова, так как он когда-то высмеивал Павла за такие же такие поступки, теперь он оказывается жертвой тех же страстей.

Они вдвоем уезжают от Одинцовой в разных вагонах, Базаров едет в дом своих родителей, а Аркадий едет в Марьино, но они возвращаются и вместе едут к родителям Базарова, где они рады видеть его после столь долгого времени.Но из-за неудавшихся отношений с мадам Одинцовой Базаров несчастен дома и скучает, и отношения между двумя друзьями портятся. В какой-то момент в споре о том, должны ли быть у человека принципы или нет, спор выходит из-под контроля, и позже Базаров снова затевает драку, оскорбляя дядю Аркадия Павла. Базаров так расстраивается, что грозит ссорой «до смерти, до истребления». (21) .

Базарову так тоскливо и скучно, что он решает всего через несколько дней вернуться в Марьино и поработать.По пути в Марино они заходят к мадам, но на этот раз остаются только на день. Оба возвращаются в Марьино, но Аркадий решает вернуться обратно в Никольское, но не к мадам, а к Кате. Пока Аркадия нет, между Павлом и Бараровым возникает конфликт, когда его застают за поцелуем с Фенечкой. Павел говорит Базарову и предлагает устроить дуэль. Базаров соглашается и позже смеется над этой идеей. Раньше Базаров никогда бы не согласился на дуэль, так как она противоречит убеждениям нигилиста.

Дуэль за честь — верх романтики. Две дуэли, и Павел ранен, и вместо того, чтобы прикончить Павла, он бежит ему на помощь. Это какая-то ирония, так как раньше в доме родителей Базаровых Базаров хотел дуэли и убил бы, но знает, что он не хочет. Также хочется отметить, что Базаров должен был соревноваться в чем-то романтическом и вопреки своим убеждениям и в мире Павла, прежде чем Павел смог заметить в нем какое-либо достойное качество. Когда Базаров приезжает в Никольское, отношения между двумя друзьями практически заканчиваются.Базаров говорит своему другу: «Романтик сказал бы, что я чувствую, что наши пути начинают расходиться, а я бы просто сказал, что мы устали друг от друга.

На следующий день в саду Аркадий признается Кате в любви и узнает, что она тоже любит его. В рассказе очевидно отметить, что сады играют романтическую роль. Николай пошел к ним помянуть жену, Базаров поцеловал Фенишку и прогулялся с Одинцовой в саду, а Аркадий Знает в саду свою любовь к Кате.Вернувшись в дом родителей Базарова, Базаров занимается небрежной работой и заболевает смертельной болезнью. Он понимает, что скоро умрет, и отправляет Одинцовой записку. Чрезвычайно романтическая роль для нигилиста. Пока он в сознании, он отказывается от своих последних прав и, таким образом, остается верным своим убеждениям, но утешает своего отца, напоминая ему, что последние права могут быть даны бессознательному человеку.

Базаров впадает в романтизм, когда начинает рассказывать мадам, как она прекрасна, и в бреду говорит вещи, противоречащие его прежним взглядам.И признает, что есть определенные типы мужчин, которые нужны в России, и он не один из них. История идет по определенному пути конфликта в том, что Базаров, который был нигилистом, который ни во что не верил и считал романтизм чепухой, развернулся и в конце концов пережил тот же конфликт, через который Павел прошел в жизни, любовь женщины, которую он мог ‘nt иметь и чувства любви настолько велики, что это помогло уничтожить его.

Процитировать эту работу

Чтобы экспортировать ссылку на эту статью, выберите стиль ссылки ниже:

StudyBoss.(июль 2019 г.). Тургенева «Отцы и дети». Получено с https://studyboss.com/essays/turgenevs-fathers-and-sons.htmlКопировать в буфер обмена Ссылка скопирована в буфер обмена.

«Отцы и дети Тургенева». www.studyboss.com. 07 2019. 01 2022. .Копировать в буфер обмена Ссылка скопирована в буфер обмена.

StudyBoss. Июль 2019. Отцы и дети Тургенева. [онлайн]. Доступно по ссылке: https://studyboss.com/essays/turgenevs-fathers-and-sons.html [По состоянию на 9 января 2022 г.]. Копировать в буфер обмена Ссылка скопирована в буфер обмена.

StudyBoss. Отцы и дети Тургенева [Интернет]. Июль 2019 г. [По состоянию на 9 января 2022 г.]; Доступно по адресу: https://studyboss.com/essays/turgenevs-fathers-and-sons.html.Копировать в буфер обмена Ссылка скопирована в буфер обмена.

Рецензия на книгу: Отцы и дети

Отцы и дети — русский роман Ивана Тургенева , опубликованный в 1862 году.Это одно из лучших произведений Тургенева, считающегося одним из самых «либеральных» русских авторов своего времени. Это также причина, по которой этот роман достигает и затрагивает сердца читателей из разных уголков мира, а не только из России. «Отцы и дети» — образцовая работа, в которой каждый найдет что-то для себя. Тургенев написал этот роман во времена великой классовой борьбы.


Выдающиеся русские: Иван Тургенев

Если вы ищете роман из жанра классической русской литературы, «Отцы и дети» для вас.Автор эффектно показал жизнь людей своей страны в свою эпоху. Когда вы переходите от одной страницы к другой, вы раскрываете культуру и личности разных персонажей того времени. В качестве центральной темы в нем рассматриваются некоторые из наиболее распространенных конфликтов — различия между детьми и их родителями и классовая борьба.


10 русских романов, которые стоит прочитать перед смертью

Базаров — уникальный персонаж в «Отцах и детях», который выделяется тем, что вы будете и ненавидеть его, и любить на разных этапах.Его полное неприятие всех ценностей, на которых основано общество, вызывает у многих ненависть к нему. Он один из самых практичных персонажей, которых вы встретите. И затем он подчеркивает важность равенства. Когда он начнет верить в любовь, вы обнаружите еще одну положительную сторону его характера.

Воспитание детей в подростковом возрасте — самая трудная задача, о которой может подумать любой родитель. Книга «Отцы и дети» рекомендуется к обязательному прочтению как родителями, так и детьми, чтобы понять, насколько трудными могут быть вещи и почему.Стоит отметить, что представление о том, через что проходят родители и что они чувствуют, может помочь большинству подростков больше ценить своих родителей.


Воспитание подростков: мать всех проблем

В романе показано время в русской истории, когда классовая система претерпевает изменения. И влияние этого изменения можно увидеть на примере семьи Николая. Базаров считает изменения к старой традиции хорошими и необходимыми. Брат Николая Павел боится и ненавидит это, но именно Николай пытается извлечь из этого максимум пользы.

На ряд известных литературных произведений того времени оказали влияние изменения классовых систем, происходившие в то время. «Отцы и дети» также вносят свой вклад в этот список как выдающаяся работа.


Русские сословные ступени в XIX веке

Когда вы начнете читать, вы обнаружите, что слуги полностью преданы своим хозяевам, служа им. Однако с классовыми изменениями, вступающими в силу уже в следующем поколении после Николая, открытость, свобода и необходимость равенства ситуации бросаются в глаза.Когда вы встречаете слугу, который курит трубку и ведет себя не так, как принято в то время, вы понимаете, что социальная трансформация свободы и равенства происходит быстрыми темпами.

В то же время в этом изменении не хватает смелости и радикальности. И, может быть, поэтому Достоевский, Толстой и другие великие авторы критиковали Тургенева за его произведения. В его произведениях трудно найти сильного героя. На самом деле Базаров ближе всего подходит к тому далеко идущему герою, которого мог бы создать Тургенев.

В то время как большинство персонажей-слуг в романе демонстрируют респектабельный уровень почтения и преданности своим старым хозяевам, те, кто берет в свои руки больше свободы, также проявляют мягкость в своем подходе.

Персонаж Фенечки — яркий тому пример. У нее какие-то отношения с Николаем, чего не могло принять предшествовавшее ему поколение. И Фенечка это понимает и всегда стесняется своего классового положения. Она не совсем уверена, что любовь, проявленная Аркадием, выходит за рамки и игнорирует ее статус или это связано с влиянием его друзей.


Отцы и дети – Иван Тургенев – Русская идеология тогда и сейчас

Одинаковая нерешительность наблюдается у обеих сторон класса. Многие думают, что должны быть изменения, ведущие к большей свободе для прислуги, но в то же время полная свобода, похоже, и их пугает.

Павел глубоко привержен старой системе. Он не доверяет слугам и хочет сохранить старую классовую систему. Базаров изображен нигилистом, пытающимся внести изменения в эту обстановку.Именно он берет на себя Павла и других противников перемен. Николай — тот, кто проявляет открытость к современным изменениям, но по-прежнему дорожит комфортом, который пришел к нему и ему подобным в прошлом.

Тургеневские «Отцы и дети» ставят вас в нестабильное классовое положение, когда где-то цветет любовь, кто-то пытается удержаться за старый, но несправедливый строй, кто-то делает это без агрессии, кто-то страдает от системы, но не хочет воспользоваться возможностью свободы.

«

Отцы и дети» сыграли важную роль в популяризации термина «нигилизм». Использование этого слова значительно увеличилось после публикации романа Тургенева. Это также первое русское литературное произведение, получившее популярность на Западе.

Заключение

В

«Отцы и дети» много очарования. Одна вещь, которая отличает этот роман, заключается в том, что он больше сосредоточен на конкретике, чем на драме. То, как Тургенев продемонстрировал этот подход, основанный на деталях, заставляет вас чувствовать себя таким особенным в его литературных способностях.Базаров — неотразимая личность, в разное время одновременно притягательная и отталкивающая. Роман имеет далеко идущие последствия, поскольку он также пытается ответить на вопросы по самым разным темам, от политики до природы и духовности. И даже в то время, когда происходит весь этот конфликт, акцент автора на важности любви оказывает большое влияние на сознание читателя.

«

Отцы и дети» обязательна к прочтению как молодыми, так и пожилыми. Ориентированный на детали подход к этому роману отличает его от многих других популярных произведений того времени.

Эта статья написана авторской компанией DoMyEssay.net – одним из онлайн-помощников по рецензированию книг для студентов.

Если вам это нравится, вам понравится это.

Нигилизм в «Отцах и детях» Тургенева

Роман Ивана Тургенева « отцов и «Сыновья » рассказывает о многих вещах: о родителях и детях, об исчезновении общественного порядка и возникающая новая, романтическая любовь, но сердцевина романа, вокруг которого все Еще устроен нигилизм молодого студента-медика Евгения Базарова.Действительно, в своей книге «Модернизм и нигилизм » Шейн Веллер пишет, что это было «Отцов и детей» больше, чем любой другой работа, которая дала термин нигилизм.

Нигилизм обычно определяют как веру в то, что ничто не имеет значение. Оксфордский справочник по философии говорит: «По определению нигилист ни во что не верит и пренебрегает всем». ценности.» Однако, как указывает Веллер, нигилизм может принимать разные формы. Есть нигилизмы — философский, политический, социальный, ницшеанский, хайдеггерианский и т. далее — и различные «развертывания» на протяжении всей истории.

Нигилизм Базарова в г. Отцы и Сыновья относятся к деструктивным. Рассматривая все нормы и институты как пусты, он не обращает на них внимания и хочет, чтобы они были убраны без его участия. желание заменить их чем-либо. Он не верит в социальную иерархию, суеверие или искусство. Вскоре к Аркадию приезжает Базаров. дома Петровича, он вступает в философскую дискуссию с семья. Вот краткая переписка с отцом Аркадия:

— Позвольте, однако, — начал Николай Петрович.«Вы все отрицаете; или, точнее говоря, вы все разрушаете… Но ведь надо же и строить, знаешь.»

«Сейчас это не наше дело… Сначала нужно расчистить землю».

—( Отцы и дети , перевод Констанс Гарнетт)

Философия Базарова отличается от того, что Веллер называет программным. нигилизм, стремящийся переделать мир. В самом деле, при всем его презрении к статус-кво, он также не верит в прогресс.

Для Фридриха Ницше нигилизм как чувство, что ничто не имеет смысл есть результат того, что мы считали наивысшей ценностью, вообще не иметь никакой ценности. Центральный кризис современности, который общество как целое стало не в состоянии отрицать в 19 веке смерть Бога, и это ставит вопрос, с которым мы все знакомы сегодня: если Бога нет, что дает смысл жизни?

Высшее благо западной цивилизации, монотеистический Бог, оказался быть не чем иным, как продуктом дыма и зеркал нашего собственного сознание.В современном мире мы все сталкиваемся с этим нигилизмом, отсутствие того, что так долго считалось объективной основой всех ценностей, но тем не менее некоторые, не в силах или не желая столкнуться с этим, обращаются к почитанию дыма и зеркал в их голове.

Ницше, в отличие от Базарова, видел в нигилизме не только силу, но и помощь. превосходить. Если нигилизм — это разрушение, то решение — созидание. Если то, что мы ценные ушли, то нам нужны новые ценности. Художник через свою работы, приносит новые ценности, свои ценности, и навязывает их миру усилием воли ставит их против небытия, как художник, изображающий его объект против негативного пространства, или музыкант, вызывающий музыку из тишина.

Мои собственные убеждения идут по пути нигилизма, намеченному Ницше. Спустя годы после моего увлечения религией я понял, что не могу дольше сохранять свою интеллектуальную целостность и по-прежнему верить в Бога, независимо от того, то мягкого методизма моего воспитания, то фундаменталистского баптистов, которые ухаживали за мной, или утонченного христианства моего профессора в колледже и богословы, которых мы изучали. Как искатель истины, я едва ли мог принять понятие существа, для которого не только нет доказательств, но для которых нет ни одного веского аргумента, выдерживающего проверку или даже существует одно твердое доказательство.

В этот момент моя высшая ценность была обесценена. Это никогда не было причиной крайнего отчаяния для меня, ибо я был убежден, что все, что не было правда не стоит верить, но тем не менее, с годами мои мысли иногда впадал в нигилистическую территорию. Если нет Бога, нет морального порядка наложенные на вселенную, то в большом масштабе вселенной, что делать худшие зверства имеют значение?

Потребовалось некоторое время, чтобы найти для них новые ценности и основы, но я имеют и продолжают делать это.Не может быть божества, которое бы наводило порядок на мире, но я делаю, благодаря силе моя воля, пусть даже обусловленная естественными причинами. Мои ценности светский гуманизм, и они могут сделать много хорошего в мире — некоторые сказали бы, что больше лучше, чем у фантастических суеверных систем.

Мне никогда не грозила опасность попасть в самую черную, самую в любом случае губителен для нигилизма, потому что такой нигилизм в принципе и психически здоровые люди, которых невозможно поддержать.В наших мысленных путешествиях мы может рационально прийти к точке, где мы заявляем, что ничто не имеет никакого значения, но мы не можем помешать жизни иметь для нас смысл — она просто имеет значение, нравится нам она или нет, понимаем ее или думаем, что должна.

Нигилизм — это невозможная философия, и это то, что персонажи тургеневского Отцы и дети продемонстрировать.

Как и многие великие романы, « отцов» и Сыновья населены самыми разными персонажами, и мы видим, что для каждый из них, жизнь имеет смысл по-разному.Для отцов и матерей, смысл заключается главным образом в благополучии их детей, хотя они есть и другие ценности, как у Николая Петровича с его музыкой, чтением и желанием осовременить свое хозяйство, а Павел Петрович с его аристократической достоинство и пижонская англофилия.

Жизнь имеет смысл и для нигилистов романа. Это ясно из первых страницах, что Аркадию не до души, что он питает сочувствие за отсталые обычаи его семьи, их душные обычаи и глупые суеверия — и в конце концов безумно влюбляется в Катю, женится и предположительно сводится к обычному существованию с детьми и всем остальным.

Базаров насмехается над тем, что Аркадий стал «галкой» («солиднейшим семейная птица»), но даже он, самый ярый нигилист романа, становится жертвой любовь, влюбившись в Анну Одинцову. Ни к чему, и даже на на смертном одре он остается непокорным, заявляя:

— Я сказал, что я должен бунтовать, — хрипло завопил он с пылающим лицом. и передергиваясь, потрясая в воздухе кулаком, как бы угрожая кому-то; «и Я бунтую, я бунтую!»

Хотя его дух достоин восхищения, мы видели его пределы в больше, чем любовь.Он принимал участие в медицинской практике своего отца, с осторожностью, почти как если бы… это что-то значило для него. И это не должно вызывать удивления, поскольку на протяжении всей книги его страсть к изучению мира природы была очевидно, и в конце концов именно эта страсть привела его к заболеванию тифом.

Опыт персонажей «Отцы и дети » очень похож на наш. Мы конструируем персонажей для себя, беспокоиться о вещах, посвящать себя делу и попадать в различные виды любви.Мы могли бы спросить, как иногда делает Базаров: «Что в этом хорошего?», и в долгосрочной перспективе, в космологическом масштабе, возможно, ни один из них не годится для все. Вселенная когда-нибудь подвергнется тепловой смерти или какой-либо другой кончине. прежде чем солнце превратится в красного гиганта и спалит землю, а в не пока вообще каждый из нас умрет, но до тех пор мы не можем помочь жизни имеющий смысл. Это просто делает .

Обзор романа Ивана Тургенева «Отцы и дети»

    После того, как вы решили провести чистую уборку, земля, на которой ты стоишь, тоже!
          -Базаров в г. Отцы и сыновья

Иван Тургенев, наверное, самый западный и демократичный из всех российские авторы; возможно, именно поэтому «Отцы и дети» всегда казались для меня самый доступный из великих русских романов.На самом деле Тургенев подвергался нападкам со стороны других ведущих литературных деятелей, таких как Толстой и Достоевский. за то, что он слишком прогрессивный либерал в западном стиле. Его также критиковали за неспособность создать сильную и целеустремленную радикальный герой. «Отцы и дети» решительно отвечают на первую критику а центральный персонаж Базаров хотя бы отчасти отвечает второму.

Роман начинается с возвращения юного Аркадия и его друга Базарова домой. из школы в гости к отцу Аркадия Николаю Петровичу Кирсанову, живущему в пришедшем в упадок поместье со своей молодой любовницей и братом Николая Павлом. Николай — либеральный аристократ с разумными благими намерениями. То Действие происходит в 1860 году, во время освобождения крепостных крестьян, и он пытался поступать правильно с ними. Но Базаров нигилист, Аркадий. его добровольный помощник, а добрый либерализм и полушаги не достаточны для них. Базаров хочет разрушить все устройство общества. и начать сначала. Его тирады предлагают пугающее предзнаменование Кровавое будущее России:

            «Аристократия, либерализм, прогресс, принципы, — сказал Базаров.«Подумай, какой
много иностранных. . . и бесполезные слова! Русскому они не годятся что-либо!»

«Что, по-вашему, хорошо для русских? Если мы послушаем вас, мы найти
себя за чертой человечества, вне человеческих законов. Разве не логика
история спрос . . .»

«На что нам эта логика? Мы можем обойтись и без нее.»

«Что ты имеешь в виду?»

— А вот это. Вам, наверное, не нужна логика, чтобы положить кусок хлеба в ваш
рот, когда вы голодны. Для чего нам эти абстракции?»

Павел Петрович поднял руки. «Я просто не понимаю тебя после все это.
Вы оскорбляете русский народ. Я не понимаю, как это возможно не
признавать принципы, правила! В силу чего вы можете действовать?»

— Я уже говорил вам, дядя милый, что мы не признаем никаких авторитетов, —
— вмешался Аркадий.

— Мы действуем в силу того, что признаем полезным, — продолжал Базаров. «В настоящее время
самое полезное — это отрицание, поэтому мы отрицаем…

«Все?»

«Все.»

— Что? Не только искусство, поэзия… но… мысль ужасна… . .»

— Все, — повторил Базаров с невыразимым спокойствием.

Павел Петрович уставился на него. Он не ожидал этого, и Аркадий даже покраснел
с удовлетворением.

— Но позвольте, — начал Николай Петрович. «Ты все отрицаешь, или поставить это больше
точно, вы все уничтожите. . . Но построить тоже надо, ты знать.»

«Это не наше дело… мы должны сначала расчистить землю.»

— Мы уничтожим, потому что мы сила, — заметил Аркадий.

Павел Петрович посмотрел на племянника и засмеялся.

— Да, сила не может взять на себя ответственность, — сказал Аркадий, рисуя сам
вверх.

— Несчастный мальчик, — простонал Павел Петрович, не в силах больше показывать
твердости.«Разве вы не понимаете, что вы поощряете в Россия с
ваше поверхностное учение! Нет, достаточно испытать терпение ангела! Сила! есть
сила в диком калмыке, в монголе, а нам-то что? Что нам дорог
есть цивилизация, да, да, сударь мой, ее плоды нам дороги. И ты не говори
мне эти плоды ничего не стоят; самый бедный маляр, un barbouilleur, человек, который
играет танцевальную музыку за пять фартингов за вечер, даже если они дороже использовать, чем вы
потому что они за цивилизацию, а не за грубую монгольскую силу! Вам нравится
себя продвинутыми людьми, а годитесь только на калмыцкую грязная лачуга!
Сила! И помните, властные джентльмены, что вас всего четыре человека и половина,
а остальные — миллионы, которые не дадут попрать их священные верования под
ногой, а вместо этого раздавит тебя!»

— Если нас раздавят, то это нас ждет, — сказал Базаров.»Но это открытый вопрос.
Нас не так мало, как вы думаете».

— Что? Вы серьезно полагаете, что можете противопоставить себя целому народу?

— Всю Москву сожгли, знаете ли, от грошовой свечи, — ответил
Базаров.

Позже двое молодых людей оказываются несоответствующими непоколебимому политическому стандарту. что они себе ставят, когда оба влюбляются.Они стараются мужественно поддерживать свой фасад:

Базаров улыбнулся:
Уверяю вас, изучение отдельных лиц не стоит труда. это включает в себя.
Все люди похожи друг на друга душой и телом; каждый из нас есть мозг,
селезенка, сердце и легкие аналогичного строения; так называемые моральные качества являются
то же самое во всех нас; небольшие вариации незначительны.Этого достаточно иметь один единственный
человеческий образец, чтобы судить обо всех остальных. Люди как деревья в лесу; нет
ботанику придет в голову изучить каждую отдельную березу.

Катя, неторопливо раскладывавшая цветы один за другим, подняла ей
недоуменно взглянула на Базарова и, встретив его быстрое небрежное взгляд, она
покраснела до ушей.Анна Сергеевна покачала головой.

— Деревья в лесу, — повторила она. «Тогда, по-вашему, есть нет разницы
между глупым и умным человеком, или между хорошим и плохим один.»

«Нет, есть разница, как между больным и здоровым. Легкие
чахоточного человека не в таком состоянии, как у вас или у меня, несмотря на то что
их конструкция одинакова.Мы более или менее знаем, что вызывает физическое недуги;
а нравственные болезни от дурного воспитания, от всякой дряни с который
головы людям забивают с детства, короче говоря, неуравновешенными государство
общества. Реформируйте общество, и болезней не будет».

Базаров говорил все это с таким видом, как будто все время думал к
сам.»Верьте мне или нет, как хотите, мне все равно!» Он медленно прошедший
его длинные пальцы на бакенбардах и его глаза блуждали по комнате.

— А вы полагаете, — сказала Анна Сергеевна, — что когда общество реформируется там
больше не будет ни глупых, ни злых людей?»

«Во всяком случае, в правильно организованном обществе это не будет иметь никакого значения. будь то
человек глуп или умен, плох или хорош.»

«Да, я понимаю. У них у всех будет одинаковая селезенка».

— Совершенно верно, мадам.

Госпожа Одинцова повернулась к Аркадию. «А каково ваше мнение, Аркадий
Николаевич?»

— Я согласен с Евгением, — ответил он.

Но в конце концов Базаров предлагает себя г-же Одинцовой, только чтобы быть отвергнут, и Аркадий становится в пару с Катей.Это стечение событий приводит Базарова к изгнанию своего последователя, избравшего любовь к женщине над приверженностью к борьбе:

— Так вы предлагаете свить себе гнездо? сказал он в тот же день Аркадию, приседание
на полу, когда он собирал свой чемодан. «Ну, это хорошо. Только ты не должно было быть
такой вздор об этом. Я ожидал, что ты пойдешь совсем в другом направлении.Возможно,
правда, это застало тебя врасплох?»

— Этого я, конечно, не ожидал, когда уходил от вас, — отвечал Аркадий, — этого я и не ожидал. «но почему ты
быть обманщиком и называть это «хорошей вещью», как будто я не знал ваше мнение о
брак?»

— Ах, милый друг, — сказал Базаров, — как вы выражаетесь. что я
делает; в моем багажнике оказалось пустое место, и я кладу сено в него;
так и с багажом нашей жизни; мы бы начинили его что-нибудь скорее
чем оставить пустоту.Не обижайтесь, пожалуйста; ты наверное помнишь что я всегда
думал о Катерине Сергеевне. Многие барышни называют умными просто потому что
она может осмысленно вздыхать; но твоя может постоять за себя, и она действительно держи это так хорошо
что она будет держать вас под каблуком, ну, и это вполне подобает быть.» Он хлопнул
крышку и встал с пола.«А теперь еще раз говорю: прощайте… потому что это бесполезно
обманывать себя; мы расстаемся навсегда, и ты это знаешь сам . . . ты действовал
разумно; ты не создан для нашего горького, сурового, одинокого существования. есть не сметь ​​в
вы, никакой ненависти, хотя у вас есть юношеский порыв и юношеский задор; это недостаточно
для нашего бизнеса. Ваш род, дворянство, никогда не может пойти дальше благородства. отставка или
благородное негодование, но это пустяки.Например, вы не будете бороться — и все же вы
мните себя храбрецами, а мы хотим драться. Так что! Наш пыль попадет
тебе в глаза, наша грязь тебя запачкала бы, но ты не дотягиваешь до нашего уровня, ты
бессознательно восхищайтесь собой и вам нравится придираться к себе; но мы
надоело все это — мы хотим что-то еще! Мы хотим крушить людей! ты в порядке
молодец, а все-таки ты кроткий либеральный джентльмен — ай волату, как мой родитель
я бы сказал.»

Однако судьба уготовила Базарову жестокий поворот. Возвращение в дом своих родителей, он начинает серию медицинских экспериментов и помогает местные крестьяне заболели сыпным тифом. Как ни странно, научный рационализм и крестьяне, которых он якобы защищает, приводят к его смерти после того, как он тоже заражен. Его родители хоронят его рядом и независимо от его собственное мировоззрение, на него молятся:

В одном из отдаленных уголков России есть небольшое деревенское кладбище.Нравится
почти все наши кладбища имеют унылый вид; рвы, окружающие у него есть
давно заросший; серые деревянные кресты покосились и сгнили под их
когда-то окрашенные фронтоны; надгробия все не на своем месте, как будто кто-то имел
толкнул их снизу; два-три голых дерева вряд ли обеспечат скудное оттенок;
овцы беспрепятственно бродят среди могил.. . Но среди них есть один могила
нетронутый людьми и не растоптанный никаким животным; только птицы окунь
на нем и петь на рассвете. Его окружает железная ограда и два молодых у елей есть
были посажены там, по одному с каждого конца; В этой могиле похоронен Евгений Базаров. Часто
из ближайшей деревни к ней приезжают в гости два немощных старичка — муж и жена.
Поддерживая друг друга, они идут тяжелыми шагами; они идут к железу перила,
  &

Отцы и дети: Тургенев и затруднительное положение либералов | Исайя Берлин

Иван Тургенев; рисунок Дэвида Левина

Вы, я вижу, не совсем понимаете русскую публику. Его характер определяется состоянием русского общества, которое содержит, заключенные в себе, свежие силы, бурлящие и рвущиеся наружу; но раздавленные тяжелым гнетом и не в силах вырваться, они порождают уныние, горькую депрессию, апатию.Только в литературе, несмотря на нашу татарскую цензуру, есть еще жизнь и движение вперед. Вот почему писательское призвание пользуется у нас таким уважением, вот почему литературный успех здесь так лёгок даже при малом таланте. … Вот почему, особенно у нас, всеобщее внимание обращено на всякое проявление любого так называемого либерального течения, как бы беден ни был писательский дар. … Публика… видит в русских писателях своих единственных вождей, защитников и спасителей от темного самодержавия, православия и народного быта.… 1

—Виссарион Белинский
Открытое письмо Гоголю , 15 июля 1847 2

9 октября 1883 года Иван Тургенев был похоронен, как и хотел, в Петербурге, рядом с могилой своего обожаемого друга, критика Виссариона Белинского. Его тело было доставлено из Парижа после короткой церемонии у Восточного вокзала, на которой Эрнест Ренан и Эдмон Абу выступили с соответствующими обращениями. Отпевание проходило в присутствии представителей имперского правительства, интеллигенции и рабочих организаций, что, возможно, было первым и последним случаем мирной встречи этих групп в России.

Времена были неспокойные. Волна террористических актов завершилась убийством Александра II двумя годами ранее; главари заговора были повешены или сосланы в Сибирь, но волнения, особенно среди студентов, все еще были большими. Правительство опасалось, что похоронная процессия может превратиться в политическую демонстрацию. В печать поступил секретный циркуляр Министерства внутренних дел с указанием печатать только официальные сведения о похоронах, не сообщая о получении таких указаний.Ни муниципалитету Петербурга, ни рабочим организациям не было позволено идентифицировать себя в надписях на своих венках. Литературная встреча, на которой Толстой должен был рассказать о своем старом друге и сопернике, была отменена по распоряжению правительства. Во время похоронной процессии была распространена революционная листовка, но официального уведомления об этом не последовало, и мероприятие, похоже, прошло без происшествий.

Тем не менее эти меры предосторожности и неловкая атмосфера, в которой проходили похороны, могут удивить тех, кто видит Тургенева таким, каким его видели Генри Джеймс, Джордж Мур или Морис Бэринг, и каким, возможно, до сих пор видит его большинство читателей: писателем прекрасных лирических произведений. проза, автор ностальгических идиллий деревенской жизни, элегический поэт последних чар обветшавших деревенских домов и их неумелых, но неотразимо привлекательных обитателей, несравненный рассказчик с изумительным даром описания нюансов настроения и чувств, поэзии природы и любви, дары, которые дали ему место среди выдающихся писателей своего времени.Во французских мемуарах того времени он фигурирует как le doux géant , как назвал его друг Эдмон де Гонкур, добрый великан, нежный, очаровательный, бесконечно приятный, очаровательный болтун, известный некоторым как «Сирена». его русские спутники, обожаемый друг Флобера и Доде, Жорж Санд, Золя и Мопассана, самый желанный и очаровательный из всех завсегдатаев салона его близкой спутницы жизни, певицы Полины Виардо. И все же у российского правительства были некоторые основания для опасений.Они не приветствовали приезд Тургенева в Россию, особенно его встречи со студентами двумя годами ранее, и нашли способ недвусмысленно сообщить ему об этом. Смелость не входила в число его качеств; он прервал свой визит и вернулся в Париж.

Нервозность правительства неудивительна, ибо Тургенев был чем-то большим, чем психологом-наблюдателем и изысканным стилистом. Как и практически любой крупный русский писатель своего времени, он всю жизнь был глубоко и болезненно озабочен состоянием и судьбой своей страны.Его романы представляют собой лучший отчет о социальном и политическом развитии небольшой, но влиятельной элиты либеральной и радикальной российской молодежи того времени — о ней и ее критиках. Его книги, с точки зрения петербургских властей, отнюдь не были безопасными. Но, в отличие от своих великих современников Толстого и Достоевского, он не был проповедником и не хотел громить свое поколение. Он заботился прежде всего о том, чтобы проникнуться, понять взгляды, идеалы, темпераменты, как те, которые он находил симпатическими, так и те, которые его озадачивали или отталкивали.Тургенев обладал в высокоразвитой форме тем, что Китс называл отрицательной способностью, способностью проникать в убеждения, чувства и взгляды, чуждые и временами резко антипатичными его собственным, даром, который Ренан подчеркивал в своей хвалебной речи; 3 действительно, некоторые молодые русские революционеры свободно признавали точность и справедливость его портретов.

На протяжении большей части своей жизни он был болезненно озабочен спорами, моральными и политическими, социальными и личными, которые разделяли образованных русских его дней; в частности, глубокие и острые конфликты между славянофильскими националистами и поклонниками Запада, консерваторами и либералами, либералами и радикалами, умеренными и фанатиками, реалистами и мечтателями, прежде всего между старыми и молодыми.Он пытался стоять в стороне и смотреть на происходящее объективно. Ему не всегда это удавалось. Но поскольку он был проницательным и отзывчивым наблюдателем, самокритичным и скромным и как человек, и как писатель, и, прежде всего, потому, что он не стремился навязывать свое видение читателю, проповедовать, обращать, он оказался лучшим пророком, чем два эгоцентричных, гневливых литературных гиганта, с которыми его обычно сравнивают, и разглядел рождение социальных проблем, которые разрослись во всем мире с его дней.

Через много лет после смерти Тургенева радикальный романист Владимир Короленко, объявивший себя «фанатичным» поклонником, заметил, что Тургенев «раздражает… болезненно касаясь самых оголенных нервов злободневных вопросов»; что он вызывал страстную любовь и уважение и яростную критику, и «был центром бури… однако он знал и удовольствия триумфа; он понимал других, а другие понимали его. 4 Вот этот относительно забытый аспект тургеневского письма, наиболее непосредственно относящийся к нашему времени, я и предлагаю обсудить.

I

По темпераменту Тургенев не был политически настроен. Природа, личные отношения, качество чувства — вот что он понимал лучше всего, это и их выражение в искусстве. Он любил каждое проявление искусства и красоты так глубоко, как никто другой. Сознательное использование искусства в чуждых ему целях, идеологических, дидактических или утилитарных, и особенно в качестве освободительного оружия в классовой борьбе, как того требовали русские радикалы-шестидесятники, было ему отвратительно.Его часто характеризовали как чистого эстета и сторонника искусства для искусства, обвиняли в эскапизме и отсутствии гражданского чувства, что тогда, как и теперь, рассматривалось в глазах части российского общественного мнения как презренная форма безответственного самодовольство.

Но эти описания ему не подходят. Его сочинения не были так глубоко и страстно преданы делу, как Достоевский после его сибирской ссылки или более поздний Толстой, но он был достаточно посвящен социальному анализу, чтобы дать возможность как революционерам, так и их критикам, особенно либералам среди них, черпать боеприпасы. из его романов.Император Александр II, когда-то восхищавшийся ранним творчеством Тургенева, в конце концов назвал его своим bête noire . В этом отношении Тургенев был типичен для своего времени и своего класса. Более чуткий и щепетильный, менее одержимый и нетерпимый, чем великие истерзанные моралисты своего времени, он столь же резко реагировал на ужасы русского самодержавия.

В огромной и отсталой стране, где число образованных людей было очень мало и отделялось пропастью от громадного большинства своих сограждан, едва ли их можно было назвать гражданами, живя в условиях невыразимой нищеты, угнетения и невежества, рано или поздно должен был возникнуть серьезный кризис общественного сознания.Факты достаточно известны: наполеоновские войны толкнули Россию в Европу и тем самым неизбежно привели к более прямому контакту с западным Просвещением, чем это было дозволено ранее. Армейские офицеры, набранные из землевладельческой элиты, в определенной степени подружились со своими солдатами, воодушевленные общей волной безграничных патриотических эмоций. Это на время прорвало жесткое расслоение российского общества.

Отличительные черты этого общества включали полуграмотную, государственную, в значительной степени коррумпированную церковь; маленькая, не до конца прозападная, плохо обученная бюрократия, пытающаяся удержать и сдержать громадное, примитивное, полусредневековое, социально и экономически неразвитое, но энергичное и потенциально недисциплинированное население, рвущееся из своих оков; широко распространенное чувство неполноценности, как социальной, так и интеллектуальной, перед западной цивилизацией; это было общество, искаженное произвольным запугиванием сверху и тошнотворным подчинением и подобострастием снизу, в котором люди с любой степенью независимости, оригинальности или характера едва ли находили выход для нормального развития.

Этого, пожалуй, достаточно, чтобы объяснить возникновение в первой половине века того, что стало называться «лишним человеком», героя новой протестной литературы, представителя ничтожного меньшинства. образованных и нравственно чувствительных людей, которые, не найдя себе места в родной стране и загнанные в себя, склонны впадать либо в фантазии и иллюзии, либо в цинизм или отчаяние, кончающиеся чаще всего в самолюбие. — уничтожение или капитуляция. Острый стыд или яростное негодование, вызванное нищетой и деградацией системы, в которой люди — крепостные — рассматривались как «крещенная собственность», вместе с чувством бессилия перед властью несправедливости, глупости и коррупции, как правило, приводили к неудовлетворенному состоянию. воображение и нравственное чувство в единственные каналы, которые не были полностью перекрыты цензурой, — в литературу и искусство.Отсюда тот известный факт, что в России общественные и политические мыслители превращались в поэтов и романистов, а творческие писатели часто становились публицистами.

Всякий протест против учреждений абсолютного деспотизма, независимо от его происхождения и цели, eoipso является политическим актом. Следовательно, литература стала полем битвы, на котором решались центральные социальные и политические вопросы жизни. Литературные или эстетические вопросы, которые на родине — в Германии или во Франции — ограничивались академическими или художественными кругами, стали личными и социальными проблемами, которые одержимы целым поколением образованных молодых россиян, не интересующихся в первую очередь литературой или искусством как таковым.Так, например, полемика между сторонниками теории чистого искусства и теми, кто считал его общественной функцией, — спор, занимавший в период Июльской монархии сравнительно небольшую часть французского критического мнения, — в России перерос в крупную проблему. морально-политический вопрос, прогресса против реакции, просвещения против мракобесия, нравственной порядочности, социальной ответственности и человеческого чувства против самодержавия, благочестия, традиции, конформизма и подчинения установленной власти.

Самым страстным и влиятельным голосом тургеневского поколения был радикальный критик Виссарион Белинский. Бедный, чахоточный, дурнорожденный, малообразованный, человек неподкупной искренности и большой силы характера, он стал Савонаролой своего поколения — пламенным моралистом, проповедовавшим единство теории и практики, литературы и жизни. Его гений критика и его инстинктивное понимание сути социальных и моральных проблем, которые беспокоили новую радикальную молодежь, сделали его естественным лидером.Его литературные очерки были для него и для его читателей непрекращающейся, мучительной, неуклонной попыткой найти истину о концах жизни, во что верить и что делать.

Человек страстной и нераздельной личности, Белинский переживал бурные смены позиций, но всегда мучительно переживал каждое из своих убеждений и действовал на них всей силой своей пылкой и расчетливой натуры до тех пор, пока одно за другим не они подводили его и снова и снова заставляли его начинать все заново, задача, поставленная перед ним только его ранней смертью.Литература была для него не ремеслом, не профессией, а художественным выражением всеохватывающего мировоззрения, этического и метафизического учения, взгляда на историю и место человека в космосе, видения, охватывающего все факты и все значения.

Белинский был, прежде всего, искателем справедливости и правды, и примером своей глубоко трогательной жизни и характера, как и своими заветами, он наложил свое очарование на молодых радикалов. Тургенев, чьи ранние поэтические начинания он поощрял, стал его преданным поклонником на всю жизнь.Образ Белинского, особенно после его смерти, стал самым воплощением убежденного литератора; после него в русской литературе господствовало, независимо от того, принималось оно или отвергалось, учение о том, что писать значит прежде всего свидетельствовать об истине: что писатель из всех людей не имеет права отводить свой взор от центральные проблемы его времени и его общества. Попытка художника — и особенно писателя — отрешиться от глубочайших забот своей нации, чтобы посвятить себя созданию прекрасных предметов или преследованию личных целей, осуждалась как саморазрушительный эгоизм и легкомыслие; он был бы только искалечен и обеднен таким предательством избранного им призвания.

Измученная честность и цельность суждений Белинского — тон, даже больше, чем содержание — проникали в нравственное сознание его русских современников, подчас отвергаемые, но никогда не забываемые. Тургенев был по натуре осторожен, рассудителен, боялся всякой крайности, склонен в критические минуты к уклончивости; его друг, поэт Яков Полонский, много лет спустя описал его реакционному министру как «доброго и мягкого, как воск… женственного… бесхарактерного. 5 Даже если это заходит слишком далеко, это правда, что он был очень впечатлителен и склонен уступать более сильным личностям.

Белинский умер в 1848 году, но его незримое присутствие, казалось, преследовало Тургенева всю оставшуюся жизнь. Всякий раз, когда Тургенев по слабости, или из любви к праздности, или из стремления к спокойной жизни, или из чистой любезности характера, испытывал искушение отказаться от борьбы за личную свободу или общую порядочность и прийти к соглашению с врагом, это вполне могло быть суровый и трогательный образ Белинского, который, как икона, всегда стоял на его пути и призывал вернуться к святому делу. Зарисовки спортсмена был его первой и самой прочной данью уважения умирающему другу и наставнику. Читателям этот шедевр казался и кажется до сих пор чудесным описанием старой и меняющейся сельской России, жизни природы и жизни крестьян, превращенных в чистое художественное видение. Но Тургенев смотрел на это как на свою первую большую атаку на ненавистный институт крепостничества, как на вопль негодования, призванный вжечь себя в сознание господствующего класса. Когда в 1879 году он был удостоен звания почетного доктора права Оксфордским университетом в этом самом месте, 6 Джеймс Брайс, представивший его, описал его как борца за свободу.Это обрадовало его.

Белинский был не первым и не последним, кто оказал главенствующее влияние на жизнь Тургенева; первой и, пожалуй, самой разрушительной была его овдовевшая мать, волевая, истеричная, жестокая, горько разочарованная женщина, которая любила своего сына и сломила его дух. Она была диким чудовищем даже по не слишком требовательным меркам человечности русских помещиков того времени. В детстве Тургенев был свидетелем отвратительных жестокостей и унижений, которым она подвергала своих крепостных и подданных; эпизод в его рассказе «Бригадир» основан, по-видимому, на убийстве его бабушкой по материнской линии одного из ее крепостных мальчиков: она ударила его в припадке ярости; он упал раненый на землю; Раздраженная зрелищем, она задушила его подушкой. 7 Воспоминания такого рода наполняют его рассказы, и ему потребовалась вся его жизнь, чтобы выбросить их из своей системы.

Это был ранний опыт сцен такого рода со стороны мужчин, воспитанных в школе и университете в уважении к ценностям западной цивилизации, которая в значительной степени была ответственна за устойчивую озабоченность свободой и достоинством личности, а также за ненависть пережитков русского феодализма, с самого начала характеризовавшего политическое положение всей русской интеллигенции.Моральное смятение было очень велико. «Наше время жаждет убеждений, оно томится жаждой правды», — писал Белинский в 1842 году, когда Тургеневу было 24 года и он сблизился с ним. «Наш век — это все вопрошание, поиски, поиски, ностальгическое стремление к истине. …» 8 Тринадцать лет спустя Тургенев вторит этому: «Есть эпохи, когда литература не может быть только художественной, есть интересы выше поэзии». 9 Три года спустя Толстой, тогда преданный идеалу чистого искусства, предложил ему издание чисто литературно-художественного журнала, оторванного от убогой политической полемики того времени.Тургенев ответил, что время требует не «лирического щебетания» и не «пения птиц на ветвях»; 10 «Вы ненавидите это политическое болото; правда, грязное, пыльное, пошлое дело. Но на улицах грязь и пыль, а ведь без городов не обойтись». 11

Условное представление о Тургеневе как о чистом художнике, вовлечённом в политическую борьбу не по своей воле, но остающемся ей принципиально чуждым, рисуемое как правыми, так и левыми критиками (особенно теми, кого раздражали его политические романы), вводит в заблуждение.Его главные романы, начиная с середины пятидесятых, глубоко посвящены центральным социальным и политическим вопросам, которые волновали либералов его поколения. На его мировоззрение глубоко и постоянно влиял возмущенный гуманизм Белинского и в особенности его яростные филиппики против всего темного, продажного, гнетущего, фальшивого. 12 Двумя или тремя годами ранее в Берлинском университете он слушал гегельянские проповеди будущего анархистского агитатора Бакунина, который был его сокурсником, сидел у ног того же немецкого философского мастера и, как Белинский закончив, восхищался диалектическим блеском Бакунина.

Через пять лет он познакомился в Москве и вскоре сблизился с радикально настроенным молодым публицистом Герценом и его друзьями. Он разделял их ненависть ко всем формам порабощения, несправедливости и жестокости, но, в отличие от некоторых из них, не мог спокойно отдыхать ни в одной доктрине или идеологической системе. Все общее, абстрактное, абсолютное отталкивало его: взгляд его оставался тонким, острым, конкретным и неизлечимо реалистичным. Гегельянство, правое и левое, которое он впитал еще студентом в Берлине, материализм, социализм, позитивизм, о котором непрестанно спорили его друзья, народничество, коллективизм, русская община, идеализированная теми русскими социалистами, которых позорный крах левых в Европе в 1848 г. горько разочаровал и разочаровал — они стали казаться ему простыми абстракциями, заменителями реальности, в которую многие верили, а некоторые даже пытались жить, доктрины, которые жизнь с ее неровной поверхностью и неправильными формами истинного человеческого характера и деятельности, несомненно, устоят и рухнут, если когда-нибудь будет предпринята серьезная попытка воплотить их в жизнь.

Бакунин был дорогой друг и восхитительный собутыльник, но его фантазии, славянофильские или анархистские, не оставили следа в мысли Тургенева. Другое дело Герцен: он был мыслителем острым, ироничным, образным, и в ранние годы у них было много общего. Между тем народнический социализм Герцена казался Тургеневу жалкой фантазией, мечтой человека, чьи прежние иллюзии были убиты неудачей революции на Западе, но который не мог долго жить без веры; со своими старыми идеалами социальной справедливости, равенства, либеральной демократии, бессильными перед силами западной реакции, он должен найти себе нового идола для поклонения; против «золотого тельца» (по выражению Тургенева) стяжательного капитализма он выставил «тулуп» русского крестьянина.

Тургенев понимал и сочувствовал культурному отчаянию своего друга. Подобно Карлейлю и Флоберу, подобно Стендалю и Ницше, Ибсену и Вагнеру, Герцен чувствовал себя все более задыхающимся в мире, в котором все ценности обесценились. Все свободное и достойное, самостоятельное и творческое казалось Герцену погибшим под волной буржуазного мещанства, коммерциализации жизни продажными и пошлыми торговцами человеческим товаром и их подлыми и наглыми лакеями, обслуживающими огромные акционерные общества. называли Францию, Англию, Германию; даже Италия (писал он), «самая поэтическая страна в Европе», когда «толстый, очкастый мещанин гения» Кавур, предложивший оставить ее себе, не удержался и, бросив и своего фанатичного любовника Мадзини, и своего геркулесова муж Гарибальди, отдалась ему. 13 Разве этому разлагающемуся трупу Россия должна была казаться идеальным образцом?

Настало время для какой-то катастрофической трансформации — вторжения варваров с Востока, которое очистит воздух, как исцеляющий шторм. Против этого, заявлял Герцен, есть только один громоотвод — русская крестьянская община, свободная от заразы капитализма, от алчности, страха и бесчеловечности разрушительного индивидуализма. На этом фундаменте еще может быть построено новое общество свободных, самоуправляющихся людей.

Все это Тургенев считал сильным преувеличением, драматизацией личного отчаяния. Конечно, немцы были напыщенны и смешны; Луи-Наполеон и парижские спекулянты были одиозны, но цивилизация Запада не рушилась. Это было величайшим достижением человечества. Не для русских, которым нечего было предложить, издеваться над ним или держать его подальше от своих ворот. Он обвинял Герцена в том, что он усталый и разочарованный человек, который после 1849 года искал новое божество и нашел его в простом русском мужике. 14

Вы воздвигаете жертвенник этому новому и неизвестному Богу, потому что о нем почти ничего не известно, и можно… молиться и верить и ждать. Этот Бог не начинает делать то, что вы от него ожидаете; это, вы говорите, временное, случайное, привнесенное внешними силами; ваш Бог любит и обожает то, что вы ненавидите, ненавидит то, что вы любите; [он] принимает именно то, что вы от его имени отвергаете: вы отводите глаза, затыкаете уши. … 15

«Либо вы должны по-прежнему служить революции, а европейским идеалам.Или, если вы теперь думаете, что во всем этом нет ничего, вы должны иметь мужество посмотреть черту в оба глаза, признать себя виновным перед всей Европой — в лицо — и не делать явного или подразумеваемого исключение для какого-нибудь грядущего русского мессии», — менее всего для русского крестьянина, который в зародыше является худшим из консерваторов и которому нет дела до либеральных идеалов. 16

Трезвый реализм Тургенева никогда не покидал его. Он откликался на малейшие толчки русской жизни; в частности, к переменам в выражении того, что он называл «быстро меняющейся физиономией тех, кто принадлежит к культурной части русского общества». 17 Он утверждал, что делает не более чем запись того, что Шекспир назвал «телом и давлением времени». 18 Он верно описывал их всех — болтунов, идеалистов, борцов, трусов, реакционеров и радикалов, иногда, как в Дым , с язвительной полемической иронией, но, как правило, так скрупулёзно, с таким пониманием всех пересекающихся сторон каждого вопроса, с таким невозмутимым терпением, лишь изредка тронутым неприкрытой иронией или сатирой (не жалея собственного характера и взглядов), что он возмущал когда-то почти всех.

Те, кто еще думает о нем как о художнике без обязательств, высоко вознесшемся над идеологической борьбой, могут удивиться, узнав, что никто за всю историю русской литературы, а может быть, и литературы вообще, не подвергался столь яростным и постоянным нападкам за его мнения, как справа, так и слева, как у Тургенева. Достоевский и Толстой придерживались гораздо более агрессивных взглядов, но они были грозными фигурами, к концу своей жизни, людьми духовного авторитета, к которым большинство их злейших противников относились с нервным уважением.Тургенев не был ни в малейшей степени грозным; он был любезен, скептичен, «добр и мягок, как воск», 19 слишком вежлив и слишком самоуверен, чтобы кого-то испугать. Он не воплощал четких принципов, не отстаивал никакой доктрины, не панацеи от «проклятых вопросов», как их стали называть, личных и общественных. «Он чувствовал и понимал противоположные стороны жизни, — говорил о нем Генри Джеймс, — наши англосаксонские, протестантские, моралистические, конвенциональные стандарты были далеки от него… Половина прелести разговора с ним заключалась в том, что вдыхаешь воздух в какие кощунственные фразы…просто смешно звучало.” 20

В стране, где читатели, и особенно молодежь, и по сей день обращаются к писателям за нравственным руководством, он отказался проповедовать. Он знал, какую цену ему придется заплатить за такую ​​сдержанность. Он знал, что русский читатель хотел, чтобы ему сказали, во что верить и как жить, ожидали, что ему дадут четко противопоставленные ценности, четко различимые герои и злодеи. Когда автор этого не предусмотрел, писал Тургенев, читатель был недоволен и порицал писателя, так как ему было трудно и раздражающе решаться самому, находить свой путь.И действительно, Толстой никогда не оставляет в сомнении, кого он одобряет, а кого осуждает; Достоевский не скрывает, что он считает путем спасения. Среди этих великих истерзанных Лаокоонов Тургенев оставался осторожным и скептичным; читатель остается в напряжении, в состоянии сомнения; центральные проблемы поднимаются и по большей части остаются — кому-то это казалось несколько самодовольным — без ответа.

Ни одно общество не требовало от своих авторов большего, чем Россия, ни тогда, ни сейчас. Тургенева обвиняли в шатании, выжидательности, нецелеустремленности, в многоголосии.Собственно, эта тема его и волновала. Рудин, Ася, Накануне , главные произведения 50-х годов озабочены слабостью — крахом людей великодушных и искренних идеалов, которые остаются бессильными и без борьбы поддаются силам застоя. Рудин, заимствованный отчасти из молодого Бакунина, отчасти из него самого, 21 , человек высоких идеалов, хорошо говорит, очаровывает своих слушателей, высказывает взгляды, которые Тургенев мог бы принять и защитить. Но он из бумаги.Когда он сталкивается с настоящим кризисом, который требует мужества и решительности, он сжимается и падает.

Его друг Лежнев защищает память Рудина: его идеалы были благородны, но у него «ни крови, ни характера». В эпилоге (который автор добавил как запоздалую мысль к более позднему изданию) после бесцельных скитаний Рудин храбро, но бесполезно умирает на парижских баррикадах в 1848 году, на что его прототип Бакунин был, по мнению Тургенева, едва ли способен. Но и это не было открыто Рудину в его родной стране; даже если бы у него была кровь и характер, что он мог сделать в русском обществе своего времени? Этот «лишний» человек, родоначальник всех сочувствующих, пустых, бездарных говорунов в русской литературе, должен был, мог ли он, в условиях своего времени, объявить войну одиозной аристократической даме и ее миру, перед которым он капитулирует? Читатель остается без руководства.

Героиня Накануне Елена, которая ищет героическую личность, которая поможет ей вырваться из ложного существования родителей и их окружения, обнаруживает, что даже самым лучшим и одаренным русским в ее кругу не хватает силы воли , не может действовать. Она следует за бесстрашным болгарским заговорщиком Инсаровым, который тоньше, суше, менее цивилизован, более деревянен, чем скульптор Шубин или историк Берсенев, но, в отличие от них, одержим одной мыслью — освободить свою страну от турок, простой господствующей цель, которая объединяет его с последним крестьянином и последним нищим на его земле.Елена идет с ним, потому что он один в ее мире цельный и несломленный, потому что за его идеалами стоит несокрушимая нравственная сила.

Тургенев опубликовал Накануне в Contemporary , радикальном журнале, который в то время неуклонно и быстро двигался влево. Группа людей, господствовавшая в ней, была ему не по душе так же, как и Толстому; он считал их скучными, узкими доктринерами, лишенными всякого понимания искусства, врагами красоты, не интересующимися личными отношениями (которые были для него всем), но они были смелыми и сильными, фанатиками, судившими обо всем в свете одной цели — освобождение русского народа.Они отвергли компромисс: они стремились к радикальному решению. Освобождение крепостных, глубоко взволновавшее Тургенева и всех его либеральных друзей, было для этих людей не началом новой эры, а жалким обманом: крестьяне были еще прикованы к своим помещикам новым хозяйственным укладом. Только «крестьянский топор», массовое вооруженное восстание народа давало ей свободу.

Литературный редактор журнала Добролюбов в рецензии на Накануне провозгласил болгарина положительным героем: ибо он готов был отдать жизнь за изгнание турка из своей страны.И мы? У нас, русских, тоже есть (декларировал он) свои турки, только они внутренние: двор, дворяне, генералы, чиновники, поднимающаяся буржуазия, угнетатели и эксплуататоры, оружие которых — невежество масс и грубая сила. Где наши Инсаровы? Тургенев говорит о кануне; когда наступит настоящий день? Если еще не рассветало, то это потому, что добрые, просвещенные юноши, Шубины и Берсеневы в тургеневском романе, бессильны. Они парализованы и, несмотря на все свои красивые слова, в конце концов приспособятся к условностям мещанской жизни своего общества, потому что они слишком тесно связаны с господствующим порядком сетью семейных, институциональных и экономических отношений, которые они не могут заставить себя полностью сломаться.

«Если сидеть в пустом ящике, — говорил Добролюбов в окончательном варианте своей статьи, — и пытаться опрокинуть его собою внутри, то какое страшное усилие надо сделать! Но если вы подойдете к нему снаружи, один толчок опрокинет этот ящик». 22 Инсаров стоял у своего ящика — ящик — турецкий оккупант. Те, кто действительно серьезен, должны выбраться из русской коробки, разорвать всякую связь со всей чудовищной структурой, а затем опрокинуть ее извне. Герцен и Огарев сидят в Лондоне и тратят время на разоблачение отдельных случаев несправедливости, коррупции или бесхозяйственности в Российской империи; но это не только не ослабит эту империю, но может даже помочь ей устранить эти недостатки и просуществовать дольше.Настоящая задача состоит в том, чтобы разрушить всю бесчеловечную систему.

Совет Добролюбова ясен: те, кто серьезен, должны постараться отказаться от ящика, отстраниться от всякого сношения с нынешним Российским государством, ибо нет иных средств приобрести архимедову точку, рычаги для того, чтобы заставить ее крах. Инсаров справедливо откладывает личную месть — казнь тех, кто пытал и убивал его родителей — до тех пор, пока не будет выполнена более крупная задача. Нельзя тратить силы на разрозненные доносы, на спасение людей от жестокости или несправедливости.Это просто либеральная игра, бегство от радикальной задачи. Между «нами» и «ними» нет ничего общего. «Они», а с ними и Тургенев, ищут исправления, примирения. Мы хотим разрушения, революции, новых основ жизни; ничто другое не разрушит царство тьмы. Это для радикалов ясное значение тургеневского романа; но он и его друзья, очевидно, слишком трусливы, чтобы нарисовать его.

Тургенев был расстроен и даже напуган такой интерпретацией своей книги.Он пытался добиться отзыва отзыва. Он сказал, что если она появится, то не будет знать, что делать и куда бежать. Тем не менее он был очарован этими новыми людьми. Он ненавидел мрачное пуританство этих «Даниилов невских», как называл их Герцен, 23 , которые считали их циничными и грубыми и не выносили их грубого антиэстетического утилитаризма, их фанатического отвержения всего, что ему было дорого, — либеральная культура, искусство, цивилизованные человеческие отношения. Но они были молоды, храбры, готовы умереть в борьбе с общим врагом, реакционерами, полицией, государством.Тургенев хотел, несмотря ни на что, быть ими любимым и уважаемым. Он пытался флиртовать с Добролюбовым и постоянно вовлекал его в разговор. Однажды, когда они встретились в кабинете Современника , Добролюбов вдруг сказал ему: «Иван Сергеевич, не будем больше говорить друг с другом: мне скучно» 24 и отошел в дальний угол комнаты.

Тургенев не сразу сдался. Он был знаменитым чародеем; он сделал все возможное, чтобы найти способ ухаживать за мрачным молодым человеком.Это было бесполезно; когда он видел приближающегося Тургенева, то глядел в стену или демонстративно выходил из комнаты. «Вы можете поговорить с Тургеневым, если хотите», — сказал Добролюбов своему коллеге-редактору Чернышевскому, который в это время еще относился к Тургеневу благосклонно и с восхищением, и характерно добавил, что, по его мнению, дурные союзники не могут быть союзниками. 25 Это достойно Ленина. Добролюбов обладал, пожалуй, самым большевистским темпераментом из всех ранних радикалов. Тургенев в пятидесятых и начале шестидесятых годов был самым известным писателем в России, единственным русским писателем с большой и растущей европейской репутацией.Никто никогда не обращался с ним так: он был глубоко ранен. Тем не менее он некоторое время упорствовал, но в конце концов, столкнувшись с непримиримой враждебностью Добролюбова, сдался. Произошло открытое нарушение. Он перешел к консервативному обзору под редакцией Михаила Каткова, человека, которого левые считают своим злейшим врагом.

Тем временем политическая атмосфера становилась все более бурной. Террористическая Лига Земли и Свободы была создана в 1861 году, в год великой эмансипации.Начали распространяться яростные манифесты, призывающие крестьян к восстанию. Радикальные лидеры были обвинены в заговоре, заключены в тюрьму или сосланы. В столице вспыхнули пожары, в разжигании которых обвиняли студентов вузов; Тургенев не встал на их защиту. Освистывание и свист радикалов, их зверские издевательства казались ему простым вандализмом; их революционные цели, опасный утопизм. И все же он чувствовал, что зарождается что-то новое — какая-то масштабная социальная мутация.Он заявил, что чувствует это повсюду. Его это отталкивало и в то же время восхищало. Появился новый грозный тип противника режима — и всего, во что верили он и его поколение либералов.

Любопытство Тургенева всегда было сильнее его страхов: он больше всего хотел понять новых якобинцев. Эти люди были грубыми, фанатичными, враждебными, оскорбительными, но они были неморализованными, самоуверенными и в каком-то узком, но подлинном смысле рациональными и бескорыстными.Он не мог повернуться к ним спиной. Они казались ему новым, ясновидящим поколением, не обманутым старыми романтическими мифами; прежде всего они были молоды, будущее его страны было в их руках; он не хотел отрываться от всего, что казалось ему живым, страстным и тревожным. В конце концов, зло, с которым они хотели бороться, было злом; их враги были в какой-то степени и его врагами; эти молодые люди были заблудшими, варварскими, презирающими либералов, подобных ему, но они были борцами и мучениками в борьбе против деспотизма, сил тьмы.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.